Мемориал

Скоро рассвет, выхода нет, Ключ поверни – и полетели. Нужно писать в чью-то тетрадь Кровью, как в метрополитене Выхода нет. -Сплин – Выхода нет.</i> Вернувшись домой, Настя долго не могла попасть ключом в замочную скважину – она была довольно пьяная. Часы показывали одиннадцать часов вечера, и тишина, стоящая в доме, была подозрительной. Удивившись, что никто не хватился её до сих пор, девушка опустилась на табуретку и стала пытаться стащить сапоги с ног. -Настя, где ты столько времени шаталась?! – в прихожую выскочила Аня с горящими от злости глазами. «Господи, сейчас начнётся…» – лениво подумала Настя, с трудом снимая сапог. Ей вдруг захотелось рассмеяться, глядя в обеспокоенное лицо матери. Она везде видела лицемерие. И лишь одно мгновение отделяло её от того, чтобы поведать мамочке, что она знает её страшный секрет, который её бывший муж так и не смог сохранить. Разве не смешно? Как казалось девушке, так очень даже. -Ты только посмотри, на кого ты похожа! Бомжи лучше выглядят! – выговаривала дочери Аня, видимо, заметив её выражение лица. – Мы все чуть с ума не сошли от беспокойства, а тебе всё равно! – она повела носом, лицо её мгновенно изменилось. – От тебя несёт водкой. Ты что, пила?! «Ну да, – с грустью подумала девушка, – ты ведь не знаешь, что мой дорогой папочка лично мне наливал. Сказать тебе или не сказать?» – и решила, что лучше не надо. -А что, нельзя? – спокойно спросила девушка, наконец стащив и второй сапог. – Пожалуйста, продолжай. А потом продолжу я. Мне есть, что тебе сказать. -Настя, Настя… – Аня ошарашенно глядела на дочь. – Что вообще с тобой происходит? Я тебя не узнаю, может мою дочь подменили? Ты получила двойку в школе? Чтобы сказать мне об этом, не надо напиваться до безумия, я твоя мать и не съем тебя. Настя усмехнулась. Если бы Аня только могла представить, какова настоящая причина, ей бы стало дурно. Но в этот миг на лестнице послышались шаги – Сонька услышала крики матери и спешила узнать, в чём же дело. -Мам… что происходит? – замерла она в проходе, глядя на сестру и мать. -Привет, Сонюш, – Настя весело помахала сестре, и до Соньки дошло. -Ты пьяна? – спросила она и, не дождавшись ответа, снова повернулась к Ане. – Мам? -Соня, пожалуйста, иди в свою комнату, – тяжело вздохнула Аня. – Нам с Настей надо серьёзно поговорить. Тебе тут делать нечего. -Да, Сонечка, можешь идти, – кивнула Настя, снова борясь с желанием рассмеяться, насколько же нелепым было всё – ситуация, в которую она попала, лица матери и сестры, и так далее. Но она знала, что поступает правильно, ибо она никогда не была из тех, кто мог делать вид, что всё хорошо, будто никто её не обманывал. – Нам с мамой и правда надо поговорить. То, что я расскажу, затронет тебя меньше всего. Сонька, может, и осталась бы, но Аня бросила на неё такой взгляд, что она, вздохнув, поспешила исчезнуть – под горячую руку матери попадать было опасно. -Ну и что? – Аня снова повернулась к Насте, и из её глаз в любой момент были готовы полететь настоящие искры. – Только посмотри, что ты с собой сделала! -По крайней мере, я вен не резала и из окон не бросалась, – в тон ей ответила Настя. Она уже успела найти свои домашние тапки и влезть в них. Аня вскрикнула. -Ты что, совсем рассудок потеряла?! -Ты бы тоже потеряла, мамочка, – грустно усмехнулась Настя, – если бы узнала, что твой отец… Она совсем не была в восторге от того, что ей приходится участвовать в этом спектакле. Но это нужно было сделать, наконец положив конец всей той бессовестной лжи, которая накопилась за все годы. Кто знает, что ещё скрыла мать. -Я тебя не понимаю, – нахмурилась Аня. Разумеется, она и не думала, что сейчас всплывёт история столетней давности. – Твой отец – лучший из возможных. -Лучший из возможных? – усмехнулась девушка. – О чём ты? Но да ладно, в самом деле, сейчас не об этом. Лучше скажи мне – он лучший, потому что оставил тебя с маленькой дочерью, или потому что изменил тебе со студенткой? -Настя, прекрати этот цирк! – Аня повысила голос. В её глазах отразился ужас, она наконец-то поняла, куда клонит её девочка. И всё, что ощутила в этот момент – беспомощность. Она ничего не сможет сделать, у неё нет сил, чтобы плыть против течения. – Не смей так говорить о Саше! Он твой отец, если ты забыла! -Если ты забыла, мой отец Олег Стрин! – в тон матери ответила Настя. Её страшно бесило то, что все вокруг лгут. Даже тогда, когда правда уже становится очевидной. Аня покачнулась, но удержалась на ногах, держась за стенку. В это мгновение ей показалось, что лампочка погасла, и стало темно. Она знает… она ВСЁ знает… Она закрыла глаза, не понимая, что теперь делать. У Насти есть правда, у неё – годы лжи. -Что ты несёшь?! – она видела только один выход – отрицать всё. -Что Я несу?? – Настя закрыла лицо руками и разрыдалась. – Как тебе не стыдно даже сейчас, глядя мне в глаза, продолжать врать?! Ты думала, что я никогда не узнаю? Я виделась с ним, и он рассказал мне всю правду!.. -Не смей верить… этой ерунде! – заорала Аня. – Чёрт, как у тебя вообще язык поворачивается марать наши с папой имена?! Иди к себе и ложись спать, а завтра мы поговорим, когда придёшь в себя! Я не позволю тебе всё сломать! -Ты лжёшь! – подняв на мать мокрые от слёз глаза, кричала Настя. – Я не думала, что моя мать – просто трусливая дура, не способная признать правду! -Я вышла за Александра и никогда не расставалась с ним! – гнула своё Аня. – Хватит нести эту чушь и орать на весь дом! Что за концерт ты тут устроила?! Настя снова разрыдалась, спрятав лицо в ладонях. Её била крупная дрожь, и ей казалось, что она вот-вот выбьет себе зубы. Всё, что она вынесла из разговора с матерью – что она слабая и неспособная признать правду, даже когда её припирают к стенке. Послышались шаги, и в прихожей появился Саша. Его взгляд остановился на Насте, которая была в полубессознательном состоянии. -Это правда, – сказал он, и она не сразу узнала его голос. – Да, Настя, я знал, что твоя мать была замужем за Олегом, но что она родила от него ребёнка и сказала, что он от меня, я понятия не имел. Вот и ещё одна жертва её матери. Настя подняла глаза на Гусакова. Она наконец-то прекратила плакать, когда нашёлся хоть кто-то, кто мог внести ясность, а главное – сказать так, как есть, без ненужной лжи и попыток выкрутиться. -Значит, всё, что сказал мне Олег, правда? – уточнила несчастная девушка. -Да, Настя, – с грустью кивнул Саша. Он сам был готов разрыдаться. Да и какой отец не был бы готов, если бы узнал, что его дочь на самом деле не его дочь? – Уверен, что это к лучшему. -Саша, Саша, ну куда ты сейчас пойдёшь? – плакала Аня, увидев, что Гусаков собирает в охапку свои куртки из шкафа и куда-то их несёт. – Что ты делаешь?! «Истеричка, – подумала Настя, – истеричка, ещё и лгунья». -Сейчас – никуда, – ответил Гусаков, снова появляясь в прихожей. Глядя на него, Настя удивлялась, как вообще можно оставаться таким спокойным, как он? – А завтра я подам на развод. Пока ищу новую квартиру, поживу у друзей или ещё где-то. -Пожалуйста, не уходи… – взмолилась Аня. – Ты всё не так понял! Настя пьяна и болтает лишнее… -А я так не думаю, – спокойно ответил ей Гусаков. Его голос ни разу не дрогнул, хотя, скорее всего, это была просто маска. – Я не понимаю, как мог поверить тебе, как допустил, чтобы это произошло со мной… Наверное, просто был идиотом. Знаешь, – продолжал он, повернувшись к Насте, – сначала я действительно не верил, что ты моя дочь, но она предложила сделать экспертизу, которая показала… Это был бы замечательный сюжет для драматического фильма. И в конце него обязательно бы кто-то умер. Но это была жизнь, а потому почти все просто плакали. -Это мелочно и грязно, – улыбнувшись через боль, он взглянул на жену. – Ради чего ты врала столько лет, можешь мне объяснить? Прямо сейчас, не сходя с этого места. Может, в твоём понимании я это и заслужил, но за что ты так обошлась с Настей? -Ты бы никогда не вернулся ко мне, если бы узнал, что она не твоя дочь, – ответила Аня после долгой паузы. – Я действовала по ситуации. -Что я сделал бы, решать не тебе, а мне, – отрезал Александр. – Но то, что сделала ты, только показывает твой эгоизм. Ты просто боялась остаться одна с ребёнком, без крыши, без средств, поэтому использовала меня. Не находишь это подлым? Я не сволочь последняя, поэтому ты просто могла прийти ко мне и попросить у меня денег. Не поверишь, я дал бы любую сумму, которая тебе потребовалась бы! Даже не требуя от тебя, чтобы ты мне потом её возвращала. Я всегда относился к тебе по-человечески, несмотря на наш конфликт, тогда почему ты пошла на такую подлость? -Я просто боялась тебя потерять… – тихо ответила Аня. -Нет, дорогая, – покачал головой Гусаков. – Мы только что с тобой выяснили, что этого ты не боялась. Хотя бы сейчас не продолжай врать, это становится утомительным. У меня сейчас чувство, что об меня просто вытерли ноги. От тебя я никогда не ожидал такой подставы. Что ж, тебе и впрямь удалось меня удивить. -Саша… – Аня чувствовала себя беспомощной, но пыталась его остановить. – Прошу тебя, не уходи… Хотя бы ради того, через что мы с тобой прошли. Хотя бы ради Насти, она не должна страдать из-за наших ошибок. -Самое ужасное, что ты сейчас говоришь это не потому, что беспокоишься о Насте, а потому, что снова боишься остаться с пустым кошельком, – усмехнулся Александр. -Что ты несёшь?! – заорала на него Аня и, размахнувшись, отвесила мужу (пока ещё мужу) звонкую пощёчину. Настя вскрикнула, а Саша просто улыбнулся уничтожающей улыбкой и, пройдя мимо жены, хлопнул дверью ванной. -Я подаю на развод, – крикнул он из-за двери. Следом за этим в душевой зашумела вода. Настя сидела, глядя в пол и понимая, что уже ничего не будет как раньше. -Мам, это правда?! Мам?! – в прихожей, плача, снова возникла Сонька – видимо, она была где-то неподалёку и слышала весь разговор. – Мам, пожалуйста, ответь!.. – она опустилась на пол в прихожей, обнимая колени руками и не переставая плакать. -Да, Соня. Правда, – каким-то чужим голосом ответила Аня. – Иди к себе, сейчас не время для всего этого. Поговорим завтра с утра, если сможем. Если будут силы. -Что значит завтра? – продолжала плакать Настина сестра. Настя понимала, что она чувствует, потому что ей самой было не легче, но Сонькин отец хотя бы остаётся её отцом даже сейчас, когда ужасная правда всплыла на поверхность, как огромный мёртвый кит. И никто не знал, что с этим китом теперь следует делать, одно было ясно точно – нельзя его просто так оставить. – Мама, папа собирается уйти! Неужели тебе настолько всё равно?! – Сонька уже кричала вперемешку со слезами. -Сонечка, пожалуйста, пойдём… – откуда-то выскочила бабушка, Анина мама, и попыталась увести Соньку. Настя даже и не думала, что сегодня бабушка Вера решит остаться у них на ночь и таким образом попадёт в самое пекло семейных разборок. -Нет, я хочу поговорить с папой! Пожалуйста, не трогай меня! – Сонька снова упала на пол. Бабушка подняла глаза на Настю, понимая, что кого-то отсюда точно нужно увести. На сегодня трагедий достаточно. К тому же, все трагедии ещё впереди. -Настюша, пожалуйста… – начала она, и Настя уже знала, о чём именно её попросят. – Иди к себе, ляг спать и ни о чём не думай. Ты слишком много пережила потрясений за один день, на сегодня достаточно. Хочешь, я сделаю тебе чай? – предложила она. Настя молча кивнула. Она не хотела спать, но и оставаться здесь не имела желания. Но больше всего не хотела смотреть на мать. Заверив бабушку, что доберётся до комнаты сама, она еле поднялась по лестнице наверх. Открылась дверь, и навстречу ей из своей комнаты выбежала Рита. Настя ничего не говорила. Они просто стояли и смотрели друг на друга несколько минут, которые показались Насте вечностью. -Это правда?.. – наконец тихо спросила Рита. Настя кивнула, и в этот момент сестра, преодолев расстояние, разделяющее их, молча заключила её в объятия.

***

Это не беда, что там не ждут меня, что не сохранил с тобой себя, Что я так уйду и, может, не пойму, что в мечте остался как в плену. -Король и шут – Это не беда, что там не ждут меня. Настя сидела у себя в комнате. Спать не хотелось, но и разговаривать с кем-то тоже желания не было. Рита всё понимала, поэтому поспешила оставить её наедине с собой. И теперь Настя помешивала чай, принесённый сестрой, и смотрела в окно, думая о том, что как же низко может пасть человек, и её мать была ярким тому примером. -Анастасия, вывалишься из окна! – открылась дверь, и в комнату заглянула Аня – видимо, проверить, что с дочерью всё хорошо. – Ты будешь есть? -Ничего не буду, – нехотя ответила Настя. – Пожалуйста, закрой дверь с другой стороны. Аня ушла, а Настя снова почувствовала, как по щекам катятся горячие слёзы. Она чувствовала себя ужасно – будто её использовали, чтобы добиться чего-то. -Настя, – в комнату заглянула Лила, и Настя поняла, что сегодня её не оставят в покое, – может, ты всё-таки покушаешь, а потом ляжешь спать? -Лила, уходи, – ответила Настя, не желая с ней разговаривать, но сестра и с места не тронулась. -Настя, я всё понимаю. Понимаю, что это для тебя значит и как тебе сейчас тяжело. Тебе больно, но твой отец хотя бы жив, а мой давно лежит где-то в могиле. Папин лучший друг его предал и убил. Они ещё со школы были лучшими друзьями, а потом его друг связался с плохой компанией, стал пить, употреблять наркотики. Они забрались в папин дом и вынесли оттуда всё, что можно было унести. Он написал на них заявление, а дальше события понеслись с бешеной скоростью. Как сейчас помню тот день. Мне позвонили из больницы и сообщили, что отца доставили туда с тяжелыми травмами, а когда я приехала, мне сказали: Варламов Юрий мёртв. Настя посмотрела на Лилу, не зная, как ей реагировать. Про своего отца, Юрия Варламова, сестра никогда особо не распространялась. И стоило только Насте хоть что-то спросить на эту тему, Лила либо уходила от ответа, либо говорила, что это совсем не Настино дело. Но, видимо, в душе у неё накопилось, и она не смогла сдерживаться дальше. -Ты думаешь, для чего я тебе это рассказываю? – поправив заколку в волосах, продолжала Лила. Было что-то странное и новое в её голосе – может потому, что она первый раз решила заговорить с Настей об отце? В любом случае, Настю это очень удивило, и на время она даже забыла о том, что так сильно беспокоит её. -Он же любил меня и хотел, чтобы я была счастлива. Но всё закончилось так быстро и так глупо. До сих пор помню эти слова: «Юрий Варламов мёртв», как страшно они звучали для девочки, которая потеряла мать, даже ни разу её не увидев. Папа дошёл до конца, он до конца оставался честным человеком. Только сейчас думаю – кому от этого стало легче? Этого он добивался, когда не захотел пойти на сделку с совестью? Лила сидела на Настиной кровати, обхватив руками ноги и спрятав лицо в коленях, вся такая несчастная и беззащитная. По вздрагивающим плечам девушки Настя поняла, что она плачет, но не знала, что сделать – успокоить её или не вмешиваться. К тому же, Настя была настолько пьяна и растеряна, что не нашлась, что сказать. Её пьяная голова перестала соображать ещё в прихожей, а теперь появилась головная боль. Лила живёт со своей трагедией уже столько лет. Она думала, что боль пройдёт со временем, но Настя видела по ней, что это не так. А Лила вытерла слёзы и продолжала: -А у тебя живой отец, с которым всё хорошо. Да, он совершил ошибку, но ты прости его. Ему тяжело из-за того, что ты от него отказываешься, он хочет стать тебе ближе. Сейчас ты зла и не хочешь никого видеть. Я тебя прекрасно понимаю. Но пойми одну простую вещь, детка – родителей не выбирают, и некоторые мечтают о том, чтобы они хотя бы были… Что бы ты ни задумала, не ломай жизнь ни себе, ни ему. Я очень тебя прошу. Твоя проблема решаема, Настя, в отличие от моей. Подумай об этом. И Лила, грустно улыбнувшись, вышла из комнаты. Настя слезла с подоконника и, не раздеваясь, бросилась на кровать. Сон ещё долго не приходил к ней. Слёзы без остановки лились на подушку, а когда она наконец заснула, была слишком измученной. Утром Настя, как всегда, встала в половину восьмого и, несмотря на сильную головную боль, пошла в школу. Увидев в отражении зеркала жуткие синяки под глазами, девушка ужаснулась, но поделать с этим ничего не могла. Она даже не стала использовать косметику, чтобы хоть немного скрыть эти тёмные синяки. В школе её повсюду сопровождала Ариана Эджгли, и они неплохо проводили время вдвоём. Егор узнал, кто Настин настоящий отец. Пожелав бывшей девушке счастья, особенно с Гришей, он отсел к Юле Сорокиной, а рядом с Настей села Ариана. -Хм, – грустно хмыкнула она, – только посмотри на Пятёрку – ведут себя так, будто всё в порядке, особенно Алакара. Настя злилась на всю Пятёрку, кроме Арианы, потому что она узнала обо всём самой последней и меньше всего врала ей. -К сожалению, Алакара – моё прошлое, настоящее и будущее, – тяжело вздохнула Настя, – и я прошу тебя забыть о ней хотя бы на один день. Легче мне от этого вряд ли станет, особенно когда она крутится неподалёку, но попробовать стоит. -Ну хорошо, – кивнула Ариана, соглашаясь. – Насть, ну что с тобой происходит? Ты так хотела знать правду, а теперь тебя всё ещё что-то очень сильно мучает… Ещё бы тут не мучило, с грустью подумала девушка. В своём желании узнать правду, одержимая ответом на главный вопрос, она даже и не подозревала, что её ждёт. -Да, всё ещё беспокоит, – кивнула Гусакова. – Я теперь не знаю, как жить с этой правдой, кому верить и как вообще смотреть им всем в глаза. Хочется взять и сбежать. -Но ты же этого не сделаешь? – в глазах Арианы сразу же отразилась тревога, и она смотрела на Настю в ожидании ответа. Её пульс немного участился от беспокойства. -Куда я поеду? – вздохнула Настя, отлично понимая, что привязана к этому месту и к этим людям. И будет привязана ещё долгое время. – У меня нет ни денег, ни связей. Ничего. -А если бы были, ты осталась бы? Или уехала бы куда-то, попытавшись начать всё сначала там? -Трудно сказать. Вообще я хотела бы у тебя узнать – что ты знаешь об Асе Черниковой? -Про кого? А, про нашу бывшую одноклассницу? – стала вспоминать Ариана. – Которая ушла в какую-то математическую школу? Помню её, только она не просто ушла, у них с Алакарой вышел некий конфликт, когда Ася связалась с Килли Стрин. Какое-то время она исполняла мелкие поручения Принцессы, а потом Килли поручила ей перерезать тормоза в машине Олега, чтобы напугать Алакару. После того, как Ася этого не сделала и решила скрыться, Принцесса убила её родителей, подстроив аварию. Если тебе Аська будет что-то плохое про Алакару говорить – не верь ей, она и передо мной её грязью поливала. К чему ты вообще про неё спросила? -Я видела её вчера, – пояснила Настя. – Встретились случайно, вместе выпить пошли. Она мне рассказала о родителях, кстати, не упоминая об Алакаре. Но меня в её словах заинтересовало совсем другое – она сказала, что нападения организует Лузина. -Странно это как-то, – покачала головой Ариана. – А не следит ли она за Пятёркой? Может, у неё есть агент в школе, а мы об этом и не знаем? -Для этого нужно, чтобы он находился в дружеских отношениях с Лузиной, иначе она не раскроет ему все свои карты, – рассуждала Настя. -Анька? – предположила Ариана. -Какая Анька? Анька душу за неё отдаст, это правда, так что не станет она помогать Пятёрке, – покачала головой Настя. Нужен был другой вариант. – Она не станет нам помогать, особенно после нашего конфликта с Лузиной, когда она не захотела оставить нас в покое. Подставлять себя никому не хотелось, а Анька ведь уже начинала общаться с Лузиной. Поэтому я исключаю вариант, что это она. -Но если не она, то кто? – продолжала ломать голову Ариана. – Близкий человек Таньки – это Анька Александрова! Она ни с кем не общается, кроме неё, так что… Урок закончился быстро, и весь класс высыпал в коридор – физику не любили почти все, и ничего удивительного в этом не было, особенно если брать в расчёт то, какая у них физичка. Чешири, Алакара, Анджелина и Элеона стояли вместе. Вдруг Алакара что-то шепнула друзьям и двинулась по направлению к Насте и Ариане. -Настя, – услышала Гусакова голос своей сестрички, – у меня к тебе есть разговор. -А у меня к вам больше нет никаких разговоров, мисс Стрин, – отрезала Настя. Что-то резко кольнуло в груди, а в глазах защипало, и она несколько раз моргнула. Перед Алакарой появилась Ариана. -Не трогай её, – попросила она и заметила удивлённые взгляды подруг, – хотя бы сейчас. Ты и так разбила её сердце, тебе мало этого? Чего ты хочешь от неё сейчас? -Я не с вами разговариваю, Ариана Эджгли! – бросила в ответ Алакара. Она любила использовать этот официальный тон, когда злилась. – Закройте рот и не лезьте не в своё дело! -Ты можешь говорить мне что угодно, – спокойно ответила Ариана, выдержав тяжёлый, убивающий взгляд Стрин, – но издеваться над Настей я тебе не позволю. -Настя нужна Пятёрке! – ответила Алакара, и Гусакова усмехнулась, услышав это. -Зато вы мне не нужны, – отрезала она, глядя в глаза Алакары. Ей казалось, что она не видит там ни сожаления, ни раскаяния – ничего, что могло бы хоть как-то исправить ситуацию или положить этому начало. Стрин играла в очередную игру. – Всё, на этом наш разговор окончен. Привет тебе от Аси Черниковой. Идём, Ариана. Алакара часто задышала и съехала по стенке на пол. Настя усмехнулась, отметив, что Ариана была права насчёт Аси. Видимо, они с Алакарой давние враги. -Алакара! – где-то за спиной Насти заорала Элеона и бросилась к подруге, оттолкнув в сторону Таньку Лузину. -Пойдём отсюда, – попросила Настя, чувствуя, как начинает кружиться голова. Ариана вывела её из толпы. Настя почти ничего не видела, она шла, держась за подругу. Голова сильно кружилась, её подташнивало, и девушка с ужасом поняла, что в любой момент может потерять сознание. И ей не хотелось, чтобы это случилось здесь, на глазах у всех. Она знала: это происшествие будут обсуждать долго. -Эй, тебе плохо? – откуда-то, как привидение, появился Егор, и Настя простонала что-то невнятное, понимая, что просто так он не отстанет. – Что с тобой? -Ничего, просто школа слишком мала, чтобы я могла обходить мою новообретённую сестричку стороной, – ответила Настя, которой стало немного легче. Они стояли у окна, и девушка, повернувшись к нему, сделала незаметный жест рукой – окно чуть приоткрылось, и она прислонилась к щели, чтобы глотнуть свежего воздуха. -Всё наладится, – вздохнул Егор. Он словно убеждал самого себя. – Поверь, это просто нужно пережить, как кошмарный сон, – успокаивал он девушку, не понимая, как трудно ей успокоиться и что она вообще чувствует. – Кстати, как ты открыла это окно? Сколько раз я пытался его открыть, но у меня никогда не получалось… Проще было ответить, что она понятия не имеет, как так вышло, чем объяснять ему все тонкости магических способностей. Он всё равно ничего бы не понял. -Не понимаю, как так получается, что вся Пятёрка всегда всё знает, кроме меня… – сказала Настя, когда Кузнецов ушёл. Её задевало поведение Алакары и остальных. -Не расстраивайся, Насть, – посоветовала ей Ариана. – Когда-нибудь всё наладится. Когда-нибудь, слышишь?..