Мемориал

Алакара ждала Настю в машине, нетерпеливо постукивая пальцами по рулю. -Извини, меня задержала Сонька, – вздохнула Настя, садясь в машину Стрин. – Она всё пытается выведать у меня про мой ночной кошмар. -Кошмар? – переспросила Алакара, и тут только до Насти дошло, что Стрин не знает об этом, да и никто не знает, кроме самого Макса. -Да, мне приснилось, как Макс пытается перерезать мне горло ножом, – кивнула Настя, стараясь придать своему голосу больше небрежности. Ей не хотелось, чтобы Алакара видела, как её это задевает, но в то же время хотелось этим поделиться. -Ты говорила об этом ему? – осторожно поинтересовалась Алакара. -Да… – усмехнулась Настя. – И знаешь, что он сделал? -Нет, конечно же. Откуда я могу это знать? Я маг, но не экстрасенс. -Он взял нож с моей кухни, приставил себе к горлу и сказал, что я могу оставить рану, что он даже сопротивляться не будет. Это было после слов о том, что он никогда не причинил бы мне вреда теперь, – с грустью закончила Настя. Перед глазами всплыло удивлённое лицо Максимилиана, когда она рассказала ему про сон. -Должно быть, ты и правда очень дорога ему, – почему-то сделала такой вывод Алакара. – Что тебя тревожит? Ты боишься его до сих пор? -Нет, – покачала головой Настя. – Я никогда не боялась его, даже в Долине Смерти. Мы были противниками, и я сражалась с ним. Я стреляла в него. То, что я чувствовала, нельзя было назвать страхом, скорее, я просто ненавидела его каждой клеткой своего тела. А сейчас… Я просто не знаю, как общаться с ним. Есть в нём что-то, что заставляет как будто входить в транс, подчиняясь ему. Это не гипноз, но… как будто автоматическое доверие. Есть что-то, что заставляет меня поверить, когда он говорит, что изменился. -Ты уверена, что у тебя чувства к Егору? – с явным недоверием спросила Алакара. -Почему ты спрашиваешь? -Потому что мне кажется, что ты чувствуешь что-то к Максу. Настя, пока всё это не запуталось слишком сильно и никто не пострадал, ответь себе честно на этот вопрос. -Что? Нет, Алакара, ты не поняла меня… У меня нет чувств к Максу, просто… -Ладно, – пожала плечами Алакара. – А что насчёт Егора? -А что насчёт него? Нам нужен перерыв как минимум, ибо я не могу простить его сейчас и не уверена, что смогу простить потом. То, что он сделал, заставило меня чувствовать себя очень хреново, и я задалась вопросом – а так ли он искренен на самом деле, как кажется? И знаешь, у меня пока нет причин в это верить. -Это твоё дело, но ты не должна идти против себя, если он не тот, с кем ты хочешь быть. -Я знаю, – быстро сказала Настя. Обсуждать Егора ей сейчас не хотелось. Она, наоборот, пыталась об этом не думать, но всё время возвращалась мысленно к нему. Слишком трудно забыть того, кто сделал так больно. Того, кто так ужасно предал. -Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя плохо из-за него. Он говорил, что сделает всё, чтобы быть с тобой, но… -Но его слова ничего не стоят, именно это ты мне хочешь сказать? Я уже поняла и не питаю каких-либо иллюзий на этот счёт. -Да, – подтвердила Алакара, – мне не хочется, чтобы ты страдала из-за того, кто этого совершенно не заслуживает. -А есть тот, который заслуживает, чтобы я из-за него страдала? – усмехнулась Настя. -Не знаю, – пожала плечами Алакара. – Но не думаю, что Егор такой. Он может тысячу раз говорить, что любит тебя, но, чёрт возьми… -Всё, хватит! – прервала её Настя. – Ты извини, но я больше не могу говорить об этом. Хватит. Мне кажется, что сейчас я запросто могла бы попасть в десятку. -С такой злостью – вряд ли. Когда ты зла, ты стреляешь наобум и попадаешь куда угодно, только не туда, куда нужно. Так и было, причём Алакара сама это видела, так что сомнений быть не могло. И там, в тире, было то же самое – когда Настя злилась, она не попадала в цель. -Верно, – вздохнула Гусакова. – Твой отец собирается ужинать вместе с нами? – решила уточнить на всякий случай, а заодно и сменить тему. Она ничего не имела против компании Олега, просто для неё до сих пор это было немного непривычно. -Да, он говорил, что придёт. Ты имеешь что-то против? -Да нет, конечно же, просто я ещё не совсем привыкла к нему. Я таких людей видела только по телевизору или читала о них в интернете, но никогда никого из известных людей не знала лично, поэтому для меня это как-то ново. Твой мир для меня новый, Алакара. Я не знала, что такой существует и что это вообще возможно, но факты говорят за себя. То, что я считала невозможным, на самом деле существует… И существовало тогда, когда я даже не задумывалась об этом. -И существовало бы и дальше, не касаясь тебя, если бы я не появилась в твоей жизни. Знаю. Но, Настя, подожди немного – и ты увидишь, что наша история только начинается. Килли Стрин представляет большую опасность для меня, для Чешири, Элеоны, но она также представляет опасность и для тебя тоже, независимо от того, в Империи ты или нет. До Насти наконец дошёл смысл того, о чём Алакара хотела ей сказать. -То есть ты хочешь сказать, что рано или поздно Принцесса начала бы охоту за мной, даже если бы ты не пришла в нашу школу? -Да, ты верно мыслишь, – подтвердила Стрин. – Всё так и есть, это лишь вопрос времени. -Но почему? – Настя этого не понимала, а когда она чего-то не понимала, это начинало её злить. – Если я не знаю тебя, значит, не имею к тебе отношения. -Ты всегда имела ко мне отношение, – спокойно возразила Алакара. – Всегда. -Но я ничего не понимаю… -Возможно, что однажды ты это поймёшь. Существует такая штука, Настя, и она называется судьба. Даже если бы мы выросли в разных городах или странах, если бы нам было судьбой суждено встретиться, мы бы встретились однажды, и ничего этому не помешало бы, потому что это то, на что не можем влиять ни ты, ни я. -Почему ты думаешь, что наша встреча была судьбой? -Потому что я не думаю, а знаю. Есть вещи, которые я не могу объяснить тебе сейчас, и не потому что ты их не поймёшь, а потому что всё это сложно, и замешано тут гораздо больше людей, чем кажется на первый взгляд. Я просто не имею права говорить тебе об этом, а тот, кто имеет, пока не готов это сделать. Настя молча обдумывала её слова. Она даже предположить не могла, о чём речь, но любопытство, как и прежде, здорово терзало её. Алакара выглядела расстроенной, может потому, что речь шла о каких-то действительно важных вещах? Так или иначе, Настя решила не заморачиваться насчёт этого, ведь рано или поздно, как говорится, всё тайное всё равно станет явным. -Ладно, давай не будем о грустном, хорошо? – вздохнула Алакара. – Не хочу держать тебя в напряжении, а я его чувствую. -В напряжение меня приводит незнание правды. -Но, как я уже сказала тебе, я не могу раскрыть карты. Они не мои, и этот человек мне слишком дорог, чтобы я так с ним поступила. -Я поняла. И ничего от тебя сейчас не требую. -Давай включим музыку? – предложила Алакара и, не дожидаясь Настиного согласия, стала нажимать какие-то кнопки. Заиграла музыка, но Алакара не стала ждать начала песни, она нажала на следующую. И эта мелодия показалась Насте смутно знакомой, будто она где-то уже слышала её. -Что это за песня? -Слушай, может поймёшь, – улыбнулась Алакара. Настя вслушивалась в музыку, и ощущение, что эта песня знакома ей, никак не покидало её. Название вертелось на языке, только она никак не могла произнести его вслух, хватаясь за знакомые ощущения, но ничего не получалось. -My girl, my girl, don't lie to me, tell me where did you sleep last night? – запела Алакара, как только началась песня. И тут до Насти дошло, где она могла слышать эту песню, а также другие песни этой группы. Песня называлась «Where did you sleep last night?», и исполняла её Nirvana, любимая группа Егора Кузнецова, история которой прервалась в связи со смертью её гитариста и вокалиста Курта Кобейна 5 апреля 1994 года, за целых два года до рождения Насти. На Егора Nirvana в своё время, как признался он сам, оказала большое влияние. Именно увлечение музыкой этой группы пробудило у него желание научиться играть на гитаре. -In the pines, in the pines, where the sun will never shine. I would shiver the whole night through, – продолжала Алакара, и Настя видела, как она увлечена песней, что даже отбивает ритм по рулю. В отличие от Егора, Гусакова не могла похвастать своей любовью к этой группе, ей нравилось максимум несколько песен, и то не так что бы очень сильно. – My girl, my girl, where will you go? I'm going where the cold wind blows. Настя улыбнулась, вспоминая, как Егор играл на гитаре, аккуратно перебирая пальцами струны, и пел эту песню. Это был какой-то концерт в школе, и вокруг везде были люди, которые слушали его голос, смотрели на него, но для него их не существовало, потому что он смотрел на Настю. Он пел и играл для неё. Эти воспоминания причиняли ей боль, и Настя отвернулась, глядя в окно и пытаясь выкинуть из головы мысли о Егоре, но это было не так-то легко сделать. Все мысли сводились к нему, будто он был центром Вселенной. Будто с ним было связано гораздо больше, чем на самом деле. Алакара перестала петь и теперь молча смотрела на дорогу. А в голове у Насти играл его голос. Не волшебный голос Курта Кобейна, которому можно было позавидовать, а голос Егора. Как же он старался хоть немного быть похожим на него, исполняя эту песню… Настолько входил в образ, что становился почти Куртом. -Послушай… Как думаешь, где сейчас твоя сестра? – неожиданно спросила Настя. Алакара на мгновение перевела взгляд на неё, потом снова стала следить за дорогой. -Наверное, бегает где-то по подземелью или же вернулась домой, – пожала плечами Алакара. – Я не знаю и, если честно, не горю желанием узнавать. Впереди у нас много всего не очень приятного, а мне уже хватило и пережитого. Не думала, что будет так трудно… – грустно усмехнулась Алакара. – Не думала, что эта война настолько затянется. Не думала, что мне придётся бояться за твою жизнь больше, чем за свою. Настя понимала, что для Алакары её жизнь значит слишком много, только не понимала, почему. Но она явно усвоила один простой урок – сейчас спрашивать что-либо было бесполезно, она всё равно не ответит на те вопросы, что интересуют Настю. Получался какой-то замкнутый круг, из которого совершенно не было выхода. -Меня удивляет, что она так много для тебя значит. -Меня бы это тоже удивляло бы на твоём месте, – кивнула Алакара. – Потом ты всё поймёшь, просто подожди немного. -Сколько ждать? – решила уточнить Настя. – Пока я не состарюсь? Учти, что тогда я использую это как последнее желание. -Да ну тебя, Настя! Не думаю, что это будет так долго. В квартире Стрин был идеальный порядок, будто они жили тут временно, как живут в гостиницах или на съёмных квартирах на короткий срок. Настя вспомнила, как мать постоянно ругалась, что у них в квартире вечный беспорядок, и никто не хочет ничего с этим делать. -Как вам удаётся держать квартиру в таком порядке? – поинтересовалась Настя у Алакары. Кого-то шокирует бардак, её же шокировал порядок. -Понятия не имею, – рассмеялась Алакара. – Может потому, что я редко бываю дома? -Тогда, полагаю, что твой отец знает, – усмехнулась Настя, осматриваясь. – Если никто, кроме вас, тут не живёт, кому ещё знать, как не ему? – она обвела взглядом комнату и прошла на кухню, где Алакара гремела кастрюлями. – Что ты делаешь? -Собираюсь помыть эти кастрюли, – Алакара указала на раковину. – У тебя есть предложения получше или хочешь мне помочь? – она рассмеялась. -А что, у тебя есть вторая раковина? – в тон ей поинтересовалась Настя. – Если есть, то я могла бы. -Эх, повезло тебе, – вздохнула Алакара. – Мы не бедствуем, но раковина у нас всё же одна, так что придётся мне мыть самой. -Если что, я всегда рядом и могу поддержать разговорами, например, – снова издала смешок Настя. – Не переживай ты так, хорошо? Там всего-то три кастрюли, я иногда по пять таких мою. Алакара недовольно цокнула, намыливая губку. -Настя, я бы посоветовала тебе быть осторожней со словами, а то придется ехать в лес, чтобы закопать труп вдали от любопытных глаз. -Да брось, – усмехнулась Гусакова. – Ты не станешь делать этого, ты слишком мной дорожишь. Это уже всем известно. Скорее ты убьёшь любого, кто попытается причинить мне боль. А насчёт трупов – неужели для Килли у тебя ещё не готова могила? -Нет, я только копаю её, – не поворачиваясь, ответила Стрин. Настя понимала, что она шутит, но для поддержания диалога спросила: -Серьёзно? -Конечно нет, Настя, – Алакара повернулась, закатив глаза. Мало кто умел делать это так эффектно. – Посмотри в окно, где тут копать? Везде один асфальт. -Хм, кому как не тебе знать, что в силу твоих способностей ты легко сможешь проделать дыру в асфальте. -Могу, но не стану, – поправила её Алакара. – Мне не нужно, чтобы газеты ещё и это про меня написали, хоть это и правда. Я просто не люблю, когда посторонние знают какие-то слишком личные вещи, а это, несомненно, одна из таких. Да и потом, никто не поверит, если увидит, люди просто решат, что у них поехала крыша, а зачем нам лишний шум? Мы и так, считай, публичные люди, – она поморщилась так, будто сама была не рада этому. -Понимаю, – кивнула Настя. – Лишнее внимание тебе ни к чему. Да и никто не поймёт, это ты тоже точно подметила. Я бы тоже не поверила, но ты обладаешь отличным даром убеждения. -Ты про ручку, которую я сбросила с тумбочки в больнице? – уточнила Алакара. Настя кивнула. Ей вдруг показалось, что это было много лет назад и что они с Алакарой знакомы уже всю жизнь. С ней можно было разговаривать о чём угодно, не боясь осуждения. Иногда она могла отвечать слишком резко, иногда они слишком расходились во мнениях, но Настя знала, что это происходит, потому что Алакара слишком беспокоится за неё. -Тогда я видела страх в твоих глазах и хотела доказать, что мне можно доверять, – пустилась в воспоминания Алакара. -Немного странный ты выбрала способ, – рассмеялась Настя, – я ведь и правда думала, что мне всё это просто приснилось... А ещё когда твой отец вылечил мою рану просто прикосновением... Я думала, что он ангел. -А он сказал, что ангел – ты, – Алакара закончила мыть посуду и повернулась к Насте, вытирая руки полотенцем. – О чём вы говорили тогда в больнице? Насте не пришлось напрягать свою память, она и так хорошо помнила каждое его слово, будто этот разговор произошёл час назад. -Разве он не рассказывал? – с удивлением спросила девушка. -Нет, – покачала головой Алакара. – Да я и не особо вдавалась в подробности, подумала о том, что вам лучше самим во всём разобраться. -Почему тогда ты спросила сейчас? -Потому что у меня может быть причина спрашивать об этом. -Я не хотела бы снова воспроизводить тот разговор, – призналась Настя. – Он говорил вещи, которые я, возможно, совсем не заслужила услышать, но он всё равно считал иначе. Я хочу понять, почему всё так, но ты не даёшь мне ответов, и я могу только теряться в догадках. -Я думаю, что лучше поговорить об этом потом, когда придёт время, и всё встанет на свои места. Ты согласна со мной? – спросила Алакара у Насти, наливая себе какой-то светлой жидкости в стакан. Настя подалась вперёд, наклоняясь над её стаканом. Жидкость совсем не напоминала воду. -И давно ты пьёшь? – решила уточнить Настя, встречаясь с насмешливым взглядом Алакары. -Это так, немного, чтобы согреться, – отмахнулась она, поднося стакан ко рту и делая небольшой глоток. Настя с интересом наблюдала за ней. -А что, рюмок у вас совсем в доме нет? Может, тебе подарить? – предложила Гусакова, посмеиваясь. -Возьми в шкафу, на второй полке, – Настя вздрогнула, услышав голос Олега. Как он успел так неслышно появиться? И теперь просто стоял в дверях кухни, вертя ключи от машины на пальце. Алакара подавилась своей водкой, удивлённо глядя на отца. -Что происходит? – Настя переводила взгляд с подруги на Олега. Эта безмолвная картина очень смешила её – молчавший Олег с чуть виноватой улыбкой на лице, и Алакара, удивлённо взирающая на него со стаканом в руке. -Налей папке выпить тоже, что ли, – кивнул он, вызывая ещё большее недоумение на Настином лице. – Сейчас я только руки вымою, погодите. Настя повернулась к Алакаре, находясь в каком-то странном оцепенении. Попробовал бы Саша налить ей даже просто попробовать, мать наверняка сразу устроила бы скандал. -И часто у вас так? -Нет, – покачала головой Алакара. Её взгляд был каким-то мутноватым, что было немного странно, если учесть, что она не успела выпить слишком много – Олег прервал её на самом интересном моменте. -Зачем он это делает? -Настя... – Алакара сделала очень многозначительную паузу. – Я понятия не имею. Если тебе так интересно, то иди и спроси у него сама. -Ну, не думаю, что в этом есть необходимость, – Настя по привычке оглянулась, чтобы проверить, не стоит ли Олег в дверях. – Он же сказал, что сейчас придёт. -Ну что, как дела? – спросил мистер Стрин, через минуту снова появляясь на кухне. Теперь его внимание было приковано к Насте, которая уже привыкла к этому и не чувствовала себя неловко в его присутствии. Она могла точно сказать, что они нашли общий язык. – Как там ваши с Алакарой дела продвигаются? -Просто не приставай к ней, – Алакара опередила подругу, открывшую рот для ответа. Глядя на неё, Настя задалась вопросом – когда это она так успела набраться? Олег же не обратил на это внимания или просто сделал вид, что не замечает. -Всё нормально, Алакара, – успокоила её Настя, заметив, что во взгляде Стрин присутствует какое-то напряжение. Ей что, не понравился вопрос Олега? – Мне не трудно самой ответить. -Окей, как хочешь, – Стрин как-то быстро сдалась, даже не пытаясь спорить. Спорить она любила. – Просто может это не самое лучшее время, чтобы говорить о наших делах? – последнее, судя по всему, было обращено к её отцу. -Хорошо, давайте поедим сначала, – предложил он. – И, Алакара… – он повернулся к дочери, – ты до сих пор не налила мне выпить? Я же совершенно серьёзно тебя просил. Хочешь пить – хотя бы делись. Стрин снова закашлялась, но под пристальным взглядом отца достала из шкафчика бутылку. -Тебе в стакан? -Я не капризный. -Ладно, – кивнула Алакара и наполнила стакан на четверть. Она делала это так демонстративно, а взгляд Олега вызывал улыбку. Насте казалось, что они, не сговариваясь, разыграли перед ней сценку. -Спасибо, – кивнул Олег дочери и сделал небольшой глоток. – Хорошо согревает, между прочим. Настя, хочешь? У нас много чего есть. Ты скажи, если захочется. Гусакова бросила взгляд на полупьяную Алакару и решила – а почему бы и нет? Он же совершенно серьёзно предложил и ругаться не будет, это не мать. И она решилась, понимая, что потом может и пожалеть, но сейчас это было неважно. -Да, если можно, – кивнула Настя. – Можно мне немного виски? -Ого, – подала голос Алакара. – Что это с тобой сегодня? Пап, ты что, реально собрался ей налить? -А почему бы и нет? – Олег посмотрел на дочь так, будто она сказала какую-то глупость. Настю это позабавило. -Ну не знаю... – протянула Алакара с сомнением. – Взрослые обычно используют совсем другие методы. -Если бы я использовал стандартные методы, – Олег сделал небольшую паузу, внимательно вглядываясь в лицо Алакары, выражение которого было то ли растерянным, то ли удивлённым, – то ты бы не ходила повсюду с пистолетами, а сидела бы в закрытой комнате с охранниками снаружи. -Хм, логично... – протянула Алакара, видимо, обдумывая его слова. – У тебя нестандартные методы, но мне это нравится. Тебе никогда не нужно было следовать установленным стандартам. Ты знал, что я и так смогу быть человеком, в отличие от моей сестры. -Да, я чувствовал это, – подтвердил Олег. – Я всегда хотел быть тебе хорошим отцом, но понимал, что разными запретами, как делают все, ничего не добьюсь. -Именно поэтому ты обучил меня магии и обращению с оружием? -Да. Я понимал, что могу не всегда быть рядом, чтобы защитить тебя. Настя почувствовала себя лишней и хотела было потихоньку уйти, но в это время Олег отвлёкся от беседы с Алакарой. Он сказал, что они могут подняться наверх, в комнату Алакары, пока он накрывает на стол. Настя предложила помочь, но Олег наотрез отказался. -Ты здесь в гостях, – улыбаясь, произнёс он. – Не хватало ещё, чтобы я заставлял тебя что-то делать. Я сам ещё не настолько беспомощный, чтобы не мог поставить тарелки на стол. Настя улыбнулась в ответ, а потом Алакара повела её в свою комнату. -Он слишком добр ко мне, – произнесла Настя беспокоющую её мысль, как только Стрин закрыла дверь. – Не уверена, что именно этого я и заслуживаю. -Господи, перестань уже! – Алакара закатила глаза, чем очень рассмешила Настю. – Хватит уже нести всякую ерунду. Ты как будто так и ожидаешь какого-то подвоха. Настя пожала плечами, про себя отметив, что ещё немного вздрагивает, когда Олег неожиданно появляется в дверях. Но, может, это вполне нормально, может, это вполне нормальная реакция на неожиданные вещи? В конце концов, он ведь давно дал ей понять, что бояться его не стоит, но она всё равно, пусть и ненамеренно, но делала это. -Настя, не становись параноиком, – вздохнула Алакара, задёргивая шторы и включая верхний свет в комнате. – Ты пытаешься видеть то, чего нет. Как мне убедить тебя, что ты не права? Да, мой отец хорошо относится к тебе. Но, чёрт возьми, это не значит, что в этом есть какой-то подвох. -Да, не значит, – согласилась Настя с подругой. – Но кому, как не тебе может быть известно, что нам стоит проявлять осторожность, хотя бы иногда. -Мы говорим о моём отце, Настя, – напомнила ей Алакара. – В нём я уверена, поэтому тебе придётся поверить ему тоже. В списке тех, кто может желать тебе зла, он был бы на последнем месте. -Ладно, я поняла, – пожала плечами Настя. – Ты знаешь больше меня, поэтому тебе легче делать именно такие выводы. -Потерпи – и ты узнаешь тоже, – вздохнула Алакара. – Не думаю, что придётся ждать долго. Тайна, которую она хранила, касалась не только её, но и людей, которых она любит. Не говорить всего Насте, оставляя паузы в диалогах, было тяжело, но эта тайна принадлежала не ей, поэтому Алакара терпеливо молчала. -Сыграешь со мной в карты? – предложила Алакара. -Нет, – покачала головой Настя, вспомнив как она обыграла её подруг в школе. Стрин усмехнулась – казалось, они одновременно подумали об одном и том же. -А если я буду играть честно? – не сдавалась Стрин. -Нет, Алакара, – покачала головой Настя. – Когда-то я дала себе слово, что никогда не буду играть с тобой. -Если бы ты не знала, мы могли бы сыграть, правда? – Алакара изо всех сил пыталась найти лазейку, чтобы уговорить Настю. -Вполне возможно, – кивнула Гусакова. – Но я знаю. Ты имела неосторожность продемонстрировать свой талант при мне. На что вы тогда играли, что тебе была так важна эта победа? -На что играли? – уточнила Алакара. Настя кивнула. – На булочку с маком. Да ладно, я же шучу, просто хотелось проверить, будет ли моя магия действовать на это. Могло и не получиться. -У тебя? – удивилась Настя. – Да не шути. У Алакары Стрин всё всегда получается, – в голосе Насти звучало восхищение. -Нет... – с грустью покачала головой Алакара. – Если бы у меня получалось всё, то мы не оказались бы в такой ситуации, как сейчас. -Да, мы оказались, но мы выберемся из неё. Всё будет хорошо, – Настя вздохнула, глядя на противоположную стенку, на которой висела фотография Алакары и Олега. -Выберемся, – кивнула Алакара. – Только когда это ещё будет... Мне что-то подсказывает, что происходящее сейчас – не самое страшное. Именно поэтому я собираю людей, которые будут готовы бороться против Принцессы. Это очень важно. Если мы проиграем, вся власть достанется Килли, и тогда ничего уже не будет прежним. Смысл в том, чтобы не дать злу победить. Иначе мы все очень дорого заплатим за это поражение. -Знаешь, что мне нравится в тебе? – взглянув на подругу, спросила Настя. Алакара покачала головой. – Несмотря на то, в чём тебя заставила жить твоя сестра, через что она заставила тебя пройти... это не помешало тебе не сдаваться и верить, что в конечном итоге всё наладится. -Настя, – с грустью вздохнула Алакара, – я знаю, как тебя восхищает это, но ты не видела по-настоящему стойких людей. Я, к сожалению, не одна из них. Мой отец с детства научил меня не сдаваться, он помог мне поверить, что однажды добро победит, а до тех пор мы должны делать свою работу. Он заставил меня верить, что всё, что мы делаем, так или иначе приносит пользу. Мы потеряли семью, но в будущем можем потерять что-то большее. Настя поймала себя на мысли, что не знает, что сказать. Ей никогда не приходилось быть в такой ситуации, но она могла представить, через что прошли Алакара и её отец. -Просто хотя бы сейчас не думай об этом. Ты научила бороться и меня, теперь я понимаю, каково это. Ты можешь думать, что есть люди гораздо сильнее тебя, и будешь, наверное, права, вот только для меня ты – тот самый сильный человек, которым я восхищаюсь. Тот самый, который заставил и меня верить в то, что это ещё не конец. -Это не конец, – глядя в глаза подруги, подтвердила Алакара, – я обещаю тебе, что не конец. Мы справимся со всем, какие препятствия ни встали бы у нас на пути. Всё будет хорошо.