Мемориал

-Что ты так любезничаешь с Трогмортон? – сердито спросила Элеона. – Она предала нас, она нападала на наших друзей, и после всего этого ты обнимаешь её? -Наоми Трогмортон ни на кого не нападала, – недовольно ответила Алакара. Видимо, она не рассказала друзьям, что Наоми не виновна в нападениях. -Да иди ты! – обиделась Элеона и отвернулась от подруги. Они спустились вниз и вышли из школы. Алакара направилась к своей машине, все остальные двинулись за ней. Они не спрашивали, куда им предстоит отправиться, потому что в голове у каждой был более значимый вопрос, на который даже Алакара не знала ответа. -Хорошо, я пойду, – после долгой паузы ответила Алакара. – Но только тогда, когда мы найдём и спасём Геру. А потом, если хочешь, можем вообще не общаться. Если бы она всё объяснила, с грустью подумала Настя, было бы гораздо проще. Но Алакара, кажется, была не в том настроении, чтобы рассказывать Элеоне правду о Наоми. В любом случае, правда облегчила бы ситуацию, и Пятёрка бы знала, что их бывшая подруга на самом деле не желала им зла, но Стрин не торопилась с объяснениями. Элеона ничего не ответила на её реплику, только отвернулась и стала смотреть в сторону. Через несколько минут они уже стояли на парковке около большой машины Олега, который дал Алакаре на день попользоваться ею. -Я ненавижу тебя, – тихо сказала Элеона, но услышали это все. Её громкий шёпот звучал как призыв о помощи. -Я тоже тебя очень люблю, – бросила в ответ Алакара, усаживаясь за руль. Впереди села Чешири, а Настя устроилась сзади между Арианой и Элеоной. -Не смотри на меня так! – продолжила Элеона уже в машине их перепалку с Алакарой. Настя закатила глаза, боясь, как бы это не кончилось большим скандалом. -Пожалуйста, я вообще могу на тебя не смотреть, – ответила Алакара и завела машину. Около получаса они ехали в полной тишине, потом Анджелина и Чешири решили поиграть в слова. Ещё через двадцать минут они выдохлись и успокоились. -Куда мы всё-таки едем? – спросила Ариана у Алакары, надеясь, что Стрин не будет сердиться на неё за этот вопрос. После ссоры с Элеоной она была в плохом настроении, и Ариана боялась, как бы Стрин не разозлилась и на неё тоже. -За городом есть один замок, – спокойно ответила Алакара. – Не буду скрывать, что он мой, папа подарил мне его на тринадцатилетие. Раньше он принадлежал ему, но папа захотел, чтобы он стал моим. Туда и направилась Килли-Танька. Замок стоит в поле, за лесом, и она прекрасно знает, что там никто не помешает ей разобраться с нами. -Как далеко это? – снова спросила Ариана. – Туда вообще можно подъехать? -Нет, мы этого делать не будем, – покачала головой Алакара. – Съедем с дороги и оставим машину, а несколько километров придётся пройти пешком, с собой возьмём всё необходимое. Шум машины может привлечь её внимание, поэтому мы не поедем к самому замку. Надеюсь, все из вас сегодня завтракали? Вам понадобятся силы. Анджелина и Чешири снова стали играть в слова, но Алакара очень скоро их остановила, сказав, что это мешает ей сосредоточиться на дороге. Им пришлось замолчать, потому что злить Алакару – всё равно что сидеть на пороховой бочке. Никому не хотелось разлететься на куски, никому не хотелось ругаться с ней в такой момент. -Мы приехали, – сообщила Алакара через какое-то время и, съехав с дороги, немного попетляла по просёлочной дороге, потом остановилась. Город остался далеко позади. Элеона первая выскочила из машины и стала разминать конечности. -Почему она так со мной? – Алакара уронила голову на руль, не понимая, что сделала не так. Нелепая ссора с одной из лучших подруг очень расстроила её. -Она просто ревнует тебя к Наоми, не переживай, – Чешири коснулась рукой плеча Алакары. – Она побесится и успокоится, вот увидишь. Всё ещё будет хорошо. -Хорошо. Пойдёмте, – сказала Стрин, вылезая из машины. – Дорога дальняя, и потом возможности не представится, так что давайте перекусим. Чешири, у меня там в багажнике бутерброды для всех и чай, достань пожалуйста, – попросила она подругу. Элеона сидела, прислонившись спиной к стволу дерева. Ариана поймала её кислый взгляд и вздохнула, быстро отводя глаза. Все чувствовали напряжение. Чешири перебросила пакет с бутербродами Анджелине, которая стала раздавать их всем. -Я не буду, – сказала Элеона, когда очередь дошла до неё. – Пойду лучше прогуляюсь, пока вы едите. Она медленно пошла в неизвестном направлении, а Алакара, держа в одной руке бутерброд с ветчиной, развернула карту, чтобы свериться с направлением пути. -Нам сюда, – она водила пальцем по карте и наконец остановилась на маленькой точке. Чешири наклонилась над картой, разглядывая маленькие линии. -Где она гуляет? – поморщилась Алакара, нервно поглядывая на часы на запястье. – Таймер ведёт обратный отсчёт, и если мы не успеем добраться туда вовремя… -Мы успеем, – послышался голос Элеоны, вслед за этим показалась и она сама. Алакара пошла к машине, чтобы отнести туда карту и чашки, из которых они пили чай. Настя повернулась к Элеоне, понимая, что молчать ей совсем не хочется. -Элеона, – укоризненно произнесла Настя, – будь мягче с ней, у неё и так накопилось. -У неё? Накопилось? -Да, накопилось, – подтвердила Настя, глядя в глаза Элеоны. – Сначала я, потом нападения. Алакара переживает из-за всего, даже если и не показывает этого. Поставь себя на её место, тогда поймёшь, почему она иногда так себя ведёт. Мне не стоило на неё так злиться, ведь конкретно она ничего мне плохого не сделала. Это мать довела до такого. Она и Олег. Поэтому ты тоже подумай о том, что плохого Алакара сделала именно тебе. Возможно, что ответ на этот вопрос ты так и не найдёшь.

_____________

Они шли на юг. Именно там располагался красивый замок с четырьмя башнями, который никто, кроме Алакары, из Пятёрки ещё не видел. Настя почувствовала дрожь и попыталась успокоить себя, внушая, что всё будет хорошо. Это не помогало. Алакара почти бежала, понимая, что они могут не успеть и что в этом случае будет. Чтобы хоть как-то отвлечься, Настя вспоминала уроки магии Алакары, которые она ей давала. Стрин выматывала её так, что порой девушка еле стояла на ногах, но сейчас она с лёгкостью могла признать, что всё это определённо пошло ей на пользу. Постоянные тренировки сделали её гораздо сильнее, и Алакара это видела тоже. Настал момент, когда от них зависело многое. Люди умирают, происходят ужасные трагедии, и во всём этом виновата Чёрная Принцесса, которая отбирает жизни у других просто со скуки, ради развлечения. В ней собрано всё самое плохое, что может быть собрано в человеке, хотя человеком её уже сложно назвать. Настя задумывалась уже в который раз – как у такого неплохого человека, как Олег, могла родиться такая дочь? Даже сам Олег спустя столько времени не знал ответа на этот вопрос. Они попытаются. Попытаются победить эту сволочь. Они сделают всё возможное, чтобы спасти мир, спасти невинных людей, не дать Принцессе получить власть. Власть над миром, который сгниёт в её руках. В этом не было никаких сомнений. Она пойдёт на всё, чтобы добиться желаемого, Килли не остановится ни перед чем. Лишённая сострадания и человечности, она совершенно не задумывается о том, что нельзя издеваться над невинными людьми, нацепив свою фирменную улыбочку, она молча перерезает горло тому, кто как-то мешает ей воплощать свои тёмные замыслы в реальность. А ещё она практикует различные пытки, глядя на то, как мучаются несчастные люди. Именно поэтому её нужно остановить – хоть пулей в лоб, если оно потребуется, но нужно как-то прекратить это безумие. -Ну и дорожка... – первой нарушила молчание Анджелина. – Мы случайно не заблудились? – обратилась она к Алакаре, потому что Стрин единственная знала дорогу, как свои пять пальцев, остальные же были здесь впервые и понятия не имели, куда им идти. -Идём правильно, – ответила Алакара. – Джелл, что ты пугаешь меня? -Да уж, тебя испугаешь, – хмыкнула Анджелина. Элеона, к всеобщей радости, молчала. Она делала вид, что вообще не слышит слов Алакары. -Интересно, какое угощение приготовила для нас Танька? – вслух поинтересовалась Чешири. – Или Килли Стрин. Впрочем, какая разница? -Что-нибудь из области тёмной магии, – откликнулась Алакара. – А если это моя сестра, то наверняка будет немного проще, поскольку она понятия не имеет, что такое магия, хотя при желании может и могла бы научиться. -Одного не понимаю, – вздохнула Ариана, – как Таньке известно что-то о магии, как она могла становиться Килли Стрин, для этого вроде заклинания нужны, не? Я имею ввиду, что как можно делать что-то, в чём совершенно не разбираешься? -Ну, видимо, не так уж она и не разбирается, – ответила Алакара. – Когда я тренировалась на ней, по ней нельзя было сказать, что она знает что-то о магии. Помнишь, Насть, как она называла меня ведьмой, хныкала и просила перестать? Настя хорошо помнила. Особенно то, как Лузина, пришедшая в медпункт, не смогла толком объяснить, что же с ней произошло. В тот момент она по-любому была не в курсе, но кто же её научил, кто же рискнул открыть для неё совсем иной мир? -Сил моих нет, – Элеона пнула подвернувшуюся под ногу консервную банку. – Когда мы уже туда доберёмся? -Извините, мисс, – язвительно ответила Алакара подруге, – но общественный транспорт туда не ходит. Элеона шла чуть позади остальных, не желая общаться с Алакарой. Анджелина попыталась о чём-то заговорить с подругой, но та молчала, глядя вдаль. Наконец, забравшись на большой холм, они увидели вдалеке красивый замок с четырьмя башенками. Алакара не сводила с него жадного взгляда, и Элеона хмыкнула за её спиной. -Что это за сарай вообще? – специально говорила она, да ещё и громко, чтобы подруга её услышала. – Специально для вас с Трогмортон. Тесно вам там не будет? -Замолчи! – отчеканила Алакара, и они больше не разговаривали. Дорога пошла вниз, петляя между деревьями и огромными камнями. Элеона порезала палец осокой и сорвала подорожник, чтобы приложить его к ране. -Мне бы такой замок… – задумавшись, протянула она. -Тебе? – усмехнулась Алакара. – Тебе?! Не смеши меня, это же сарай, а такая важная персона, как ты, просто не может жить в таком сарае. -Алакара, я хотела сказать… – начала оправдываться Элеона, но Стрин уже ускорила шаг, не желая слушать её оправдания. Через минут пятнадцать они стали подходить к замку. Алакара шла первой по дорожке, усыпанной гравием. Элеона завершала процессию и больше не выглядела довольной. От Насти не укрылось, что она то и дело бросала тревожные взгляды на Алакару, видимо, желая снова с ней заговорить, но боялась, что Стрин не станет её слушать. В общем-то, это было очевидно, если учесть то, как вела себя Элеона. -Алакара, – Анджелина догнала подругу и пошла рядом с ней, – ты знаешь, с какой стороны лучше заходить? -К замку ведёт только одна дорога, – ответила ей Стрин, оглядываясь по сторонам. -Я не про это, – покачала головой Анджелина. – Этот замок выглядит очень большим. Я про то, что как мы найдём дорогу внутри него? Это же настоящий Хогвартс! -Я была тут много раз, – ответила Алакара. – У кого-нибудь ещё есть вопросы? -Да, – мгновенно откликнулась Элеона, готовая ради возможности обратиться к Алакаре задать даже самый идиотский вопрос. – Где вход? Стрин не ответила. Не было смысла отвечать на этот вопрос, и так было ясно, что дорога, по которой они идут, приведёт их прямо к главному входу, но Элеоне-то нужен был не ответ, а просто повод заговорить с подругой и как-то исправить ситуацию. Не получив ответа на свой вопрос, она закусила губу и вернулась в конец. -Насть, давай поговорим? – вздохнув, прошептала она, чтобы не услышали другие. -Хорошо, говори, – согласилась Настя, впрочем, не имея никакого желания обсуждать непростые отношения Элеоны, Алакары и Пятёрки с Наоми. Элеона с Алакарой при желании могут выяснить всё между собой, поэтому разговаривать нужно не с ней, а с Алакарой, как считала Гусакова. -Что случилось с Алакарой? – вздохнув, выпалила Элеона. – Что-то не так? Вот же чудная: обидела подругу, а потом ещё и спрашивает, что с ней случилось. -Некоторое время назад тебя это совсем не интересовало, – напомнила Настя подруге. Она хотела добавить, что поведение Элеоны было отвратительным, но не стала. -Теперь интересует. -Извини, Элеона, – вздохнула Настя, – но я не хочу об этом говорить. Если тебя что-то интересует, думаю, будет лучше спросить об этом Алакару, а не меня. Она ведёт нас в бой, и кто знает, может он будет последним в жизни каждой из нас. -Если не умрём, я съезжу летом к сестре в Нью-Йорк, – мечтала Ариана. – Она всё зовёт меня в гости, но разве тут найдёшь время? Я даже высыпаться не успеваю. -Да по-любому мы все умрём, – поравнявшись с ней, сказала Элеона. -Что ты такое говоришь?! – воскликнула Анджелина, которую явно не устаивало такое упадническое настроение подруги. – Не смей хоронить нас раньше времени. -Это не я, это Настя говорит, – сообщила ей Элеона. Сдала с потрохами, называется… Алакара закашлялась и удивлённо посмотрела на подругу. -Я заберу у тебя право на власть… -Здорово, – бесцветным голосом ответила Настя. -И этот замок тоже… -Он всё равно не мой. -Возможно, отец подарит его тебе, я не против. Перестань уже противиться судьбе и прими то, что происходит. Все и так уже знают, что ты займёшь моё место, – спокойно говорила Алакара, и Настя удивилась, как её может не задевать это. -Я?! – возмутилась Настя. – Ты с ума сошла! -Ничего подобного! – стала спорить с подругой Алакара. – Я просто вижу разницу между тобой и мной, я видела её с самого начала, поэтому и познакомилась с тобой. Поверь, на мою оценку никак не повлияло то, что я знала, кто ты такая. Я с тобой поговорю об этом потом. -Я тоже с тобой потом кое о чём поговорю, – пообещала Настя. – У нас есть один не начатый разговор и вопросы, которые я хотела бы тебе задать, – предупредила Настя, и Алакара удивлённо глянула на подругу, полагая, что они обо всём уже поговорили. Ариана догадалась, что речь пойдёт об Асе. Она бросила на Настю многозначительный взгляд и отвернулась. Ещё минут пять они шли по дорожке, потом впереди показались ворота. Алакара спешила именно к ним, и все остальные старались не отставать от неё. -Как их открыть? – спросила Анджелина. -Не надо открывать их. -А что тогда? – растерянно спросила Анджелина. И словно в ответ на её вопрос, ворота распахнулись сами. -Обитель зла изнутри, – прокомментировала Элеона. Они одна за другой пошли по дороге к замку, любуясь различными растениями, цветами и деревьями. -В саду можно разбить палатку, – мечтательно произнесла Чешири. Они с Элей иногда ставили её летом у себя за забором, где никто не мог их потревожить. Именно так они создавали неплохую иллюзию отдыха на природе. -Мы не на экскурсию пришли, – напомнила ей Ариана, которая, как и все, жила в городской квартире, а не в шикарном особняке, поэтому палатку ставить ей было негде. Впрочем, и без этого все хорошо обходились, а Настя вдруг вспомнила, как она ночевала в палатке вместе с Чешири и несколько ночей ещё и с Элей, когда частенько оставалась у подруги на ночь летом. Вернее, она проводила у них почти все ночи. -Знаю, Эджгли, – кивнула Чешири, – просто в нормальных условиях, живя здесь целое лето, например, можно было бы разбить палатку где-нибудь в саду и спать в ней. Мы с Настей так делали, когда спать в доме становилось слишком скучно. -А что, неплохая идея, – поддержала её Анджелина. Только она, походу, думала немного о другом. – Я хотела бы выехать куда-нибудь на природу вместе с Сашей и ночевать в палатке вместе с ним. -Замолчите! – приказала Алакара, когда они подошли к крыльцу. Она щёлкнула пальцами – и дверь распахнулась, приглашая их заглянуть внутрь. Холл был огромным, и они замерли на пороге, осматриваясь по сторонам. Каменные стены создавали приятный полумрак. Алакара указала рукой на лестницу. -Нам туда. Идёмте. Они стали подниматься наверх, и им казалось, что этой лестнице нет конца. После тридцатой ступеньки Настя сбилась со счёта, Анджелина устала уже на двадцать четвёртой, и только Алакара преодолела их все почти мгновенно. Когда лестница кончилась, они оказались в огромном зале. Алакару заинтересовала стена напротив, и она направилась к ней. -Что ты ищешь? – крикнула ей вслед Ариана. – Может, я смогу помочь? -Не поможешь, даже пробовать не стоит, – покачала головой Алакара. Ариана поджала губы и отвернулась, а Стрин осматривала стену, будто пыталась нащупать что-то – какой-то выступ, кнопку – в общем, никто не знал, что именно. Но вскоре она нажала на что-то, и часть стены медленно и почти бесшумно отъехала в сторону. -Класс! – восхитилась Чешири. Она обожала разные тайные ходы, у неё дома было таких, по меньшей мере, штук пять. Алакара и глазом не моргнула, для неё это не было чем-то новым, как для других. Они успели пройти до того, как проход закрылся, и оказались в какой-то тёмной, плохо освещённой комнате. -Достаньте фонарики, – скомандовала Алакара, и шесть огоньков вспыхнули почти что одновременно. Стрин, осторожно ступая, повела их в конец комнаты, где располагалась старая лестница. Поднимаясь по ней, они слышали противный скрип, и каждый раз их сердце замирало – казалось, что из темноты на них кто-то набросится. Из холла вела только одна дверь. Дверь, ведущая в огромный зал, как узнают они позже. Алакара сжала руку Насти и обняла всех по очереди. -Всё будет хорошо, – прошептала она. Настя улыбнулась, понимая, что не может быть иначе, но где-то внутри поселилось тревожное чувство беспокойства. Она гнала это чувство прочь, убеждая себя, что это просто пустой страх, и ничего более. Настя не переставала удивляться стойкости Алакары, ведь когда-то были времена, когда она в одиночку боролась с Килли Стрин и пыталась выжить. Сейчас у неё хотя бы есть верные друзья, которые в этой войне будут стоять с ней плечом к плечу. Она не боялась глядеть в глаза злу, не боялась бросать вызов. Создавалось впечатление, что Алакара была бесстрашной, но на самом деле она была обычным человеком, у которого, как у всех, были свои страхи. Она просто понимала, что на ней лежит большая ответственность. Настя знала, что Алакара, не моргнув и глазом, могла отдать свою жизнь за неё, и теперь она наконец узнала, почему. Теперь всё наконец встало на свои места. Алакара умела искренне любить, бороться до конца и идти вперёд, она была хорошим примером для подражания. Она знала, что такое риск, но ей приходилось рисковать ради дорогих ей людей, даже если это было слишком опасно. Нет, она не была самоубийцей, как подумали бы люди, совершенно не знающие её, она просто любила свою семью. Ту часть семьи, которая была на одной стороне с ней. Если бы люди, полные равнодушия, хотя бы раз испытали всю тяжесть на себе, если бы мир перевернулся, если бы с ними случилось то же самое… Они бы давно сдались, они бы молили о пощаде, ползая на расцарапанных коленях, на самом деле уже полностью готовые к смерти. «Пусть только это быстрее закончится», – думали бы они. Нет, они не хотели выжить, им было всё равно, кто их ждёт дома. Они просто были эгоистами. И они были таким же злом, как и те, кто совершал его в отрытую. Потому что бояться нужно было не убийц и преступников, а равнодушных, с молчаливого согласия которых совершалось столько преступлений. Но в глубине души они знали, что им не уйти от суда, что попытки убежать приведут их в ловушку, которая захлопнется, похоронив их внутри. И тогда им припомнится всё совершённое ими зло. И, может быть, именно в ту минуту до них дойдёт, что что-то они сделали не так, но разве кому-то будет до этого дело? Менять что-то будет уже поздно, их крики о помощи никто не услышит и никто им не поможет. Им придётся вечно гореть в аду за свои злодеяния. Таким, как Килли Стрин. Таким, как Танька. Таким, как… У них чёрные души, насквозь пропитанные ядом, они не умеют плакать и любить. Не умеют раскаиваться, не умеют отвечать за содеянное, не перекладывая ответственность на кого-то другого. Они могут только сеять зло вокруг, и им нравится это больше, чем вишнёвое варенье или кексики, а кексики и варенье любят все, уж поверьте. Алакара сделала шаг и очутилась в просторном зале. Настя поспешила за ней. Из зала вела дверь в небольшую комнатку, и Стрин последовала туда, поднимаясь по винтовой лестнице. Она и правда знала замок как свои пять пальцев, с восхищением подумала Настя. Одну стену этой комнаты закрывали зеркала, поэтому она казалась больше, чем есть. Из окна был прекрасный вид на лес и небольшое озеро совсем рядом с замком. Не найдя ничего интересного, они приняли решение спуститься обратно в просторный зал. А там, на огромном стуле, словно на троне, восседала Танька Лузина. Алакара резко обернулась, и обе противницы встретились взглядами. Танька легко соскользнула со своего трона, с ненавистью глядя на Алакару и остальных за её спиной. -О, Стрин, какая встреча! – воскликнула она, изображая удивление, хотя на самом деле злодейка отлично знала, что они будут здесь. Она давно их поджидала, зная, что они не могут не прийти. Алакара Стрин никогда бы не оставила друзей в беде, что ж, именно поэтому она здесь. По глупости, как с радостью отметила про себя Танька. Настя видела, что Алакара не боится её. Стрин никак не могла понять, почему эта дурочка сейчас так радуется, потому что радоваться-то было нечему. Они пришли сюда, чтобы победить её. Одна Алакара была намного сильнее, а шесть – тем более. Но, видимо, Танька была готова с этим поспорить, учитывая спокойствие в её глазах. Не стоит недооценивать врага, кем бы он ни был. Ведь было известно довольно много случаев, когда девочки-изгои находили своё предназначение, вылавливая жертв и заставляя их страдать. Те, кого мы считаем слабаками, не всегда слабаки на самом деле. Они просто до поры до времени не показывают своей силы. Но вот наступает час, когда вдруг начинаешь понимать, как недооценивал врага. -Ты? – прищурилась Алакара. Танька расхохоталась, и её смех звучал так, будто кто-то дробил лёд. -А что, Стрин, разве это не видно? Я, конечно же. Ты слишком много о себе возомнила. Ты посчитала, что все козыри у тебя в руках, но если бы ты не была такой глупой, то ни за что бы не пришла сюда, – усмехнулась Танька. Её глаза опасно сверкали, как айсберги на рассвете. Её забавляла ситуация, её забавляло то, что Гера может умереть на глазах у своих друзей. -Я не могла не прийти, – прищурилась Алакара. – Знаешь, что Чёрная Принцесса забрала Геру в заложники? Мы здесь, чтобы освободить её, так что не мешай. Танька уничтожающе улыбнулась. -И это после того, как она вас бросила, да? Связалась с Трогмортон, дала понять, что вас ненавидит. Вы ведь узнали, кем она была – шестёркой своей мамочки, она собирала сплетни и грязные истории о своей лучшей подруге. Кериш просто дурочка, что раскусила её лишь благодаря какой-то случайности. -Возможно, Лузина, но где доказательства, что она порвала с нами по собственному желанию? – спросила Алакара. Танька закатила глаза. -Всё очень просто, Стрин, неужели ты ни о чём до сих пор не догадалась? Мать Кериш – довольно известная певица, тебе об этом наверняка рассказывали. Карина часто была в центре внимания, ею многие восхищались, мать души не чаяла, всё для неё делала и покупала. А Гера всегда была тенью рядом с ней, вот нашу девочку и бомбануло в один прекрасный момент. Её мать – посмешище, жалкая журналистка, собирающая грязные истории многих известных людей, а потом публикующая их. Когда четыре года назад погиб её муж, Рита, работающая посудомойкой, задумалась о смене работы, чтобы иметь возможность прокормить семью. И она пошла журналисткой, по специальности. Решила пристроить свою дочь в хорошие руки, заодно и убить двух зайцев, поэтому познакомила Геру с Кариной, чтобы та, общаясь с Кериш, могла добывать для матери разные сплетни и грязные истории. Гениальный план, не так ли? Все хотят жить хорошо, купаться в роскоши, вот и она хотела так же. Геру очень полюбила семья Карины, поэтому она часто проводила время у них, иногда даже ночевала, когда мать частенько оставалась на работе, трудясь над очередной грязной статьёй. Рита торжествовала – она могла снизить затраты на еду, поскольку Геру в основном кормили дома у Карины, ничего для неё не жалея. Она долгое время не решалась писать грязь про мать Карины, но потом всё-таки сделала это. Её дочь, хорошо покопавшись в бумагах, нашла кучу интересной информации. Статья Риты вышла под большим красивым заголовком: «воровка отпущена на свободу?», «как могла полиция упустить мошенницу и дать ей, подобно крысе, ускользнуть в канализацию?». Эти статью она написала под псевдонимом, понимая, что если под статьёй будет её имя, семья Карины больше никогда не приютит у себя Геру, а значит, дочь не сможет собирать для неё полезную информацию. Естественно, она не могла пойти на такой риск. Карина понятия не имела, что гадости про её маму пишет мать её лучшей подруги с лёгкой руки своей дочери. Мать Карины, естественно, узнала, что в прессе появилось чёрное пятно, которое пишет про неё гадости, но время, потраченное на поиски, было зря. Никто не хотел открыть ей имя чёрной журналистки, кормящейся скандалами разного сорта. Никто – до тех пор, пока она не познакомилась с человеком, который был хорошим знакомым Риты, а следовательно, знал про неё всё. Поняв, что просто так от него она ничего не узнает, девушка напоила несчастного парня, который тут же выдал ей все секреты Заставской. Посреди ночи она поехала разбираться с Ритой, которая тоже не была дурочкой. Она пригласила Джулию на чай и подсыпала ей снотворное, потом оттащила её в подвал и закрыла там, перед этим забрав у неё деньги, телефон, ключи и другие ценности. Карина тогда была в отъезде, и Рита, получив подтверждение у Геры, поехала домой к врагам, чтобы обокрасть квартиру. Через несколько часов Гера заволновалась, потом не выдержала, набрала номер полиции и сдала мамочку с потрохами. Заставскую задержали, и последними словами, которые она бросила дочери, приехавшей посмотреть на её задержание, были: «Когда выйду, я убью тебя, дрянь!». Рите грозил срок, но её бывший любовник, до сих пор испытывающий к ней чувства, дал кое-кому взятку, и её арестовали на пятнадцать суток, а Джулию нашли в доме Заставской и спасли. Через несколько дней она пришла к Рите для разговора, но та плюнула ей в лицо и отказалась с ней разговаривать, назвав обеспеченной сволочью. У тебя есть предположения, почему Джулия скрыла это от Карины и даже разрешила Гере, как прежде, бывать у них? Может, она ждала благодарности от Риты? Глупо, очень глупо! – рассмеялась Танька. – Она очень жалела Геру, считала, что ей просто не повезло с матерью, хотя в действительности она была не лучше матери, такая же жалкая. А Гера так и оставалась преданной дочуркой своей матери, поверила, что на неё просто повесили ограбление. Рита убедила её, что не собиралась грабить дом. Устав от популярности своей подруги, Заставская ссорится с Кариной и бросает задание, данное ей Трогмортон. Простите, это так смешно, – посмеиваясь, произнесла Танька. – Какие же они все жалкие, не правда ли? Однако вашей ненаглядной Трогмортон как-то удалось вернуть Заставскую в игру, и вместе они разрабатывали план вашей защиты, а в перерывах пытались выяснить, кто же стоит за всеми нападениями. Однако вскоре у них всё опять пошло вкривь и вкось – Гера снова подорвала доверие, их дружба с Кариной прекратилась, мать тоже рассказала Кериш всю правду о её подруге, и Карина без сожаления порвала с ней. После этого помощи от Заставской было мало, и Наоми продолжала поиски правды практически самостоятельно. -Откуда ты всё это знаешь? – с удивлением спросила Алакара, когда Танька наконец замолчала. Они столько времени пытались узнать хоть что-то о таинственной однокласснице, которая постоянно говорила им гадости, но не пришли к успеху. И теперь Алакара удивлялась, что Таньке было известно в десять раз больше, чем им. -А я, Стрин, много знаю того, от чего у тебя волосы на голове не только дыбом встанут, но и выпадут с корнем. У меня свои источники информации, и тебя они не касаются. Знаю, что ты с трудом веришь в мои слова, но тебе стоит поверить, потому что я не сказала ни слова лжи. Вряд ли Заставская и Кериш когда-то смогут снова стать друзьями. Не после всего, что произошло между ними. Перед тем, как снова попасть в тюрьму, Рита поручила Чёрной Принцессе напасть на Карину, убрать лишнюю с дороги. Девочка слишком много знала того, чего ей знать не следовало. -Нет! Исключено. -Нет, не исключено, Стрин. Ведь на Карину и правда напала Чёрная Принцесса в туалете, – её глаза скользнули по Пятёрке и остановились на Насте. – Гусакова видела это. Рита Заставская была бы благодарна, если бы Карину убрали навсегда, но этого, к большому сожалению, не произошло. Однако есть хороший шанс всё исправить. Кериш пока не мертва, но скоро будет. Вы оставили с ней Трогмортон, да? Это неважно, поскольку я убью её. И она умрёт очень скоро. Тем, кто без сознания и не может защититься, – она улыбнулась, – легче всего причинить боль. Настя смотрела на Лузину, запутавшись и пытаясь понять – в туалете тогда была сама Лузина или же Чёрная Принцесса, притворявшаяся ею? И ей было ясно одно – что они обе живы и обе хотят их смерти. А значит, им нельзя расслабляться. -Посмотри на себя, Лузина, – лицо Алакары перекосилось, – ты ведь не убийца. -Ты просто не знаешь меня, – последовал ответ. – Я способна не только проливать слёзы в туалете и жаловаться учителям, что одноклассницы обижают меня. Только зачем это нужно? Слишком скучно, хотя признаюсь, что раньше это приносило мне удовольствие. Теперь я сама могу причинять боль тому, кто мешает мне. Если довести меня, то можно заработать очень большие неприятности. -Мне некогда трепаться по мелочам, Лузина, – отрезала Алакара, понимая, что гадкая девчонка блефует. Она ничего не сделает им, просто запугивает их. – У нас таймер обратного отсчёта, и если мы не найдём Геру вовремя, она умрёт. -Кто сказал тебе такую чушь, Стрин? – расхохоталась Танька. – Это мелочи, пора тебе понять это, – она взмахнула рукой, и таймер, который Алакара держала в руках, упал на пол и разбился. Элеона ахнула, Танька снова продемонстрировала улыбку – кто бы мог подумать, что за этим скрывается настоящее зло? -Что всё это значит? – спросила Алакара. -Вам больше не понадобится этот дурацкий таймер, – пояснила Танька. – Устанавливала его Килли Стрин, а я вправе уничтожить. Потому что всё теперь в моих руках, вы – мои лучшие марионетки. Я поняла, что вы на многое пойдёте, чтобы спасти свою Герочку, а это, в свою очередь, на руку мне. Такие мне и нужны. Вы и с места не тронетесь, пока вашей подруге что-то угрожает. -На что ты намекаешь? -Мои слова далеко не пустые, – покачала головой Лузина. – И вы скоро поймёте это, когда будете просить меня сохранить вам жизнь, но… – она сделала трагическую паузу. – Увы, уже ничего нельзя исправить, это ваш час расплаты за то, как вы обошлись со мной, когда я хотела быть с вами. Возможно, теперь вы жалеете, но это вам не поможет, так что можете отбросить в сторону сожаление, оно тут лишнее. Слишком долго я терпела ваши выходки, но теперь это кончится. Вы будете уязвимы навсегда. -Считаешь, что сможешь перехитрить меня, маленькая подлая дрянь? – Алакара изогнула бровь. – Так вот что я тебе скажу – у тебя ничего не получится, можешь прямо сейчас собирать игрушки и отправляться к мамочке, или куда ты там собиралась. Мы знаем, какая ты на самом деле, и, признаться, твои слова про расплату звучат просто смешно. -Мечтай, принцесса, – усмехнулась Танька, – ты знаешь обо мне далеко не всё. -Но и это исправимо, не так ли? -Исправимо всё, – кивнула Танька. – Кроме одного. Сегодня ты умрёшь. -Как смешно! – настала очередь Алакары смеяться. – Запомни, девочка – ты никто и ничто, и звать тебя никак, какие бы имена ты себе ни присваивала, громкие и не очень. И уж точно победить шесть магов тебе не под силу, ты в этом убедишься. -Теперь мне под силу всё. Запомни это, пока ещё дышишь. -Неужели? А как же прикажешь тебя теперь называть? – усмехнулась Алакара. – Я не боюсь тебя и никогда не боялась, потому что всем известно, что ты трусливая сучка. -Сейчас, Стрин, в эту самую минуту, ты совершаешь огромную ошибку, – покачала головой Танька, снова устраиваясь на своём троне. Она знала, что бежать им некуда. Она знала, что они будут здесь ровно столько, сколько нужно ей. – Зря ты нарываешься на неприятности, неужели думаешь, что я буду вечно слушать оскорбления в свой адрес? -А почему бы и нет? Ты же, вроде как, уже привыкла. Эти оскорбления должны были направить тебя на правильный путь и помочь осознать, что тебе пора что-то изменить в себе, Лузина, например – не быть такой сволочью. -А ты думаешь, что значишь что-то? Думаешь, что ты святая? – усмехнулась Танька. – Только потому, что твой отец известен на всю страну и, возможно, мир, не даёт тебе права думать, что ты лучше всех, потому что ты ничего из себя не представляешь. -Хочешь, я расскажу тебе одну интересную историю, как ты работала на мою сестру, а потом струсила и кинула её? Я думала, что ошибалась, но теперь знаю точно – твоя фотография стояла на комоде у Принцессы в тот день, когда мы проникли к ней в квартиру, чтобы спасти Марину. У вас с Килли одинаковый почерк – вы обе похищаете людей, чтобы заставить меня прийти к вам, и беситесь, когда гениальный с виду план проваливается. Настя пыталась вспомнить тот день. Возможно, она была так сосредоточена, что не особо смотрела по сторонам, но как Алакара смогла заметить фотографию и почему столько времени молчала, ничего не говоря друзьям? Если она с самого начала подозревала во всём именно Таньку, к чему были разговоры про Наоми и Геру? -Ты знала? – тихо спросила Настя у Алакары. Она не могла не спросить. Остальные тоже вопросительно глядели на Стрин, стараясь понять. – Ты знала, что она и Принцесса?.. -Я думала, что ошиблась, – спокойно пояснила Алакара. – Лузина на той фотографии плохо похожа на себя, на ней был парик. Я смотрела издалека, плюс у меня было мало времени, потому что Принцесса могла выскочить из-за угла в любой момент. Мне было некогда отвлекаться и проанализировать увиденное. Позже, подумав об этом, я пришла к выводу, что ошиблась, но теперь знаю, что мне не показалось. -О, детка… – протянула Танька, доставая из пачки сигарету и медленно закуривая. – Увлекательная история, браво. Вам всем придётся поверить в это, потому что когда-то я действительно работала на Принцессу. Впрочем, не только на неё, но это не важно. -Что, собачка сменила много хозяев? – не удержалась от подкола Алакара. -Замолчи. Ты ничего не знаешь, – стальным голосом сказала Лузина. – Да, я выполняла её приказы, мне нравилось, но потом это слишком приелось и уже не казалось таким интересным, как раньше. Я не жалею, что работала на неё, что убивала по её приказу, но мне хотелось стать кем-то большим, чем девочкой на побегушках. -Какая же ты дрянь, Лузина… – покачала головой Алакара. – Ты убивала невинных людей, как и Чёрная Принцесса, получая от этого удовольствие. -Меня это не колышело, Стрин. Ровно как и не колышет сейчас. Я думала о себе, о своей жизни. Глядя на очередное тело в тёмном мешке, я понимала, что одна ошибка, одна глупая неосторожность – и я займу место какого-нибудь из трупов. А знаешь, как хотелось жить? Сильнее, чем тебе хочется искоренить зло. Именно тогда я и задумала сбежать от Килли Стрин, стать тёмным магом и жить в своё удовольствие. -Неплохо ты устроилась, Лузина, – хмыкнула Алакара. – Но знаешь, что забавляет? То, что ты думаешь, будто Килли Стрин не станет искать тебя, чтобы отомстить. -Станет, – кивнула Танька. – Но не найдёт. Я умею прятаться, причём очень хорошо. К тому же, я тёмный маг против неё, вообще не способной к магии. Понимаешь? -Как тут не понять, – согласилась с ней Алакара. Это было очевидно. – Но что ты планируешь делать дальше, например, когда попадёшь в ад? Светских приёмов там не устраивают, но я уверена, что тебе понравится. Лузина прищурилась, какое-то короткое время размышляя над ответом. -Неплохо, неплохо, Стрин. Язвишь, строишь из себя крутую, думая, что это как-то поможет уйти тебе отсюда живой, но это не так, – она усмехнулась, качая головой. – Это место – последняя остановка для всех вас, так что добро пожаловать! – с этими словами она произнесла заклятие смерти, но Настя быстро блокировала его другим заклинанием, отбросив Лузину к стене. -Спасибо, – кивнула ей Алакара. Про себя она отметила, что Настя гораздо сильней, чем она думала. Всё-таки, тренировки не прошли даром, они сделали её сильней. -Не стоит, – отмахнулась Настя. – Я сделаю это для тебя в любой момент. Лузина не собиралась их убивать, внезапно поняла Настя. Она просто играла ими, как куклами. Как игрушками. Как марионетками. Как мышками. И пусть сейчас ей было весело, но однажды всё равно наступит момент, когда ей это надоест. -Вы в ловушке, так что попрощайтесь со своей жизнью, – сказала Лузина, поднимаясь. Она взмахнула рукой – и руки каждой из Пятёрки опутали верёвки. Танька улыбнулась. – Так нам будет гораздо безопаснее общаться, и если я захочу вас убить, теперь мне, пожалуй, ничего не помешает. Какой бы сволочью она ни была, но до воплощения зла всё равно не дотягивала. В этом у Килли Стрин тоже было преимущество.