Мемориал

And it was... A leap of faith I could not take, a promise that I could not make. -Placebo – Ashtray Heart. Ей приснился довольно странный сон. И он был до безумия похож на реальность. Александр возвращался домой после путешествия. Его лицо было слегка испуганным, и прежде, чем открыть ключом квартиру, он оглянулся по сторонам, словно вор. -Соня, я дома! – крикнул он, оказавшись в квартире, но ответом ему была тишина. Предчувствуя что-то неладное, он прошёл дальше по коридору и распахнул дверь, ведущую на кухню. И вскрикнул, заметив на полу тело одного из психологов. Гусаков наклонился и пощупал пульс, чтобы подтвердить догадку. Пульса не было. Человек был мёртв. -Чёрт! – выругался Гусаков, и его глаза в панике заметались туда-сюда. Он уже знал, что не найдёт свою дочь в квартире, но не мог поверить в то, что это сделала она, лишь бы получить пропуск на свободу. Переступая через тело на полу, мужчина наступил на что-то, и, нагнувшись, поднял этот предмет. В его руках оказался шприц, внутри которого осталось немного прозрачной жидкости. Александр аккуратно положил свою находку на тумбочку и последовал дальше. В предчувствии чего-то ужасного он обошёл всю квартиру. Шесть трупов психологов были найдены в разных комнатах, но Соньки нигде не было. Он проверил даже под кроватями и в шкафах, и только потом понял, что дочь исчезла. По всей квартире валялись шприцы, в основном пустые. Он не знал, что было внутри, но, судя по увиденному, догадывался, что именно так были убиты его люди. Дрожащими руками он схватился за телефон. -Заказывайте машину! – крикнул он кому-то, как только ему ответили. – Что?! У меня шесть трупов в квартире, и если это вскроется, меня посадят в тюрьму! Прошу тебя, мне очень нужна машина… Куда я дену их, это моё дело! Пришли машину срочно! Он положил трубку и, осмотревшись по сторонам, нервно закурил. Успокоиться не удавалось, ведь он понятия не имел, что делать с телами убитых, где искать Соньку и как объяснить Ане, почему ей с Настей стоит ещё на несколько дней задержаться у Аниных родителей. И, что главное – как вынести из квартиры шесть трупов, оставшись незамеченным, ведь он же не мешки с мусором собирается проносить… А ещё его очень беспокоила Сонька, а особенно тот факт, что он понятия не имел, где её искать. И подозревал, что всё это – дело её рук, хоть и сомневался, что ей под силу убить столько человек и скрыться – всё-таки, она ещё ребёнок, пусть и с проблемами. Настя проснулась, тяжело дыша. Она не понимала, что это было, ведь сон был так похож на то, что Александр мог сделать, чтобы заставить Соньку молчать и чувствовать себя по-настоящему больной. Девушка была слегка напугана увиденным, и тот факт, что она вырвалась из пелены кошмара, совсем не помогал. Откуда-то появилась Алакара. Она словно возникла из темноты, как привидение. -Что случилось? – зевнула Стрин, внимательно вглядываясь в лицо Насти. -Ничего, – покачала головой девушка, оглядываясь по сторонам, ведь кошмар был таким реальным, что вместо Алакары она ещё немного видела Александра. – Ничего не случилось, просто идиотский сон приснился. А ты-то что тут делаешь среди ночи? -Хорошее дело, Настя… – Алакара постучала пальцами по столу. – Что тебя беспокоит на этот раз? И не вздумай говорить, что всё в порядке, ведь я знаю, что это не так. -Я не знаю, что происходит, – покачала головой Настя. – Я вижу прошлое из моей жизни, Алакара. Сегодня я видела, как Александр возвращался домой после аварии на том теплоходе в две тысячи седьмом году. Он вошёл в квартиру, надеясь найти там Соньку, а вместо этого нашёл шесть трупов психологов, раскиданных по квартире, и кучу шприцов на полу с прозрачной жидкостью внутри, похожей на ту, что вколола мне Чешири. И когда он не нашёл Соньку, обойдя квартиру, он позвонил кому-то и заказал машину, чтобы вывезти тела из квартиры. Я знаю, что он подозревал в этом Соньку, я словно чувствовала это, читала его мысли… Даже не знаю, как Соньке удалось выжить и сбежать из квартиры, где она была и что делала, пока не вернулась домой. Я ведь почти ничего не знаю о событиях тех времён. -Подожди… – Алакара задумалась над словами Насти и, судя по её виду, рассказ её удивил. – Ты говоришь, что содержимое шприца было похоже на то, что вкалывала тебе Чешири? -Да, – кивнула Настя, откидывая в сторону одеяло и понимая, что ещё поспать вряд ли удастся. -Видишь ли… – протянула Алакара. – Кажется, у нас нашлись общие темы для разговора с Чешири. Утром я позвоню ей и узнаю, не может ли она встретиться… -Интересно, и что же ты у неё спросишь? – хмыкнула Настя. – Не на её ли совести шесть трупов или зачем она хотела меня убить? Хотя бы отложи всё это до утра… -Что-то вроде того, – вздохнула Алакара. – Кстати, почему ты не спишь? И где Макс? Я думала, что он будет с тобой, но ты тут греешь одеяло в одиночестве… -Ты опоздала, Алакара, – усмехнулась Настя, – это было вчера. Если бы сегодня он был у меня, то ты бы не смогла войти в эту дверь, потому что она была бы на замке. -Ты забываешь, Анастасия, о моей способности вскрывать замки магией. Так что советую тебе быть осторожней, – она подмигнула сестре. – А теперь можешь поспать ещё немного. Только ничего не планируй на завтра, у нас первая мировая с Чешири.

***

Когда они с Алакарой пришли в школу, Пятёрка была уже почти вся в сборе. Они обсуждали что-то, что совсем не интересовало Настю, поэтому она не прислушивалась к их разговорам. Её больше занимало то, что Мила Эванс вернулась в школу и теперь как ни в чём не бывало беседовала с Кариной и Герой. -Привет, подруга, – увидев Настю, помахала ей Мила. – Тебе привет от Мелиссы. Мелисса уехала из города вместе с Милой, и у них были какие-то общие дела, о которых Настя предпочла не знать. Но после всего произошедшего Настя считала, что поддерживать дружбу с Мелиссой со стороны Милы было не очень уместно. -Послушай, ты продолжаешь общаться с Мерт? – спросила Настя. – Слушай, Мила, ты не должна этого делать, особенно после того, как вернулась на светлую сторону. -Мне она не сделает ничего плохого, успокойся, – усмехнулась Мила, качая головой. – Мы с ней старые знакомые, и так уж получилось, что нам есть, о чём поболтать. -Но я так не считаю. Хорошим человека можно назвать тогда, когда он останавливает зло или не совершает его вовсе. И ни одним, ни другим не может похвастаться Мелисса. Увы, она редкостная стерва, и если ты этого не знаешь, думаю, что сейчас самое время узнать. Она не сделала ничего, чтобы остановить обращение Соньки в вампира, хотя могла… Мало того, она ещё и радовалась этому. А ещё, предположительно, она или её подруга Хартман убили родителей Кэтрин. -Нет, Настя, – покачала головой Мила, – про смерть родителей Хайс и Лоулт я знаю. И поверь мне, хоть тебе и очень не хочется – это может быть вовсе не Мелисса. -Ну хорошо. Тогда кто? -Кто угодно, – пожала плечами Мила. – Например, Элена. Мне много рассказывали о ней. Ты задаёшь вопросы немного не из моей области, поэтому я не могу на них ответить. К тому же, я слишком занята, собирая информацию об Александре. Поняв, что разговор зашёл в тупик, Настя повернулась и ушла, в коридоре нос к носу столкнувшись с Еленой Брант. -Пойдём поговорим, – сказала ей Настя, вспомнив о том, что рассказала Чешири. Елена кивнула, возможно, подозревая о теме разговора, и они отошли в сторону. -Что ты хотела, Настя? – спросила она, делая вид, что не понимает, что происходит. -Просто хочу знать, зачем ты дала Чешири совет убить меня, – сложив руки на груди, сказала Настя. – Ведь признайся, что моя кровь в любом количестве не помогла бы Эле, верно? Ты сделала это, исходя из какой-то собственной выгоды, и я хочу знать, из какой. -Здесь нет моей выгоды, – покачала головой Брант. – Это не отменяет тот факт, что ты – мешок с ценной кровью, и если в настоящее время ты жива, тебе очень повезло. Твоя вампирская подружка, по-видимому, любит похищать тела, раз увезла с собой Элю. Будем надеяться, что она не обратит её в вампира, потому что в последнее время их стало слишком много. Я не очень люблю вампиров. Они слишком скучные. -Почему тогда ты хотела меня убить? – не сдавалась Настя. – Ради вампиров? Отдать им мою кровь? -Люди, в отличие от вампиров, Настя, не пьют кровь, а значит, мне она ни к чему. Но не забывай о том, что всегда может появиться тот, кому она очень понадобится. Повернувшись, Брант пошла прочь. Настя, скрипя зубами от злости, смотрела ей вслед, понимая, что загадок только прибавилось. По пути в столовую она встретила Киру и спросила об их отношениях с Сашей, явно зашедших в тупик, на что Говорова махнула рукой и сказала, что в настоящее время он, кажется, увлечён Еленой. -Елена? – удивлённо переспросила Настя. – Ему и правда нравится Елена? -Наверное, – пожала плечами Кира, стараясь вложить в свои слова как можно больше безразличия, но Настя-то знала, что ей не всё равно. – Недавно он попросил её об очередном занятии по алгебре. Хотя, какая к чёрту разница? Меня не касается это. -Ты злишься, потому что неравнодушна к нему? – тихо спросила Настя. -Нет, я злюсь, потому что сначала он целует меня, а потом делает вид, что меня и вовсе не существует! Думаю, что ему нравится Елена. Видела бы ты, как он смотрел на неё… -За это ты ненавидишь её? За то, что она липнет к Саше, а ты к нему неравнодушна? -Честно? Мне плевать, – соврала Кира. – Просто пытаюсь понять причину его действий. Интересно, я была просто запасным вариантом на случай её отказа? -Да расслабься ты, Кира, – вздохнула Настя. – Ну заведи с кем-нибудь романчик, чтобы он тебя поревновал. Есть шанс проверить его чувства к тебе. -А твои ко мне как проверить? – раздался голос за спиной. Настя обернулась, встретившись взглядом с Егором. Она знала, что это приведёт к катастрофе. -Я пойду в столовую, приходи, – сказала Кира и мгновенно испарилась. Настя и Егор остались одни. Мимо проходили люди, и девушка старалась избегать его взгляда. -Посмотри на меня, – попросил он, но всё, чего ей хотелось – убежать подальше. -И что тебе это даст? – спросила девушка, надеясь, что он закончит свои игры. -Многое… – прошептал Егор, подходя ближе. – Ну же, Настя, ты еле сдерживаешь себя. -Отстань, Егор! – сказала девушка, отступая на несколько шагов назад. – Единственная причина, по которой я тебя не ударила – мне безумно тебя жаль. Она посмотрела в эти глаза, по которым когда-то сходила с ума, с триумфом отметив, что давно ничего не чувствует. Она начала новую жизнь с новым парнем, который любит её и которого любит она, и Егору Кузнецову в этой жизни давно не было места. -Я люблю тебя! – сказал Егор, с отчаянием глядя ей в глаза. – Вспомни, как мы были вместе, как нам было хорошо, несмотря ни на что, как я целовал и обнимал тебя… -Всё в прошлом, – покачала головой Настя. – И я не из тех, кто меняет настоящее на него. -В прошлом? – не сдавался Кузнецов. – Любовь не проходит, Настя, это не болезнь. Что ты ещё скажешь в своё оправдание? Что влюбилась в некроманта по-настоящему? Я никогда бы в это не поверил, потому что вы не смотритесь вместе. Ты с ним от безысходности, потому что я не рядом, и тот поцелуй у твоего подъезда… -Сколько раз тебе повторять, – разозлилась девушка, – это была Кэтрин Хайс, мой двойник! -А сколько тебе повторять – я не верю в эти байки про двойников! – повысил голос Егор. – Я целовал тебя, а не какую-то Кэтрин Хайс, и ты это прекрасно знаешь! -А ты в глубине души знаешь, что я права, но всё равно продолжаешь меня мучить… -Я люблю тебя и хочу, чтобы ты была счастлива! – Егор схватил девушку за руку, но она поспешно её выдернула. – Я сделаю всё, чтобы мы снова были вместе, и тогда… -Этого никогда не будет! – усмехнулась Настя, разворачиваясь. – Я люблю Макса. Она ушла, оставив его за спиной. Смотреть ей вслед было просто невыносимо, и он отвернулся. Ему было трудно смириться с поражением, но он надеялся, что однажды она вернётся к нему, просто для этого, как ему казалось, нужно время. Но одинокому страдающему мальчику нужно было усвоить один простой урок – если Настя Гусакова всерьёз решила двигаться дальше, то лучше даже и не пытаться её злить. Утомлённая этой бессмысленной войной, Настя опустилась на свободное место за столиком в столовой напротив Вики Кузнецовой, которая в одиночестве ждала Пятёрку, запивая ватрушку с творогом чаем и читая ленту твиттера. -Я виделась с Брант, – сказала Настя, уверенная, что подруга слышит, – и она назвала меня мешком с ценной кровью. -Не бери в голову, меня называли и похуже, – покачала головой Вика, убирая телефон. – Что ты такая хмурая-то? Думаешь, что тебе что-то угрожает рядом с ней? -Может, да, а может, и нет, – пожала плечами Настя. – Она вроде бы так тонко угрожала мне, говоря, что найдутся те, кому может понадобиться моя кровь… -Не обращай на неё внимание, – махнула рукой Вика. – У нас и без неё проблем достаточно. Думаю, Алакара тебе уже говорила, что собирается навестить Чешири? -Да, даже не поленилась среди ночи прийти ко мне, чтобы об этом сказать, – усмехнулась Настя. – Слушай, ты не собираешься съездить на квартиру отца? -Ой, я и забыла об этих бумагах… – Вика виновато опустила голову. – А когда вспоминала, уговаривала себя не думать об этом. Ты знаешь, там жила Настя… -Если тебе будет нужна поддержка, я всегда могу съездить с тобой, – улыбнулась Настя, и появление Пятёрки избавило Вику от ответа. Подруги сели за стол, и от Насти не укрылось довольное выражение на лице Алакары, что было очень странно. -Что опять случилось? – поинтересовалась Гусакова, гадая, что в такой час могло обрадовать Алакару Стрин. Может, она выиграла душу Килли Стрин на аукционе? -Да ничего особенного, – пожала плечами Ариана. – Алакара хочет навестить Чешири сегодня после школы, и мы всё думаем, как её воспринимать – как друга или врага? -Ну да, учитывая то, что она хотела тебе сделать, Настя… – вздохнула Элеона. – Понятно, что она не в себе, но сколько это оправдание ещё может быть в силе? -Предоставьте это мне, – сказала Настя. – Мне есть о чём поговорить с Чешири. -О чём ты говоришь? – поинтересовалась Анджелина. – Судя по твоему взгляду… -Нет, я не собираюсь ей мстить и тому подобное, – покачала головой Настя. – Мне нужно кое о чём спросить Чешири. Я вижу детали, некоторые моменты из прошлого. Я не помню их, потому что это было давно, и это похоже на видения… Я будто бы наблюдаю за всеми со стороны, и за собой тоже. И началось это тогда, когда Чешири воткнула мне шприц, пытаясь меня усыпить. По крайней мере, я так думаю. В тот момент мне казалось, что я умираю, но вместо этого увидела события прошлого… -Но что это было? – допытывалась Анджелина. -Я увидела день, когда мы взошли на теплоход. Мать и Гусаков разговаривали, пока ждали прибытия теплохода, я крутилась где-то неподалёку. Они говорили о Соне. Оказывается, Александр оставил её дома с кучей психологов, убеждённый, что она сошла с ума, потому что она сказала родителям, что во время путешествия произойдёт какая-то катастрофа… -О боже… – простонала Элеона, закрыв рот рукой. -Гусаков решил, что на почве зависти Сонька просто сошла с ума, – продолжала Настя. – Поэтому в то путешествие взяли только меня. Но Сонька, как вы знаете, была права. Увы, её никто не послушал, и даже мать за неё не заступилась. А этой ночью мне снился сон, вернее, это было очень похоже на сон… Александр вернулся домой и нашёл в квартире шесть трупов, а Сонька бесследно исчезла. И рядом с телами на полу валялись шприцы с прозрачной жидкостью внутри, похожей на ту, что вколола мне Чешири. Об этом я и хочу поговорить, ведь не могла Сонька сама… -Думаешь, что это Чешири помогла Соньке сбежать? – с сомнением спросила Ариана. -Не знаю, но очень вероятно. Сама Сонька это точно не проделала бы, а значит, ей кто-то помог. Кроме того, я видела Чешири неподалёку от нас, когда мы ждали теплоход. Она прошептала что-то вроде: «спасти, пока не поздно», так что, возможно, это она освободила Соньку. И единственный выход всё выяснить – спросить прямо. -Я тоже думаю, что это хорошая идея, – поддержала подругу Вика. – Мы поговорим с Чешири и всё выясним. Настя наконец-то перестанет мучить себя неизвестностью. Настя улыбнулась Вике, и Кузнецова улыбнулась в ответ. Остальные лишь пожали плечами, им оставалось только согласиться. Теперь нужно было дождаться конца уроков, и Настя была уверена, что в ожидании это будет один из самых долгих дней. -Отлично, – улыбнулась Алакара, – значит, навестим Чешири сразу после школы. -Ты уверена, что вам надо туда идти? – спросила Настя, уверенная, что после всего с Чешири она сможет справиться и сама, но подруги не были с ней в этом согласны. -Конечно, – кивнула Алакара. – Не думай, что после всего мы отпустим тебя одну. -Алакара, это необязательно, – покачала головой Настя, стараясь убедить сестру. – Я могу поговорить с Чешири сама, и мне вовсе не нужно, чтобы меня сопровождали. -Нет, Настя, – покачала головой Алакара, – и мы даже обсуждать это не будем. Что, если она снова решит на тебя напасть? Эли с ней рядом больше нет, но она с лёгкостью может задумать отомстить тебе за всё, понимаешь? Ты не видела её, когда мы пришли спасать тебя. Её глаза… они были такими, словно она сошла с ума. После школы они пошли к Чешири все вместе. Алакаре всё-таки удалось убедить Настю, что помощь Пятёрки в логове Гост ей не помешает. Гусакова злилась, не понимая, откуда взялось внезапное раздражение, и Алакара подозревала, что это из-за того, что Настя боится услышать правду, боится, что она окажется слишком жестокой и страшной. Однако это было лучше, чем и дальше жить в неизвестности. Они просто шли вперёд, не подозревая, что их ждёт там. Вика думала о своей сестре и о том, что Настя до сих пор чувствует вину за всё, что случилось с Каталиной. Она упорно настаивает на своей виновности, как обвиняемый в суде, которого уже ничего не держит на свободе, и потому ему всё равно, где существовать. Они все прошли через многое, видели много боли, смертей, падений. Но почему ворота рая захлопываются перед их носом, а они вынуждены метаться перед ними и бить по ним руками? Неужели они не достойны спокойной жизни, где мир не рушится каждую секунду и счастье не разлетается на осколки? И неужели рука судьбы, задумавшая подлость, не опустится, а сердце не испытает счастья?

***

Они позвонили в дверь Чешири Гост, замерев в ожидании. Настя поняла, что была не права, доверяя только себе – только лишь раздался звонок, как она почувствовала предательскую слабость в коленях, а сердце забилось в два раза быстрее. Она поняла, какой ошибкой было бы попытаться прийти сюда одной, ведь Чешири может до сих пор желать её смерти, и если в этот раз она зайдёт немного дальше… Мысли её прервал звук открывающейся двери. На пороге стояла Чешири, совсем на себя не похожая – бледная, с синяками под глазами и опухшим от слёз лицом. -Я устала от вас, – тихо произнесла она, и её голос был пропитан отчаянием. Не было той Чешири, которая была готова драться за жизнь сестры и даже убить лучшую подругу, если это потребуется ради родного человека. Нет, это была не она. -Ну что вам надо? – она встретилась взглядом с Алакарой, с болью в глазах наблюдавшей за этим превращением. – Ты, кажется, добилась своего? Верно? Королева Стрин на вершине, отмечает свою победу, как же иначе… – усмехнулась Чешири. – Другого я и не ожидала. Ты хотела, чтобы мне стало больно, Алакара, и это случилось. Моё сердце разрывается на части, и временами мне кажется, что я этого не выдержу, впрочем, тебе это знать не обязательно. Она была единственной, кто у меня остался, а теперь нет и её. Что ж, поздравляю. Ты выиграла. Снова. -То, что случилось с Элей… в этом нет нашей вины. Мы все тут потеряли не меньше, чем ты, так что не делай трагедии на пустом месте, – голос Алакары был жёстким. – А что касается твоей сестры, мы можем только надеяться, что она в безопасности. Да, Чешири сделала трагедию даже из этого, но Настя знала, что она зря беспокоится. Да, Катрин увезла её с собой, но Настя была уверена, что она не обратит Элю в вампира, даже если такая мысль придёт ей в голову. В крайнем случае, она предложит Эле провести лето вместе, ведь благодаря Кэтрин она теперь одинока. -В безопасности?! – усмехнулась Чешири. – Да ты, никак, бредишь, Алакара! Моя сестра в безопасности с вампиром? Наверное, ты шутишь, потому что это безумие! -Чешири, прошу… – Ариана выступила вперёд. -Не надо меня ни о чём просить! – отрезала Гост, обведя взглядом всех присутствующих. – Вы только и делаете, что просите, ничего не давая взамен. А правда, чем вы лучше? Вы остановили Лоулт, не дав ей увезти мою сестру? Вас это не волновало. Так что и меня ни о чём не просите. -Я бы рада была помочь, но у меня не было такой возможности благодаря тебе! – напомнила подруге Алакара. – Напомнить? Если бы ты не похитила Настю, Эля сейчас была бы с тобой, но, возможно, всё ещё в коме. Есть вещи, за которые приходится платить, и, вероятно, это одна их таких. То, что ты сделала, тебя не оправдывает. Любая из нас пожертвовала бы своей жизнью, потому что у тебя есть право распоряжаться только своей. То, что ты сделала, называется эгоизмом, Чешири, и чем раньше ты это осознаешь, тем лучше для тебя. Они с Чешири смотрели друг на друга, и между ними летали искры. Все могли почувствовать напряжение, образовавшееся между этими двумя. Алакара была хорошим противником, особенно в окружении своих союзников, и Чешири отлично это понимала. С ней было опасно ссориться, особенно когда дело доходило до её семьи, ради которой Алакара Стрин готова была даже убить. -Ты бы посмотрела на себя, Алакара… – с грустью усмехнулась Чешири. – Ты так помешалась на своих семейных связях, что совершенно не замечаешь ничего вокруг. -То, что ты называешь дружбой, Чешири, это вовсе не дружба. Спасение сестры за счёт жизни подруги… Как бы плохо твоей сестре не было, ты не имела права это делать и рисковать жизнью Насти. У тебя был другой выход. Катрин могла… -Нет, она не могла, – резко ответила Чешири. – И знаешь, почему? Потому что я не позволила бы сестре хоть секунду находиться с кровью вампира в организме. Потому что если об этом станет кому-то известно, и её убьют, она либо умрёт, либо станет вампиром, и ни того, ни другого я не желаю для неё. Так что делайте выводы. -Ты и правда думала, что ты бог, и все козыри в твоих руках? – разозлившись, Алакара схватила Чешири за руку. – Как тебе не стыдно после всего, через что мы прошли?! -Я помню, как ты оглушила меня заклинанием. Ты тоже тогда думала не обо мне, а о своей сестре. -Потому что ты не оставила мне другого выбора! Я должна была спасти Настю, пока не стало поздно. Семья важнее всего, так, кажется, я говорила? Что ж, это правда. -Знаешь, Алакара, – наконец произнесла Чешири после небольшой паузы, – тебе бы мозгами так владеть, как оружием. Думаю, тогда ты принимала бы другие решения. -Тебя что-то не устраивает? – Алакара сделала шаг вперёд и схватила подругу за горло, прижав к стене. – Я всегда буду защищать Настю, особенно когда ей нужна защита от таких, как ты. Это для тебя не существует ничего святого, не для меня. -Ты стала такой же, как вампиры… – с отвращением покачала головой Чешири. – Даже приём повторяешь такой же, который использует Катрин Лоулт. Я не права? -Катрин не убийца, – подала голос Настя. – Она помогла мне. Она помогла Эле. -Она вампир, и это говорит о многом, – усмехнулась Чешири, сфокусировавшись на Насте настолько, насколько позволяли пальцы Алакары на шее, отвлекающие её. – Ты пришла мне отомстить, верно? Кого ты сейчас защищаешь? Думаешь, Лоулт тебе подруга? Она убила ту незнакомую девушку в парке и так же убьёт мою сестру… Настя умоляла себя промолчать, напоминая, что может только навредить этим, но не смогла удержаться. Глядя в мутные от слёз и злости глаза Чешири, она выпалила на одном дыхании, не думая, какие для кого это принесёт последствия: -А ты убила шестерых, так чем ты лучше? И, кажется, стреляя наугад, она попала в красную точку посередине круглого диска. Глаза Чешири расширились, в них отразился ужас, и Настя уже знала причину. -Отпусти её, – кивнула Гусакова Алакаре, и Стрин выполнила её просьбу. -Каких шестерых, Настя, что ты… – Чешири в шоке смотрела на Настю. -Объяснить? – усмехнулась Гусакова, глядя в глаза подруги. Или уже бывшей подруги. Она была уверена, что так или иначе, они со всем разберутся. Может не сразу, но в итоге есть шанс, что всё наладится и станет таким, как было раньше. Настя была уверена, что Чешири отлично понимает, о чём идёт речь. -Две тысячи седьмой год. Мои родители и я отправились в путешествие на теплоходе, и через какое-то время там произошёл пожар. Меня спасла девушка по имени Кэтрин Хайс, сестра Катрин Лоулт и по совместительству мой двойник. Так вот, пока мои родители ждали прибытия теплохода, они говорили об одном интересном деле. Не припоминаешь, о чём? О Соньке, которая была в наказание оставлена дома в окружении психологов – Гусаков вообразил, что она больна, когда она сказала ему о своём предчувствии, что на теплоходе произойдёт что-то плохое. -Но что ты… -Без обид, Чешири, но я должна спросить только одно, что имеет значение. Что ты вколола мне? Яд? -Если бы я хотела вколоть тебе яд, Настя, – Чешири посмотрела на подругу, и в её глазах снова промелькнул страх, – то тебя уже давно не было бы в живых. -Уверена? Я живучая. Так сколько мне осталось, Чешири? – Настя подняла голову подруги за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. – Отвечай же, сколько? Мне нужно знать заранее, потому что я могу не успеть попрощаться со всеми вовремя. -Что ты несёшь такое?! – подбородок Чешири взметнулся вверх, освобождаясь из власти Настиных пальцев. – Это не яд, и ты не умрёшь. И откуда тебе знать, где и когда я была? В две тысячи седьмом году мы даже не знали ничего друг о друге… -Ну, видимо, ты как раз что-то и знала. Увидев мою мать и Александра, ты прошептала: «спасти, пока не поздно». Я слышала. Что значат эти слова, Чешири? -Нет, Настя, ты не можешь знать об этом… – пробормотала Чешири. Она выглядела жутко растерянной, и вслед за этим на её лице отразился страх. – Кто тебе сказал?.. -Никто, – ответила Настя. – Тот же год, только чуть позже. Мы с мамой были у её родителей после пожара. Гусаков вернулся в квартиру, чтобы проверить, как там Сонька, но вместо дочери нашёл шесть трупов. Тебя выдали шприцы. Ты была там. -Настя, – испуганно прошептала Чешири, отступая на шаг назад, – это и правда было, только я не понимаю, откуда тебе стало известно. Никто не знал об этом, кроме… -Неважно, откуда. Главное, что я это знаю. А теперь расскажи мне всю правду. -Я ведь и правда слышала их разговор на пристани, – начала Чешири, оправдываясь. – Из диалога твоей мамы и Гусакова я поняла, что они считают Соню сумасшедшей, но я чувствовала, что это не так. И тогда я пошла к вам в квартиру. Магией отключила всех людей там и вколола им резерпин. Его применяют в небольших дозах при лечении психических заболеваний, неврозов и ряде других заболеваний. Не знаю, что ты думаешь обо мне, Настя, но ты сама понимаешь, к чему приводит неправильная дозировка. Эти люди издевались над Сонькой и могли её убить. Они получили по заслугам. Я забрала её с собой, потому что оставаться в квартире ей было нельзя. Соня хотела остаться со мной, но я с трудом уговорила её вернуться домой и разыграть похищение, понимая, что она не может жить моей жизнью. -Но почему ты взяла её с собой? – тихо спросила Настя, думая о Соньке. Она даже представить не могла, какой ужас испытала сестра, оставшись одна в квартире с этими людьми, которые считали, что она нуждается в лечении, но всё, в чём она на самом деле нуждалась, так это в любви. И хорошо, что нашёлся хоть кто-то, кто выдернул её из этого ада, не дал ей сойти там с ума. Хорошо, что Чешири была в жизни Соньки, хоть и короткое время. Их дорожки в итоге разошлись, потому что как бы им не было весело вместе, всё-таки они принадлежали двум разным мирам… -А ты бы оставила её там, в квартире, полной трупов? Её бы сделали ответственной за это, и она провела бы большую часть жизни за решёткой. Я тогда не была знакома с тобой, Настя, но я всё же подвергла себя опасности, чтобы спасти твою семью. Насте нечего было сказать. Она понимала, что Чешири права. С магией или нет, но она сильно рисковала, пойдя против шестерых взрослых людей, задумавших зло. -То, что ты мне вколола… та прозрачная жидкость… Они умерли быстро. Через сколько умру я? -Неужели тебе так надоело жить? – усмехнулась Чешири. Лёгкий румянец стал появляться на её щеках. – Хочу расстроить тебя: ты не умрёшь. В чём дело, Настя? Девушка боролась с собой – сказать Чешири правду или же скрыть её. С одной стороны, они вроде бы всё ещё подруги, а с другой… стоит ли ей доверять? Ведь Чешири похитила её и пыталась убить, пусть даже ради Эли. Это не оправдание. -Так что происходит, Настя? – снова повторила вопрос Чешири. – Можешь сказать, чем бы это ни было. -Понимаешь… – закусила губу Гусакова, понимая, что должна рассказать. Может, у Чешири есть ответ на её вопрос, и тогда она сможет добавить в свой пазл детали, которых ей сейчас не хватает. – Когда ты вколола мне эту дрянь, произошло кое-что очень странное. Я увидела день пожара, моих родителей на причале, себя. Я видела всё это своими глазами, со стороны. Я видела тебя. Ты прошептала: «спасти, пока не поздно», а ночью мне приснился кошмар, как Александр возвращается в квартиру и находит шесть трупов, и всюду разбросаны эти шприцы с прозрачной жидкостью… -О господи… – Чешири прижала руку ко рту. – Ты будешь жить, я вколола тебе обычное снотворное, но не понимаю, почему оно так подействовало. Возможно, это был просто побочный эффект. Тебя я не хотела убивать, Настя. Знаешь, почему? Потому что, несмотря на всё, что произошло, ты мне очень дорога, и я не понимаю, как могла так рисковать твоей жизнью и позволить тебе думать, что я способна… -Это ты, Чешири… – с грустью произнесла Настя, уворачиваясь от её рук. – Это ты. Та, кем ты на самом деле являешься. Тебе просто нужно признать, что в тебе есть тёмная сторона, и на этот раз она победила… – из глаз девушки хлынули слёзы. -Нет, Настя, нет! Клянусь! Клянусь чем угодно! – продолжала убеждать подругу Чешири. – Я больше никогда так не поступлю. Мы пройдём через это вместе. -Нет, не пройдём, – покачала головой Гусакова. – Знаешь, что-то умерло внутри… -Всё нормально, слышишь? – Чешири положила ей руки на плечи, легонько встряхнув подругу. – Ничего не умерло и никто не умер. Всё в порядке. Я верю в это, и ты верь тоже. Я знаю, что ты пострадала не меньше, чем я, и хотела сказать, что мне очень жаль Соньку. Ни ты, ни она не заслужили такой судьбы, и мне очень жаль, что тебе пришлось встать перед таким сложным выбором, чтобы ей помочь… -Ты спасла ей жизнь, Чешири, – всхлипнула Настя. – В этом и есть весь смысл. Спасибо, что не дала ей умереть. Я чувствовала, что это была ты, но мне нужны были доказательства. Просто попытайся понять. Ты спасла Соню и взяла её с собой, тебе было хорошо с ней, ты не хотела чувствовать одиночество. Катрин поступила так, руководствуясь теми же чувствами, что и ты когда-то. Кэтрин единственная, кто у неё остался, и она ненавидит её. Но стоит признать, что на месте Эли должна была быть я. -А это и будешь ты, – внезапно послышался голос за их спинами. – Только не на её месте. Они стремительно обернулись, увидев стоявшую в дверях Эльвиру Эмалей. Она улыбалась, нацелив пистолет на Настю, и её подруги, пребывающие в шоке, не сразу сообразили, что может случиться сейчас в этом доме. В воздухе резко запахло надвигавшейся трагедией, и на этот раз никто не был в силах её остановить. -Сегодня это будешь ты, – усмехнувшись, продолжала Эльвира. – Я обещаю. Узнаешь, что такое смерть. Встретишься наконец со своей подругой Настей, повидаешь Мариэтту. Тебя ждёт очень интересное шоу, Гусакова. Прощай, теперь уже навсегда. И она нажала на курок… Конец третьей книги. Продолжение следует…