Мемориал

Нет. Нет никаких ошибок. Нет никаких ответов, нет никаких вопросов. Гусакова сидела на полу, закрыв лицо руками. Перед глазами быстро проплывали увиденные ею картинки, и она была не в восторге от этого. Где-то над ней что-то кричали Элеона и Алакара, видимо, обращаясь к ней, но Настя их не слышала. Она не могла просто делать вид, что ничего не чувствует после просмотра записи. Девушка отлично понимала, что всё это случилось из-за неё, отрицать очевидное было бы полным безумием, поэтому она даже и не пыталась. Если бы она сама пришла к Принцессе, то всё было бы по-другому. Да, может она и не смогла бы пережить встречу с Принцессой, но её подруге точно не пришлось бы умирать за неё. Остальным повезло, что они смогли остаться в живых. Танька и Чёрная Принцесса – очень ядерная смесь. Если одна Лузина чуть не убила Алакару, то вместе с Килли они могут наделать бед куда больше, чем кажется. Настю безумно злил тот факт, что подруги отправились на схватку с врагами, даже не предложив ей присоединиться к ним, даже хотя бы не поставив её в известность. Они могли быть мертвы, однако они все тут, но понятия не имеют, что происходит в душе у Насти. Они не знают, что, посмотрев эту запись, она станет винить во всём даже не их, а себя. Хотя, возможно, что и их, но не так долго. Гораздо дольше она будет думать о том, что было бы, если бы она была там и смогла предотвратить весь этот ужас. Вихрь и ураган, словно соединившись в одно целое, поселились в душе девушки. В смерти Насти Каталиной виновата лишь она, и никто больше. Принцесса убила её лишь потому, что хотела добраться до Гусаковой. Потому что когда-то Каталина была её подругой, и вот теперь ей пришлось расплачиваться за эту дружбу своей жизнью. Настя не верила, что Каталина мертва, ей хотелось думать, что подруга осталась жива, что запись – это подделка Лузиной и Принцессы, что они каким-то образом изменили финал, и теперь просто смеются над ней, но… с другой стороны, зачем им делать вид, что они убили её подругу, если на самом деле не убили? Наверное, Каталина знала, что Гусакова – дочь Олега и сестра Алакары, может именно поэтому она посчитала, что её жизнь дороже её собственной, иначе просто нет подходящих объяснений. Она знала, поэтому и хотела, чтобы Настя жила, чтобы она дошла до конца этого пути и чтобы победила. Лишь когда человек уходит, начинаешь по-настоящему понимать, что он для тебя значит. У них была, в общем-то, непростая дружба, которая надломилась из-за какой-то нелепой ошибки. Реакция Каталиной, когда выяснилась правда, удивила Настю – подруга, выдвинувшая обвинения против неё, даже не извинилась перед ней. -Настя, что с тобой?! – испуганный голос Алакары звучал словно издалека, но постепенно становился всё ближе и ближе. – Ты что, с ума сошла? -Пока что нет, – покачала головой Настя, теперь слыша сестру отчётливо, а не словно через толстое стекло. – Откуда у вас эта запись и когда это произошло? -Не так давно, – вздохнула Алакара. – Может, неделю назад или больше. Килли Стрин снимала сражение, у неё там повсюду скрытые камеры. А потом она прислала диск мне, зная, что я не смогу не показать его тебе, а ты будешь чувствовать вину. Мне очень жаль, Настя. Никто не хотел, чтобы это случилось. Мы даже не брали её с собой на поле боя, она сама пришла к Принцессе и Лузиной, чтобы отомстить… Настя молчала. Она не знала, что сказать. Чувство вины прожигало дырку где-то внутри, и боль от этого была довольно сильной. Она не хотела, чтобы из-за неё погибали её друзья, и если бы знала, что они туда отправились, была бы там с ними. -Это случилось почти на моих глазах… – всхлипнула Анджелина, появляясь в комнате. – Я видела, как она лежала там, в крови, но не молила пощадить себя. Она… она… говорила перед смертью о тебе, Настя. Ради тебя она отдала свою жизнь. -Она не могла… Нет, я не верю в это… Я ни во что не верю! – Настя упала на пол, снова начав плакать. При каждом ударе сердце становилось всё тяжелей, и ей захотелось вырвать его из груди, чтобы хоть немного стало легче. Алакара обняла сестру за плечи, Настя повернулась и заключила её в объятия. Они сидели так долгое время, тихонько плача на плече у друг друга. Насте не хотелось верить в произошедшее, но это была правда, от которой нельзя сбежать. Подошла Анджелина Джонсон, протягивая Насте бокал с водой. -Выпей, прошу, – сказала она, – выпей, и тебе станет легче. Гусакова приняла бокал из её рук и поднесла ко рту, не переставая думать о том, что видела на той видеозаписи. Это было ужасно, но ужаснее всего был тот факт, что она могла это исправить, но не сделала ничего, потому что даже не знала… -Знаешь, Настя, – Анджелина крутила в руках пустой бокал, который Гусакова отдала ей обратно, – её ничем не вернуть, поэтому не вини себя в том, что произошло. -Это правда, – послышался голос. – Это случилось, и её уже ничем не вернуть. Все обернулись на голос. В дверях стояла Ариана, об отсутствии которой Настя забыла сначала из-за злости на Алакару и Пятёрку, а потом из-за известия о смерти своей когда-то очень хорошей подруги. Ариана прошла в комнату и обняла Настю. -Мне очень жаль, – прошептала она, сжимая подругу в объятиях. Настя просто молча кивнула. Она решала про себя какую-то важную задачу. Ей захотелось побывать на могиле Каталиной, положить цветы и посидеть, вспоминая мгновения, когда их дружбе ничего не угрожало, когда между ними не было лжи и предательства. Это были прекрасные времена, и Насте было приятно их вспоминать, но мысль о том, что ничего этого больше не повторится, причиняла ей невыносимую боль. -А где похоронили Настю? – в полной тишине спросила Гусакова. Алакара обменялась взглядами с Элеоной, Чешири горько усмехнулась, а Ариана заговорила прежде, чем кто-либо из Настиных ошарашенных подруг открыл рот. -Тебе не надо ходить туда, Настя. Это может быть ловушкой для тебя. Чёрная Принцесса только и ждёт, что ты придёшь на могилу своей умершей подруги, потому что будешь винить себя во всём, что с ней произошло. Твои враги так и ждут, что ты проявишь слабость, а мы не хотим хоронить и тебя. Пожалуйста, забудь эту идею. -Но я должна сходить туда, – не согласилась с ней Настя. -Не будь эгоисткой, Настя, – ласково сказала подруге Ариана. – Пойми, что мы требуем этого для твоей же безопасности, и ты, я надеюсь, не хочешь, чтобы твоя смерть была на совести Пятёрки? Сделай то, что мы просим, только это. -Хорошо, – вздохнув, согласилась Настя. У неё не было другого выхода, а на споры даже не осталось сил. Поэтому она сдалась, согласившись, что так будет лучше. -Тогда вопрос решён, – улыбнулась Ариана подруге. Но каждая из них понимала, что впереди у них будет ещё много вопросов, которые им предстоит решать. Алакара, проводив Пятёрку, уселась на кухне с чашкой кофе дожидаться Олега. Судя по всему, она была немного не в настроении, и Настя решила не трогать её. Алакара от скуки развернула газету, мельком пробегая строчки глазами, особо долго не задерживаясь на них. Настя вскипятила чай и решила поужинать, пока Алакара дожидается отца, всё равно делать было нечего. Она могла собираться на вечеринку и мечтать, как всё пройдёт завтра, как она наконец увидит Гришу после его двухнедельного отсутствия. Она желала обнять его, заглянуть в его глаза и поинтересоваться, как он отдохнул в Греции, что делал там и что видел. Она верила, что своей теплотой и любовью он сможет хоть немного залечить её кровоточащие раны. Желая полакомиться чем-нибудь вкусненьким, на кухне появилась Сонька. Увидев Алакару, она поморщилась – Настина сестра не переносила Стрин с самого начала, ещё до того, как узнала, что они, можно сказать, родственники. Только вот Сонька всё равно не принимала Алакару за свою, несмотря ни на что, и отношения у них были довольно напряжёнными, ибо Сонька всегда надеялась на то, что Настя прекратит их близкую дружбу с дочерью Олега Стрин. Но теперь они стали ещё ближе, они стали одной семьёй, и назад пути уже не было и не будет никогда. -Добрый вечер, Соня, – поздоровалась с ней Алакара, перелистывая страницу. Из её уст это звучало смешно, и Настя отвернулась к плите, чтобы не рассмеяться. Ни Алакара, ни Сонька особой любви к друг другу не испытывали, и поэтому Настя приготовилась к тому, что они опять начнут ссору. – Этот вечер прекрасен, не так ли? – будто между делом спросила Стрин, получив в ответ удивлённо-недовольный взгляд Соньки. – Почему бы тебе ни присоединиться к нам, выпив с нами чаю? -Я не хочу есть, – отрезала Сонька. – Я пришла взять несколько яблок, а после снова уйду к себе. Поэтому не утруждай себя приглашениями, Алакара, тебе ни к лицу быть любезной со мной. -О, я не старалась, – улыбнулась ей Алакара, отодвигая для Соньки стул рядом с собой. – Присядь. Поговорим, выпьем чаю, проведём время весело. Мне всё равно нужно дождаться отца. Судя по всему, ожидание будет долгим. -Я не собираюсь пить с тобой чай, а говорить – тем более, – усмехнулась Сонька. – У меня полно других дел, и все они приятнее, чем разговор с тобой. -Что за тон? – поморщилась Настя, поворачиваясь и глядя на сестру. – Прекрати вести себя так, будто все вокруг тебе что-то должны, – она понимала, что может и не нужно говорить это, но остановиться было уже не так просто. – С тобой всегда было сложно, но после того, как твой отец ушёл, ты стала просто невыносимой! Лицо Соньки менялось на Настиных глазах. Гусакова видела, как на нём появилась гримаса отвращения, затем – презрение, граничащее с ненавистью. -Теперь это так называется, да? – протянула она. – Мой отец? Как же быстро ты предала его! – со злостью выпалила Сонька. – Будто все эти годы не он был с тобой рядом, заботился, оберегал! А теперь ты перечеркнула всё, улыбаясь новому папочке, и хочешь, чтобы я сделала то же самое? Какая же ты двуличная сволочь всё-таки! – с этими словами Сонька развернулась на каблуках и кинулась прочь. -Сейчас лучше оставить её, – предупредила Алакара, глядя Соньке вслед. – Может, она посидит, подумает над своими словами и отойдёт, просто нужно время? -Я себе так же сказала, когда всё это произошло, – вздохнула Настя, тыкнув картошку, которую варила, ножом, чтобы проверить, не пора ли её вытаскивать, – но прошло довольно много времени, и ничего не меняется. Она становится только злее. -В какой-то степени, её можно понять, – задумчиво протянула Алакара, – но в злости на тебя – нет, потому что не ты заварила эту кашу и обманывала всех вокруг, на тебя-то что злиться? Ты не должна отвечать за ошибки, которые не совершала. -А, так ты считаешь это ошибкой? – с удивлением спросила Настя. – С каких пор? Ей казалось, что Алакара гордится их родством и никогда бы не пошла на то, чтобы вернуть всё назад, если бы была такая возможность. -Не считаю, – ответила Стрин. – Но то, что лжи было слишком много – отрицать глупо, ты и сама это понимаешь. Всё могло быть по-другому, Настя. Я могла не пытаться убеждать тебя поверить мне, когда ты сидела у моей кровати в больнице, или мне не пришлось бы врать тебе, когда ты спросила, почему для отца так важна встреча с тобой. Помнишь, что я тогда ответила? Что если тебе это важно, тебе лучше спросить его самого, но, разумеется, я знала ответ. Настя помнила каждую деталь, каждую мелочь того разговора, но вспоминать это сейчас не хотелось. С того времени произошло много чего, загадка была разгадана, и Насте больше не нужно было ломать над ней голову. Так они с Алакарой просидели до того времени, когда стрелки часов начали приближаться к часу ночи. Стрин постукивала пальцами по столу, в очередной раз бросив взгляд на часы. -Уже так поздно, где же его носит? – не выдержала девушка. Все газеты, которые нашлись в доме, уже были просмотрены ею, чай выпит по несколько раз, а темы для разговоров кончились. Разве что можно было начать обсуждать всё по-новой, но никто из них не горел желанием возвращаться к темам, которые были затронуты ранее. -Вечеринка может задержаться, – сказала ей Настя. – Он говорил, что будет поздно. Тебе лучше всего дождаться утра, а сейчас лечь спать. -Нет, я подожду тут, – покачала головой Алакара. – Мы слишком долго не виделись. -Как хочешь, – махнула рукой Настя и уже собиралась было идти спать, как в этот момент где-то сзади, за спиной, хлопнула дверь. -Алакара, надо же, какой сюрприз! – воскликнул Олег и прошёл на кухню, чтобы обнять дочь. Настя, вздохнув, вышла в прихожую, где как раз переобувалась мать. -Здравствуй, Настя, – немного холодно поздоровалась Аня с дочерью. Впрочем, когда они прощались, их разговор не был теплее. – Уже поздно, тебе лучше лечь спать. -Ты не можешь знать, что мне лучше, а что нет, – так же холодно отозвалась Настя. – Я уже давно поняла, что заботишься ты только о себе – ты доказала это, когда врала мне прямо в глаза, отрицая, что Олег – мой настоящий отец. Ты столько мне врала, что я уже понятия не имею, где правда, а где – ложь, так что у тебя нет права мне указывать! – закончила девушка и, пройдя мимо матери, отправилась к себе. В комнате её ждал сюрприз в виде Макса. Девушка улыбнулась ему. Она уже давно привыкла, что он появляется в её отсутствие. Было приятно идти к себе, не зная при этом, что он там, и находить его у окна или сидящим на кровати. И сейчас Настя обрадовалась тоже. Она закрыла за собой дверь и бросилась в объятия друга. -Я скучала по тебе, – прошептала она, крепко обнимая его. – Эта неделя тянулась как месяц. Никогда не оставляй меня так надолго… – она улыбнулась, проведя рукой по его волосам. Многие подумали бы, что она влюблена в него, но для девушки это был всего лишь дружеский жест, не более. А вот Макса это расстраивало, потому что он безумно хотел быть ближе, хотел обнимать и целовать её, как свою девушку. -Я тоже скучал, – улыбнулся он. – Прости, что не навещал тебя. Обещаю больше не пропадать так надолго, – он взял её руки в свои и, опустившись на её кровать, посадил девушку к себе на колени. – Что-то случилось? Ты выглядишь очень грустной. Расскажи мне всё, что тебя тревожит, и я постараюсь помочь. Она была так близко, и на мгновение у него возникло сильное желание поцеловать её, долго и страстно, не думая о последствиях этого поцелуя, но он понимал, что она не свободна, и даже если он сделает то, о чём мечтает, она не будет с ним. Один взгляд, одна просьба, обещание, что он попробует помочь ей – и девушка, прижавшись к парню, уже рассказывала ему об ужасной трагедии, случившейся по её вине, с трудом сдерживая подступившие к глазам слёзы. -Тише, тише… – гладил он её по голове, когда она закончила свой рассказ и разрыдалась, будучи уже не в силах сдерживаться. – Настя, я могу понять твоих друзей, особенно Алакару. Её сестра – монстр, убивающий невинных людей, и когда у неё появилась ты… Понимаешь, она просто не переживёт твою смерть. То, что сделала твоя подруга – это очень героически, но это был её выбор, и ты всё равно не смогла бы ей как-то помешать. Понимаешь, о чём я? -Хочешь сказать, она пошла к Принцессе намеренно? – удивлённо спросила Настя, внезапно догадавшись о том, что Макс, возможно, хотел до неё донести. Она рассматривала многие причины, почему Каталина могла так сделать, но тогда Гусакова полагала, что её подруга оказалась там, потому что Принцесса похитила её. -Это возможно, – невесело подтвердил догадку Макс. – Может быть, она чувствовала вину перед тобой за своё давнее поведение, а может, что-то другое было причиной… -Я не могу поверить… – вздохнула девушка. Она всё так же сидела на коленях у Макса и понятия не имела, сколько это длится. Ей было хорошо, парень немного успокоил её. Удивительно, но при таком раскладе она чётко знала, что не влюблена в него.