Мемориал

Встань, встань в проеме двери, Как медное изваянье, Как бронзовое распятье, Встань, встань в проеме двери... -Наутилус Помпилиус – Золотое пятно. Когда Настя проснулась от противного звона будильника, Макса уже не было. Открытое окно и шевелящиеся под воздействием ветра занавески – единственное, что выдавало его ночное присутствие здесь. Поскольку сейчас был май, девушка не замёрзла и даже не почувствовала сквозь сон ветер – воздух был уже достаточно прогрет, хотя по ночам температура была ещё немного прохладной. Она вспомнила, как он прижимал её к себе, и ей захотелось плакать от обиды. Нет, обида была не на его действия, а на то, что он оказался порядочней Гриши, хотя Настя всегда думала наоборот. Но как она ни старалась отрицать, поступок Гриши был совсем не в его пользу, поскольку в тот момент он думал только о себе. Понимая, что может расплакаться, девушка решила хотя бы отложить мысли о Грише на потом, впрочем, ей ещё как-то придётся общаться с ним в школе. А что, если он обвинит во всём её и будет злиться, требуя, чтобы она попросила прощения? Разозлившись ещё больше, девушка пообещала себе, что этому не бывать.

***

Гера подъехала по нужному адресу на такси и уже полчаса ждала Лили у входа в гостиницу. Она знала, что может и не дождаться, но хотела сделать всё возможное. Местоположение Лили ей помогла узнать Карина, мать которой была певицей. Да, они помирились, Гера всё-таки поговорила с подругой и всё ей объяснила. Карина не стала больше обижаться, она призналась, что очень скучала по своей подруге. Гера ждала этой встречи, днями откладывала её, боясь, что родной человек отвергнет её, просто не поверив в историю, рассказанную ею. Она боялась, что даже имена, известные Лили, не помогут – мало ли откуда она могла их узнать, сейчас ведь стало так просто добыть информацию о человеке, особенно если его все знают. Люди ходили то туда, то сюда, но Лили так и не было видно. Гера, полная решимости, которой, впрочем, уже немного поубавилось, всё ещё продолжала её ждать, решив, что должна хотя бы попытаться рассказать правду, ведь её настоящая мать даже понятия не имела, что её ребёнок жив, а та, которую она называла своей подругой, была не более чем сволочью, провернувшей за её спиной такое страшное дело… Какое бы решение Лили ни приняла, Гера должна была рассказать правду. Как знать, вдруг это изменит жизни обеих, и они наконец станут семьёй, как это и должно было быть всегда? Заставская сверилась с часами. Кожа под лёгкой курткой покрылась пупырышками, и девушка поняла, что не надо было так легко одеваться. Зря она не поверила прогнозу погоды, решив, что синоптики просто запугивают людей или врут, как всегда. Но именно сегодня им почему-то заблагорассудилось сказать правду. Переступая с одной ноги на другую и постукивая зубами, она терпеливо ждала. Либо сейчас, либо никогда. Она понимала, что если уйдёт отсюда, то назад уже не вернётся, а значит, это был тот самый момент, чтобы действовать. Даже если придётся простоять здесь целый день, она ни за что не повернёт назад. И вот входная дверь распахнулась, и из гостиницы торопливой походкой вышла Лили, явно направляясь к мерседесу, ждущему её неподалёку. С ней было несколько охранников, но для Геры не существовало никого, кроме её матери. Её настоящей матери. Она была прекрасна, ею невозможно было не любоваться. Девушка увидела в ней некоторые сходства с собой – длинные тёмные волосы, улыбка, глаза. Но хватит ли этого, чтобы вернуть мать в свою жизнь? Вслед актрисе оборачивались, кричали какие-то приветствия и добрые слова, а она старалась отвечать всем, и не грубо, как зачастую любят девушки, достигшие какого-то определённого уровня и возомнившие себя звёздами. Она была вежлива и мила со всеми. -Стойте! – крикнула Гера, подбираясь поближе. Лили как раз взялась за ручку дверцы машины, приготовившись, видимо, сесть в неё. Актриса обернулась, с той же улыбкой глядя на окликнувшую её девушку. Она не удивилась этому, её часто останавливали на улицах и просили автографы люди совершенно разных возрастов. -Да? – спросила она с той же улыбкой. – Тебе нужен автограф? Серёжа, дай ручку и листок, – обратилась она к одному из охранников. -Нет, нет… – замялась Гера, боясь, что если скажет хоть одно лишнее слово, Лили сядет в машину и уедет в неизвестном направлении, и тогда они больше уже нигде не встретятся. – Мне не автограф нужен. Хотя, его тоже давайте. -Чем я могу помочь тебе ещё? – спросила Лили. Гера подумала, что это хороший знак – она не сказала, что у неё дела, а значит, готова хотя бы выслушать. -Да, вы можете кое-чем… – кивнула девушка, чувствуя, как её бросило в жар. – Вы классно сыграли свою последнюю роль. Скажите пожалуйста, у вас есть ребёнок? Лили внимательно вглядывалась в лицо девушки и молчала. Только малые дети не знали о несчастье, случившемся с ней много лет назад. Многие об этом забыли, но они это знали и при необходимости могли вспомнить. -Нет, у меня нет детей, – с сожалением покачала головой Лили. Гера удивилась, что девушку не разозлил вопрос о её прошлом, довольно наглый вопрос, если считать, что, по сути, они были чужими людьми – по крайней мере, так было в глазах Лили и всех окружающих. Это был личный вопрос. – Я была беременна, но ребёнок умер. Врачи ничего не смогли сделать… – её голос слегка дрогнул, и от Геры это не укрылось. -Смогли… – тихо произнесла Заставская, боясь поднимать глаза на мать. -Моя дочь умерла, – покачала головой Лили, она действительно верила в это. Да наверное и не могло быть иначе, ведь она столько лет жила с этой «правдой», которую преподнесла ей мерзкая Рита. – Моя подруга родила, а я не смогла. -Подруга обманула тебя, – спокойно сообщила Гера, хотя внутри неё всё сотрясалось от волнения. -В смысле? – переспросила Лили. Она забыла, куда собиралась ехать и зачем, она просто стояла тут, вспоминая события многолетней давности, когда хорошенькая, но слишком злая Рита Заставская притворялась её подругой, но стоило Лили лишиться ребёнка, она сразу же отвернулась от неё, и их дружба закончилась. -Рита Заставская никогда не была добрым человеком, она состояла из зла, она им жила, им дышала, – вздохнула Гера. – Она знала, как использовать хитрость, чтобы добиться желаемого, это всегда у неё получалось. Её не тревожила ни твоя судьба, ни судьба ваших детей, даже своего собственного ребёнка. Вы обе должны были рожать в одно время. Она родила дочь, а ребёнок родился мёртвым, – рассказывала Гера так, будто пересказывала любимую сказку, которую знала наизусть. – Она была хитрой и коварной, она знала, чем ей это грозит, и поэтому заплатила врачу за то, чтобы тот подменил детей. Доктора тогда не упускали ни единой возможности подзаработать, впрочем, и сейчас это не изменилось. Заставская забрала чужого ребёнка. Твоего. Меня, – девушка сделала паузу. Она не думала, что будет так тяжело. – Я бы никогда не узнала правду, если бы не нашла её дневники, в которых она всё описывала. Лили выглядела ошарашенной. Она не знала, как реагировать на рассказанную историю, девушка растерялась. Много лет она залечивала эти раны, но вот теперь их словно по-новой вспороли одним лёгким движением. Она снова почувствовала боль, как в тот день, когда ей сказали, что её ребёнка спасти не удалось. -Воды, дайте воды… – пробормотала девушка, опираясь на машину и тяжело дыша. Один из её охранников нырнул в машину и быстро вынырнул оттуда с бутылкой. -Что ты стоишь?! – крикнул он Гере. – Иди домой, девочка, и рассказывай свои истории родителям! Посмотри, что ты наделала! Ей плохо из-за тебя! -Нет, Серёжа, не прогоняй её, прошу… – Лили дотронулась до руки охранника, успокаивая его. – Ты не понимаешь, каково это… В любом случае, я сначала должна поговорить с этой девушкой, потому что если всё, что она говорит – правда, тогда… -Правда?! – никак не желал успокаиваться мужчина. – Да ты только посмотри на неё! Она разводит тебя, хочет денег получить! Ты всегда была наивной, Лил, это… -Я сказала не вмешиваться, не мешать мне! – рявкнула девушка и повернулась к Гере. – Не бойся его, просто его обязанность – защищать меня от любых опасностей. Сейчас он отвезёт нас в одно кафе, где мы сможем спокойно поговорить. Идёт? Гера кивнула, не в силах произнести ни слова, зато теперь ей уже не хотелось уйти. Через несколько минут она уже ехала в машине вместе с Лили, которая назвала адрес кафе. Заставская думала о том, как изменится её жизнь после этого дня и что будет дальше, ведь, судя по всему, Лили уже поверила ей, и это радовало. -У меня есть дневники Риты. Если хотите, можете почитать, – расстегнув небольшой рюкзачок, Гера достала несколько книжечек, напоминающих ежедневники. Она и Лили сидели на заднем сиденье, и Заставская решила не терять времени зря. -Что это за дневники? – спросила Лили. -Рита записывала туда события своей жизни, хорошие и плохие, но в основном последние. Я никогда бы не узнала о них, но однажды случайно наткнулась на эти дневники во время уборки, когда Риты не было дома, и решила прочитать. -Тебе они понравились? -Нет! – поморщилась Заставская. – Она живёт обманами и ненавистью, как так можно? -Можно по-всякому, – вздохнула Лили, – вопрос только в том, нужно ли? Гера понимала, как тяжело её матери сейчас снова вернуться к событиям тех лет, когда она встречалась с отцом своего ребёнка, когда надеялась родить здоровую дочь и когда ей сообщили, что она никогда не возьмёт своего ребёнка на руки. Машина остановилась возле кафе, и Лили выбралась на тротуар, сказав водителю и охранникам отправляться по своим делам. Гера выбралась вслед за матерью. Пока они пересекали улицу, Лили пыталась понять, что заставило её поверить этой девочке, которая появилась словно из ниоткуда. Может, она просто увидела в ней какое-то сходство с собой, а может, она просто хотела верить в то, что дочь жива? Разумеется, она была потрясена, и потрясена сильно. С утра у неё были распланированы дела вплоть до самой ночи, но теперь она понимала, что придётся забыть о них всех, ведь, возможно, это важнее всех вместе взятых дел, если оно того стоит. Это девушке и предстояло узнать, но пока что было слишком много совпадений, которые наталкивали её на мысль, что эта незнакомка и есть её дочь. Она знала, что ей придётся прочитать дневники своей бывшей подруги, которая показала своё истинное лицо сразу после родов. И теперь Лили поняла, почему. Она не была хорошей, а просто притворялась. И, сделав своё дело, спокойно смылась. Они сели за столик, и официант принёс меню. Гера собиралась отказаться от еды за чужой счёт, но Лили была настойчивой и заказала ей несколько блюд, слыша, как жалобно урчит живот бедняжки. Гера с благодарностью улыбнулась, чувствуя себя немного неловко. Она не собиралась начинать знакомство со своей матерью, питаясь за её счёт, но Лили заверила её, что не стоит беспокоиться из-за этого. Некоторое время они молчали. Лили читала дневник Заставской на том моменте, когда Рита писала, как подкупила врачей – Гера специально положила закладку на тех страницах, готовясь к встрече с Лили, чтобы не пришлось долго искать. По записям, сделанным Ритой, было ясно, что она ненавидела Лили с самого начала. «Какая же она дурочка, думающая, что весь мир упадёт к её ногам, стоит ей только посмотреть на Андрея. Она наивно полагает, что ради неё он пойдёт на всё, но на самом деле с ней он просто развлекается, а я – единственная, кого он по-настоящему любит. Когда я избавлюсь от неё, мы будем счастливы». «Она только и делает, что смотрит на него. Это начинает порядком раздражать. Мне так и хочется достать нож и воткнуть ей в живот, решив проблему с ребёнком, но я не могу рисковать отношениями с Андреем, потому должна придумать какой-то другой способ, чтобы тень не пала на меня. Я знаю одно – она не родит от него». «Она слишком доверчива, и мне это только на руку. Я легко смогу войти к ней в доверие, а потом отомстить за разбитое сердце. А пока я буду делать вид, что помогаю ей, забочусь, а потом всё встанет на свои места, и эта безмозглая девчонка также займёт своё место. Я докажу, что лучшая – я, а не она. Я докажу это кому угодно, кто встанет у меня на пути. У меня есть идея. Я заберу себе её ребёнка, если что-то пойдёт не так с моим, а если нет – украду его и отправлю в детский дом». «Утро. Суббота. Я сижу на кухне, как дура. Мне ничего не хочется, я готова рыдать. Вчера зашла эта кукла безмозглая. Видеть её не могу. Я была у врача, и он сказал… что, возможно, я не смогу выносить ребёнка. Девчонка спросила, почему у меня такой грустный вид, и я готова была швырнуть в неё нож, но единственное, что меня сдерживало – мысль об Андрее, потому что он никогда не простит меня». «Кажется, эта дрянь пытается всерьёз отобрать у меня мужа. Ничего, мы ещё посмотрим, кто кого. Посмотрю на её хорошенькое личико, когда ей объявят, что её ребёнок умер, то ещё зрелище будет. Надеюсь, у меня хватит сил посмеяться от души». Лили резко захлопнула дневник, смахнув слезу. Читать записи Риты было неприятно и даже мерзко, но она должна была сделать это, чтобы убедиться, что Гера не врёт. Теперь же она полностью в этом убедилась – всё написанное было правдой, да и почерк Риты ей не составило труда узнать. Какое-то время их «дружбы» у них была такая безобидная забава – писать друг другу письма. Теперь же воспоминания об этих строчках, пронизанных сладкой лестью, вызывали отвращение. -Быть не может… – прошептала Лили, обхватывая руками голову и глядя на страницы дневника. – Быть не может, чтобы я так просто дала себя обмануть, так просто поверила в её наглую ложь и не добралась до правды сама. Я сдалась! – она с досадой захлопнула дневник бывшей подруги, негодуя, что оказалась такой глупой. -Вы ни в чём не виноваты, – постаралась успокоить её Гера. – Рита ужасный человек, была и остаётся им. Ничего в ней не меняется. Она не способна измениться. -Прошу… – Лили подняла глаза на Геру, осторожно улыбаясь. – Я… я не могу поверить в случившееся, но давай перейдём на «ты», хорошо? -Договорились, – осторожно кивнула Гера. Она была уверена, что привыкнуть будет немного сложно, но верила, что в конечном итоге они справятся. – Что теперь делать? – поинтересовалась девушка, поскольку сама даже и не предполагала, как поступить в создавшейся ситуации. Она ждала, что Лили примет решение. -Понимаешь, всё непросто, но думаю, что мы сможем решить это довольно быстро... – сказала Лили, улыбаясь дочери. Ей тоже было непривычно думать о ней так, да и вообще осознавать, что у неё есть дочь. Её родная дочь. Но она знала, что хочет привыкнуть, хочет узнать её. Она хочет сделать её счастливой. – Понадобится оформить кучу документов, но зато после этого мы сможем забыть обо всём кошмаре и начать всё с чистого листа. С нуля. Ты согласна? – спросила она. -Да, я мечтала об этом с тех пор, как узнала правду, – кивнула Гера. – Я всегда мечтала о счастливой семье и тёплых отношениях, но как-то не сложилось. -Забудь, – посоветовала Лили. – Мы начнём сначала. Тебе больше не придётся переживать и страдать. Рита Заставская теперь – твоё прошлое, просто забудь о ней. Они посидели ещё немного, после чего Лили пригласила Геру к себе в гости, и девушка согласилась – возвращаться в свою пустую квартиру, где всё напоминало о злой мамочке, ей не очень хотелось. Поэтому Лили оплатила счёт, и они вышли на улицу. В ожидании такси они стояли на тротуаре и молчали – каждой было о чём и помолчать, и поговорить. Рита Заставская постаралась испортить жизнь им обеим. Недалеко от них припарковалась машина. Продолжая высматривать такси, они не заметили, как из машины вышел человек и остановился, облокотившись на неё. -Неплохой день, не так ли? – завёл невинный разговор незнакомец. – Знаете, сегодня обещали, что воздух прогреется до двадцати пяти градусов, разве не здорово? -Есть дела и поважнее погоды, – слегка раздражённо ответила Лили. Её чуть потряхивало от неожиданной новости, в которую она никак не могла поверить. Но этого ответа хватило, чтобы незнакомец начал внимательнее присматриваться к ней. -Лили? – наконец сделал попытку он, снимая солнцезащитные очки и разглядывая её открыто, что девушке даже стало немного не по себе от его взгляда. Собираясь уже возмутиться или послать его куда подальше, она перевела на него свой взгляд… и застыла на месте. Если бы сейчас она держала в руках стакан или чашку, то через секунду уже послышался бы звон битого стекла. -Андрей? – предположила Лили, чувствуя, как подгибаются колени. Второй раз за день. Слишком много неожиданных встреч для одного дня, но она понимала, что должна быть сильной, поэтому из последних сил старалась держать себя в руках и любезно улыбаться, хотя последнее давалось ей сложнее всего. -Папа? – где-то за спиной послышался неуверенный голосок Геры. Она не видела отца почти всю жизнь – он развёлся с Ритой, когда дочери было всего года два. Она помнила его только по фотографиям, которые бережно хранила Рита. -Гера? – взгляд Андрея переместился на дочь и в мгновение стал теплее. Она так повзрослела. – Я не хотел бросать тебя, но когда мы развелись с твоей мамой… она сменила место жительства, и я не смог вас найти. Мне очень жаль… Суд вынес решение в пользу твоей матери, и тебя оставили с ней. Я не мог вмешаться… -Хватит, Андрей, – прервала его растерянную речь Лили, немного сердито сверкая глазами. – Мы вообще-то спешим. Как вы вообще узнали, что мы тут? -А ты всё такая же, надо же… – протянул он, глядя на неё с обожанием, но она в упор не желала этого замечать, или же ей просто это было уже не нужно. -Я обычная, – дёрнула головой девушка. – Так откуда вы узнали? -Мне сказал Сергей, твой водитель, – несколько секунд мужчина колебался, думая – соврать или сказать правду, и вот последнее победило. – Я очень давно знаком с ним, он помогал мне следить за тем, чтобы ты была в порядке. С тех пор, как я вынужден был оставить тебя, когда мы расстались, я очень переживал за тебя, правда… -Зачем ты приехал? – перебила его девушка. – Увидеть жену? Она в тюрьме. -Лили, – немного укоризненно произнёс он, – ты ведь знаешь, что Рита уже много лет мне не жена, и я не жалею об этом. Кстати, куда ты едешь? -Ко мне домой, – не очень охотно ответила девушка. А Гера просто смотрела на обоих родителей и не знала, чью сторону принять. Она была немного растеряна и понятия не имела, как общаться с Андреем и как вообще относиться к нему. -А Гера? – последовал новый вопрос. -Наверное, она едет туда же, куда и я, раз она со мной? Вроде логично, – Лили усмехнулась. – Я имею право везти её куда угодно. Она – моя дочь. -Что?! – в шоке воскликнул мужчина. Лили же сохраняла ледяное спокойствие. Она перебросила ему дневник Риты со словами: «открой на закладке, не пожалеешь». Пока он читал, она молчала, глядя куда-то в сторону и думая о чём-то своём. Гера не вмешивалась, понимая, как ей, должно быть, тяжело сейчас. Возможно, что она до сих пор любила этого человека, но прошлые обиды мешали им воссоединиться. -Господи, это я во всём виноват… – сказал Андрей, когда закончил чтение. Для того, чтобы понять суть, нужно было прочитать всего несколько страниц. – Я совершил самую ужасную ошибку. Ты ненавидишь меня, да? – он посмотрел на неё, но она оставила его вопрос без ответа. – Я не должен был оставлять Риту без присмотра. И теперь… Я хочу всё исправить, но без твоего согласия ничего не получится. Подъехавшее такси позволило им уйти и больше не участвовать в этой драме. Лили отбросила руку Андрея, когда проходила мимо него, а он пытался её остановить. -До встречи в суде, Андрей Николаевич! – сказала она после просьбы не писать заявление на Риту, несмотря ни на что. -Лили! – он попытался остановить девушку, но она уже дошла до такси и теперь как раз собиралась сесть в него и уехать прочь. – Гера, постой! – обратился он к дочери, но она следовала за матерью, хоть и не была полна решимости, что это всё-таки более правильно. В общем-то, не ей было судить о правильности. Она знала, что он легко сможет найти и её, и Лили, если ему это понадобится. -Лили, прошу! – он кинулся к такси, но девушка захлопнула дверцу. Барабаня в стекло, он желал расколотить его, чтобы снова прикоснуться к той единственной, которая так много значила для него. До сих пор, несмотря на годы разлуки. Он не хотел терять её снова, зная, что они могут вернуть всё, что потеряли. Но машина тронулась, оставляя его одного. Лили даже не сказала, есть ли у него шанс всё исправить. Она разговаривала с ним так, будто ненавидела его. -Лили… – простонал он, облокачиваясь на первую попавшую машину. – Лили, вернись… Вернись ко мне! Я же не смогу без тебя… Я тебя люблю…

***

Следующая ночь, которую Настя провела не в объятиях Макса, была тоже полна кошмаров, но не настолько. Какое-то время ей даже снилось что-то мирное и хорошее, только сон неожиданно прервался резким звонком мобильного телефона. Проклиная неизвестного, так как номер не определился, Настя нажала «принять» и поднесла трубку к уху. Глаза у неё слипались, и ей пришлось закрыть их, чтобы окружающая обстановка не раздражала. -Да? – произнесла она, трясущимися пальцами сжимая трубку у уха. – Кому это не спится в такое время? Я спать хочу, понимаете, спать! -Прости, что разбудила тебя, – раздался голос Алакары в трубке. Он был такой реальный, как будто она на самом деле не умерла. Внутри у Насти всё похолодело. -Кто ты?! – выкрикнула она, чувствуя, как её начинает знобить. Зубы застучали друг о друга, и ей приходилось держать рот широко открытым, чтобы не выбить их. -Я Алакара, наверное, – ответил голос в трубке. – Послушай, мне нужно сказать тебе кое-что важное… – голос запнулся, но Настя наконец вышла из оцепенения. -Не ври! – закричала она. Ярость накатывала, и она не могла её контролировать. Она понимала, что это просто такая шутка, что кто-то, кто знает о её потере, просто издевается над ней, давя на больное. – Скорее всего, ты знала Алакару, а теперь притворяешься ею! Но, кем бы ты ни была, так, на заметку – Алакара мертва. -Настя, послушай… – в отчаянии просил голос. – Просто послушай… -Никогда не звони сюда больше! – разозлилась Гусакова. Она ненавидела подобные розыгрыши и считала их подлыми и жестокими. – Что тебе надо от нас? Денег? У меня их нет, так что до свидания! И на чужом горе, как бы тебе этого ни хотелось, денег не заработаешь, так что забудь этот номер и никогда сюда больше не звони! Сбросив вызов, Настя бросилась на кровать и разрыдалась. Она знала, что нормальной жизни после этой трагедии больше не будет. Она знала, что её просто не оставят в покое. Она знала, что всегда найдутся те, которые захотят посмеяться над ней, зная, что она потеряла одного из самых близких людей. Да, девушка понимала, что так есть и вряд ли что-то изменится, она просто не могла понять, за что ей всё это… Больно от того, что Алакары больше нет и не будет. Страшно – от того, что где-то есть человек, подделывающий её голос, носящий такие же вещи, заказывающий такую же еду в ресторанах или кафе. Все эти мысли доводили Настю до сумасшествия, и ей было страшно, что этот кошмар коснулся именно её. Когда телефон зазвонил снова, девушка увидела всё тот же номер. Она хотела не брать трубку, но рука сама потянулась к телефону. Она нажала на зелёную трубочку, надеясь, что не услышит этого родного голоса, который причинял ей боль. -Настя, это ты? – она ошиблась, всё тот же голос преследовал её. И ей нужно было быть сильной, чтобы справиться с этим. Сейчас ей нужны были силы. -Нет, это Анджелина Джоли! – съязвила девушка, не понимая, почему всё ещё разговаривает с этим человеком, ведь Алакара на том конце даже ненастоящая, но что-то удерживало Настю от того, чтобы немедленно бросить трубку. -Удачная шутка, – похвалил человек с голосом Алакары. – Ты даже не представляешь, как мне тебя не хватает. Пятёрки. Вас всех. Я очень скучаю по тем временам, когда мы были все вместе, проходили через различные трудности и… -Сходите к психиатру, – посоветовала Настя невидимому собеседнику. -Мне не нужен психиатр, Настя! Мне нужны мои друзья. Мне нужна ты, моя сестра. Но я пока что не могу вернуться назад и быть с вами, поэтому прошу прощения за это. Я вернусь, обещаю, просто нужно немного подождать. Не забывай обо мне, пожалуйста… – голос «Алакары» дрогнул. -Не смей называть меня по имени! Не смей приписывать себе её имя! -Только не бросай трубку, умоляю… -Да что вам от меня надо?! – не выдержала Гусакова. Она сорвалась на крик, понимая, что ещё немного разговора с этим человеком – и у неё будет нервный срыв. И Макса не было рядом, чтобы успокоить её. Кроме лучших друзей он был единственным, кому она могла доверять и с кем могла поделиться, когда на душе было тяжело. -Прощения, – последовал ответ после недолгого молчания. -Идите к чёрту! – Настя решила, что достаточно намучилась. Она завершила вызов и просто выключила телефон, чтобы её больше не донимали звонками. Часы показывали шесть часов утра, и Настя не знала, что ей делать. Уснуть теперь вряд ли получится, а в школу она обычно вставала в половину восьмого. Приняв решение, девушка упала на кровать и решила, что будет просто лежать эти полтора часа.