Quanto hai pagato per i sentimenti?

- Куда ты меня тянешь? – пробурчал Закария, когда Леонард повел его в сторону невзрачной серой электрички. – Ты же не собираешься отправиться в Хогвартс раньше времени? - О чем ты? – обернулся шатен и удивленно посмотрел на своего спутника. – Мы же вещи не взяли... Леонард пожал плечами и протиснулся в тесный вагон, затягивая за собой Томпсона. Парни осмотрелись по сторонам в поисках пары свободных мест, но таких в вагоне не оказалось. Совершенно не растерявшись, Грин прошел к окну в дальнем конце вагона и встал рядом с ним, Закария засеменил за ним и пристроился рядом. Всю дорогу блондин смотрел в окно на пробегающие мимо них невысокие старые домики, заснеженные поля и проезжающие мимо них машины. Все это время Леонард усиленно делал вид, что читает какую-то брошюрку, но время от времени поглядывал на Закарию. Парень отрывался от разглядывания чужого лица только, когда его мысли сворачивали не в ту сторону. - Куда мы едем? – спросил Томпсон спустя минут пятнадцать. На его лице отчетливо читалось любопытство, отражаясь маленькими искорками в его глазах. - А ты как думаешь? – вопросом на вопрос ответил Леонард, приподнимая одну бровь. - Ну это точно не Лондон... – как-то неуверенно протянул блондин, еще раз выглядывая в окно. – Ты решил уехать в Шотландию? - Нет, - улыбнулся в ответ ему Леонард. В этот момент электричка как раз подъехала к небольшому перрону и остановилась, распахивая свои двери. – Пойдем. Леонард быстрым шагом прошел к ближайшему выходу, проскользнул в толпе пассажиров и вышел на перрон. Закария старался не отставать от него, чтобы не заблудиться в неизвестном месте, ведь аппарировать он еще не умел. Да и магловских денег на обратный путь у него тоже не было. Парень быстро нашел в стороне от всех неприметного шатена, который уже начинал спускаться по лестнице. Со стороны могло показаться, что Леонард просто решил зло подшутить над своим другом и сбежать от него, о чем сначала и подумал Закария. Но в самом низу лестницы Леонард остановился и стал дожидаться блондина. И как только Томпсон подошел к нему, парень снова ухватил его за рукав и потащил прочь со станции. Шли они не долго. Леонард не отвечал ни на один из сотни вопросов Закарии, а просто упорно шел вперед. - Пришли, - спустя еще минут десять быстрой ходьбы сообщил Леонард. Закария только сейчас осмотрелся по сторонам. Они стояли рядом с высокой и величественной на вид каменной аркой. Ее ворота из толстых металлических прутьев с острыми наконечниками были приоткрыты, пропуская внутрь странно одетых людей. Многие из них походили на туристов, хотя, скорей всего, они ими и были. По крайней мере, у большинства из них а шее висели странные магловские фотокамеры. Закария видел такую у одной девчонки с Гриффиндора. Он еще тогда очень удивлялся, как такая маленькая штучка может делать довольно качественные снимки, хоть и полностью статичные. Магические фотоаппараты были намного массивней. Такие с собой на шее не поносишь. В качестве стены здесь выступала высокая все еще зеленая живая изгородь. Она тянулась настолько далеко, что блондин так и не смог увидеть ее конца. Ровную линию плотного кустарника венчала довольно толстая шапка снега, создавая удивительный контраст тепла и холода. Сама арка была выполнена в каком-то греческом стиле с массивными колоннами цвета слоновой кости. Она состояла из трех секций с ровными плоскими крышами, которые по периметру украшались рельефными молдингами с прямоугольным узором. Было заметно, что это строение простояло тут уже ни один год, о чем говорили темные подтеки на белых отштукатуренных стенах. В целом смотрелась арка довольно внушительно и грозно. - Где это мы? – Закария удивленно уставился на шатена, вздернув брови вверх. Место по внешнему виду походило на что-то волшебное, но Закария ничего не слышал о таком не скрытом от маглов парке. - Это Кенсал Грин – кладбище всех душ, - пояснил Леонард, внимательно наблюдая за реакцией Закарии, которая не заставила себя долго ждать. - Кладбище? Серьезно? – брови блондина поползли еще выше, куда-то под шапку. – Ты меня решил убить и оставить здесь что ли? - Нет, - засмеялся Леонард. Томпсон замер на несколько секунд от звука его смеха, пораженно уставившись на парня. Еще ни разу Закария не видел таких эмоций на его вечно спокойном лице. – Это одна из самых популярных достопримечательностей Лондона. Любой турист просто обязан прогуляться хотя бы по главной аллее. Это кладбище было основано еще 1832 году, поэтому большая часть памятников является культурной и исторической ценностью, - начал свою небольшую лекцию Леонард, который повел блондина в сторону от шумных туристов. Закария ни разу не перебил его, пока они шли по заснеженным дорожкам и рассматривали готические скульптуры, казавшиеся чем-то пугающим и притягивающим в какой-то нереальной тишине. Только звук скрипящего под ногами снега словно зависал прямо в прозрачном морозном воздухе. Томпсон сомневался, что кладбище хоть как-то сможет его заинтересовать, но спустя уже минут пять понял, что ошибся. Чего здесь только не было. Большинство склепов были выполнены либо в античном либо в готическом стиле, а многие памятники представляли собой скульптуры умерших и похороненных здесь людей. Еще время от времени попадались небольшие композиции в том же античном или готическом стилях, но встречались и довольно интересные экземпляры. На одной из могил спал каменный ангел, на другой сидела привлекательная нимфа с арфой в руках. Еще один памятник был выполнен в виде русалки, которая поразила Томпсона своими идеально выполненными мелкими деталями. Здесь встретился даже величественный спящий дракон, у лап которого лежал небольшой венок из сосновых веток с зажженной свечой в середине. На мгновение парню даже показалось, что этот дракон на самом деле живой, а охраняет он могилу волшебника. Но позже они все же нашли настоящий склеп древнего волшебного рода, что казалось действительно странным. Обычно древние семьи волшебников предпочитали держать подальше от маглов, даже после смерти. Склеп был выполнен в том же мрачном стиле, что и знаменитый Нотр-Дам де Пари. Вот только тончайших ажурных кружев из камня на склепе было больше. Все украшение склепа точно было сделано с помощью колдовства – иначе такие мелкие и великолепно исполненные детали никто бы повторить не смог. Томпсон завороженный такой красотой обошел склеп вокруг пару раз. - Я просто в шоке, - каким-то отрешенным голосом тихо произнес он и перевел свой взгляд в сторону Леонарда. Только сейчас блондин заметил, что Грин успел замерзнуть, но все равно стоически этого не показывал. Он просто топтался на месте, стараясь немного согреться. - Пойдем где-нибудь погреемся? – предложил Томпсон, подходя к шатену. - Неа, - мотнул тот головой. – Так мы не успеем во все запланированные мной места. - А их много? – в очередной раз вскинул брови Закария. - Увидишь, - Леонард снова потянул блондина за собой. Выйдя с кладбища, они вернулись на станцию и на следующей электричке темно-бордового цвета с белыми полосами отправились уже в Лондон. Они доехали почти до самого центра, когда Леонард потянул Томпсона к выходу. Парень внимательно смотрел по сторонам, припоминая, что где-то неподалеку находится вход в Косой переулок. - Ты же не собираешься тащить меня в Косой переулок? – тут же спросил Закария, отмечая про себя, что пальцы Грина слишком холодные на ощупь. - Нет, - отмахнулся шатен. – Ты сам просил прогулку по магловским местам. Они прогуливались по широким улицам Лондона еще какое-то время. Леонард провел Томпсона в Гайд-парк на какую-то площадку с невысокой трибункой. За ней стоял полноватый человек в темном драповом пальто и клетчатой кепи. Мужчина толкал пылкую речь о полезности какого-то недавно принятого закона немногим собравшимся вокруг него маглам. Закария удивленно посмотрел на Леонарда в поисках пояснений происходящего. Шатен рассказал ему, что у этой трибуны может выступить абсолютно любой человек и продвинуть в массы свои взгляды. Чаще всего этим пользовались представители каких-нибудь непопулярных движений или начинающие политики. Немного реже у трибуны останавливались неизвестные поэты и читали свои стихи. И при этом среди людей всегда находились те, кто поддержит выступающего. Выйдя с другой стороны парка, парни наткнулись на винтажную вывеску небольшой кофейни. За толстыми стеклами в мягком свете небольших ламп за белыми столиками с ажурными ножками сидели люди, попивая горячий кофе. - Пойдем, - на этот раз Закария потянул Леонарда в сторону кофейни. Шатен не стал сопротивляться, а просто пошел следом. Он и сам думал заглянуть куда-нибудь, но боялся, что тогда они точно не успеют на последнюю остановку в запланированном маршруте. Еще в дверях их поприветствовал молодой человек, который принимал заказы у посетителей. Парни поздоровались в ответ и прошли к одному из столиков у большого окна. Закария быстро скинул свою куртку на высокую спинку стула и прошел к кассе. - Ты что будешь? – поинтересовался он у подошедшего Леонарда. - Горячий шоколад, пожалуйста, - ответил шатен, быстро пробежавшись глазами по длинному меню. - А мне капучино с зефиром, - сделал свой заказ Закария. Мужчина на кассе быстро рассчитал их и пробил чек. Томпсон уже успел вытащить деньги, но Леонард опередил его, оплатив заказ. - Тут не принимают такую валюту, забыл? - чуть ли не шепотом сказал Грин обидевшемуся блондину, когда они сели за свой столик. - Блин, совсем забыл, - нахмурился тот. – Мне как-то не по себе, что ты везде за меня платишь... - Серьезно? – вскинул бровь Леонард, внимательно смотря на друга. – Но это же я притащил тебя в город на прогулку. - Вообще-то это я выклянчил ее у тебя, - тут же поправил его Закария. - Забей, - отмахнулся Грин, делая первый глоток горячего напитка. Моментально теплая волна прошлась по организму, согревая его после холода на улице. Они просидели в кафе не больше часа, пока не согрелись. Все это время Закария старался выпытать у шатена, куда они пойдут дальше. Но Леонард виртуозно менял тему разговора, оставляя дальнейший маршрут в тайне. После кофейни парни сели в большой ярко-красный двухэтажный автобус, являющийся одной из визитных карточек Лондона. Внешне автобус походил на Ночного рыцаря, но внутри выглядел абсолютно иначе. В нем не было массивного канделябра и кроватей, как в рыцаре. Аккуратные двухместные сиденья располагались по обе стороны от прохода, а в самом конце салона находилась широкая красная лестница, ведущая на второй этаж. В автобусе было на удивление тепло, что Закария даже немного расстегнул молнию на своей куртке. Впрочем, ехали они недолго. Спустя несколько остановок Леонард направился к выходу. Как только автобус отъехал от остановки взгляд Закарии наткнулся на большое здание из стекла круглой формы. Как раз к нему направился Леонард. За толстым наружным стеклом висели огромные красочные киноафиши. Но больше всех выделялась реклама проходящей здесь выставки истории кинематографа. На входе их встретил щуплый парень в строгом костюме. Леонард заплатил ему за вход и забрал билеты. - Что это? – спросил Закария, осматривая просторное светлое помещение с бесконечным множеством афиш. - Это Британский институт кино, - в очередной раз улыбнулся Леонард, внимательно наблюдая за реакцией Томпсона. - Кино? – переспросил он. - Точно... Ты же, наверное, еще не видел этого магловского изобретения... – задумчиво протянул Леонард, но тут же встрепенулся. – Но это легко исправить. Пошли. Через пару минут они оказались в большом зале со множеством сидений, направленных в сторону очень низкой и узкой сцены, на которой врятли можно было бы разыгрывать пьесу, и огромным белым экраном за ней. Леонард прошел чуть ли не до самого верхнего ряда и устроился в одном из мягких красных кресел. Закария сел рядом с ним и стал внимательно следить за людьми, занимавшими свои места. - Мы будем смотреть какое-то выступление? – спросил он у Леонарда. - Сейчас увидишь, - загадочно улыбнулся тот в ответ. – Просто подожди еще немного. Спустя еще несколько минут, когда все места были заняты, в зале погас свет. От неожиданности Томпсон даже схватился за руку сидевшего рядом Леонарда, но, услышав тихий смешок с его стороны, тут же отпустил. Тем временем на большом белом экране появились движущиеся изображения. На следующие час с небольшим Закария замер в кресле, наблюдая интересную историю. Он был сражен наповал этим изобретением находчивых маглов. Кино чем-то было похоже на колдографию со звуком. - Ну как? – спросил, улыбающийся Грин после сеанса. - У меня просто нет слов... – чуть ли не шепотом ответил ему Закария, который все еще пытался прийти в себя от охватившего его восторга. – Как они смогли додуматься до такого? Я... Слушай, это просто волшебство какое-то... - Ага, сказал ученик лучшей в мире школы чародейства и волшебства Хогвартс, - засмеялся Леонард. Блондину нравился этот мелодичный тихий смех. Он чувствовал, что после этой прогулки он еще больше узнает своего соседа по комнате. А еще он начал понимать, что поступил очень необдуманно, поспорив на деньга за дружбу с Леонардом. Теперь, после долгого знакомства с ним, Грин стал для него даже большим, чем просто друг... Ближе даже, чем самый близкий друг. Парень все чаще и чаще ловил себя на мысли, что ему нравиться наблюдать за задумчивым Леонардом, за его легкой, едва заметной улыбкой, слушать его голос, его смех... Закария понимал, что начал свое падение в бесконечную пропасть неизвестности. Пропасть по имени Леонард Грин. - Пойдем, я взял билеты на выставку по истории кино, - прервал его мысли шатен. На входе их встретила невысокая девушка, которая как раз собирала небольшую группу для подробной экскурсии по выставке. Парни решили присоединиться к уже собравшимся у входа людям, чтобы послушать рассказ гида. Еще пару часов они блуждали среди экспонатов, внимательно слушая их проводницу. Девушка оказалась довольно общительной и отвечала на любой вопрос, заданный кем-нибудь из группы. Больше всего вопросов сыпалось как раз от Закарии, который словно погрузился с головой в частичку мира кинематографа. К концу экскурсии время уже успело перевалить далеко за полдень. Поэтому парни решили перекусить в небольшом кафе, располагающемся тут же на первом этаже. Леонард заказал им по двойному бургеру и по чашке горячего шоколада с невесомой пенкой из взбитых сливок. Почти все время, пока они ели, Закария делился своими яркими впечатлениями от института кино. Леонард внимательно слушал его с легкой улыбкой на губах. Он был доволен, что Томпсону нравятся выбранные им места. После Британского института кино парни отправились в огромную картинную галерею. Большое здание в классическом виде с огромными колоннами из белого камня, светлые стены, высокий резной потолок и множество картин на стенах. Все это самую малость напоминало о Хогвартсе. Вот только эти картины не были заколдованы. Но все равно большинство из них казались слишком реальными, словно на стенах были расположены сотни окон, каждое из которых открывало новый вид. В отличие от института кино, здесь было довольно тихо. Да и публика тут немного отличалась – по коридорам и залам здесь ходили более взрослые посетители, но встречались и шумные стайки детей в сопровождении взрослых и экскурсоводов. - Они точно без магии? – спросил Закария, рассматривая очередной пейзаж, на котором было изображено бескрайнее маковое поле. - Точно, - кивнул в ответ шатен. - Но они как настоящие, - блондин сделал шаг к картине, чтобы лучше ее рассмотреть. - В Хогвартсе тоже есть похожие, - пожал плечами Леонард. – Правда на них еще и чары наложены... - Вот именно, - резко развернулся к нему Томпсон, оказавшись слишком близко к шатену. – В Хогвартсе они заколдованы, а тут нет. Только простой холст и краска... Я не думал, что маглы на столькое способны. До сегодняшнего дня я знал, что они много чего придумали, но даже не мог представить такого... - Правда? – неподдельно изумился Грин. - Да уроки по магловедению в корне надо поменять, - в глазах Закарии горел азарт юного реформатора. – Тебе, наверное, вообще скучно на них сидеть? - Да нет, - пожал плечами Леонард. – Мне интересно смотреть на мнение по поводу простых изобретений со стороны магов. Порой можно узнать что-нибудь интересное даже про самую банальную лампочку, - губы Леонарда снова тронула легкая улыбка. Взгляд Закарии задержался на ней на пару секунд. Но парень тут же отвернулся в сторону, поймав себя на мысли, что неплохо было бы узнать каковы эти губы на вкус. И эта мысль вовсе не показалась ему неправильной. Да, до знакомства с Леонардом Томпсон обращал внимание только на девушек. Порой он представлял кого-нибудь из них в своих объятьях, а порой и превращал свои грезы в реальность. Но какая бы слава местного ловеласа не ходила за ним, дальше поцелуев где-нибудь в укромной нише за доспехами или пыльным гобеленом дело не заходило. И Закария никому об этом не говорил, даже своим друзьям. Он просто пользовался чужими сплетнями, обращая их себе на пользу. Ведь даже несмотря на сплетни и слухи, девушки все равно толпами бегали за блондином. А уж Закария всегда находил, что попросить у наивных и доверчивых девчонок, готовых ради него порой нарушить школьные правила. Они бродили по светлым залам еще несколько часов. Все это время Грин внимательно наблюдал за восторженными взглядами Закарии, переходившего от одного полотна к другому. Некоторые картины он рассматривал почти вплотную, вникая чуть ли не в каждый мазок краски. Другие он старался посмотреть издалека, пытаясь охватить всю картину разом. Обычно так он разглядывал большие по размеру полотна и изображенными на них пейзажами. Особенно долго Томпсон стоял у огромной картины, которая запечатлела на себе разбушевавшийся океан и маленький кораблик, который старался бороться с грозной и неукротимой стихией. Леонард тоже остановился на ней, поражаясь удивительной контрастности темных высоких волн и ярких молний, расчерчивающих еще более темное небо. Картина и правда показалась шатену живой. После долгого взгляда у парня появилось такое чувство, что автор этой картины сам когда-то пережил такой же шторм, а после просто решил запечатлеть этот, отпечатавшийся в его памяти момент. И эта картина не была здесь такой единственной. В каждой чувствовались мысли и отпечаток души художника. Его чувства и его настроение. - Это действительно здорово! – обратился Закария к другу уже на выходе из галереи. – Это намного лучше, чем поход в шотландский заповедник с драконами, в который меня хотели затянуть родители! - Правда? – поразился такому сравнению Леонард. Для него как раз заповедник казался лучшим выбором. Хотя сегодняшняя прогулка тоже была по-своему волшебной. До сегодняшнего дня он еще ни разу не чувствовал себя таким свободным. Обычно при разговоре с Закарией парень словно закрывался, даже несмотря на большое количество времени проведенного вместе. Порой Леонарду казалось, что с каждым днем его невидимая преграда становилась все толще и толще, будто он хотел убежать, разорвать все связи. Но в тоже время он не мог этого сделать, отвыкнув быть один. Теперь такое родное, тихое и спокойное одиночество, представлялось Грину чем-то чуждым и холодным. Он уже не мог представить вечеров без шумного блондина рядом. Столь любимая тишина оказывалась оглушительной без тихого бубнения под нос очередного заклинания или какого-нибудь трактата. - Правда, - сейчас Закария был совершенно серьезным. – По сравнению с тем, что я сегодня увидел, не устоит даже представление команды Англии в прошлогоднем чемпионате по квиддичу. Ты же видел то поразительное выступление? - Честно говоря, нет, - немного замялся Леонард. Он не сильно любил этот вид спорта, да и вообще любой другой, а на школьные соревнования ходил лишь только ради поддержки команды собственного факультета. - Ты серьезно? – от удивления Закария даже споткнулся на ровном месте. – Разве можно было пропустить такое событие? В Пророке писали о чемпионате чуть ли не за неделю до его начала. Это уже не говоря о билетах, которые были раскуплены в считанные дни. Еще и организаторам пришлось немного увеличить вместительность трибун из-за слишком большого числа желающих попасть на матч. - Я не выписываю Пророк, да и мои родители все равно бы не пошли, а больше мне идти было не с кем... – совсем тихо произнес Грин. Он решил промолчать, что денег на билеты ему бы в любом случае не хватило. – Я все равно не сильно интересуюсь квиддичем... И спортом... - Да? А чем тогда? – Томпсон заинтересованно уставился на парня. Он задал этот вопрос не из-за простого вежливого любопытства. Закарии было действительно интересно узнать о шатене больше. - Мне нравятся животные... – Леонард сделал небольшую паузу, решаясь рассказать про свой выбор. – Я все же решил стать зоологом или разводчиком магических животных в заповеднике на севере Англии... - Я так и знал, - беззлобно фыркнул в ответ ему блондин. – Не зря же ты постоянно сидишь за этими неподъемными томами по зоологии. Хотя, если тебе это нравится, то почему ты должен слушать мнение остальных? Вот от моего вот выбора родители совсем не в восторге... - Почему? – совершенно не подумав, спросил Леонард, но тут же заметил как лицо блондина стало серьезным. - Не важно, - отмахнулся Закария и осмотрелся по сторонам. – Куда мы идем? - Скоро увидишь, - ответил ему Грин, поддерживая смену темы. Все это время они шли по набережной уже успевшей зажечь свои огни. Тут и там встречались спешащие куда-то парочки, изредка проезжали машины. Еще реже по черной глади Темзы проплывал прогулочный катер. Расходящиеся от него в стороны волны рушили идеальное отражение вечернего Лондона. Теплый желтоватый свет от уличных фонарей разбивался искрящимися бликами на гребне каждой небольшой волны. От этого казалось, словно под водой плавают стайки маленьких светящихся рыбок. А еще это было чем-то похоже на горящий под водой огонь, языки которого пытались вырваться из речного плена. Закария много раз был в Лондоне, но еще ни разу он не видел ночной набережной. Правда больше всего его внимание захватило подсвеченное таким же теплым желтым светом здание парламента и знаменитый на весь мир Биг-Бен. Само здание правительства очень сильно напоминало ему архитектуру Хогвартса, разве что здесь не было высоких башен с конусообразными крышами. - Эм... – прервал его любование видом Леонард. – Ты только не подумай, что я тебе хотел показать Бена, которого и так видел каждый... – казалось, парень занервничал еще больше под вопросительным взглядом Томпсона. – Мы сюда на остановку шли... - Хорошо, - кивнул в ответ блондин. – Куда поедем? Не на ночную же прогулку по еще одному кладбищу? - Нет, - моментально засуетился Леонард. – Острые ощущения мы можем получить и в походе в... - Запретный лес? – тут же подхватил Томпсон, подмигивая вконец растерявшемуся парню. – Да ладно тебе. Не грузись по этому поводу, - мягко и как-то приободряюще улыбнулся ему Закария. - Угу, - буркнул себе под нос Грин. – Пойдем. Он моментально запрыгнул в остановившийся автобус и, отдав деньги за проезд, занял место недалеко от выхода. Закария последовал за ним, присев на соседнее сиденье. Всю дорогу они провели в какой-то неловкой тишине, что повисла между ними еще на остановке. Томпсону не нравилась эта неопределенность, с которой они закончили, но что сказать шатену он так и не нашел. Леонард же вовсе не возражал, а просто смотрел в окно автобуса на все больше и больше сгущающиеся сумерки над Лондоном. Блондин тоже пытался смотреть в окно, но его взгляд постоянно переключался на совершенно спокойное лицо Грина. Сейчас Закария пытался запомнить каждую секунду, каждое мгновение, проведенное рядом с Леонардом. Каждую черточку на лице парня и каждую крохотную родинку на его виске. А автобус тем временем медленно, но верно ехал на восток. - Пойдем, - первым нарушил тишину Леонард. – Нам пора выходить. - Ага, - уже привычная озорная улыбка растянула губы Закарии. Они снова оказались на набережной. Но в отличие от центра города фонарей здесь было слишком мало. Так что они едва справлялись с темнотой ночи, воцарившейся в Лондоне. Усилившийся к ночи мороз безжалостно щипал парней за щеки и носы, делая их розового оттенка. Впрочем, в темноте это было почти незаметно. - Где мы? – Леонард уже сбился со счету, сколько раз Томпсон задал этот вопрос за прошедший день. Парень удивленно осматривал самые обычные на вид дома напротив. - Развернись, - тихо ответил ему Леонард. И Закария развернулся, моментально застыв на месте. Прямо поперек Темзы располагались странные строения, напоминающие собой большие ракушки, из которых в бескрайнее черное небо бил яркий свет. Они словно пылали изнутри, освещая все вокруг себя. В речной ряби отражался свет этих ракушек. Именно сейчас и именно тут этот свет был похож на подводный пожар, бушующий прямо под необычными строениями. Где-то там вдалеке виднелись перемигивающиеся огни ночного города, казавшиеся сейчас просто яркими звездами. Звуки Лондона, доносившиеся с их стороны казались далеким эхом из другого мира, которое ворвалось в сказочную тишину набережной. - Тот самый Барьер на Темзе, - раздался откуда-то из-за плеча голос Леонарда. – Его построили совсем недавно, так что ты, наверное, его еще не видел... - У меня опять нет слов... – не поворачиваясь, ответил Томпсон. Он продолжал, как завороженный смотреть на чудо перед собой. – Но зачем его вообще построили? Наверняка маглам он для чего-то нужен... - Это своего рода дамба, которая предотвращает затопление некоторых прибрежных районов, - пояснил ему Грин. – Года четыре назад тут как раз сильно затопило несколько районов. После этого власти решили построить дамбу, которую можно было бы открывать для кораблей, идущих в порт Лондона... Какое-то время они стояли в полной тишине. Закария восхищенно смотрел на чудо перед собой, а Леонард не мог оторвать своего взгляда от него. Сейчас Томпсон был похож на маленького ребенка, которого первый раз в жизни повели в парк аттракционов. Грин и подумать не мог, что наспех запланированная прогулка настолько понравится блондину. Время словно замедлило свой бег, растягивая сказочный момент, даже мороз сдал свои позиции. Вот только Леонард чувствовал какую-то необъяснимую тревогу в груди. Его сердце по неизвестной причине ускорило свой бег, а в мыслях поселилась паника. Шатену одновременно хотелось убежать прочь и остаться здесь. Сегодня это чувство уже посещало его, но сейчас ощущения были в несколько раз сильнее. - Это самая лучшая в моей жизни прогулка! – Закария резко развернулся на месте, оборачиваясь к Леонарду и заставляя вздрогнуть его от неожиданности. – Серьезно! Мне еще никогда не было так интересно на экскурсиях! - Спасибо, - моментально смутился Леонард. Он чувствовал, как начинают гореть его щеки, и происходило это вовсе не от мороза. На несколько секунд между ними снова повисла тишина, но Грин нарушил ее первым. - Не надо меня благодарить, - выпалил парень. – Я... Я вообще не планировал ехать в Лондон... Хотел снова провести тебя по своему городку, чтобы ты просто перестал отвлекать меня от учебы, но... – Леонард снова замолчал, словно подбирая правильные слова. – Та книга, что ты мне подарил... Она ведь очень дорогая... Я не знал, как тебе ответить на этот подарок, - объяснения с каждым словом становились все тише. - Хотел подарить что-то равноценное, но было уже слишком поздно искать подарок... Да и нет у меня таких денег... А в голову мне больше ничего не пришло... Вот... – конец фразы Закария уже еле расслышал. - Хей, - блондин приблизился к парню и приподнял его подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. – Это самый лучший подарок из всех, что я когда-нибудь получал в своей жизни... Леонард хотел что-то ему возразить, но все его протесты прервало нежное и теплое касание чужих губ к его собственным. Первый раз в жизни кто-то целовал его. И не просто чмокал в щеку, а целовал по-настоящему, по-взрослому. Закария же действовал совершенно спокойно и уверено, беря инициативу в свои руки. Мягкими и осторожными движениями он добился того, что Леонард все-таки приоткрыл свои губы, позволяя чужому языку проникнуть ему в рот. Томпсон так и чувствовал удивление шатена, наблюдал его из-под приопущенных век, как в темных глазах, которые сейчас казались абсолютно черными, страх граничил с любопытством. А еще в них яркими всполохами отражалось то самое подводное пламя, бушевавшее на реке. Но больше всего Закарии нравилась мелкая дрожь, что охватила Леонарда. Сейчас тот казался блондину маленьким котенком, который отвык от ласки и боялся, что его вот-вот ударят. И это все больше и больше воспаляло желание внутри Закарии. Он жаждал превратить этот медленный и немного робкий поцелуй в танец страсти, но сдерживал себя, чтобы не спугнуть Леонарда. А вот сам Грин чувствовал, что сейчас не сможет сделать и шага без поддержки со стороны. Он едва стоял на ногах, решивших совершенно внезапно стать ватными. Хогвартсе он не раз натыкался на целующиеся парочки и искренне не понимал, как может вообще понравится, когда кто-то лезет в твой рот языком. Но сейчас он просто таял от охвативших его с ног до головы ощущений. Все мысли о мерзости и прочие неприятные факты отошли не просто на второй план, они вообще пропали у Леонарда из головы. Он только хотел, чтобы время вообще остановилось, растягивая приятный момент на целую вечность. Шатену было даже все равно на неожиданную нехватку воздуха только из-за того, что он сам перестал дышать. Закария не хотел выпускать Грина из своих объятий, но он все же прервал их поцелуй, чтобы окончательно не потерять контроль над собой. Блондин медленно отстранился от Леонарда, прихватывая напоследок его нижнюю губу своими. Теперь они просто стояли в полной тишине и смотрели куда угодно, но только не друг на друга. Томпсон все еще сжимал своими руками плечи шатена, а тот не спешил от них избавляться. - Извини, - первым разрушил тишину Закария. Он как-то слишком резко отодвинулся от Леонарда. Тот же просто молча стоял и смотрел себе под ноги. Молчание затягивалось, превращаясь в неловкую паузу. - Блин, скажи хоть что-нибудь, - тяжело вздохнул блондин. – Или ударь меня... Только не стой так и не молчи! - Прости, - встрепенулся Грин от такой реакции Закарии. - Идиот, - усмехнулся тот и, притянув Леонарда к себе, крепко его обнял. – Ты не должен просить у меня прощения... Леонард снова хотел извиниться, но все-таки сдержался и промолчал, утыкаясь носом в холодную куртку Томпсона. Они стояли так какое-то время, наслаждаясь каждой секундой, стараясь растянуть сегодняшний день и не замечая ничего вокруг себя. Леонард полностью потерялся в своих ощущениях и запутался в чувствах. Он не знал, что ему делать дальше. И он ждал, полагаясь на более опытного в плане свиданий Закарию. И каждый раз, как только он в мыслях называл их прогулку свиданием, по его спине пробегали стайки мурашек, скапливаясь где-то в районе живота. - Ты совсем замерз, - тихий голос Томпсона сейчас казался раскатом грома, от которого Леонард вздрогнул и поднял на блондина встревоженный взгляд. Свет от ракушек создавал удивительный контраст на лице блондина с помощью холодных теней. Только его глаза выделялись яркими искрами. Грин словно заколдованный не мог оторвать своего взгляда от этой великолепной картины. - Что? – переспросил он, попутно утопая в чужом взгляде. - Ты замерз, - повторил Закария, улыбнувшись краешком губ. – Может, стоит отправиться домой? - Угу, - только и кивнул ему в ответ Грин. – Только мы уже не успеем на последний поезд... – он все еще смотрел на лицо Томпсона, а голос его казался немного отрешенным. - Поедем на автобусе, - пожал плечами Закария и, быстро чмокнув шатена в губы, пошел в сторону остановки, утягивая с собой за руку все еще немного растерянного Леонарда. Уставший за день водитель посмотрел на подростков странным, полным подозрения, взглядом, но так ничего не сказал. Парни заплатили за билеты и прошли в самый конец почти пустого салона, где никто бы не смог на них пялиться. Всю обратную дорогу они тихо сидели на заднем ряду, держа друг друга за руку. Каждый думал о чем-то своем, даже не стараясь нарушить хрупкое и немного неловкое молчание. А спустя минут десять Леонард почувствовал на своем плече что-то тяжелое. Парень повернул голову в сторону Закарии и наткнулся на спящего блондина. Грин как можно более осторожно сел, чтобы тому было удобно. Закария не проснулся, а только ближе прижался к чужому теплому телу. Леонард почти до самого дома рассматривал спокойное лицо Закарии, запоминая каждую черточку. В его голове раз за разом прокручивался весь сегодняшний день. Но больше всего его сознание останавливалось именно на Закарии, его реакции на что-то новое, его разговоре и его лучащихся счастьем и радостью улыбках. Леонард все еще не понимал причины такого внимания к блондину. Он никак не мог разобраться в собственных чувствах. Не говоря уже о том, чтобы объяснить то, что произошло между ними на набережной. Каждый раз как только его мысли возвращались к поцелую, Грин готов был провалиться на месте от смущения. Но и одновременно с этим ему было интересно, почему вообще Закария захотел его поцеловать. Ведь даже если он хотел так отблагодарить Леонарда за устроенный день, то... Да кто вообще так благодарит? Леонард мотнул головой и снова посмотрел в окно. В кромешной тьме тут и там проплывали огни уличных фонарей. Изредка мелькали яркие рекламные вывески, моментально бросающиеся в глаза всего на пару секунд. Парень опять перевел свой взгляд на спящего на его плече Закарию. Только сейчас Грин понял, что хотел бы уметь читать чужие мысли, чтобы хоть немного понять ход мышления Томпсона. А автобус тем временем тихо скользил по дорожному полотну, приближаясь к выезду из города. Дома парней встретила улыбающаяся миссис Грин. Она провела подростков на кухню к уже накрытому столу. Запах жаренного картофеля еще в прихожей вызвал у Леонарда немного болезненный спазм в животе и громкое урчание, а теперь он был готов просто наброситься на горячую еду. За ужином к ним присоединился еще и мистер Грин. Он вместе с женой ограничился только кружкой чая. Потягивая ароматный напиток, они расспрашивали парней о поездке. Отвечал в основном возбужденный Закария, а Леонард просто тихо сидел рядом и временами вставлял свои комментарии. - Я просто чуть с кресла не упал, когда начали показ фильма, - с искрящимися глазами произнес блондин, словно переживал этот момент еще раз. – Это действительно поразительно! Надо предложить профессору Дамблдору устроить показ прямо в большом зале. Готов поспорить, что большинство из наших даже не знают, что такое кино! - Слизерин точно будет не в восторге, - пожал плечами Леонард. - Ты так думаешь? – повернулся к нему Томпсон. – Не думаю, что это изобретение маглов оставит их равнодушными... - Да брось, - отмахнулся шатен. – Сколько человек из Слизерина посещают уроки магловедения? - Эмм... – тут же замялся Закария. – Не знаю... - Ни одного, - все так же, не отрываясь от собственной тарелки, ответил ему Грин. - А что такое Слизерин, дорогой? – спросила сына миссис Грин. - Один из школьных факультетов, мам. Там... – начал было пояснять Леонард. - Там учатся одни чистокровные снобы, которые мнят себя королями вселенной, - перебил его Закария. – Большая часть темных волшебников выпустилась именно из Слизерина... Да что там? Большая часть приспешников Ты-Сам-Знаешь-Кого училась в этом змеином гнезде, - впервые за сегодняшний день в голосе Томпсона шатен уловил гневные нотки. - Ты не прав, - совершенно спокойным голосом ответил ему Леонард. – Сириус Блек учился на Гриффиндоре. - Он же Блек, - фыркнул блондин. – Чистокровная семья магов, которая училась поколениями именно на Слизерине. Я не знаю, почему шляпа его вообще к нам на факультет направила, но ты ведь знаешь, что он сделал? Леонард только кивнул в ответ, вспоминая печальную историю про всем известное происшествие, которое произошло почти сразу после падения Темного Лорда. Всю Англию поразило столь вероломное и жестокое массовое убийство ни в чем не повинных маглов. Случилось это за пару лет поступления Леонарда в Хогвартс. Тогда он еще не знал о магическом мире, поэтому помнил только выпуск новостей, в котором говорилось о мощном взрыве газа. Но уже позже, когда парень наверстывал свои знания магической истории он наткнулся на правду, скрытую от маглов. И эта правда поразила шатена до глубины души. В школе об этом особо не разговаривали, даже выпускники, которые как раз застали Блека с Поттером на последнем курсе обучения. Про те времена вообще старались не говорить, Хогвартс жил исключительно сегодняшним днем. - Леонард? – серьезным тоном обратился к сыну мистер Грин, прерывая их с Закарией диалог. – Нам нужно что-то знать? - Не волнуйся, пап, - мотнул головой шатен. – Это все было когда в магическом мире шла война, а сейчас все тихо и спокойно. - Да, - подтвердил его слова Томпсон. – К тому же Хогвартс самое безопасное место в мире. Так что вам не о чем волноваться. Миссис Грин внимательно посмотрела на Закарию, а после жестом заботливо предложила ему добавки. Парень охотно подал свою тарелку. - Леонард говорил, что в следующем году у вас начнется профильное обучение, - тактично перевела она тему разговора. – Что ты выбрал? - ЗОТИ, зелья, - начал перечислять блондин, дирижируя вилкой. – Ну и все, что нужно, чтобы стать аврором. - Что-то типа нашей полиции, - пояснил родителям Леонард. - Скорее специальный отряд по борьбе с серьезными правонарушителями, - поправил его Томпсон. - Это довольно смело, - поддержал парня мистер Грин. – Не каждый в наше время идет на работу в органы правопорядка. Оставшаяся часть ужина прошла за разговорами на нейтральные темы, которые время от времени сводились или в сторону быта маглов, или в сторону магии. И опять Леонард в основном наблюдал со стороны, тихо сидя и перебирая события сегодняшнего дня. А после ужина все плавно перешли в гостиную, где шатен устроился с очередной толстой книгой в большом кресле. Но нормально почитать Леонарду все равно не удалось. Он постоянно сбивался, отвлекаясь на очередное бурное обсуждение чего-нибудь между его отцом и Закарией. Миссис Грин же, как и сын, предпочитала наблюдать за всем со стороны. В общем в спальне они оказались когда на часах стрелка часов уже приближалась к жирной единице. Разморенный после горячего душа Леонард лежал на кровати, когда Закария пришел в комнату из ванной. Шатен даже не стал оборачиваться, уже заранее зная, что Томпсон стоит, в лучшем случае, с мокрой головой и в одних пижамных штанах. Про другие варианты парень старался даже не думать. Тишина в комнате повисла густым киселем. И Леонард от чего-то чувствовал какую-то неловкость и скованность. Он словно ждал, что Закария начнет говорить что-нибудь по поводу сегодняшнего происшествия на Барьере, но блондин молчал и, казалось, не двигался с места. Правда потом, прошло не больше пары минут, Грин почувствовал, как прогнулся матрас под чужим весом, а спустя еще несколько секунд горячие руки обхватили его поперек тела. Закария молча притянул парня к себе и уткнулся носом тому в шею. Леонард тут же ощутил влажные волосы и горячее дыхание, щекотавшие чувствительную кожу. - Можно я так немного полежу? – спросил Закария. Его голос сейчас походил на утробное урчание большого кота. От прикосновения чужих губ к его шее у Леонарда по спине пробежались мурашки. Шатен был настолько скован невидимой силой, что в ответ смог лишь пробормотать что-то невнятное. Правда для понимания хватило и этого. - Спасибо, - Грин почувствовал, как губы Закарии растянулись в легкой улыбке. И от этого сердце Леонарда ускорилось чуть ли не вдвое. Шатен осторожно, будто боясь, переплел свои пальцы с пальцами Закарии. - И тебе, - чуть ли не шепотом ответил он, даже не осознавая, за что именно он благодарит. Они лежали так еще какое-то время, пока Закария не услышал размеренного дыхания Леонарда. Парень осторожно подвинулся ближе и, приподнявшись на локте, осторожно поцеловал Грина в висок. Томпсон снова лег, прижавшись грудью к горячей спине парня. Последние несколько часов он провел за размышлениями, захватившими его с головой. Он уже миллион раз успел разобрать в мельчайших подробностях вечер на Темзе. Он сотню раз промотал эти секунды, переживая их снова и снова. Но до сих пор он так и не смог разобраться в своих чувствах к Леонарду. Закария ощущал, как в его груди разливается тепло, когда тот в очередной раз улыбался уголком губ. Ему нравился мягкий и какой-то текучий голос Грина, который он готов был слушать часами. А от каждого прикосновения по его спине пробегала волна мурашек. Но Томпсон все равно никак не мог понять, что именно он чувствует. Он просто запутался в ощущениях. И если раньше он мог объяснить все простой привязанностью, которая появилась после долгих вечеров за книгами в выручай-комнате. То сейчас это было что-то другое... Не банальная привычка, а что-то большее. Но, возможно, Закария просто не мог признаться сам себе, что его чувства уже успели выйти за границу простой дружбы. Погруженный в размышления блондин не заметил, как заснул, все еще обнимая Леонарда и держа его за руку. Следующее утро встретило их неловким пробуждением. Первым проснулся Леонард. Он сначала не понял, почему ему так жарко, хоть одеяло укрывало только их ноги. И тут парень замер. Их? Они так и заснули вместе на одной кровати, и Закария все еще крепко обнимал его, уткнувшись носом куда-то между лопаток. Теплое дыхание горячило спину, по которой в очередной раз побежали мурашки. Леонард осторожно высвободил свою руку из цепкого захвата Томпсона и попытался так же осторожно выбраться из его объятий. - Доброе утро, - услышал он немного хриплый ото сна голос блондина. Леонард замер, превратившись в каменное изваяние. Только его сердце гулко колотилось о грудную клетку, и Грин боялся, что Закария услышит его громкий стук. – Как спалось? - Нормально, - только сумел пробормотать Леонард. Парень хотел расцепить объятья, но Томпсон снова притянул его к себе. - Давай полежим так еще немного, - тихо попросил он, касаясь шеи Леонарда губами. - Нам надо собираться на поезд в Хогвартс, - тут же ответил Грин, хватаясь за эту мысль, словно за соломинку. - Брось, поедем на Ночном рыцаре, - фыркнул ему в шею Томпсон, опалив кожу горячим дыханием. Леонард вздрогнул, почувствовав, как у него внизу живота начинает разливаться непонятное тепло. - Профессор МакГонагалл будет не в восторге, когда не досчитается нескольких учеников, - Леонард резко сел на постели, вырываясь из горячего плена. – К тому же мои родители не одобрят такое путешествие, - парень так же быстро вскочил с кровати и скрылся за дверью. - Черт, - выругался Закария, утыкаясь носом в мягкую подушку. А что он еще ожидал? Леонард не был из числа тех, кто сразу вешается на шею. Он, наоборот, слишком осторожничал и старался не подпускать к себе. К тому же Закария еще ни разу не слышал от него, что он считает их друзьями. И это уже не говоря о чем-то большем. Спустя пару часов они стояли на платформе у большого красного паровоза, в толпе учеников, которые как и они возвращались с зимних каникул. Встретившись с друзьями, дети начинали во всех красках расписывать прошедшие выходные. Так что гул на платформе стоял знатный. - Эй, Зак! – донесся до Закарии знакомый голос. Парень обернулся и сразу же заметил своих друзей. Схватив тихого Леонарда за руку, он поспешил к друзьям. Но шатен тут же затормозил. - Ты чего? – удивленно уставился на него Томпсон. - Мне надо попрощаться с родителями, - замялся Грин. – И еще надо отдать вещи... - Ну ладно, - тепло улыбнулся ему Закария. – Встретимся в поезде. С этими словами он поспешил к своим друзьям, которые кидали на них с Леонардом заинтересованные взгляды. Сам же Грин проследил за блондином взглядом и пошел в сторону поезда. Ему не нужно было что-то еще сдавать в багаж, да и с родителями Леонард уже успел проститься, пообещав им писать чаще. Настоящая причина такого поведения парня была до банальности простой – он чувствовал, что будет чужим в их компании. И даже если с Томпсоном он вроде бы нашел общий язык, то для его друзей он был чужаком. Это ничуть не задевало Леонарда, ведь за годы обучения в Хогвартсе он уже привык быть один. Парень прошел в самый хвост состава и уселся в один из пустых вагонов и, достав из рюкзака книгу, погрузился в чтение. Через какое-то время оставшиеся места заняла группа старшекурсников с другого факультета. Всю дорогу они болтали о девчонках и о квиддиче, совсем не обращая внимания на притихшего Леонарда. Закарию он не видел до самого Хогвартса.