Мемориал

Алиса толкнула дверь кафе, в котором её ждал Никита Самойлов, и свернула зонтик. Ничто, казалось, не предвещало дождя сегодня, как и звонка Самойлова, но они оба её удивили. Погода была ужасная, но Никита не пожелал отменить встречу, и поэтому Алиса, боясь спугнуть свою удачу и вооружившись зонтиком, пришла на свидание. Несмотря на то, что она идёт на встречу с любовью всей своей жизни, девушка была настроена довольно холодно и собиралась выяснить, в чём заключается подвох. Никита встретил её осторожной улыбкой, какой никогда не встречал раньше. Чаще всего он просто делал вид, что она – пустое место, в лучшем случае – говорил что-то обидное. -Я здесь, – присев за столик, сообщила она. – Итак, что тебе надо? -Здравствуй, Элис, – кивнул он, наблюдая, как она смахивает капли дождя со своего зонтика. – Я мог бы объяснить, но боюсь, что это очень сложно. -Тебе придётся сократить свою речь до минимума, поскольку я тороплюсь, – холодно произнесла девушка, вместе с тем радуясь, что они хотя бы могут разговаривать. -В дождливый вечер? – он протянул руку и дотронулся до её руки, немного холодной после улицы. Она попыталась высвободиться, но не вышло. Он тут же положил сверху вторую руку. -В дождливый вечер, едва ли… – ответил за девушку Никита. – С каких пор тебя не радует моя компания, Элис? Алиса пожала плечами. -Наверное, с тех пор, как я перестала ждать от людей чего-то хорошего. В том числе и от тебя. -Но мы ведь свои люди, – хмыкнул Самойлов. -Свои?! Ничего подобного! -У тебя так глаза горят, – рассмеялся парень, внимательно наблюдая за каждым её движением, – как будто ты меня сейчас убьёшь. Слушай, Элис, – он наклонился вперёд и зашептал: – Я многое знаю о твоём прошлом, в том числе и то, что ты работала на Чёрную Принцессу. Ну и каково это – быть слугой этой вконец обезумевшей девчонки? Что она такого предлагала тебе, что ты перешла на сторону зла? -Пусти! – Алиса всё ещё пыталась выдернуть руку. Она не имела желания возвращаться в своё прошлое, которым совсем не гордилась. Какими бы мотивами ни руководствовался Самойлов, она чувствовала, что он замышляет что-то нехорошее. -Не пущу, пока не услышу ответ, – как и ожидалось, он был готов на всё ради продолжения своих игр. И Алиса меньше всего хотела принимать в этом участие. -Ты за этим сюда пришёл? Чтобы растоптать меня? -Нет. Я пришёл, чтобы услышать правду. -Какую из? Она смотрела в его глаза, пытаясь найти ответ на единственный вопрос: что ему нужно? Да, некоторые люди умели удивлять, но она не верила, что этот парень назначил встречу, чтобы увидеть её. Скорее всего, он добивается, чтобы она снова сыграла в грязную игру под названием «вспомни, кем ты была рядом с Принцессой». -Люди быстро забыли, кто ты такая, – между тем размышлял парень, – и я мог бы посодействовать тому, чтобы газеты снова начали писать о тебе, а в интернете появилось как можно больше статей о крысе Принцессы. Печальный конец, не так ли? -Чего ты добиваешься? – устало выдохнула Алиса, понимая, что умолять его о чём-то у неё совершенно нет сил. – Давай наконец во всём разберёмся? -Не в чем разбираться. Я пытаюсь добиться от тебя правды. Этой правды, – он сделал упор на первое слово. И пока Алиса пребывала в растерянности, пытаясь решить, как себя вести, Никита уже доставал из сумки какую-то папку. И как только девушка её увидела, у неё появилось нехорошее предчувствие. -Откуда это у тебя? – еле слышно спросила девушка, заметив на папке надпись: «Воробьёва Алиса Андреевна, г.р. 1996». – Ты же не хочешь сказать, что… Он усмехнулся, но ничего не ответил. -Откуда?! – Алиса начинала раздражаться, хотя, больше – паниковать. – Где ты её взял? Молчание. -У кого ты это украл?! У кого?! – казалось, ещё немного – и у девушки начнётся истерика. Молчание. -Отвечай! Усмешка. -Я спрашиваю, где ты отрыл эту папку?! Жаль, что она понятия не имела, что внутри. А он неожиданно рассмеялся, громко и с удовольствием. Так, что в горле у бедной девушки защипало, и ей захотелось заплакать. Больше всего на свете она жалела, что однажды влюбилась в него, и теперь ей хотелось вырвать эту любовь ногтями из своего сердца и выбросить вон. Наконец он, отсмеявшись, продолжил говорить: -Ты этого не ожидала, верно? Но зря. Никки сделает для меня всё. Никки. Алиса напрягла память, пытаясь вспомнить, откуда ей знакомо это имя. -Кто это? Очередное твоё развлечение? -Не очередное, а самое лучшее. Она сделает всё, что нужно мне, – он улыбнулся, видимо, подогреваемый тёплыми воспоминаниями. – Именно благодаря ей я получил эту папку. Алиса нахмурилась. Их диалог наконец-то сдвинулся с мёртвой точки и обрёл хоть какой-то смысл. -Отлично. А откуда её взяла твоя подружка? -Мне гораздо важнее результат. Если ты, конечно, понимаешь, о чём я. Алисе хотелось вскочить на ноги и перевернуть тут всё вверх дном с криками: «да прекрати ты весь этот цирк!», но она не могла сдвинуться с места. Сидела, как приклеенная, думая, что ошибаться в людях – это уже как устоявшаяся традиция, от которой так просто не избавиться. Как красные пятна на белой скатерти, как плесень на когда-то свежем фрукте. -Зачем тебе это нужно? – спросила она так тихо, что, казалось, и сама не услышала. Ей был важен мотив, ведь Никита Самойлов столько лет не разговаривал с ней и не проявлял внимания, а тут вдруг решил сыграть по совершенно другим правилам, изменив всем своим принципам и решив попробовать что-то новенькое. Но вот ради каких целей? Алиса даже мысли не допускала о том, что он всё-таки влюбился, потому что знала: как бы ей ни хотелось этого, отворачиваться от здравого смысла всё же не стоит. Это только приведёт к новым разочарованиям. -Ты всё ещё не понимаешь? – он выглядел удивлённым, но не было ли это очередным блефом? – Я хочу знать всё о людях из моего окружения, а ты постоянно путаешься под ногами. Её тут же волной захлестнуло возмущение, перерастающее в желание бросить ему в лоб стаканом. Как он может так о ней говорить? Как о каком-то мусоре. -Я не путаюсь у тебя под ногами! – прошипела Алиса, как стадо рассерженных кошек. – Ты мне не нужен! -Интересно, а почему ты тогда пришла сюда? – небрежно бросил Самойлов. – Если я тебя не интересую. Алиса закусила губу, собираясь ответить, как вдруг поняла, что достойного ответа у неё нет. Но ей нужно было срочно что-то придумать, чтобы не выдать себя, поэтому в ту же секунду её мозг заработал ещё быстрее, чем работает мозг человека, которому нужно за пятнадцать минут прибрать квартиру после пьянки к приходу родителей. Никита в это время нервно постукивал пальцами по столу, но с ответом девушку не торопил. То ли прекрасно знал правду и растягивал удовольствие, то ли просто не хотел проводить время в одиночестве. И если Алиса и могла поверить в последнее, то с большим трудом. Для неё оставалась загадкой причина, по которой он позвонил и попросил о встрече. Однако, у девушки всё же были варианты, и, перебирая их, она всё больше и больше с каждым разом склонялась к тому, что он хочет испортить её жизнь, когда она наконец наладилась. -Мне грозил скучный вечер в полном одиночестве, поэтому я решил прийти сюда и посмотреть, что ты мне скажешь. Вернее, послушать. Ну, ты меня поняла. -А как же твоя Никки? – хмыкнула Алиса, поймав себя на мысли, что ревнует. Но Самойлов ни в коем случае не должен узнать об этом. – Почему она не развлекла тебя? -Ну, видимо, её судьба – развлекать кого-то другого в этот вечер. А что насчёт тебя? Почему пришла ты? Алиса открыла рот, но ни произнесла ни слова, поскольку ответ ещё не был готов. Не та правда, которая показала бы её жалкой, а более удобный и выгодный вариант, который позволил бы ей выйти победительницей с гордо поднятой головой? Но вот только почему мысли никак не шли? В голове была пустота. Почему девушка растворялась в этих глазах, которые были напротив, и казалось, что чуть-чуть улыбались? Ожидая уже заранее известного ответа и зная, что она – снегурочка, которая в любой момент готова растаять от одного только его голоса. «Нет, замолчи!» – мысленно сказала она самой себе, и эта мысль подействовала отрезвляюще. -Знаешь, мне тоже было скучно. Даже ещё скучнее, чем тебе. Только поэтому я и пришла. У меня нет даже воображаемой Никки, способной скрасить моё одиночество. -Серьёзно, Элис? – он улыбнулся улыбкой «я тебе не верю». – Тебе было так скучно? -Что ты хочешь слышать? -Правду. Потому что всё, что ты сейчас несёшь – полнейший бред. Тебе есть, с кем провести время – с отцом, сестрой, ну или, в конце концов, пообщаться с интернет-друзьями, которых у тебя достаточно. Или с реальными, что даже лучше. Есть Настя Гусакова, запутанная жизнь которой никого не заставит скучать, и есть Саша Мартынов, который любит менять девушек, как перчатки. Кстати, это одна из грубейших ошибок бывших девственников – сразу бросаться в омут с головой и пытаться перетрахать всё, что движется. Но меня больше интересует, что у него с Еленой. Слышал, там было жарко. -Разумеется, – сквозь зубы ответила Алисы, – ведь она пыталась его убить. -И не только его, – улыбнулся Никита. Кажется, ему доставляло удовольствие обсуждать склонных к убийствам людей. – Я считаю себя хорошо информированным, так что с лёгкостью могу сказать, что Елена – тот самый вампир, убивший несколько школьников в этом году. Так ведь? Алиса понятия не имела, откуда ему может быть это известно, но решила не спрашивать. В конце концов, ходившие слухи с лёгкостью могли дойти и до Самойлова, это же не до Южной Кореи или даже Владивостока. -Да, – кивнула девушка, понимая, что отрицать очевидное – глупо. -А ею можно восхищаться, – протянул Никита, внимательно следя за эмоциями на лице своей собеседницы. – У этой девушки отличный потенциал. -Что в этом хорошего? – фыркнула Алиса. Ей казалось, Самойлов просто хочет её спровоцировать. На признание, на какую-то глупость, на что угодно. Потому что это в его стиле. И, пожалуй, не стоит ждать от него чего-то другого. – Она убийца. -И это опять возвращает нас к твоему прошлому, – мило улыбнулся Никита, положив руку на папку. Папку, которую пока что не открыл. И именно тогда Алиса поняла: этот разговор будет долгим. Разговор длиною в вечность. Разговор, возможный финал которого – встреча двух чужих душ.

***

С самого утра Кэтрин Хайс пребывала в отвратительном настроении. В восемь часов вечера она, разобравшись с делами, расположилась на диване с бокалом мартини в руках, погружённая в свои мысли. В последнее время алкоголь играл роль хорошего утешения, поэтому пить она стала гораздо чаще, пусть и в небольших количествах. Её подруга, Мелисса Мерт, была не в восторге от настроения Кэтрин, поэтому твёрдо решила положить всему этому конец. Она решительным шагом вошла в гостиную, пытаясь оценить обстановку. Кэтрин сидела на диване, держа в одной руке бокал, а в другой – книгу. Усмехнувшись при виде данного сочетания, Мелисса приблизилась к подруге. -Слушай, – вздохнула она. – Кэт, за что ты так злишься на меня? Что я тебе сделала? В последние дни подруги стали реже общаться. Если между ними и случался какой-то разговор, то они просто перекидывались несколькими словами или фразами. Кэтрин больше не делилась планами по расправе с двойником, а Мелисса не выражала сомнений насчёт новости, что их давняя подруга Кира Хартман может быть живой. Хайс подняла голову, одарив подругу ядовитой усмешкой. -Я просто действительно работаю, в отличие от некоторых. -Ты что, решила решить все свои проблемы сразу? – не отставала от подруги Мелисса. Ей безумно не хватало общения, поэтому она была согласна даже на ссору с Кэтрин. -Были времена, когда мы были неразлучны, вспомни. Нам не нужно было доказывать что-то друг другу, а теперь ты не веришь, когда я говорю, что Кира может быть жива. -Кэтрин, я просто не хочу тешить себя ложными надеждами. Были моменты, когда я соглашалась с тобой, но мне было проще подыграть тебе, поэтому это я и делала. -Но если бы ты точно была уверена, – прищурившись, произнесла Кэтрин, – что она жива, ты бы приложила все усилия, чтобы её вернуть. Тебе кажется, что мы до сих пор друзья, но знаешь, Мелисса: некоторые вещи должны оставаться в прошлом, как и люди. Мелисса вздохнула, глядя в упрямое лицо Кэтрин. То, что двойник Насти до сих пор испытывает неприязнь к Кире Хартман, было понятно без слов. Это было чем-то бо́льшим, чем-то, что просто так не остановить: таёжным пожаром, охватывающим несколько сотен или тысяч километров; или огромной волной цунами, накрывающей и стирающей с лица земли целые города. -Ты зря говоришь это, Кэтрин. Кира – почти наша семья. Если бы мы узнали, что она жива, нашей обязанностью было бы вернуть её домой. -У неё нет дома, Мелисса, – Кэтрин скрипнула зубами. – Здесь она была бы не более чем гостьей. Да и то, знаешь, я никогда не буду рада пустить её на свой порог. -Ладно, – Мелисса хлопнула в ладоши, решив, что Кэтрин пока ещё просто не готова поменять отношение к своей умершей подруге. – У нас сейчас есть и другие проблемы. Настя, да и твоя сестра тоже. -Кстати, о них. Я стараюсь держать это под контролем. -Интересно, и как же? – в глазах Мелиссы было столько недоверия, что Кэтрин невольно закатила глаза. Делиться своим планом насчёт Насти она не собиралась, придерживаясь мнения, что таким образом ничего не сможет выйти из-под контроля. -Совсем скоро мы сможем приступить к ритуалу, – обнадёжила она Мелиссу, и то только потому, что они сходились во всём, что касалось Катрин. – Я узнала, что сделать мою сестру обратно человеком не получится, и ты помнишь моё условие? -Какое из? – Мелисса терялась в догадках. -Что она либо в итоге будет человеком, либо умрёт вампиром. Поэтому я хочу, чтобы ты позвонила этой девушке и попросила у неё яд, – Кэтрин улыбнулась, протянув подруге листок, сложенный пополам. Мелисса взяла его и развернула, надеясь найти там какое-то большее объяснение, чем просто имя на чистом листе. -Диана Смарт? – с удивлением переспросила она, наконец оторвавшись от листа, который сканировала взглядом несколько минут. – Кэт, ты серьёзно? И зачем тебе яд? Убить вампира можно и другим способом, не прибегая к помощи посторонних свидетелей. -Не глупи! – Кэтрин Хайс на мгновение поднялась с дивана, чтобы выдернуть листок из рук Мелиссы. – Эта девушка ввела яд в организм Соньки Гусаковой, которая тоже является вампиром. От этого яда не существует никакого противоядия, поэтому он всё сделает за меня. Всё, что мне останется – это с удовольствием смотреть, как моя ненаглядная, горячо любимая мною сестра проживает свои последние месяцы. Это зрелище будет ещё приятней, чем просмотр спектакля в лучшем театре мира. -Но зачем? – кажется, Мелисса сомневалась в правильности принятого подругой решения. Кажется, в её мелкой душонке затаились остатки былого сострадания. -Мы говорили об этом! – повысила голос Кэтрин. -Да, но… -Господи, какие могут быть «но»? Что за муха тебя укусила? Ещё вчера ты была согласна с моим планом, а теперь выясняется, что ты чуть ли не против? -Нет, я не отговариваю тебя от твоего замысла. Я лишь подвожу всё к одному вопросу: не легче ли сразу убить Катрин, чем с помощью яда, а потом несколько месяцев видеть её живой? -О, да что ты понимаешь! – воскликнула Кэтрин, добавляя себе ещё мартини. Не достигнуть своих целей она боялась больше, чем грозящего ей алкоголизма. -Ты рехнулась?! – Мелисса, как кошка, быстро прыгнула вперёд, хватая со стола бутылку. – Хватит пить. Это не приведёт ни к чему хорошему. -Всё хорошее, что мне нужно, я почти получила. Не стоит жалеть мою сестру, наверняка она убила многих, будучи вампиром. Так что если ты действительно хочешь мне чем-то помочь – назначь встречу Смарт и получи яд как можно скорее. -Теперь я понимаю, почему у вас с Кирой были разногласия, – покачала головой Мелисса. – Вернее, почему она не воспринимала тебя всерьёз и считала, что ты действуешь слишком жёстко. Это было хорошо видно, когда она смотрела на тебя. -Неужели? – голос Кэтрин звучал довольно холодно. – Знаешь, мне абсолютно плевать, как она смотрела на меня. Она мне никто. И ты сделаешь так, как хочу я, потому что у меня есть рычаги давления. У меня имеется одна видеозапись, которая показывает, как плохо поступили вы с Кирой с той девушкой. Что стало с ней, Мелисса? Я слышала, Сара Крент скончалась в больнице. Этого хватит, чтобы засадить тебя в тюрьму. Мелисса внезапно побледнела, что-то вспомнив. Теперь её кожу можно было сравнивать со снеговиком – настолько бледной она была. Она покачнулась, но каким-то чудом удержалась на ногах. Знать, что её судьба зависит от Кэтрин – не самое приятное известие. И она отлично знала, что хитрая Хайс не блефует, потому что то, что произошло в прошлом… действительно произошло. Мелисса много раз вспоминала об этом и мучилась, но Кира Хартман заглушила голос её совести, заставив подругу поверить, что это была не их вина. Но кто мог знать, что есть вещи пострашнее прорезавшегося голоса совести? И хуже всего, когда в дело вмешивается кто-то, кто может потопить тебя одним только словом. Или видео. -Я надеюсь получить свой яд не позднее завтрашнего дня, – предупредила Кэтрин и снова погрузилась в чтение. Хотя, как подозревала Мелисса, книга её совсем не интересовала.

***

Настя пыталась вникнуть в происходящее. Ей казалось, что нужно что-то предпринять, только она не знала, что именно. Разговор с Хейли подтолкнул её к мысли, что нужно действовать, нужно сделать хоть что-то, иначе Елена и дальше будет позволять себе творить всё, что придёт ей в голову. Саша был уязвим больше других, ведь он забрал у Брант кольцо, которое делало её нахождение под солнцем безопасным. Но теперь, когда необходимую вещь забрал парень, которого она изо всех сил пыталась влюбить в себя, она была в бешенстве. Настя была уверена, что Елена сделает всё, чтобы не только вернуть своё кольцо, но и сполна отомстить обидчику за унижение. И вряд ли она остановится только потому, что у неё есть чувства к нему. Не выдержав съедающего её беспокойства за лучшего друга, Настя набрала номер Саши. -Привет. Что-то случилось? – голос Мартынова был слегка встревоженным. -Нет, у меня всё в порядке, – ответила девушка. – Я просто хотела узнать, как ты. -О чём ты? -Саша, Елена рано или поздно придёт за тобой, – напомнила другу Настя. – А ты сделал всё для того, чтобы у неё был повод убить тебя. -Послушай, Настя, ты слишком много на себя берёшь, – после недолгого молчания произнёс Саша, – а потом не справляешься с этой ношей. Я не хочу с тобой ругаться, пойми, просто считаю нужным донести до тебя, что со своими проблемами я могу разобраться сам. Мне не нужно, чтобы вы все меня опекали, будто я ваш сын. -Саша, я беспокоюсь! – воскликнула в трубку Настя. – И кто же ещё такой же идиот, как и я? -Анджелина Джонсон. -Зачем она тебе звонила? – спросила Настя, предчувствуя очередную драму, потому что именно так обычно заканчивался каждый их разговор. У обоих были какие-то чувства к друг другу, но также у них были и обиды, которые мешали им двигаться дальше вместе и забыть всё плохое. -Если бы я знал. Звонила мне, закатывала истерики, предлагала свою помощь. Не пойму только, на кой чёрт она мне сдалась. -И ты отказался? -Мне не нужна ничья помощь, Настя. Тем более её. Настя вздохнула. В этом был весь Саша. Что бы ни случилось, особенно если грозила какая-нибудь опасность, он постоянно упрямился и отказывался принимать чью-либо помощь. Вот только проблема была в том, что он не всегда мог обойтись без помощи. -У меня есть счёты с Еленой, – напомнил подруге Саша, – так что мне в любом случае придётся решить эту проблему. -Но не с её кольцом в кармане, Саша! – Настя безумно волновалась за друга и не могла скрывать это волнение, резко переходящее в отчаяние. Ей хотелось вразумить друга, чтобы он хотя бы не отказывался от помощи, если не хочет оставить Елену в покое. -Послушай, я разберусь, – вздохнул он и, попрощавшись, повесил трубку. Настя не стала перезванивать, зная, что из этого ничего хорошего не выйдет, а ссориться с другом она не хотела. Для неё много значила их дружба, поэтому она решила пока не давить на Сашу. Анджелина уже пыталась это сделать, чем ещё больше отдалила его от себя, и Настя решила, что не повторит её ошибку. Немного помедлив и взвесив всё, что было на обоих чашах весов в её голове, она набрала номер, который уже давно присутствовал в её журнале вызовов. -Да, я слушаю, – прозвучал в трубке голос Дианы Смарт. -Привет. Это Настя Гусакова. Нам нужно встретиться. -Без проблем, – ответила Диана и бросила тревожный взгляд на девушку, расположившуюся на её диване. Та сделала движение головой, которое было истолковано правильно. -Подожди, я не смогу сегодня, – поправила себя Диана. – Давай перенесём нашу встречу на завтра? – и тут же получила поощрительный кивок. -Хорошо, – согласилась Настя, смирившись с тем, что сегодня снова будет не тот день, когда ей удастся решить проблему. Откуда она могла знать, кто сидит в гостиной Смарт? -Я всё правильно сделала? – спросила Диана после того, как повесила трубку. -Конечно. Ты умница, – поднялась с дивана Мелисса Мерт. – Кэтрин Хайс будет рада получить свой заказ уже сегодня. -Зачем вам нужен яд? -Мы – твой клиенты. Не так ли, Ди? Не важно, зачем нам нужен этот яд, более важно то, какие деньги я тебе заплатила за это. Так что не подводи меня. -Вы ведь собираетесь убить вампира? – решилась спросить Смарт, хоть и понимала, что безопасней всего будет держать рот на замке. -Разумеется, – голос Мелиссы звучал особенно жёстко, заставив её собеседницу пожалеть о вопросе, который был задан вслух. -Может, не стоит этого делать? – неуверенно прошептала Диана. Она знала, что совершила огромную ошибку, будучи под влиянием Елены, и теперь хотела переубедить Мелиссу. -Это тебя не касается. Делай свою работу, об остальном позабочусь я. -Но… -Когда Настя Гусакова встретится с тобой, ты ни единым словом не обмолвишься об этом яде и о нашем с тобой разговоре. Что бы она ни спрашивала и какие бы аргументы ни приводила, ты не должна ничего ей говорить. Понимаешь? -Я не обязана плясать под твою дудку, – выдохнула Диана, но лишь до тех пор, пока холодная рука Мелиссы не сомкнулась на её горле, мешая дышать. -Нет? – с издёвкой спросила Мерт, и её лицо приняло угрожающее выражение. – Я знаю, что может заставить тебя молчать, и ты знаешь тоже. Мне известно, что ты сделала с сестрой Гусаковой, и это дело может получить неплохую огласку. Бедная Диана задержала дыхание, отсчитывая секунды. Её мозг разрывался, не зная, какое решение принять: поступить правильно или спасти себе жизнь? И вряд ли её можно было упрекать за то, что, барахтаясь на краю обморока и понимая, что в этой игре она не победит, девушка всё же решила позаботиться о себе. Поэтому когда пальцы Мелиссы наконец разжались, Диане пришлось пообещать: -Хорошо, я ничего не скажу. И она знала, что ей не стоит забывать о своём обещании.