Мемориал

Один на один, глаза в глаза, Один на один – ты и сила зла! Один на один – твой вечный бой, Один на один с самим собой. -Артерия – Один на один. -Пусть она живёт в этой квартире сколько хочет, – сказала Вика, и они, захватив несколько коробок с документами отца Кузнецовой, уехали домой. Катрин всю дорогу молчала, и Настя, воспользовавшись паузой, набрала номер некроманта. -Привет, – ответил он, и девушка почувствовала, как парень улыбается. – Я хотел позвонить тебе, но ты меня опередила. Что собираешься делать? -В каком смысле? – не поняла Настя. Мимо быстро проплывали дома, и девушка поймала себя на мысли, что ей хочется уехать из города как можно дальше. -Вечером. -Немного поработаю хорошей сестрой, – ответила девушка, с грустью представив свои попытки снова достучаться до той, которая не желает её слушать. – Нужно выбить воспоминания из Соньки относительно Эттлс. Завтра придёт Юля, и я обещала ей, что всё узнаю. Вот и решила позвонить тебе, чтобы узнать твоё мнение. Как ты думаешь, какие пытки лучше всего подойдут для нахального вампира? -Предоставь это своей подружке вампиру, – посоветовал девушке Макс. – Кажется, Катрин в этом разбирается гораздо лучше нас всех. Кстати, как у неё дела? -Эй, я тебя слышу, гад! – крикнула Лоулт, не отвлекаясь от дороги. – Всё отлично. -О, и тебе привет! – закатил глаза Макс, но ни Настя, ни Катрин не могли это видеть. -Заткнись! – прорычала в ответ Лоулт, но Настя знала, что она пока что не злится. -Я перезвоню тебе, когда буду дома, – улыбнулась в трубку Гусакова. – Люблю тебя. -И я тебя люблю, – ответил парень. – Буду ждать твоего рассказа о поездке. Настя, улыбаясь, повесила трубку. Держа телефон в руках, она отвернулась и стала смотреть в боковое окно, чтобы никто не заметил, как она счастлива. Сейчас для этого было немного не подходящее время, но девушке ничего не мешало радоваться тому, что она услышала голос своего любимого. И, если повезёт, он навестит её вечером. Вику они высадили у дома её тёти, и теперь никто не мешал Насте и Катрин разговаривать. С Викой они договорились о том, что Настя возьмёт коробки с документами себе, а потом Кузнецова зайдёт к ней, чтобы их забрать. Это устроило их обеих, и в конце концов Вика выскочила в дождь из машины на светофоре. -Как состояние Соньки? – поинтересовалась Катрин. – Всё так плохо на самом деле? -Честно? Боюсь, что да. Она укусила одиннадцатиклассницу Сашу, но не хочет признаваться в этом. Возможно, она просто боится, что придётся отвечать за ошибку, но я не понимаю, так ли это, или же она просто играет всеми нами. Ко всему прочему, ко мне стала приставать с вопросами Елена. Я не могу выдать ей Соньку, даже если бы была уверена, что это единственный способ её остановить. Если я это сделаю, то хорошего ей точно ничего не светит. И тот факт, что она снова связалась с этой стервой Эттлс, всё только усложняет. Настя тяжело вздохнула. Она понимала, что должна заботиться о сестре, но Сонька не принимала этой заботы, она не принимала ничего, кроме советов Эттлс. Вовлечённая в эту опасную игру, она положилась на ту, которая сломала ей жизнь. -Ох, по-видимому, твоя сестра – тяжёлый случай, – вздохнула Катрин, понимая, как Насте тяжело тащить это на одной себе. – Как ты с этим справляешься? -Юля справится, я думаю, – ответила Настя, не очень-то веря, что Соньку можно спасти. – Она теперь работает с ней. Юля Попова, сестра Нины. Двоюродная. Катрин на какое-то мгновение изменилась в лице, но ничего не сказала. Настя знала, что её задело – воспоминания о прошлом и своей не очень приятной встрече с Юлей. -Кат, – осторожно начала Настя, боясь, что одно только неосторожное слово может всё разрушить, – ты рассказала мне историю своей жизни, но никогда не рассказывала про стычку с Юлей. Это что, такое ужасное воспоминание для тебя? -Да не было у нас никакой стычки, – помолчав, сказала Катрин. -Как это не было? – удивилась Настя. – Разве ты забыла? Как пила её кровь, мучила её, а потом она дала тебе отпор и каким-то образом вернула тебе человечность. -Ты всё знаешь, – вяло пробормотала Катрин, подтверждая Настины слова. – Откуда? – и, не дожидаясь ответа, покачала головой: – Ладно, я не желаю об этом говорить. -Придётся, Кат, – настаивала на своём Настя. – Расскажи мне правду, как всегда. Будь честной, Катрин, не надевай эту никчёмную маску. Ты можешь довериться мне. -Да, я чувствовала жажду и пила её кровь, – сдалась Лоулт. – Да, она пытала меня и издевалась надо мной. Что ты ещё хочешь услышать, Настя? Что я делала это, ничего не чувствовав? Да, так и было. Я пыталась отключить чувства, а жажда мучила меня. -Но она ведь помогла тебе, верно? – спросила Настя, бросая взгляд на свою собеседницу. – Ты изменилась в хорошую сторону, и это здорово. Так зачем через столько лет продолжать убиваться из-за этой истории? Всё это осталось в прошлом. -Я не убиваюсь, – покачала головой Катрин. – Просто не хочу говорить об этом. Я же не спрашиваю, что ты чувствуешь, когда тебя пытаются убить. Вот и ты не спрашивай. -Отлично, спроси, давай поговорим, – подхватила тему Настя. Она была готова ухватиться за любую ниточку, лишь бы заставить подругу говорить. -Не хочу, – отрезала Катрин, вцепившись в руль. – Не сейчас. -Ладно, ловлю тебя на слове, – сказала Настя. – Потом вернёмся к этому разговору. Катрин поморщилась, будто проглотила целую ложку перца. -Знаешь, Кат, – вздохнула Настя, – мы поддерживаем друг друга, и в этом весь смысл. -Не сомневаюсь, – ответила Лоулт, сворачивая к Настиному дому. – Я устала от дороги, устала от всего, и это не лучшее время для разговора. Ещё увидимся. Настя попрощалась с Катрин и вылезла из машины, понимая, что заставить Лоулт говорить о том, что ей неприятно, не получится. Стоя у подъезда, девушка смотрела, как машина скрывается из вида, а потом повернулась и, открыв дверь, зашла в подъезд.

***

Сонька сидела на кухне и с какой-то непонятной задумчивостью на лице жевала бутерброд с ветчиной, параллельно листая новости в интернете, чтобы убить время. Настя села напротив. Сестра поморщилась и собиралась уйти, но не успела. -Притормози, надо поговорить. Настя готовилась поговорить с сестрой, зная, что это надо сделать, но сейчас понятия не имела, что сказать. Сонька положила бутерброд на тарелку и закатила глаза. Она словно уже знала, о чём пойдёт речь, или же делала вид, что знает. -Ну что опять? Будешь промывать мне мозги по поводу той девушки или что-то новое придумала? Не удивлюсь, если ты повесила на меня ещё несколько десятков убийств, фантазия у тебя всегда была хорошая. Может, мне и правда стоит кого-то убить, чтобы ты поняла, что это не я? Может, тебе надо увидеть меня настоящую? Настя с трудом удержалась, чтобы не отвесить сестре звонкую пощёчину. -Нет, я о другом хочу поговорить с тобой, но ты постарайся и хоть раз в жизни скажи правду, – Настя была безумно зла, и невозмутимость Соньки злила её ещё больше. -Заманчиво, – усмехнулась Сонька, – но если вспомнить все твои предыдущие тирады… -А ты не вспоминай! – разозлилась Гусакова. Разговор с Сонькой отнимал у неё много сил. Сестра вечно издевалась, бросала какие-то язвительные замечания и словечки. Сонька не могла сесть и, спокойно сказав: «я слушаю», выслушать всё, что ей скажут, ей обязательно нужно было довести сестру. – Я хочу у тебя спросить… Что тебе внушила Эттлс? -Что-что? – прошипела Сонька с издёвкой. -Что тебе внушила Эттлс, когда ты ещё была человеком? – повторила свой вопрос Настя. – Вампиры могут внушать людям, но когда становишься вампиром, все воспоминания возвращаются. -Ты дура, что ли? – округлила глаза Сонька. – Или тебе жить надоело? -Соня, пойми, – чуть не плача, говорила Настя, – это было лишь внушение, что бы она тебе там ни говорила. Она давила на тебя, давит и сейчас, а ты ведёшься, как дурочка. То, что тебе сделали кольцо и дали жить, не значит, что нужно распускаться. Я тебе не позволю. Как дала тебе жизнь, так могу её и отнять, знай это. Так что не будь дурой, Соня, просто скажи мне, что внушила тебе Эттлс? Настя понимала, что сестра вряд ли ответит на её вопрос, учитывая то, какой упрямой становилась Сонька, когда хотела, чтобы всё было по её правилам, но всё же решила рискнуть, надеясь на благополучный исход. -Не беспокойся, ничего такого, что могло бы угрожать твоей вшивой жизни, – усмехнулась Сонька. – А вообще, это тебя не касается, так что ты не можешь спрашивать меня об этом. По-моему, у тебя кроме этого ещё много важных дел. -Ошибаешься, меня это касается, да ещё как, – сказала Настя, чудом сдерживая себя. -Да, и почему же для меня это ничего не значит? -Потому что ты редкостная стерва, которой плевать на других, – отрезала Настя. -Как точно подмечено, – усмехнулась Сонька, соглашаясь с сестрой. Да, это была не её головная боль. Стерве Соньке было плевать на мучения сестры, в то время как Настя изо всех сил пыталась достучаться до сестры, сделать её прежней – доброй, милой, какой она была когда-то в далёком прошлом. Только теперь всё слишком изменилось, и в жизни Соньки осталась только тьма. Той Соньки, которую они знали, больше нет. Есть другая, бессердечная Сонька, думающая лишь о себе. Сонька отвернулась, и Настя не могла видеть её лицо, усмешки и издёвки. Она решила, что на сегодня хватит. В конце концов, сколько можно мучиться, пытаясь достучаться до Соньки? Всё, что она могла сделать, она сделала, следующий ход будет за Юлей. Пусть она сама с ней поговорит, может ей повезёт даже больше. Если понадобится, пусть вытащит из неё правду даже через боль и пытки. Должно же быть что-то, что развяжет Соньке язык и пошатнёт её глупую преданность Эттлс. Она уже развернулась, как голос Соньки, не привычный резкий, а какой-то с оттенком мягкости, остановил её, сказав всего лишь два слова: «Подожди, Настя». Гусакова развернулась, глядя сестре в глаза и пытаясь найти там то, что искала. -Ты же не я, – всё так же издеваясь, проговорила Сонька, – и понятие совести для тебя так велико, что я чувствую себя гнилой поганкой. Всегда, всю жизнь. Так что ты ответишь мне правду. Почему ты это делаешь? Я же всегда обижаю тебя, делаю тебе больно, – она усмехнулась, будто это была всего лишь игра слов, – а ты всё равно не желаешь от меня отвернуться. Любая на твоём месте уже давно воткнула бы кол мне в сердце. Почему ты этого не сделала? Можно было бы поверить в искренность её слов, если бы это не было игрой – безумной игрой, которую ведёт Сонька. Она хорошо чувствует, где лучше надавить на жалость, а где – бросить резкое слово. Она всегда была умелым манипулятором. -Потому что ты моя сестра, – ответила Настя. – Я должна помочь тебе. Сонька нахмурилась. Она относилась ко всему проще, поэтому объяснение сестры вызвало у неё желание закатить глаза. -Правильней было бы просто убить меня, – продолжала усмехаться Сонька. – Если бы ты приказала тогда Даше не давать мне кровь, она бы послушалась. Почему же ты решила, что я обязательно должна выпить? Мы обе знаем, что ты ничего не делаешь просто так, но, поставив на меня, ты поставила не на того человека. Я никогда не буду такой, какой ты меня хочешь видеть. Настроение Соньки часто менялось. Она могла демонстрировать пылающую ярость, а в следующую секунду становиться холодной, словно лёд. -Потому что ты мне нужна. Неважно, кто ты – человек или вампир, – ответила Настя. – Я не позволила бы ей убить тебя. Ты – моя сестра и всегда будешь оставаться ей. -Какая забота… Не слишком ли много чувств для человека, которого ты ненавидишь? Вернее, вампира. Я же давно перестала быть обычным человеком. -Нет, Соня. Для меня не много, – покачала головой Настя, понимая, что это лучший момент для того, чтобы уйти и оставить сестру наедине со своими мыслями и чувствами. Настя застучала каблуками по лестнице, убегая прочь. Она была готова плакать. Девушка мечтала об одном – о плеере с музыкой и чашке кофе, но все её планы рухнули, когда она распахнула дверь своей комнаты. На кресле, у окна, с журнальчиком в руках, забросив ногу на ногу, удобно устроилась Чешири Гост. -Что ты здесь делаешь? – устало спросила Гусакова подругу, падая на кровать. -Надо поговорить, Настя, – вздохнула Чешири, будто сама была этому не рада. – Я долго откладывала этот разговор, но больше не могу избегать эту тему... -Какую тему? – Настя обращалась к своей памяти, но память упорно молчала. -Помнишь, в моём особняке, когда я схватила тебя, ты задала мне вопрос? Это был самый ужасный мой поступок. Я никогда таких не совершала, а тут вдруг будто разум отключился. Тогда ты спросила у меня, встречались ли мы раньше. Помнишь? -Мы встречались раньше? – спросила Настя у подруги, надеясь, что Чешири ответит правду. Чувство, будто она уже видела Гост, никак не покидало девушку. -Почему ты спрашиваешь? – глаза Чешири приобрели более холодный оттенок. -Потому что мне важно знать, логично? Кто ты, чёрт возьми – моя подруга или тайная шпионка? Я хочу знать, в сравнении со всем остальным это не так уж и много. -Да, я помню, – кивнула Настя. – Тогда ты увела разговор в другую сторону, и я об этом вскоре забыла, потому что понимала, что вот-вот могу попрощаться с жизнью. -Прости… – закусила губу Чешири. – Прости меня, Настя. Не знаю, о чём я тогда думала, впрочем, не будем сейчас об этом. Я хочу ответить на тот вопрос, который ты мне задала. Ты спросила, встречались ли мы раньше. Да, это было через год после аварии на теплоходе. Вы ехали с мамой в её машине, она не справилась с управлением, и машина полетела под откос. Я видела, как тебя и твою маму спасла какая-то девушка, но я не могу вспомнить её лица. Тебя и маму увезли на скорой, а она исчезла. Ты на мгновение, когда тебя вели к машине, пришла в себя, и мы встретились взглядами, но… -Странно, но я ничего не помню… – покачала головой Настя. – Та девушка… Может, это Кэтрин? Она, как я сейчас знаю, спасла меня с теплохода, магией заставив забыть весь этот кошмар. Может, она заставила забыть и в тот раз тоже? И тебя, и меня. -Не думаю, что это Кэтрин, – покачала головой Чешири. – По моим расчётам, она уже тогда вернулась назад в Англию. Стереть память так чисто, не прикладывая усилий, может только вампир. Катрин, как ты знаешь, появится в городе только через несколько лет, когда тебе и Кэтрин будет четырнадцать. -Но тогда кто это? – нахмурившись, спросила Настя. – Какой-то другой вампир? Если так, то это должен быть кто-то, кто не желал мне зла, иначе меня и мать просто оставили бы в той машине с разорванными глотками. Но кто это может быть? -Не знаю, – покачала головой Чешири. – Мы не так много знаем вампиров, так? Вампиров, которые не желают тебе зла – и того меньше. Не знаю, что тебе сказать. -Мы это и не узнаем. По крайней мере, сейчас. Вероятно, есть ещё вампиры, о которых мы даже не подозреваем, но стал бы кто-то из них помогать мне? -Спроси у своей подруги Катрин, – в голосе Чешири почувствовалась прохлада, – она же больший специалист по вампирам, чем мы с тобой. Может, у неё есть догадки. -Вряд ли, – покачала головой Настя. – Догадки могут быть и у меня, но они ничего не значат, пока не подтверждены чем-то. И никто мне не даст этих подтверждений. -Тогда просто отложим это на время. Тебе удалось узнать что-то у Соньки? -У меня ничего не вышло, – тяжело вздохнула Настя. – Сонька непредсказуемая и неуправляемая, к тому же, делает то, что хочет. Эттлс слишком плохо на неё влияет. Если она не хочет что-то рассказывать, это невозможно из неё вытрясти. Она тяжелый случай, но не настолько, что ничего не исправить. Но ей нужно это захотеть. -Как я понимаю, она не хочет? Может, Юля сможет чем-то помочь? -Я только на это и надеюсь, иначе придётся сдаться и позволить ей делать то, что она хочет, а я не хочу, чтобы до этого дошло. Слишком много сил я потратила, чтобы просто взять и сдаться. Хоть Сонька и хочет этого добиться, я не дам ей такой радости. -Не останавливайся, что бы ни случилось, не останавливайся. Однажды она поймёт, зачем ты это делаешь. -Не думаю, что Сонька и понимание – родственные понятия, но нет, я не собираюсь сдаваться. -Когда-нибудь она это оценит и скажет тебе спасибо. -Надеюсь… – грустно улыбнулась Настя. – С Сонькой всегда было непросто ладить, но сейчас – сложнее всего. Она легко может скрывать свои чувства за равнодушием, и тогда к ней совсем невозможно подобраться. Но лучше скажи, как там Эля? -Я была удивлена встретить её, – вздохнула Чешири. – Пришла домой после школы, а она сидит в гостиной, пьёт кофе. Сначала я хотела наорать на неё, но она была слишком спокойной, сдержанной, и я отступила. Я не стала выяснять отношения. Может, я ошибаюсь, но поездка с Катрин пошла ей на пользу. Надеюсь, что я не ошиблась с выводом. Лоулт провезла её почти по всему миру, они хорошо провели время вместе, и мне не стоит злиться, ведь Катрин спасла жизнь моей сестре. И если бы Эля знала всё, что я сделала с тобой, она имела бы полное право отвернуться от меня. -Ей не обязательно это знать. И если путешествие с Катрин действительно пошло ей на пользу, нужно только радоваться. А мы с Викой и Катрин нашли Эмили Миллер в квартире Каталиной. -Кто это? -Анжелика Покровская, которую хочет убить Эльвира. Она – одна из детей Виктории, единственная, кто остался в живых из трёх. Оказывается, Виктория отдала медальон Насте Каталиной. Настоящий медальон, а не подделку. После смерти Виктории поддельный медальон был украден, а потом потерян в одной из гостиниц, где его и нашла Анжелика. И когда я увидела медальон на её шее, то на миг испытала восторг, но он продолжался недолго, поскольку это была всего лишь ненужная мне подделка. Появившаяся в дверях Алакара застыла, как вкопанная, прислонившись к двери. -Ты серьёзно? Нашла Покровскую? – в её голосе чувствовалось удивление. – Я долго пыталась найти её, но у меня никак не получалось. Значит, Каталина общалась с этой королевской малышкой? Ну и дела! Что у них вообще может быть общего? -Понятия не имею, – пожала плечами Настя. – Ради всего святого, Алакара, скажи мне, что Сонька сидит дома, а не шляется неизвестно где с этой дурой Эттлс. -Понятия не имею, – ответила Стрин. – Я не нанималась ей в надзиратели. -Ладно, мне пора, – Чешири, вздохнув, поднялась с кресла. – Обещала Эльке, что приду к ужину. -Уже уходишь? – удивлённо спросила Алакара. – Может, ты останешься на чай? -Да, – кивнула Гост. – Ребята, я не видела свою сестру несколько месяцев и чуть с ума не сошла за это время, переживая за неё, ведь я даже поговорить с ней не могла. А теперь она возвращается словно другим человеком. Нет, конечно, Париж не меняет, но, думаю, не в одном Париже дело. До неё как-то дошло, что в любом споре лучше подействуют спокойные аргументы, чем крики и ругань. Я так и не сумела ей это объяснить, а тут вдруг случилось чудо. Может, мне послать Катрин пакетики с кровью в благодарность? -Хорошая шутка, – усмехнулась Алакара. – Но, Чешири… Я знаю, что тебя во всём этом задевает больше всего. То, что Катрин оказалась убедительней, чем ты. -Да, иногда мне бывает страшно, что Эля, сблизившись с Катрин, отвернётся от меня. Мне просто нужно перестать бояться, ведь я всё равно останусь её сестрой. Катрин многое для неё сделала, как и для меня. Неудивительно, что Эля к ней тянется. Чешири ушла, спеша к своей сестре, и Настя вздохнула. Возможно, Соньке тоже не помешала бы такая поездка, помогла бы ей расслабиться и сдерживать эмоции. -Знаешь, от Катрин попахивает некой мистикой, – закрывая дверь за ушедшей Чешири, сказала Алакара, – и есть в ней что-то, что притягивает. Обычно вампиры вызывают совершенно противоположные чувства. -Да, – Настя улыбнулась при воспоминании о том, как Катрин уверенно вела разговор, между делом пытаясь острить и шутить – в этом-то и была вся Катрин. Настя чувствовала, что у них гораздо больше общего, чем кажется на первый взгляд. -Значит, наша Покровская теперь Эмили Миллер? – переключилась на другую тему Алакара. – Что ж, мило. Глупышка думает, что сменила имя, и Эльвира её не найдёт. -Если она не будет вылезать из дома, то может и не найдёт, – нехотя ввязалась в диалог Настя. Она хотела отдохнуть вместо разговоров на надоевшие темы. -А кто будет носить ей еду? – продолжила тему Алакара. – Я, например, не буду. Ей придётся вылезать из квартиры, чтобы, как минимум, не умереть от голода. -Думаешь, Эльвира будет дежурить у подъезда? – пожала плечами Настя. -Ладно, подумаем, что с этим можно сделать, – вздохнула Стрин. – Не для того мы так долго её искали, чтобы сейчас вот так просто дать ей умереть. Позаботимся о ней вместе, если уж на то пошло. Кстати, ты собираешься пойти на маскарад в пятницу? -Не знаю, – снова пожала плечами Настя. – Мне было некогда подумать об этом. -Будет весело, – не успокаивалась Стрин. – Танцы, маскарад. Ты должна пойти. -Допустим, что я на секунду забуду всё и пойду развлекаться… -Ты не забудешь, а запереть себя в четырёх стенах – не выход, пойми же. Пригласи Макса, проведи вечер с ним, вдали от всех проблем, что свалились на нашу голову. -Может быть, – Настя не хотела ничего обещать. – Если я решу пойти, то просто позову с собой Макса. А ты уже решила, кто будет твоим спутником? Ни за что не поверю, что Алакара Стрин может прийти на мероприятие такого рода одна. -Правильно, потому что не может. После того, как я узнала, что Саша пойдёт вместе с Анджелиной, а у меня нет никаких шансов, я приняла предложение Миши из параллельного класса, хотя, признаюсь, это совсем не то, о чём я мечтала. -Знаю, и именно поэтому ты должна привыкнуть, что так и будет. Потому что каждая не оправдавшаяся надежда будет для тебя адской болью. Смирись с таким исходом и пропусти через себя всю боль. Пропусти и освободись, иначе потом будет ещё тяжелей. Любовь не всегда бывает такой, какой мы ожидаем и представляем её. -Да, но тебе-то повезло… – вздохнула Алакара, обхватывая себя руками. – Я этого не хотела, Настя. Влюбляться в парня своей лучшей подруги, но это случилось. Я даже не помню тот момент, когда это произошло, но была удивлена не меньше, чем ты… -Алакара, тебе не в чем себя винить, ты такой же человек, как и мы все. У каждого из нас есть свои недостатки, и поверь – это не самый худший из всех возможных. -Да, пожалуй, – кивнула Стрин, закусив губу. – Но уже поздно. Я отправлюсь спать. Пожелав спокойной ночи сестре, Алакара ушла, а Настя спустилась на кухню, чтобы выпить воды. Во всём доме было тихо, и она задумалась о том, что сейчас делает Сонька. Возможно, переписывается с Эттлс, обсуждая их вампирские похождения. Настю передёрнуло, и она еле сдержалась, чтобы не плеснуть сто грамм для успокоения нервов. Для неё это тоже оказались не самые лучшие дни, и девушка тоже чувствовала себя загнанной в тупик, только её проблема была связана с Соней. Когда девушка вернулась к себе в комнату и закрыла дверь, она неожиданно оказалась прижатой к стене. Горячее дыхание на миг обожгло кожу ушка. -Интересно, почему моя девушка до сих пор не пригласила меня на маскарад? – прошептал Макс и, подняв девушку, удерживал её между стеной и собой. -Любимый… – прошептала Настя, улыбнувшись. – Я и сама не знала, пойду ли туда. -Но теперь передумала? – спросил Макс, приближаясь к её губам. – Это значит «да»? Брось, Настя, тебе нужно веселиться хотя бы изредка, и я могу в этом помочь. Ты не можешь просидеть целый вечер в своей комнате, думая о проблемах с сестрой. -Откуда ты знаешь, что я думаю о проблемах с ней? – прищурилась девушка. – Это что, так очевидно? -Очевиднее, чем ты думаешь, так что я буду уговаривать тебя до тех пор, пока у меня наконец не получится. А ты знаешь, что уговаривать я мастер, так что долго ты точно не продержишься. -Уверен? – усмехнулась девушка. – Там даже выпивки не будет, так зачем нам идти? -Так уж и быть, – закатил глаза парень, – специально для тебя я захвачу бутылочку с соком. Договорились? -Да ты издеваешься, Макс! – легко ударила в плечо парня девушка. – Ты же знаешь, что на этот маскарад сбегутся все, кому не лень: маги, вампиры и чёрт знает кто ещё. Не очень-то разумно предлагать мне пойти, чтобы отвлечься, зная, что там устроят такой балаган. -У нас нет никаких гарантий, что всё будет плохо, и тебе опять придётся вспомнить о всех своих проблемах. Давай же. Сходим вместе и повеселимся. Проведём нормальный вечер среди твоих друзей и одноклассников. Я могу поладить со многими из них, даже с вампирами. Если что, буду твоим ходячим пособием по… -Лучше бы ты был моим пособием по чему-нибудь другому, – девушка обхватила руками шею парня, накрывая его губы своими. – Но ладно, ты меня уговорил. Возможно, я и правда нуждаюсь в том, чтобы отвлечься от всего, хотя бы на один вечер. Правда, у меня нет подходящего платья, потому что надевать старые не хочется… -Хорошо, завтра после школы пойдём по магазинам и купим тебе что-нибудь безумно сексуальное, – кивнул Макс. – Но я давно хотел подарить тебе ещё кое-что. Посмотри в мешке на кровати, я кое-что принёс, – сказал он и поставил её на пол. – Должно понравиться, но если я всё же не угадал, то завтра можно будет поменять… Настя преодолела расстояние от двери до кровати и увидела белый мешочек, лежащий на покрывале. Макс часто делал ей крутые подарки, и сейчас она ещё раз в этом убедилась, когда увидела потрясающее красно-чёрное кружевное нижнее бельё. -Боже… – прошептала девушка, разглядывая подарок любимого. – Макс, оно… великолепно! – она бросилась к парню и крепко обняла его. – Спасибо тебе большое! -Я рад, что тебе понравилось, – ответил парень. – Примерь его. Я хочу посмотреть, как оно будет сидеть на тебе. Если я не угадал с размером, ещё сможем поменять. -Глупости, это неважно, – улыбнулась Настя. – Я не припоминаю ни одного раза, когда ты с чем-то не угадывал, что касалось бы меня. Уверена, что оно подойдёт. -Прошу тебя, примерь, – парень заглянул девушке в глаза, умоляя выполнить его просьбу. – В будущем я собираюсь снимать его с тебя, так что всё должно быть идеально. -Ну хорошо, – улыбнулась Настя, проведя рукой по волосам любимого. Каждый миг, проведённый рядом с ним, был для неё раем. Только с ним она расслаблялась и могла ощутить вкус спокойной жизни. – Сделаю это ради тебя, – оставив короткий поцелуй на губах парня, девушка отошла к кровати, чтобы надеть бельё. Макс в это время разглядывал фотографии, стоящие на её комоде, а когда обернулся, она уже была готова. -Ну как? – поинтересовалась Настя, отбрасывая волосы назад. Бельё сидело на ней идеально, и парень не мог отвести глаз от её потрясающей фигуры. Длинные ножки, среднего размера грудь, стройная талия – девушка словно сошла с обложки журнала. -Ты потрясающе выглядишь, – оценил Макс. – Я и правда угадал с размером. Сидит идеально, будто специально для тебя сшито. Жду не дождусь момента, когда смогу снять его с тебя… -Зачем же медлить? – прошептала Настя, приблизившись к парню. Их взгляды встретились, губы растерянно царапали воздух, не находя друг друга. Руки Макса скользнули вверх, остановившись на талии Насти, и он притянул её к себе, сокращая расстояние между ними до минимума и впиваясь своими губами в её. Их ждала сладкая ночь, полная удовольствия и любви, и они не собирались упускать свой шанс.