Мемориал

Hellrider Hellrider, you fought their battle for them Hellrider Hellrider, you brought them through their despair Hellrider Hellrider, your tempered steel relinquished Hellrider Hellrider, you slaught them all extinguished. -Judas Priest – Hellrider. Почти в двенадцать, когда Настя уже дремала на руке Макса, вдруг пришла Вика. Гусаковой пришлось накинуть халат и спуститься вниз, чтобы поговорить с подругой. Она рассчитывала на то, что Кузнецова зайдёт не раньше, чем утром, поэтому увлеклась Максом и совсем забыла о том, что подруга может нанести визит. -Сначала я была у тёти, – вздохнув, пояснила в стельку пьяная Кузнецова, когда Настя появилась в прихожей, – а потом мне позвонила Лангер и предложила немного погулять, ну я и согласилась. Мы немного выпили, хотя… кажется, немного выпила как раз она, а я выпила много. Если говорить начистоту, я сильно перебрала. Настя усадила слабо сопротивляющуюся подругу на табуретку, видя, что она в любой момент может рухнуть на пол – её шатало из стороны в сторону, как маятник. -Повтори ещё раз, что ты сказала про Лангер. Это она предложила тебе встретиться? -Ну да, – кивнула пьяная Кузнецова, – а что такого? Когда-то мы были лучшими подругами, пока она не нашла хорошую замену мне. Я удивилась, что она вспомнила моё имя, но отказываться не стала. Она интересовалась, как у меня дела. Мы выпили. Она сказала, что отлично без меня справляется, и это укололо меня. Я знала, что так может быть, но всё равно было очень обидно. Почти в одиннадцать я стала собираться домой, но она сказала, что у неё срочная встреча. Это показалось мне странным. Я хотела проследить за ней, но потом поняла, что не смогу в таком состоянии. В итоге мы попрощались у её дома, и я не знаю, куда она пошла после… -Успокойся, – покачала головой Настя. – Ты просто пьяна, а Юля не тайный агент. -А вдруг так и есть? – усомнилась Вика. Она уронила голову на колени, простонав что-то невнятное, и Настя ещё раз убедилась, что подруга в стельку пьяна. Да, чисто теоретически, Лангер могла скрывать что-то, что может им совсем не понравиться, но, как считала Настя, вероятность этого была на самом деле не так уж и велика. -Слушай, Кузнецова, проспись хорошенько, а завтра на свежую голову расскажешь, – вздохнула Настя. – Взвесишь всё хорошенько и поймёшь, что это полный бред. -Ну хорошо, – согласилась Вика, – у меня ужасно болит голова, и я очень хочу спать. Попрощавшись с Настей, она ушла, пообещав забрать коробки утром. Гусакова вздохнула и отправилась к себе в комнату, где её дожидался Макс. Когда они проснулись утром, родители уже ушли на работу, поэтому никто не мешал им вместе завтракать на кухне бутербродами, а потом Макс подбросил Настю до школы. -Не забудь, что я заберу тебя после уроков, и мы поедем за платьем, – напомнил парень, когда девушка наконец перестала целовать его, опираясь на машину. -Да, конечно, я помню, – кивнула она и забросила сумку на плечо. До звонка оставалось ещё целых двадцать минут, и девушка знала, что у неё ещё есть время. -Кого я вижу! – послышался голос сзади, и девушка, обернувшись, увидела Егора Кузнецова, который уверенной походкой приближался к ним. Чертыхнувшись, она закатила глаза, понимая, что убегать уже слишком поздно – он был довольно близко. -Здравствуй, Егор! – нацепив фальшивую улыбку, повернулась к парню девушка. – Ты всё время будешь меня преследовать и не давать наслаждаться жизнью? -А я разве тебя преследую? – притворился идиотом Кузнецов. – Я всего лишь подошёл поздороваться с тобой и с твоим парнем, а ты уже напряглась так, будто я собираюсь съесть вас живьём, – он усмехнулся. – Не бойся, я скоро уйду на урок, а ты можешь продолжать и дальше обжиматься со своим некромантским красавчиком. -Аккуратней, – покачал головой Макс. – Следи за словами, когда говоришь с ней, иначе я за себя не отвечаю. Ты можешь сколько угодно злиться или чувствовать себя оскорблённым, но следи за словами, дружок. Она тебе не игрушка, которую можно вернуть назад, как только тебе того захотелось. У тебя был шанс, но ты его упустил. Настя переводила взгляд со спокойного лица Макса на лицо Егора, который, судя по взгляду, готов был взорваться. Она усмехнулась, понимая, что у него нет шансов. -Да, Егор, – кивнула девушка, – лучше уходи и оставь меня в покое. У меня есть парень, которого я люблю, а с тобой у нас никогда ничего больше не выйдет. У тебя и правда когда-то был шанс быть мне хорошим парнем, но ты им не воспользовался, так что теперь оставь меня в покое и прекрати сочинять истории со мной в главной роли. Я не такая дрянь, какой ты меня, вероятно, считаешь. Я верна своему любимому. -Любимому? – усмехнулся Егор, видимо, не соглашаясь со словами девушки. – Ни за что не поверю, что вас связывает истинная любовь, а не простой секс. Вы спите с друг другом, но между вами нет тех чувств, о которых вы так упорно кричите. -Мне жаль тебя… – покачала головой Настя. – Ты полон злобы, и это разрушает тебя. -Дай бог, чтобы тебя ничего не разрушило, – покачав головой, Егор развернулся и ушёл, оставив Настю и Макса в покое. Девушка улыбнулась, видя, как он исчезает вдалеке. Её забавляла его глупая ревность, на которую у него, по сути, не было прав. Поцеловав парня, девушка забросила сумку на плечо и отправилась в школу, не переставая думать о Соньке, из которой ей нужно было каким-то образом вытянуть воспоминания о внушениях Эттлс. Понимая, что с этой задачей ей, скорее всего, справиться не удастся, Настя загрустила ещё больше. Если бы она только могла узнать, что Эттлс внушала Соньке, тогда было бы ясно, чем ей можно помочь. Идя по коридору мимо беседующих подруг и парочек, Настя пробиралась к кабинету истории, где у них должен был быть первый урок. Она надеялась, что не встретится с Егором, и тогда ей не придётся снова выслушивать бессмысленные гадости. Почти достигнув лестницы, девушка неожиданно столкнулась с Сашей Мартыновым. -Привет, – поздоровался он, увидев одноклассницу. – Передай от меня благодарность Анджелине, ведь с её помощью я узнал, какая на самом деле двуличная Кира. Я рад, что всё закончилось так, но лучше бы вообще не начиналось. Не стоило лезть к ней, не поставив точку в предыдущих отношениях и не разобравшись в себе. Я был дураком, когда думал, что у нас с Кирой может что-то получиться, хотя в глубине души и понимал, что это не так. И теперь у меня есть пара на маскарад. А у тебя? -Я иду с Максом, – ответила Настя. – Мне не хотелось, но он меня уговорил. -Я тебе никогда не говорил, но для меня важно всё, что происходит с нами. Нам было хорошо, когда мы были друзьями, ещё до всех этих событий, что перевернули всё с ног на голову. И сейчас, когда у нас ничего не получилось, ты мне всё ещё дорога. Как можно забыть все те годы? Ты была моей первой любовью, но тебе не надо было останавливаться на мне, ты правильно сделала, что пошла дальше. И я это понял. Не сразу, конечно, но понял. Ты была лучшим в моей жизни, но вся проблема в том, что худшее – это тоже ты. Когда я смотрел на тебя, я забывал обо всём, вот в чём худшее. С ней я снова нашёл себя, хотя мне казалось, что уже не смогу, что это невозможно. -Но у тебя же получилось начать жизнь с чистого листа и быть счастливым с другой. -Мы идём как друзья, это ничего не меняет. И если она начала ломать барьер, отделяющий нас друг от друга, ей осталось ещё много, и это будет нелегко. Саша ушёл. Настя видела, как он подошёл к Алисе, и они стали о чём-то разговаривать. Внезапно Насте стало немного жаль Алису, которая больше заслужила пойти с Сашей на маскарад, пусть даже и как друг. Но выбор был сделан в пользу Анджелины – не потому ли, что Саша до сих пор испытывает к ней чувства? На литературе Елена Владимировна вызвала Настю первой рассказывать заданное стихотворение и была немного разочарована, когда пришлось поставить ей пять. Настя, улыбнувшись, опустилась обратно на своё место, радуясь маленькой победе. Отправившись искать подруг на большой перемене, Настя ожидала столкнуться с кем угодно, только не с Эльвирой Эмалей, которая бесшумно выступила из-за колонны, словно тень, скидывая чёрный капюшон, что скрывал её лицо. -Давно не виделись, – улыбнулась злодейка, и что-то внутри у Насти лопнуло. Липкий, предательский страх стал мгновенно расползаться по организму. -Что ты делаешь здесь, Эмалей? – прищурилась Настя, пытаясь не показывать свой страх. Она знала, что у неё будут неприятности, и ей нужно выкрутиться из создавшейся ситуации если не с помощью друзей, то тогда собственными силами. -Решила навестить старую знакомую, – ответила Эмалей. – Я выбрала подходящий момент, верно? Поблизости нет никого: ни твоего некроманта, ни твоих глупых подруг, ни этой вампирской дуры Катерины. Ты одна, Гусакова. Ты в моей власти. -Ту девушку зовут Катрин. Она из Англии. -Неважно, – отрезала Эмалей. – Главное, что её здесь нет. Только ты и я. Знаешь, как долго я ждала этого момента? -Могу лишь догадываться. Но почему ты не попытаешься убить меня вместо пустых разговоров? Значит, не так уж и ждала. -А в тебе есть некоторая проницательность, – усмехнулась Эльвира. – Но не радуйся, её не так уж и много. Мозгов и того меньше. -Свои-то посчитай, Эмалей, будешь слегка разочарована. -А я-то ошибочным образом полагала, что это твоя сестра остра на язык, но, оказывается, она тебя и в этом поднатаскала тоже. Видимо, это прилагалось к урокам магии. -Со временем я научилась общаться с такими, как ты, – кивнула Настя. – И теперь для меня это не составляет большого труда. И ты права. Тут только ты и я. -Малышка Стрин принимает вызов? – удивилась Эмалей. – Если ты надеешься, что тебе повезёт, то ты просто дура. Как я уже сказала, никто не придёт тебе на помощь. -Будем и дальше разговаривать? – резко спросила Настя. -Да ты, я смотрю, дурочка полная, – противно улыбнулась Эльвира. Она изо всех сил пыталась казаться опасной, но сердце Насти едва ли билось быстрее обычного. – Ты понимаешь, что я легко тебя уничтожу? Не переживай – скоро увидишь свою дорогую Настеньку, Мариэтту и прочих. Скоро ты встретишь всех, кого потеряла, а твои безмозглые подружки во главе с Алакарой обязательно присоединятся к тебе. Настя не выдержала – она набросилась на Эльвиру, падая вместе с ней на пол. Злость, захлестнувшая её, вполне могла бы оставить от Эмалей одни угольки, если бы противница была беззащитной. Но нет, злодейка кинулась на Настю, и они кусали друг другу руки, катаясь по полу. -Пятый этаж у вас, кажется, место безопасное для того, чтобы убить тебя, – она поднялась на ноги, потянув за собой Гусакову. – Когда тебя наконец хватятся, будет уже поздно, – с этими словами злодейка, оглянувшись, схватила Настю за горло. Гусакова глотнула воздуха, понимая, что оказалась в ужасном положении, из которого ей как-то придётся выкручиваться самостоятельно. Эльвира права. Тут только они одни, и Пятёрка понятия не имеет, где пропадает их подруга. Когда они добрались до пятого этажа, Настя начала осознавать, что никто ей не поможет. Только она может справиться с противницей, иначе ей придётся погибнуть, а этого девушке точно не хотелось. Она решила цепляться за жизнь до последнего, до последней секунды, пока Эмалей наконец не будет побеждена. -Я просто задушу тебя, – прошипела Эльвира. – Знаешь, насколько это просто? Настя понимала, что рукой не достанет до руки Эмалей. Паника вдруг захлестнула её, ей стало безумно страшно. Если она ничего не придумает, злодейка победит. И в этой тьме, полной бездействия, когда Эльвира пыталась душить Настю, вдруг что-то резко изменилось. Настя услышала, как чьи-то шаги становятся всё ближе и ближе. Но девушка не могла даже закричать, чтобы обозначить своё присутствие – пальцы Эмалей на её шее мешали ей. И в этот момент кто-то промелькнул за колонной. -Кто с тобой? – нахмурившись, спросила Эмалей. – Кого ты привела?! Я убью тебя! -А это вряд ли, – раздался голос где-то совсем рядом. И в ту же секунду взмахом чьей-то руки Эльвиру отбросило в сторону. Кто-то промелькнул совсем рядом, и Настя увидела клыки, стремительно приближавшиеся к шее Эмалей. Эльвира закричала, а потом её тело обмякло. Настя прижалась к стене, будучи не в силах пошевелиться. Ногти больно впились в ладонь, но девушка не замечала боли. Когда вампир поднял голову, она узнала в нём Соньку, по подбородку которой стекали струйки крови, и если бы Настя была сумасшедшей, это можно было бы назвать произведением искусства. Но всё, что чувствовала девушка – панический страх, понимая, что ничего не остановит сестру, если она решит снова укусить её. Сонька облизнула окровавленные губы и сделала шаг по направлению к сестре. Возможно, так она хотела сказать, что Настя в безопасности, но девушка сильнее вжалась в стенку, закрыв глаза руками. Её грудь то поднималась, то опускалась, и Сонька слышала частые удары её пульса. Она понимала, что Настя её боится. -Эй… – кто-то тронул Настю за плечо, и девушка, готовая заорать, поняла, что голос не принадлежит Соньке. Осторожно убрав руки, она увидела перед собой Эмму Доллс. -Скажи, что это сон, – выдохнула Гусакова, чувствуя, что сердце вот-вот выскочит из груди вон. -Ну же, тихо… – растерянно произнесла Эмма, погладив испуганную девушку по голове. – Твои друзья идут сюда. Всё будет хорошо, – она поднялась на ноги. Пришедшая в себя Эльвира сидела на полу, и Сонька крепко держала её за плечи, чтобы ей не вздумалось сбежать. Что они сделают с ней, Настя предпочла не спрашивать. -Ты! – с ненавистью прошипела Эльвира, встретившись взглядом с Доллс, и по спине Насти пробежала стая мурашек. Она помнила, при каких обстоятельствах ей довелось познакомиться с Доллс, но саму Эмму это, кажется, совсем не волновало. -Да, я, – кивнула ловец чёрных магов. – Приятно видеть, что перевес в нашу пользу. -Что же ты сделаешь? – Эмалей ухмылялась, стараясь не показывать свой страх, но Настя была уверена, что он всё же присутствовал. – Каково твоё чёртово правосудие? -Ты пойдёшь со мной, – покачала головой Доллс. – Это всё, что тебе нужно знать. -Уверена? Вампирские клыки Соньки щёлкнули прямо у её уха, и улыбка сползла с лица злодейки мгновенно. И в это время в холле пятого этажа появилась Пятёрка. Настя посмотрела на них – злее всех была Алакара. Она опустилась на колени перед сестрой и взяла её лицо в свои руки. -Ты как, в порядке? Настя кивнула. Алакара обняла её, а потом, вскочив, кинулась на Эльвиру. -Сволочь! Ты ответишь мне за это! – крикнула она, но Ариана и Элеона, схватив подругу, оттащили её в сторону. -Алакара, успокойся! – сказала подруге Ариана. – Не надо, слышишь? Эмма заберёт её, и она за всё ответит. Слышишь? Алакара кивнула, понимая, что Ариана права, просто когда она увидела, в каком состоянии Настя, ей захотелось убить Эмалей. -Настя, – сказала Стрин, – возвращайся на уроки, мы со всем здесь разберёмся. -Нет, – ответила Гусакова, – Алакара, ты что, головой ударилась? Какие уроки? Меня пытались убить, – она повернулась к Доллс. – Куда ты сейчас повезёшь её? – указала она на Эльвиру. -Запру в подвале в своём доме. С ней предстоит ещё очень много работы. -Можно мне с тобой? – попросила Настя. -Хорошо, поехали. -Тогда и я поеду, – подала голос Алакара, то ли желая посмотреть, как Эмалей устроится в подвале, то ли не желая отпускать Настю одну вместе с Доллс. -Хорошо, Алакара. Ты тоже, – согласилась Эмма. Стрин повернулась к Пятёрке. -Оставайтесь в школе, – сказала она. – Следите за Сонькой. Мы скоро вернёмся. Настя избегала встречаться взглядом с Сонькой. Пусть она и спасла ей жизнь, но до этого момента где-то в глубине души Настя надеялась, что нападения совершала не Сонька. Видимо, слова сестры, сказанные в свою защиту, всё же убедили её, но сейчас всё вернулось с прежней силой. И теперь уже Настя не сомневалась, что за всеми нападениями стоит именно Сонька. Сонька, которая спасла её. Но так ли это важно, если в противовес этому ставятся все невинные жертвы, на которых она напала? Когда они уходили, Настя даже не посмотрела на Соньку, боясь увидеть капающую с подбородка кровь. Перед глазами и так всё ещё стояла эта жуткая картинка, и видеть это снова девушка не желала. Они беспрепятственно покинули школу и добрались до стоянки. Доллс посадила Эльвиру в машину, а потом повернулась к Алакаре. -Хочешь повести? – спросила она. Стрин кивнула, и Эмма перебросила ей ключи, а сама села на заднее сиденье рядом с Настей. Связанную Эльвиру она спрятала в багажнике. -Как ты? – спросила Эмма. Настя лишь пожала плечами, не зная, что ответить. – Что, всё так плохо? – не отставала Доллс, но Настя решила не отвечать, зная, что она не поможет ей решить проблему с Сонькой. Возможно, что никто не поможет. -Куда мы едем? – немного помолчав, спросила Настя. Разговаривать с Доллс ей не очень хотелось, но сейчас не было особого выбора. Ей пришлось смириться с этим. -В мой загородный дом, – ответила Доллс. – Там хорошо оборудован подвал. -Алакара там была? – спросила Настя, не зная, о чём ещё говорить, чтобы убить время в дороге. -Нет, не была, – ответила Доллс. – У неё навигатор, он показывает, куда ехать. -А почему бы тебе самой не сесть за руль? Может, так мы добрались бы быстрее. -Ну… – замялась Эмма. – Потому что я хочу поговорить с тобой. -Хорошо, тогда скажи, как ты там оказалась, – вздохнула Настя. – И не смей нести чушь, что ты перевелась в нашу школу. Я знаю, что с учёбой ты давно завязала. -Конечно, я не хожу в школу. Просто мне позвонила твоя сестра и сказала, что по школе разгуливает Эмалей и, вероятно, ищет тебя. Я была неподалёку и решила заехать. Ты и сама знаешь, какие у нас счёты с Эмалей, так что я приехала, не раздумывая. -Как давно ты знакома с Сонькой? – нахмурилась Настя. Она была немного удивлена. -С того самого дня, как расследую дело о смерти той девушки Клер, где фигурируют Эттлс и Сонька. Думаю, что ты слышала об этой ужасной трагедии. -Слышала, – подтвердила Настя. – И ты, конечно, знаешь, кто убил ту девушку? -Мне не удалось это выяснить, – призналась Доллс. – Возможно, Сонька знает, в чём дело, но она ничего мне не рассказала, сколько я ни спрашивала её. -Ты же знаешь, что это может быть всего лишь маска. Я пыталась что-то выяснить, но она не желает колоться. Это Сонька, и если она не захочет откровенничать, то не будет. Я уже привыкла. -Да, твоя сестра трепетно охраняет тайны своей подруги, – согласилась с Настей Доллс. – Не исключено, что их связывает какая-то тайна. Не исключено, что это тайна убийства Клэр. Вскоре они свернули с дороги в лес и через десять минут подъехали к дому Доллс, который не шёл ни в какое сравнение с домом Мелиссы – стоял он ровно, не наклонившись, аккуратно покрашенный в тёмный цвет, с красной крышей. -Идём, – Эмма Доллс вылезла из машины. – Вытащим Эльвиру и упакуем её. -Упакуем – в смысле убьём? -Упакуем в смысле посадим в подвал, – усмехнулась Доллс. – Она нужна нам живой. -Понимаю, – кивнула Гусакова, – спрос на подопытных кроликов нынче велик. Они вместе вытащили Эмалей из машины. Доллс повела её к дому, крепко держа за руку, но злодейка уже даже и не думала сопротивляться. По её шее стекала кровь из раны, а сама она как будто находилась в прострации, не замечая, что её куда-то ведут. -Долго же я искала тебя, – шепнула ей на ухо Эмма. – Но ничто не вечно, пришёл твой час. -Пошла ты… – простонала Эльвира, еле перебирая ногами. – И что ты мне сделаешь? Убьёшь меня? -Не сейчас, – покачала головой Эмма. – Перед этим я получу нужную мне информацию. -Попробуй, – усмехнулась Эмалей. Они зашли в дом, и Доллс повела её по ступенькам, ведущим в подвал. -Серьёзно? – подняла брови Алакара, оглядываясь. – Решётки, как в тюрьме? -Да, так проще присматривать за жертвой и общаться с ней в случае необходимости, – кивнула Доллс. Она затолкала Эмалей за решётку и закрыла замок. Мерзавка оказалась в ловушке и, поняв это, стала отчаянно пытаться выбраться, стуча кулаками по прутьям и дёргая их, но они были крепкими и не желали ей поддаваться. -Подавитесь, сволочи! – сыпала проклятьями Эльвира, не оставляя попыток выбраться. – Я выйду отсюда и разбросаю ваши косточки в радиусе пятисот километров! -Многообещающе, – усмехнулась Эмма. – Ну, устраивайся на ночь, детка. Ты тут надолго задержишься, так что выбирай лавку помягче, чтобы крепче спалось. -Что с ней дальше делать? – поинтересовалась Настя, с наслаждением наблюдая за сыпающей проклятьями Эльвирой. Это было прекрасное зрелище, которое поднимало ей настроение. Мерзавка оказалась именно там, где должна была быть уже давно. -Сейчас это немного не моя забота. Важно было доставить её сюда невредимой. -А чья же? – поинтересовалась Настя. -Моя, – послышался голос. Из-за угла вышла темноволосая девушка, одетая в светлое платье. Она остановилась, внимательно разглядывая всех присутствующих. -Знакомьтесь, – улыбнулась Доллс, – Ева Менвелл, мой помощник. И вампир. -Вампир? – нахмурилась Настя. Она знала несколько вампиров, но немногие из них не были настоящим злом, как Эттлс. -Не бойся, – усмехнулась Ева, взглядом останавливаясь на Насте, – мне пятьдесят лет, и я могу себя сдерживать. Ты можешь быть уверена, что вам ничего не угрожает. -То есть ты ведёшь какие-то общие дела с вампиром? – обратилась Настя к Доллс, пока Алакара от удивления молчала, будто проглотив язык. – Ты же этого не хотела. -Когда-то – да, но мне нужны помощники, – невозмутимо отозвалась Доллс. – Те, кто может вытянуть необходимую нам информацию. А Ева отлично знает своё дело. -А однажды ты проснёшься от того, что она пьёт кровь из твоей шеи! – бросила Алакара. -Алакара Стрин? – улыбнулась Ева, переводя взгляд на девушку рядом с Настей. – Кажется, вампиры не особо впечатлили тебя. Я это понимаю, но всё же… -Да, я не особо люблю вампиров, – призналась Стрин. – Они кровожадные сволочи. -Не все, – покачала головой Ева. – Есть и хорошие, как бы странно это ни звучало. -Ева, принеси мне бутылку с водой, – попросила Эмма, и вампир сразу испарилась. -Она, кажется, подаёт тебе большие надежды? – хмыкнула Алакара, провожая исчезнувшего вампира взглядом. – Меня они немного пугают, но так уж вышло, что одна из моих… новых сестёр… вампир. Правда, ей в основном занимается Настя. -Да, я слышала об этом, – кивнула Доллс. – Мне жаль, что так получилось, Настя. Но я надеюсь, что всё образуется, что ты найдёшь способ взаимодействовать с сестрой. -Найду, – кивнула Настя, – но к этому времени уже состарюсь. В лучшем случае. -Как ты познакомилась с Евой? – спросила Алакара у Доллс, бросив на Настю подозрительный взгляд. Возможно, ей слегка не понравился пессимизм сестры. -Я знаю её уже года два, наверное. Начинали с малого. Она вытащила меня из одной передряги, так и завязалась дружба, а если и не дружба, то что-то похожее на неё. Вошедшая Ева положила конец их разговору про вампиров. Она протянула Доллс бутылку с водой, и та поблагодарила её кивком головы, откручивая крышку. -Я отвезу девчонок в город, а потом вернусь, – сказала она, облизывая губы, и Настя вспомнила, что приехали они на машине Доллс и сами отсюда не выберутся. Эмма сказала ещё что-то, но Ева её уже не слушала. Она, наклонившись, стучала пальчиками по решётке, рассматривая Эльвиру, как зверушку в зоопарке. -Кто такая? -Эльвира Эмалей. Однажды чуть не убила меня, но Настя спасла мне жизнь. Мы обе были пленницами, именно так и познакомились, – Доллс перевела взгляд на Настю, и девушка стремительно отвернулась. То, как Доллс заявила, что им не стоит общаться, а потом села в машину и уехала, до сих пор сидело в памяти у Насти, как клещ под кожей. И, смотря на Доллс, она вспоминала только это и ничего больше. – Немногие могут похвастать знакомством с ней в плену у Эльвиры, а я могу. -Опасная штучка, – Ева продолжала разглядывать забившуюся в угол Эмалей. – Крупная рыбка, да, Эмма? -Да, – кивнула Доллс. – Она делала мне больно, делала Насте больно, и ни раз. Именно поэтому так важно, чтобы она оставалась тут. Может, это моё искупление за всё, что я сделала? – она отвернулась, сделав вид, что что-то ищет в кармане, но когда на её пальце засверкали ключи, Настя почему-то не поверила, что она искала именно их. Настя посмотрела на Алакару, но сестра была занята наблюдением за Эльвирой, как и Ева, хоть и не приближалась к вампиру. Вздохнув, Настя решила поделиться своими подозрениями с Алакарой, когда представится возможность остаться один на один, без риска, что кто-то может их подслушать. Выяснять отношения с Доллс Насте не хотелось, да и она знала, что Доллс ни за что не раскроет ей свои секреты. Но у неё была какая-то тайна, и её незнание только подогревало интерес Насти.

***

-Ну и ну… – покачала головой Алакара, когда Доллс высадила их у дома, укатив прочь. – Эльвире теперь точно не сбежать. А ты что об этом всём думаешь? -Алакара, у меня совершенно нет сил думать, – покачала головой Настя. – Знаешь, о чём я мечтаю? Вернуться куда угодно, хоть в сарай на нашей даче, и лечь там спать. -Чем тебе твоя комната не подходит? – удивилась Алакара, будто Настя сказала что-то странное. Хотя как раз она и должна была понять причину такого желания. -Сонька, – покачала Настя, сжав губы. – Ты отлично знаешь, что сегодня произошло. -Она спасла тебе жизнь, Настя, – покачала головой Алакара. – Долго ты ещё будешь это помнить? Эльвира хотела тебя убить, впрочем, как и при каждой вашей встрече. -И ты считаешь, что Сонька единственная, кто мог мне помочь? Ты не понимаешь меня, Алакара! – Настя поняла, что злится, но злится не на Стрин. – Послушай, я злюсь не на то, что Сонька спасла мне жизнь. Я злюсь на то, что она укусила Эмалей, потому что если она укусила её, значит, она легко может укусить кого угодно. -Ты защищаешь её… – тихо произнесла Алакара, вглядываясь в расстроенное лицо сестры. – Не вслух, не передо мной или другими, а перед собой, в своих мыслях. -Нет, я… -Настя, всё нормально, я понимаю, – заверила сестру Стрин. – Ты защищаешь Соньку, потому что она твоя сестра, и ты не перестаёшь надеяться, что всё наладится. -Алакара, я сейчас не хочу говорить о Соньке и точно не хочу обсуждать мою заботу о ней, потому что ей всё равно нет до этого никакого дела. Я видела, как ты смотрела на Еву. Настороженно, что ли. Ты боишься её? Я заметила это в твоём взгляде. -Потому что я не доверяю этой Еве, как, в принципе, и другим вампирам. Я отношусь к ним с осторожностью, потому что знаю, на что они способны, а ты слишком быстро сближаешься с ними. Но если сейчас они пожимают тебе руку, не значит, что завтра не вопьются тебе в шею. -Я не слишком быстро сближаюсь, – покачала головой Настя, – просто умею видеть хорошее. -Да-да, – с сарказмом произнесла Стрин, – ты просто слепа. Мне бы твои глаза, а то я ни черта не вижу. -Ты не видишь, потому что не хочешь видеть, – продолжала спорить с сестрой Настя. – Не все вампиры плохие, среди них есть и те, кто не забыл, каково это – быть человеком, и они готовы помочь нам. Если мы собираемся выжить, нам нужен союз и с вампирами. -Тогда как насчёт союза с Сонькой? Ты не хуже меня знаешь, что сказать легче, чем сделать. Но я реально не понимаю, почему тебя так тянет к вампирам. Взять хотя бы Катрин. Ты знаешь её не так долго, но уже считаешь её чуть ли не своим другом. -Потому что, несмотря на всё, есть в ней что-то, что притягивает меня. Когда я узнала её получше, услышала её историю, я поняла, что она не такая плохая, как кажется на первый взгляд. Она гораздо человечней Эттлс, Алакара! Эля провела с Катрин лето и научилась хорошим манерам! Сонька провела несколько лет с Эттлс и опустилась на дно, а мне приходится до сих пор разгребать последствия её вампирских проделок. Как думаешь, легко ли мне смотреть на то, что она творит? -Настя, – тяжело вздохнула Алакара, – только слепой может не заметить, как ты переживаешь из-за Соньки, хотя даже слепой почувствует напряжение, которое исходит от тебя, когда ты говоришь о сестре. Я знаю, почему так происходит и как ты себя изводишь, понимая, что ничего не можешь с этим сделать, но тебе хоть раз становилось легче от того, что ты себя изводила? Не думаю, что ответ будет «да». -Я не могу остановиться, потому что боль съедает меня. Я хочу помочь Соньке, но не знаю, как это сделать. И если она отвергает мою помощь, это не значит, что… -Это не значит, что она ей не нужна, я в курсе. Может, тебе стоит пожить своей жизнью, не беспокоясь о Соньке каждую секунду, потому что, кажется, её переполняет боль, и ей совершенно не важно, беспокоишься ты о ней или нет. -Но никому не интересно, переполняет боль меня или нет! – вдруг повысила голос Настя, сверкнув глазами. – Все сочувствуют ей, думая, что быть на её месте сложнее, чем пытаться справиться с ней. На самом деле у неё был другой выбор, но сделала она этот. Я как дура надеялась, что не она совершает эти зверские нападения, я пыталась себя убедить, и у меня получалось до сегодняшнего дня! А сегодня всё это рухнуло, как карточный домик. Сонька – не твоя беда, не твоя проблема, и не тебе её решать, поэтому тебе повезло. Но у меня просто нет выбора, в отличие от Соньки! -Послушай, Настя… -Послушать?! – голос Насти эхом отскакивал от стен подъезда. – Ты, наверное, сошла с ума! Я делюсь с тобой переживаниями, и всё, что ты мне говоришь: «послушай, Настя»? – разозлившись, девушка влетела в квартиру, захлопнув за собой дверь. Оказавшись в своей комнате, девушка упала на кровать и почувствовала, как по лицу текут слёзы. Воспоминания проносились в голове одно за другим, и ярче всех было то, в котором Сонька поднимает голову, и по её подбородку стекают струйки крови… И когда неожиданно раздался стук в дверь, девушка со слезами в голосе крикнула: -Алакара, уйди, я не хочу тебя видеть! Но стук повторился, и голос, совсем не принадлежавший Алакаре, спросил: -Настя, можно? Девушка села на кровати и увидела застывшую в дверях Соньку. Сейчас она была для Насти нежелательным лицом номер один, после неё следовала Алакара. -Уйди вон с моих глаз! – рявкнула Настя, оглядываясь по сторонам. – Исчезни! Сонька и с места не сдвинулась. Она продолжала смотреть на сестру, а Настя не знала, куда спрятаться от внимательного взгляда. Её начало слегка подташнивать. -Послушай, Настя, что ты чувствуешь сейчас? – зачем-то поинтересовалась Сонька. -Что я чувствую? – со слезами выкрикнула Настя. – Тебе этого не понять! Тебе наплевать на всё, что происходит, а я схожу с ума и не сплю ночами, пытаясь понять, как всё исправить! Я ведь до конца надеялась, что это не ты… И твои убеждения, они были настолько реальны, что я почти поверила в твою невиновность. И готова была сказать тебе в лицо, что верю, но сегодня всё рухнуло к чертям! Я видела всё своими глазами, теперь от этого не отпишешься. И знаешь, я решила, что мне плевать на всё. Хватит, я устала, я больше не могу. Завтра пойду к Елене и расскажу ей всё. Пусть делает, что хочет, а я буду как можно дальше от всего этого безумия, – говорила Настя, отрешённо глядя куда-то в сторону. В её словах читалась еле скрытая угроза, и Сонька слишком хорошо знала сестру, чтобы понимать, что она может легко перейти к действиям. Какое-то время в комнате повисла напряжённая тишина – каждая просчитывала ходы, пытаясь понять, как действовать дальше. Наконец Сонька с трудом открыла рот, начав говорить. -И ты готова всё вот так разом бросить? – спросила она у сестры. – Принять поражение? Настя, уронившая голову на руки, понимала, что ей нужно несколько минут, чтобы вдуматься в слова сестры. Она не совсем поняла смысл слов Соньки – голова шла кругом от всех этих безумных событий, которые уже измотали её по полной. -Мне всё равно, – глухо сказала Настя. – В конце концов, должна же это быть не моя проблема. Пусть Юлька пытается что-то сделать, а с меня хватит. Я устала от всего. -Кажется, ты сейчас в невменяемом состоянии, и с тобой бесполезно говорить, – наклонив голову на бок, сделала вывод Сонька, и Настю затошнило от одного её вида. Она почувствовала, как со дна поднимается бешенство, затопляя её. -Уйди! – крикнула Настя. Сонька сразу же выскочила за дверь. В комнату вбежала Рита. -Настя, Настя! – бросилась она к сестре с испуганным лицом. – Что опять случилось? Гусакова закрыла лицо руками, снова расплакавшись. У неё не было сил говорить и объяснять, из-за чего она плачет и что её так сильно расстроило. Одно девушка поняла – Сонька никогда не перестанет быть эгоисткой, сколько ни старайся. -Выпей это, тебе должно стать лучше, – сказала Рита, протянув сестре стакан с водой. Дрожащими руками Настя взяла стакан и сделала большой глоток. Вода попала не в то горло, и девушка закашлялась. Холодные струйки побежали по подбородку, намочив одежду, но сейчас это было неважно, Настя не обращала на них внимания. -Спасибо, Рита, – закончив пить, девушка протянула сестре стакан, и та ответила осторожной улыбкой, словно всё понимала. – А теперь, прошу, оставь меня. Я хочу уснуть и отдохнуть от этого кошмара. Откроешь Юле дверь, когда она придёт? -Да, конечно, – кивнула Рита. – А ты отдыхай. Я скажу, что тебя не надо тревожить. Рита ушла, а Настя, не раздеваясь, упала на кровать. Сон пришёл к ней не сразу. Сначала она, всхлипывая и глотая слёзы, думала о Соньке, пока усталость не победила. Сначала ей снился всякий бред: Елена, Олег, Пятёрка, замечательные каникулы с Максом, и даже Наоми Трогмортон, но потом сон резко переменился. Солнце спряталось за тучи, но было тепло. Сонька и Чешири сидели на берегу реки. -Так почему? – спросила вдруг Сонька. В её голосе чувствовалась печаль, отдающая болью. – Почему я не могу остаться? Ты же знаешь, что я могу быть полезной тебе. -Соня, – покачала головой Чешири, – я не могу держать тебя рядом вечно. Ты должна жить обычной жизнью, ходить в школу. То, что я сделала, называется похищением. -Но ты… – попробовала возразить Сонька. Отчаяние пожаром горело в её глазах. -Я не имею на это права, – довольно резко возразила Чешири. – И ты знаешь, что требуешь невозможного. Итак, слушай меня внимательно. Завтра ты вернёшься домой и скажешь отцу, что тебя похитили и отвезли в лес, но тебе удалось сбежать. Он не будет рассматривать тебя как угрозу и не сможет обвинить в убийствах. -Но я не хочу возвращаться, – покачала головой Сонька. – Мне никогда ещё не было так хорошо и спокойно, я никогда ещё не дышала полной грудью. И не буду, если вернусь. -Я знаю. Думаешь, я хочу, чтобы ты уходила? -Давай решим вопрос, исходя из этого. -Нет, – сказала Чешири. – Нет, Соня, у меня нет права держать тебя при себе лишь потому что я одинока. Твой отец наверняка объявил тебя в розыск, и если тебя найдут здесь, мне пришьют настоящее похищение. Никто не поверит, что ты сбежала из дома по своей воле, и это снова приводит нас в тупик. Мне жаль, но так правда будет лучше. -Я там умру, – тихо произнесла Сонька. – И если Настя умрёт, если с ней что-то случится, как я смогу вернуться туда снова? -Я не думаю, что с ней что-то случится, – ответила Чешири, подняв руку и тем самым останавливая собиравшуюся что-то сказать Соньку. – Послушай меня. Я знаю, ты убеждена, что те сны несли в себе какой-то смысл, но что, если это не так? -Это так, – покачала головой Сонька, – вот увидишь. Что-то должно случиться во время того путешествия, но я не смогла достучаться до отца и объяснить ему. Насте грозит опасность, но он не поверил мне, как и мать. Никто из них не верит. -Я надеюсь, что с ней будет всё хорошо, – вздохнула Чешири. – Даже если ты права, я верю, что всё обойдётся. Но тебе в любом случае придётся вернуться домой. Ты понимаешь это не хуже меня, просто не хочешь признать и смириться. Но чтобы ты была в безопасности, меня не должно быть в твоей жизни, Гусаков не должен видеть меня рядом с тобой и знать, кто я. Ты напомнила мне мою сестру, Соня. Она тоже всегда была доброй и наивно считала, что весь мир можно спасти, если захотеть. -И что с ней сейчас? -Она живёт с дядей в Москве, – горько усмехнулась Чешири. – Когда наших родителей убили, я была вынуждена прятаться, а Эля уехала из города, чтобы быть в безопасности. Её забрал дядя, а я исчезла. Мы разделились, потеряли друг друга. Но так было лучше для всех. Ей было лучше считать меня пропавшей без вести, чем найти и подвергнуть себя опасности. Потому что пока убийца наших родителей гуляет на свободе, эта война не будет окончена. -Мне жаль… – тихо сказала Сонька. – Надеюсь, что однажды ты отомстишь за семью и воссоединишься с сестрой. Уверена, что твои родители не были подонками, как мои. -Они совершили ошибку и, возможно, уже это поняли. Поверь, что никто из них не желал тебе зла, просто эти люди не признают ничего необычного, им привычны только обыденные вещи, поэтому они и не верят в остальное. Именно поэтому твои сны показались им лишь больной детской фантазией, и для всех будет лучше, если они не ошибутся. Потому что если ты права, то твоей сестре грозит там опасность. -Мне остаётся только ждать, Чешири, не более. Ты знаешь, как болезненно ожидание? Когда ты ничего не можешь сделать, и у тебя словно связаны руки? -Конечно, я знаю, – кивнула Гост. – И понимаю, что ты испытываешь. Запасись терпением, сейчас это единственное, что ты можешь сделать. Я знаю, что ты сильная, ты пройдёшь через все трудности, даже если их будет больше, чем бывает у простых людей, потому что ты не простой человек… И твоя сестра не простая. -Что это значит? -Лишь то, что мы все в итоге будем сражаться на стороне света. Запомни это, Соня, и вспоминай в минуты сомнений. Их в твоей жизни будет достаточно, но правильным будет всегда выбирать светлую сторону, потому что лишь так ты сможешь оставаться человеком. А сейчас бери пистолет, и пойдём стрелять по мишеням. Я обещала, что научу тебя кое-чему, и я хочу исполнить своё обещание. Сонька последовала за Чешири к толстому дереву, на стволе которого краской был нарисован круг с точкой посередине. Чешири протянула Соньке пистолет, и Настина сестра, улыбаясь, приняла его из рук Гост. Сейчас они общались на языке, понятном только им двоим, и Настя увидела одобрение в глазах Чешири, когда Сонька сделала выстрел и попала чуть левее границы большого круга. Ей было куда стремиться, но начало уже было положено. Чешири знала, что Сонька будет подавать надежды. Она освободила её, чтобы показать, что жизнь после ада существует. Несмотря ни на что.