Мемориал

-Пока я не возьму меч, я не могу защитить тебя. Пока я держу меч, я не могу обнять тебя. «Bleach». Кафе, как и ожидала Настя, было полупустым. Она пришла раньше, а потому спокойно потягивала сок из трубочки, размышляя над тем, что скажет Диане. Вскоре, после десятиминутного ожидания, появилась и Смарт. Настя осторожно улыбнулась, спрятав улыбку за стаканом, когда её собеседница присела напротив. -Зачем ты меня позвала? – тут же задала вопрос Диана. Кажется, она спешила покончить с этой крайне неприятной частью дня, и Настя ей посочувствовала. Мысленно. Потому что знала, что этой девчонке не понравится то, что она ей скажет. -Есть дело, – кратко ответила Настя, снова потянувшись к трубочке. Она растягивала время, наслаждаясь нетерпеливостью Смарт, которая уже ёрзала на своём стуле. -Какое дело? – было видно, что она нервничает, и, как подумала Настя, не без причины. Будь у неё во рту вампирские клыки, она бы показала, что с ней связываться не стоит, иначе наживёшь проблем. К счастью, Насте не нужны были клыки, чтобы донести эту весьма простую мысль даже до такой дурочки, как Смарт. -Покушение на убийство, – спокойно ответила Настя. Ей не нравилась эта девчонка, но она её не боялась. – Статья ещё такая есть, дорогая моя, так что стоит Соньке только захотеть – и ты загремишь за решётку. Это очень просто организовать. -Не думаю, – Смарт бросила на Настю взгляд, который вряд ли можно было назвать дружелюбным, но Гусакова уловила в ней страх. Скорее всего, её грубость была просто защитой. -А я знаю, – Настя послала ей уничтожающую улыбку. – И хочу знать, зачем ты напала на мою сестру, выдумав себе душещипательную, но фальшивую историю? -Не понимаю, о чём… – кажется, Смарт решила отрицать свою вину, но Настя знала, что у неё ничего не получится. У Соньки, конечно, была хорошая фантазия, но ей ни к чему было бы придумывать эту историю и разбивать окно в качестве доказательств. -Нет, всё ты отлично понимаешь, – покачала головой Настя, следя за каждым движением Смарт. -А тебя не волнует тот факт, что твоя дорогая сестричка пыталась меня убить? -Волновало, – кивнула Настя. – Раньше. Теперь – нет. -Считаешь себя умной? -Мне просто небезразлична жизнь моей сестры, – ответила Настя, вспоминая, как каждую секунду каждого дня боролась за Соньку, рыдая и срываясь, а она просто жила своей жизнью, равнодушная к слезам близких. Но теперь всё по-другому. Сонька доказала, что может быть человечной, что это всё ещё живо где-то в ней. -А жизни всех её жертв? – никак не отставала Диана, и Настя начала понимать, что вести с ней переговоры не получится. Скорее всего, её просто придётся поставить перед фактом, чтобы она не приближалась к Соньке, если не хочет серьёзных проблем. -У неё нет жертв, – спокойно ответила Настя. – Всё плохое, что она делала когда-либо, было ради того, чтобы защитить меня от плохих людей. Остальное неважно. -Вот как? – сделала вид, что удивилась, Смарт. – Ты покрываешь все преступления сестры? Неужто ты стала такой легкомысленной? Не думала, что ты падёшь так низко, а ведь мне говорили о тебе много хороших вещей, и я думала, что мы смогли бы сотрудничать. Что ты выдала бы мне Соню. Она должна ответить за то, что сделала. -Соню ты не получишь! – отрезала Настя. – Я тебе совсем недавно об этом чётко сказала. Она ничего не сделала, поэтому и страдать ей не за что. В школе есть другой вампир, который совершает нападения, так что будь добра – строй планы на него. -Ты её просто прикрываешь, ищешь какие-то оправдания, осознавая, что всё это зря. Ты понимаешь, что если продолжишь, и она пойдёт ко дну, то потянет тебя за собой. -Не хочешь – не верь, – покачала головой Настя. Она не собиралась спорить и что-то доказывать, это всё равно ничего не решило бы. – Но причинить вред моей сестре я не позволю. -Как мило, – усмехнулась Смарт. – Когда вы перестали быть врагами? -Мы никогда ими не были. Просто в один миг всё пошло не так. -Не так? Настя, боюсь, ты сама уже не видишь разницы. Твоя сестра опасна, а ты почему-то совершенно не хочешь понимать, какой вред она приносит людям. -Ты помнишь, как Соня тебя укусила? – спросила Настя, чтобы прервать эту глупую дискуссию, которая ей уже порядком надоела. – Что она говорила тебе? -Нет, не то что бы… – Смарт захлопала глазами. -Это не Сонька! – в голосе Насти чувствовалось раздражение. – Кто-то упорно пытался свалить всё на неё. Знать бы, что за сволочь это делает и для чего. -Уверена, что никто ничего не пытается на неё свалить, – покачала головой Смарт. – Просто твоей сестре надо учиться отвечать за поступки, которые она совершила. Ей это пойдёт на пользу. Настя не стала спорить, потому что понимала, что это бесполезно. -Ещё раз тронешь Соньку, – произнесла она, поднимаясь из-за столика, – я найду тебя и заставлю пожалеть. Покидала кафе Настя в крайне дурном настроении. Её немного обрадовал тот факт, что Смарт не пошла за ней, а осталась внутри пить свой кофе, и это было лучшим её решением. Настя вздохнула, понимая, что означало спокойствие Смарт – что она не приняла всерьёз угрозу, но сама Гусакова знала, что если глупая девчонка снова сунется к Соньке, то пожалеет. Ведь не зря Настя билась за каждое чувство сестры столько времени. Неужели она не защитит сестру от этой чокнутой маньячки, которая опасна не только для окружающих, но и для себя? Защитит, ответила девушка самой себе. Она перегрызёт глотку любому за свою сестру, пусть знают. Не для того Соня выжила, чтобы быть убитой какой-то психопаткой, и не такая Настя дура, чтобы не бороться за свою сестру. Она знала, что будет продолжать, несмотря ни на что. Они многое прошли вместе, у них есть что вспомнить. Но теперь, вспоминая прошлое, Настя поняла, что многие поступки она хотела бы исправить. Может, всё пошло бы по-другому. Может, сейчас они не страдали бы так сильно, может жизнь была бы иной? В прихожей Настю встретила Рита. Судя по внешнему виду, она хозяйничала на кухне. -Как ты? – тихо спросила Настя, стараясь, чтобы её никто не услышал. Она пока не решила, стоит ли рассказывать о произошедшем кому-нибудь, кроме Макса. -Ну… Уже гораздо лучше. Сначала мне казалось, что я просто не смогу с этим жить, а потом я вспомнила всё, что ты мне сказала, и поняла, что это правда. Я знаю, что в этом не было моей вины, просто всё случилось так резко… Я имею ввиду возвращение воспоминаний. Они застигли меня врасплох, и я просто растерялась… -Я понимаю, – кивнула Настя. – Ты молодец. Сейчас ты уже не та, что раньше, ты стала сильней, ты научилась бороться. Я горжусь тобой, – Настя улыбнулась, вешая куртку в шкаф и радуясь, что в этом дне были и приятные моменты. – Ты одна дома? -Не совсем. Родители на работе, – ответила Рита. – Лила наверху, смотрит какой-то фильм по своему ноутбуку, а… Словно в ответ на её слова, Сонька уже спускалась по лестнице, стуча каблуками. -Что-то ты задержалась, сестрёнка, – она остановилась, прижимаясь к шкафу в прихожей, и Настя впервые за последнее время подумала, что рада её видеть. -У меня была встреча со Смарт, – ответила ей Настя, меняя уличную обувь на удобные домашние тапочки. Сонька понимающе кивнула. – Кажется, она не поняла моих предупреждений, хотя я ясно дала ей понять, что она сильно рискует, преследуя тебя. -Ещё бы, – кивнула Сонька. Потрясённая Рита переводила взгляд с одной на другую, словно не верила своим глазам. -Вы что, перестали друг друга ненавидеть? – удивлённо спросила она. -Мы научились жить с этой ненавистью, потому что не такой уж и сильной она оказалась, – ответила Настя, и Сонька усмехнулась, подтвердив слова сестры. -Глупо столько лет дуться, – кивнула она, – просто в один момент понимаешь, что игра окончена, и надо бы повзрослеть. -Как жаль, что человека из тебя сделало лишь превращение в вампира, – Настя не смогла сдержать усмешку. -Пожалуй, ты права, – согласилась с сестрой Сонька. – Такое не часто встретишь. -Я вас не узнаю, – Рита переводила удивлённый взгляд с одной сестры на другую. – Вы всегда только и делали, что воевали, а теперь общаетесь, как лучшие друзья? Рита развернулась и исчезла на кухне. Сонька подождала, когда за ней закроется дверь. -Моя щека всё ещё немного болит после твоей последней пощёчины, – подмигнула она сестре. – Ударчик у тебя такой, что можно позавидовать. -За что я тебе врезала? – стала вспоминать Настя. Все воспоминания в её голове слились в кучу, образуя собой пёстрый калейдоскоп событий. -Ну, я прокомментировала, что твоя подруга Катрин укусила твоего двойника, и сказала что-то вроде: «Как жаль, что мне ничего не досталось». Настя слегка улыбнулась, не веря, что эти воспоминания вызывают у неё улыбку, ведь тогда она готова была убить Соньку на месте за её слова. -А теперь давай к делу, – Сонька перестала смеяться и в один момент стала серьёзной. – Смарт и правда отказалась перестать вести охоту на меня? -Да… Пожалуй, выходит, что так. -Ну и ладно. -Тебя это не беспокоит? – удивилась Настя, потому что её саму это беспокоило до сих пор, хоть она и взяла с себя обещание перестать. Но это не помогало. Беспокойство всё равно просачивалось внутрь и не давало ей спокойно жить, раздувая тревогу. -Беспокоит, конечно, но это стоит чуть ли не последним в списке моих беспокойств, потому что из нас двоих только я являюсь вампиром. А значит, у меня преимущество. -Не думаю, что Смарт так считает, – покачала головой Настя. – Ей всё равно, у кого преимущество, она просто хочет видеть твою голову отрубленной, понимаешь? -После всего? Вполне, – кивнула Сонька. -Хорошо. И ещё кое-что… Чуть позже к нам присоединится Катрин, она обещала попытаться помочь. Может, она придумает что-то, что облегчит нам задачу. Надеюсь, что это не такая большая проблема, потому что я всё ещё могу позвонить… -Не стоит, – махнула рукой Сонька, и Настя вздохнула с облегчением, ведь она считала, что её сестра не переваривает никого, кроме Эттлс. – Пусть приходит, я не против. Два вампира – это сила. Эту проблему нужно срочно решать. Пару месяцев назад меня забавлял тот факт, что меня считают убийцей, сейчас же это уже раздражает. Они могли бы придумать что-то новое, но слишком зациклились. Кстати, Воскобоевой ты ничего не говорила? -Нет… – Настя покачала головой. – Столько раз я тебе обещала, но никогда не рассматривала это всерьёз. -А мне казалось, что ты легко могла выполнить эту угрозу, – задумчиво произнесла Сонька. -Тебе только казалось, – заверила сестру Настя, – в этом-то и был весь смысл. -Думаешь, я по-настоящему боялась и думала, что ты побежишь к ней при первом удобном случае? Нет, я верила в это, конечно, но считала, что это произойдёт только если я окончательно доведу тебя. А я, к счастью, умела вовремя остановиться. -Только это тебя не спасло. -А ты бы смогла сдать меня Елене? – Соньку, кажется, очень интересовал этот вопрос. Она смотрела на сестру, ожидая ответа подобно тому, как ребёнок смотрит на родителя, ожидая подарка. -Думаю, нет, – ответила Настя, встретившись взглядом с сестрой и не понимая, когда они пришли к такой лёгкости в отношениях, когда стали волноваться друг за друга и пытаться помочь всем, чем угодно. – Я была бы первой, кто бы об этом пожалел. -Я тоже так думаю. Совесть не позволила бы тебе ни есть, ни спать. -Ты же знаешь меня… – улыбнулась Настя. В последний раз она так спокойно разговаривала с Сонькой, кажется, лет сто назад, и думала, что в этой жизни у них уже никогда больше не будет таких разговоров. – А страшно становиться вампиром? -Поначалу да, – призналась Сонька. – В тебе раскаляются до предела десятки чувств. Боль словно ослепляет, и самое страшное, что ты не можешь убежать от этого. Тебя словно разрывает на части, и ты не можешь это контролировать. Ты словно сходишь с ума, поддаёшься голоду и не понимаешь, как включить контроль, чтобы оставаться человеком. Бросаешься на любого, кто заговорит с тобой, даже если умом и понимаешь, что не хочешь причинить ему вред. А потом, через какое-то время, ты словно приходишь в себя и вдруг осознаёшь, что можешь жить с этим дальше. Настя помнила, какой злой и несдержанной была Сонька, появившись дома впервые после обращения. Тогда Настя боялась её и того, что она может сделать, и ей не хотелось решать эту проблему, потому что она никогда раньше не сталкивалась с вампирами. Также Настя хорошо помнила, как Сонька, сорвавшись, укусила её в школе. Несомненно, она была до жути голодна и опасна. Странно, но кажется, после этого раза она избрала политику язвительности, притворяясь бесчувственной. -Скольких людей ты обратила? – зачем-то решила спросить Настя. Она понимала, что сестра вряд ли захочет об этом говорить, тем более сейчас, когда всё и так сложно. -Не знаю… – вид у Соньки сделался унылый. – Да и не хочу сейчас думать об этом. Раздался звонок в дверь, и это полностью избавило её от объяснений. -Привет, – поздоровалась Катрин, оказавшись в прихожей. – О, Соня, ты тоже здесь? – удивилась она, заметив Соньку за спиной подруги. -Да, мы как раз ждали твоего прихода, – подтвердила Настина сестра, слегка улыбнувшись. Втроём они поднялись в Настину комнату, и Катрин сразу же заняла своё любимое кресло. Сонька присела на диван, а Настя – на свою кровать, наблюдая, как Катрин достаёт из сумочки бутылку мартини. Кажется, вечер намечался у них весёлый. -Ну, с чего мы начнём? – поинтересовалась Катрин. -У тебя голос, как у следователя на допросе, – сказала Сонька, и Настя вспомнила, откуда ей это знакомо. Её сестру несколько раз вызывали на допрос по делу Клэр, загадочно погибшей подруги Дашки Эттлс. Уж Сонька-то знает, как это противно, и Настя не хотела возвращаться к этой теме и портить вечер, но взяла на заметку как-нибудь снова попробовать вызвать сестру на откровенный разговор. Может, теперь она что-то расскажет. -Просто случайно получилось, – услышала Настя голос Катрин, а вслед за этим Лоулт уже разливала мартини по разноцветным пластиковым стаканчикам, которые тоже достала из сумки. Сонька странно покосилась на них, будто ей предложили использовать вилы вместо вилки, и её напряжённый взгляд развеселил Настю. -А другого ничего нет? – спросила Сонька, крутя в руках стаканчик. – Мы всё-таки не лимонад пьём. -К чему этот лишний пафос? – рассмеялась Катрин. – Оттого, что я налила в этот стаканчик, мартини не перестаёт быть мартини, так что либо пей, либо отдай мне. Она протянула руку, но Сонька покачала головой и поднесла стаканчик к губам. -Так, а если серьёзно, то какой у нас план? – поинтересовалась Катрин. Её стаканчик был уже почти пуст. -Ну, мы пытались выяснить, что у всех жертв общего, – ответила ей Настя. – Но, в общем-то, ничего конкретного не добились. Я не знаю, в каком направлении думать. -Может, просто дело не в этом? – предположила Катрин. – Может, кто-то держит на тебя зуб? Или на тебя? – она бросила быстрый взгляд на Соньку и снова поднесла стакан ко рту. -При чём тут вообще я? – спросила у неё Настя. – Это Соньку кто-то пытается подставить, а не меня. Думаю, жертвы выбираются наобум, типа кого успел, того и съел, – пояснила она, и сестра бросила на неё странный взгляд. – Мне говорила Сонька, что никакой логики в этом может и не быть, но я пыталась найти связь. Вспомните, что я рассказывала о Лузиной, она тоже выбирала жертв наугад, но среди тех, кто ей не нравился, а это все, – Настя усмехнулась. – Впрочем, сейчас речь не о ней. Лузина наконец мертва, и хотя бы с одной стороны для нас нет угрозы. -Так что ты хочешь сказать этим, Настя? Что кто-то просто так убивает людей? -Да, возможно, что это и не месть вовсе. Следует рассмотреть и такую вероятность. Может, этот вампир просто голоден, и ему плевать на жизни людей. Надо попробовать это выяснить. -Но как? – тяжело вздохнула Сонька. – Ты долгое время думала на меня. Разве мы хотя бы догадываемся, кто мог это сделать? Мы понятия не имеем, ведь на месте вампира, который совершает нападения, может оказаться, в принципе, любой. -Да, – согласилась с ней Катрин. – Но мы должны что-то сделать, в этом Настя права. Кажется, больше некому этим заняться, потому что я не вижу желающих решить эту проблему. -Ну вот, и Пятёрка смотрит на меня косо, – кивнула Настя. – Кажется, они всё ещё подозревают тебя, сестричка, – она с усмешкой посмотрела на Соньку. -Что ж… Любовные интриги привлекают их больше? Мне-то нечего скрывать, я чиста. Настя видела своими глазами каждое моё нападение в школе, а одно было испытано ей самой. Тогда я ещё слишком плохо владела контролем, злость меня подогревала. А такие случаи, как с Эмалей… Это была защита. Я защищала Настю. И не хотела, чтобы она меня боялась, – поясняла Сонька, глядя на Катрин, – но это всё равно случилось. Тогда Настя слишком сильно ненавидела меня, но я пыталась сделать всё, чтобы защитить её. Говорят, Эльвира Эмалей не щадит своих врагов. -Говорят, что кур доят, – отозвалась Настя. – Но да, она довольно опасна. Была. Потому что оттуда, где она сейчас, ей точно не выбраться. Ещё один враг побеждён. Сонька поднялась с дивана, прикрывая рот рукой. -Я иду спать. Настя глянула на часы – они показывали начало десятого. -Но времени ещё совсем мало, – так она пыталась отговорить сестру отправиться ко сну. Этот вечер был чудесным, и Настя боялась, что завтра всё снова рухнет. -Знаю, – кивнула Сонька, – просто решила лечь сегодня пораньше, а то утром никак не могу проснуться. Нужно что-то делать с этим. Мы обязательно придумаем что-нибудь существенное, Настя, – она подмигнула сестре. – Доброй ночи, Катрин. И она, зевая, вышла из комнаты. Катрин повернулась к подруге, на лице её читалось удивление. -Чего это она… такая? Вроде как даже проявляет заботу, да и по тебе не скажешь, что ты с трудом её терпишь. -Она – мой союзник, и если ты заметила, никто из Пятёрки не поспешил мне на помощь. Они продолжают думать, будто это ерунда, не понимая, как всё серьёзно. В любой момент могут убить ещё кого-то, а они считают, что мне просто нужно надавить на Соньку. Катрин поднялась, покидая уютное кресло. -А знаешь, пожалуй, я тоже пойду. Тебе пора отдыхать. Дома полно дел, да и я хотела ещё кое-куда заскочить перед тем, как доберусь домой. Рада была тебя увидеть. -Я тоже, – улыбнулась Настя, поднимаясь с кровати. – Пойдём, я провожу тебя. Ты не видела Кэтрин с тех пор, как мы предотвратили её попытку убить тебя? -Нет, к счастью, – покачала головой Катрин, – но однажды она появится. Ей всегда что-то нужно. Именно поэтому я хочу, чтобы ты была осторожна с ней.

***

Сонька действительно выспалась. Она была настолько бодра, что её энергии хватило бы на троих, чего точно нельзя было сказать о Лиле, спустившейся к завтраку в довольно дурном настроении. -Обязательно что-нибудь придумаем, – шепнула Сонька Насте, когда последняя с аппетитом жевала яичницу с беконом. -Я не могу найти свои серёжки, – вдруг нарушила молчание Лила. – Сонь, я случайно не найду их у тебя? -И специально не найдёшь, – ответила Сонька. -Спросила, чтобы время зря не тратить, – пожала плечами Лила. -Я что, по-твоему, похожа на того, кому это до сих пор интересно? – усмехнулась Сонька, протянув руку за хлебом, и Настя передала ей кусок. – У нас в школе объявился вампир, поэтому у меня есть дела поважнее, чем воровство твоих вещей. -Ну да, – Лила перестала жевать, глядя на Соньку. – Тебя это интересует до тех пор, пока тебя подозревают в нападениях. А потом снова станет наплевать, я знаю. -Умную-то из себя не строй, – огрызнулась Сонька. – У меня есть отличное алиби. -Только на один случай, – не успокаивалась Лила. – Может, в остальных именно ты… -Хватит, Лила! – перебила сестру Настя. – Ты же знаешь, что Соня не виновата в нападениях. Хватит уже издеваться над ней, она этого точно не заслуживает. -Магия хорошо над вами поработала, я смотрю, – судя по тону, Лила была не очень рада тому, что Настя защищает Соньку, ведь раньше они были на одной стороне. -Просто помолчи, будет гораздо больше пользы, – посоветовала ей Настя. – Поищи свои серёжки внимательней, наверняка куда-нибудь положила и забыла об этом! -Раньше ты не была такой агрессивной… – покачала головой Лила, отвернувшись. -Раньше?! – рявкнула Настя, и даже Сонька посмотрела на неё с удивлением. – Кого волнует, что было раньше, когда сейчас, в настоящем, совершаются страшные вещи?! Открой глаза, Лила, ты глупа до ужаса, если думаешь, что всё так же, как прежде! Знаешь, в мире есть вещи, которые гораздо важней потерянных серёжек, – она поднялась из-за стола, не доев завтрак. – Спасибо, что испортила настроение раньше, чем это сделает Алакара! Сонька, пойдём. Я подброшу тебя до школы. В школе не происходило ничего необычного. Саша болтал о чём-то с Алисой, а Елена Брант, стоя в стороне, молча пожирала их глазами, делая вид, что просто не знает, куда деть свой взгляд. Анджелина вместе со своим другом Алексеем устроилась на скамейке и теперь что-то весело рассказывала ему на ухо, и он смеялся в ответ. -Она на тебя не сердится, – раздался голос сзади, и Настя, обернувшись, увидела Алакару, с которой они пока что были в довольно напряжённых отношениях. – Просто эта… хм… трагедия с Сашей не даёт ей покоя, но раз уж он такой идиот… -Кажется, ты назвала его идиотом? – язвительно переспросила Настя. – Да ну, Алакара, из тебя же это никакими угрозами не вытащишь, или ты уже знаешь про его развлечения с Брант? Ну, или не знаешь, – сделала она вывод, увидев лицо сестры. – Можешь спросить у него, но предупреждаю – у твоего любимого амнезия на всё то, что продвинулось дальше поцелуя, так что, думаю, тебе лучше спросить Елену. Собственно, эту душераздирающую новость я узнала именно от неё. Оставив Алакару стоять смотрящей в одну точку, Настя повернулась и ушла, радуясь, что сестра не стала доставать её вопросами. И поскольку с Пятёркой Настя тоже не горела желанием общаться, у неё было много времени, чтобы обдумать внезапное превращение Соньки, которая раньше не знала, что такое человеческое общение. Кое-кому была совсем не в радость школьная жизнь. Алиса Воробьёва с отчаянием наблюдала, как Нина Попова на глазах у всего коридора целуется с Никитой Самойловым. Она с ума по нему сходила, но не могла ничего сделать, кроме как наблюдать со стороны и молча страдать. И никакие утешения ей не помогали. Когда прозвенел звонок, и все расселись по местам, алгебраичка начала длинную и очень неприятную тираду насчёт проверочной, которую они писали на прошлом уроке. Весь класс притих, ожидая бури, грозившейся вот-вот разразиться. Пока все волновались, Настя спокойно наблюдала за Сашей. Он, склонившись, что-то торопливо писал на листе, а потом, вчетверо свернув записку, через несколько парт передал её Насте. Девушка быстро развернула лист, бегая глазами по строчкам. «Гусаков здесь. И, мне кажется, он ищет тебя», – всё, что было написано в записке. Настя резко развернулась, заметив, что Саша снова что-то пишет, и через несколько секунд вторая записка оказалась в её руках. «Он здесь, в школе, и хочет с тобой поговорить. Пожалуйста, будь осторожна», – прочитала Настя и, повернувшись, поблагодарила Сашу кивком головы. Её сердце билось, как бешеное, но она знала, что убегать – глупо. Она знала, что должна найти его и отомстить за всё, что он ей сделал. «Отомстить», – стучало в висках. «Ненавижу», – щёлкнуло что-то внутри. «Я его ненавижу. Он хотел убить меня, маму, а скольких людей убил… Я просто должна отомстить ему», – когда она это поняла, ей внезапно стало легче. Рука девушки легко взметнулась вверх. -Да, Настя? – алгебраичка смотрела на неё. -Можно мне выйти? -Но урок кончится через десять минут… – начала алгебраичка. -Вы будете отвечать, если ей станет плохо, – вдруг вмешался Саша, и Настя мысленно поблагодарила его. Ей нужно было выбраться из класса сейчас, и он это понял. До его попытки начать с ней отношения и последовавшей вслед за этим ссорой они всегда находили общий язык, и Настя была рада, что это никуда не делось. -Гусакова, можешь идти, – перед тем, как сказать это, алгебраичка колебалась, но разрешение уже было получено, и Настя пулей вылетела за дверь. Несясь по коридорам, она имела только два желания: не быть пойманной каким-то из учителей и найти Гусакова. Она верила, что справится с ним, ведь ей приходилось побеждать и не таких сволочей, как он. В этот раз она будет диктовать ему условия. Стараясь быть осторожной, она обежала всю школу, но Александра нигде не было. В панике девушка остановилась на лестнице, ведущей на третий этаж и выше. Внизу послышались чьи-то шаги, и они всё приближались. Перепрыгивая через две ступеньки, Настя побежала наверх и спряталась на лестнице между четвёртым и пятым этажами. И тут её вдруг осенило, где может прятаться Александр Гусаков. Преодолев последний пролёт лестницы, она открыла дверь, ведущую на пятый этаж. Стараясь ступать неслышно, девушка прислушивалась к каждому шороху. Она чувствовала его присутствие, она знала, что он здесь, только и дожидается удобного момента, чтобы схватить её и убить. И точно – сделав несколько шагов и очутившись в холле, она убедилась в этом. Он стоял у подоконника к ней спиной, и она хотела выстрелить ему магией в спину, но он вдруг обернулся, видимо, почувствовав её приближение. -Очень хорошо… Я ждал тебя, – спокойно произнёс он. И в этот момент Настя полностью осознала, что не боится его, что он ничего ей не сделает, потому что она ему не позволит. -Ждал?! – поморщилась Настя, и её голос эхом запрыгал по стенам. – Не притворяйся, ты, жалкий трус! – эхо вновь повторило её слова, сказанные с нескрываемой яростью, и ей это понравилось. – У тебя проблема с головой, и тебе надо лечиться! -Ты просто слаба, девочка, – Гусаков усмехнулся, качая головой, – так признай это и будь умнее. Хотя, я не уверен, что ты не растеряла последние крупицы мозгов. -Смеешь давать мне советы? – расхохоталась Настя, и эхо снова повторило её язвительные слова. – Я знаю, это просто отвлекающая ловушка, но со мной, увы, она не сработает. Я вижу тебя насквозь, меня сложно обдурить, – предупредила девушка. Настя прищурилась, Александр тоже. Они глядели друг другу в глаза, бывшие родные люди, а теперь слишком чужие даже для того, чтобы попытаться сохранить жизнь друг другу. В Настиных глазах была написана ненависть, в глазах Гусакова – презрение и что-то ещё. Да, он тоже ненавидел её, хоть она ему ничего и не сделала. -Ты не видишь меня насквозь, – он не сдержал противный смешок. – Ох, Настя, я бы обучил тебя тёмной магии, если бы ты не была пустой тратой времени. В тебе никогда не было сил, чтобы тягаться со мной и идти против меня. Но у тебя были бы силы идти со мной рука об руку много лет. Ты могла бы стать самой величественной и тёмной королевой. Весь этот чёртов мир принадлежал бы тебе. Тебе одной. Настя слушала его пустые разглагольствования с величайшим презрением, на какое только была способна. Не дав ему закончить свою тираду, она произнесла: -Насколько же всё это лишено смысла… Вот, значит, чем ты увлёкся? Чёрной магией, верно? Ну и кто же стал твоей очередной крысой? Старые уже не слушаются тебя. -Ты слишком проницательна, – усмехнулся он, поймав её взгляд, – но едва ли новые лучше старых. Некоторые из них на пути к величию даже готовы убить тебя, нарушив приказ. -Значит, нужна я тебе живой, – сделала вывод Настя. – Замечательно. Но неужели ты и правда думаешь, что я такая беззащитная? Ты ошибаешься… – покачала головой девушка. – И все эти дуры, которые работали на тебя. Лузина, Хартман. Кстати, о ней. Ты знал, что в две тысячи седьмом она выжила и теперь разгуливает где-то в обличье вампира? -Нет, я… я этого не знал… – произнёс Гусаков, как показалось Насте, испугавшись. -Что ж, теперь знаешь. И можешь найти её и снова завербовать в союзники. -Ты не понимаешь! – прорычал Гусаков. – Если она выжила, то она слишком опасна… -Опасна? – рассмеялась Настя, играя на его нервах. Ей нравилось смотреть, как он, взбесившись, сжимает зубы, желая разорвать её на куски. В этот момент она чувствовала свою власть над ним. – Странно слышать это от тебя, вы ведь с ней были в одной упряжке. -Ты ничего обо мне не знаешь, – отрезал Гусаков. Он хотел видеть, как она страдает, но пока она только улыбалась и смеялась над ним. – А то, что знаешь, не является правдой. -Ты пришёл, чтобы убить меня? – уточнила Настя, хоть и знала ответ. Поговорить он бы не пришёл. -Да. -Тогда приготовься умереть, жалкий трус! – снова рассмеялась девушка. – Я хочу посмотреть, насколько жалкой будет твоя следующая крыска. Но если выбирать между этим и твоей смертью, то я, пожалуй, без всяких колебаний выберу второе. -Считаешь, что сможешь? Хотя, ты ведь убийца. Ты не лучше ни меня, ни моих друзей. Он издевался над ней, и Настя это понимала. Гусаков надеялся, что таким образом он выведет её из игры и сделает лёгкой добычей, но она не поддавалась на его глупые уловки. Он думал, что сможет устранить соперницу этими лишёнными смысла словами, в которых процентное значение отчаяния было приближено к ста. Этот человек лишь от отчаяния говорил, что она слаба, ведь он отлично знал, что это не так, он чувствовал её силу. Все эти слова были сказаны из-за зависти, потому что он понимал, что никогда не станет таким, как она. И он уже давно попытался бы её убить, а не разговаривал, если бы не знал всей её силы. Знал. Поэтому и медлил. -Да, я убила твою приспешницу, – призналась Настя. – Она угрожала нашей жизни. Убийцы, настоящие убийцы – это такие, как ты. Они убивают всех подряд, особенно хороших. Выкашивают их, как крапиву. Я убила врага. А скольких убил ты? -Заткнись! – вдруг закричал он. Его зубы сжались, глаза сузились – кажется, он был разозлён произнесёнными ею вслух словами, потому что не считал себя убийцей. А может, дело было в чём-то другом, но он взбесился, хотя она не сказала даже и половины правды о нём. – Знаешь ли ты, как я ненавижу тебя? Так вот, ты узнаешь! Таня была лучшей из моих агентов, и она не заслужила быть убитой такой, как ты! -И с каких это пор предатели считаются хорошими агентами? – усмехнулась Настя. -Не твоё дело! – рявкнул он, и Настя рассмеялась, глядя в его налитые кровью глаза. Это выглядело слишком нелепо. – Я знаю одно – медальон тебя не спасёт, я тоже веду поиски. А когда я его наконец найду… Ты умрёшь, Анастасия Гусакова, и… -А вот и нет! – раздался до боли знакомый голос где-то сзади. Настя, вздрогнув, обернулась. Елена Воскобоева стояла шагах в пяти от неё, направив пистолет на Александра. Насте показалось, что она сейчас рухнет, но заставила себя устоять. -Елена? – ухмыльнулся Гусаков, и Настя поняла, что он, как минимум, что-то слышал о ней. В худшем случае, они могли быть знакомы, причём, довольно близко. -Что вы здесь делаете? – спросила Настя, не решившись спросить, откуда у неё пистолет. -Не сейчас, Настя! – Елена, не отрываясь, смотрела на Гусакова, но в её голосе не было вражды по отношению к Насте. -Вот так встреча! – Гусаков ухмылялся. Елена смотрела на него, как на клубок гнилых водорослей, в чём Настя её мысленно охотно поддержала. -Вы что, знакомы? – опять не удержалась девушка, смотря то на Елену, то на человека, которого столько лет считала своим отцом. Она не могла понять, как он из любящего отца превратился в безжалостного убийцу, хотя на самом деле он был таким всегда. -Я же сказала, не сейчас! – Елена была сосредоточена на Гусакове, но адресовано это было Насте. -Что ты здесь делаешь? – Александр не придумал ничего лучше, кроме как продолжать диалог. Он знал, что нужно выждать момент, а потом убрать их обеих. -Я преподаю литературу в этой школе, – ответила Елена. Она тоже чего-то ждала, и Настя изо всех сил пыталась понять, чего именно. Сейчас она пожалела, что не может читать мысли других, потому что это было бы довольно полезной способностью. -О!.. – растерянно выдавил Гусаков. – О!.. – снова пробормотал он, с трудом собираясь с мыслями. – А вам не кажется странным, что мы, трое, собрались тут, и мы… все знакомы друг с другом? -Гораздо страннее то, что ты здесь оказался! – сквозь зубы процедила Елена, и Настя с грустью подумала, что она не знает о том, что Гусаков готов отправиться хоть на край света ради убийства той, которую когда-то называл свой любимой дочерью. -Зато ты, наверное, хочешь остаться здесь навсегда, – уничтожающая улыбка появилась на лице Гусакова. – Я могу запросто это устроить, потому что те времена, когда ты имела надо мной власть, а мне было не всё равно, уже давно прошли. -Отлично! – сказала Елена, и её ледяной голос словно обжёг Гусакова. – Сейчас наплевать мне, поэтому ты не сбежишь от меня. Я не позволю этому случиться. -Оружие лучше сдать, – Александр что-то прошептал себе под нос, взмахнув рукой, и пистолет, вырвавшись из руки Елены, оказался в его руке. Он коварно улыбнулся. -Ты гад! – воскликнула Настя. – Я убью тебя! -Не стоит утруждать себя. Теперь играть будем по моим правилам, – предупредил Гусаков, но Настя знала, что этому не бывать. В её голове крутился план, и она отчаянно пыталась найти выход, потому что отвечала не только за свою жизнь… Смеясь, он направил пистолет на Елену. -Что ты делаешь? – заорала Настя. Она знала, что эту потерю просто не перенесёт. -Молчи! – рявкнул Александр, раздражённый одним лишь присутствием Насти. – Потому что ты будешь следующей, когда я закончу с ней! – он кивком головы указал на Воскобоеву. -Беги, спасайся! – Елена перевела взгляд на свою ученицу. – Я задержу его. Уходи! -Нет! – выкрикнула Настя, качая головой. По её щеке заскользила слеза, и она яростно смахнула её. Сейчас нельзя было плакать или показывать слабость. – Вас не должно быть здесь! Я никуда не уйду, пока вы остаётесь рядом с этим психопатом! -Сейчас не время для благородства! – не согласилась с ней Елена. – Ты должна уйти! -И бросить вас с этим идиотом? – девушка отступила на шаг назад. – Ну совсем не смешно, Елена Владимировна! Вы даже не представляете, что это за человек. Вернее, его и человеком-то сложно назвать. Он тот, кого я много лет считала своим отцом, в то время как он строил планы, как убить меня. Уж если кто и знает его достаточно хорошо, так это я. Я знаю, на что он способен, я знаю всех его подлых крыс, которые убивали ради него! И если вы думаете, что он пощадит вас, опираясь на прошлое, то вы ошибаетесь. -Не волнуйся, Настя, – попыталась успокоить девушку Елена, – я знаю, кто он такой. И представляю, на что способен. -Представляешь? – лицо Гусакова исказилось в страшной гримасе. – Да ты никогда даже понятия не имела об этом, иначе не пришла бы сюда, держалась бы как можно дальше! Пожила бы подольше, но теперь мне придётся убить и тебя. Сожалею. -Я знала, что Настя здесь, – ответила Елена. – Именно поэтому я и пришла сюда. -Она, видимо, слишком дорога тебе? Будь уверена, что я узнаю, в чём дело. Настя посмотрела на Воскобоеву, но та отвела глаза, глядя на Александра. -Просто для меня существует понятие человечности, в отличие от тебя. Разумеется, я не хочу, чтобы дочь Олега погибла. Пока она живёт, мир не падёт к твоим ногам. -Кому какое дело? – покачал головой Александр, представляя, как глаза Насти навсегда закроются. Он чувствовал, что скоро будет наблюдать это зрелище, и никто ему не помешает, никто не встанет между ним и его планом, даже прошлое. – Все мы знаем, что эта жалкая девчонка не заслуживает того, что имеет. Посмотри, какое ничтожество… -Ничтожество здесь одно, и это – ты! – Настя улыбнулась, чувствуя его страх. – На тебя жалко смотреть, Гусаков. Ты всегда был посмешищем. Уверена, что даже в глазах своих крыс, именно поэтому они и покинули тонущий корабль, бросив тебя на произвол судьбы! -У тебя скоро будет отличная возможность не смотреть на меня, – Гусаков нажал на курок, но Настя успела вовремя пригнуться, и пуля пролетела над плечом девушки, не задев её. -Что ты делаешь? – заорала на него Елена. – Чёрт возьми, остановись! Хватит, оставь её! Слышишь?! -Не ввязывайтесь! – взмолилась Настя, не желая смотреть, как Воскобоева умирает. Только не она, только не сегодня. Люди не должны умирать из-за неё. Настя это знала, поэтому и пыталась предотвратить трагедию. – Прошу вас! Я разберусь! -Он убьёт нас, Настя, если я не вмешаюсь. Как ты этого не понимаешь? -Вы ничего не сможете сделать! – на одном дыхании выпалила Настя, не зная, как ещё заставить Елену покинуть это поле боя. Она знала, что Гусаков убьёт их обеих, но также знала, что смерть Елены себе ни за что не простит. Внезапно в её голове яркой вспышкой сверкнула идея. – Но, кажется, вместе мы кое-что сможем. Встаньте рядом со мной. Быстрее! – командовала Настя, потому что пальцы Александра, опережая осознание действий своего хозяина, уже готовились нажать на курок. Елена сделала так, как сказала Настя. -Теперь дайте мне руку. Елена выполнила и эту просьбу. Через несколько секунд их пальцы переплелись, и Настя подняла их руки, вытягивая их вперёд. Это выглядело странно, и Елена удивлённо посмотрела на неё, словно задавая безмолвный вопрос, но не получила ответа. -Что мы делаем, Настя? Как это поможет нам выжить? -Сосредоточьтесь… – Настя на миг прикрыла глаза, прислушиваясь к внутреннему голосу. Она смутно помнила, как где-то читала о чём-то подобном, это и подсказало ей, что нужно делать. – Просто сосредоточьтесь на том, чтобы он потерял силы… -Но… -Просто делайте так, как я говорю, – сказала Настя, и Елена кивнула. Настя сосредоточилась на Александре, пропуская каждую эмоцию через себя. Она вспомнила всё, что связывало их в прошлом, вспомнила, как любила его и называла папой. Вспомнила, а потом перерезала эту нить. Ей больше ничего не мешало, ведь перед ней стоял совершенно чужой человек, который угрожал ей и её семье, и она должна была что-то сделать ради счастья своих близких. Ради того, чтобы они жили. Пистолет упал на пол из его рук, а сам Гусаков схватился за горло. Настя смотрела на него, не прерывая зрительного контакта, и представляла, как он теряет все свои силы и становится не более, чем просто оболочкой поверх мяса и костей. Она знала, что победит, она уже победила. Ей хотелось смеяться, но незаконченное дело требовало концентрации, и она продолжала с улыбкой смотреть в его глаза, в которых был написан ужас. Он боялся её. Он знал, что проигрывает девчонке снова. -Что ты делаешь? – прохрипел он. – Я не могу… боже, я не могу шевелиться. Мне трудно дышать, что ты делаешь?! – заорал он, как бешеный, уставившись на Настю, но она продолжала улыбаться, зная, что для победы нужно быть сильной. Нельзя позволять себе слабость, иначе она обернётся против тебя. И она не позволяла. -Когда закончу – узнаешь! – огрызнулась девушка. Какое-то внутреннее чувство подсказывало ей, что нужно делать. Она пропускала через себя все чувства и эмоции. Боль, горе, отчаяние, ненависть, презрение. Этот человек сломал жизнь её близким. Через минуту она опустила свою руку вместе с рукой Елены вниз. Пистолет, прокатившись по полу, остановился у её ног. Девушка нагнулась и подняла его. -Готово, – сообщила она спокойно. Гусаков дёргался на полу, крича ей проклятья, но она не переставала улыбаться. Желая стереть эту раздражающую улыбку с её лица, он, стоя на коленях, выставил вперёд руку, но ничего не произошло. Магия покинула Александра Гусакова. -Что за чёрт?! – прошипел он. – Что… -Тебе это больше не понадобится, – Настя смеялась, ведь она справилась. Она выжила. Она спасла жизнь Елене, и теперь никто не умрёт из-за Гусакова. Хотя бы сегодня. Хотя бы сейчас. – Пригласи сюда побольше таких гадов, как ты, и я уничтожу их всех, – пообещала девушка своему врагу. – Я сделаю всё, чтобы их уничтожить.