Аромат ванили

      Вики задумчиво пожёвывала травинку, наблюдая за медленно плывущими по небу облаками. Она сидела на большом мраморном камне, раскинув крылья, и наслаждалась тёплым дуновением ветра, ласкающим новые черные перья.       Непризнанные отправились на выполнение своих заданий, и город опустел, лишённый шума и оживлённых звонких голосов.       Ости опаздывала. Настолько, что Вики представила, как демоница посылает Фенцио прямиком в Ад вместе с его заданием, не собираясь возиться с-какой-то-там-жалкой-Уокер.       Лёгкое дуновение ветра принесло с собой знакомый запах. Частички энергии, подхваченные колебанием воздуха, принадлежали Ости. Горькие, как настоящий чёрный шоколад, они приобрели иные оттенки, тая на кончике языка сладко-солёной карамелью.       Ости гневно смахнула обжигающую слезу со щеки. Она стыдилась своей слабости. Слёзы жгли ей горло, но демоница стиснула зубы, пытаясь удержать боль и ярость, что опаляла неистовым пламенем.       Она давно потеряла себя, позволив чувствам опустошить душу. Любовь к Люциферу стала её слабостью. От бессилия хотелось взвыть, дабы выразить всю накопленную боль, что разрывала сердце на части. Руки невольно сжались, и демоница почувствовала, как острые ногти впиваются в кожу, оставляя на ней свой след. Она — дочь демона, что вынуждена с рождения держать лицо и быть сильной. И, все же, гордая и независимая, она проиграла.       Подумать только, какая-то-там-Уокер смотрела на неё с сочувствием. Неприкрытая, обнажённая жалость, застывшая в серых глазах, пробуждала в душе демоницы гнев. Ости злилась на эмоции жалкой непризнанной, словно её сострадание было величайшим оскорблением для чистокровного демона.       Хотелось схватить её за плечи и хорошенько встряхнуть.       Ничего ты не знаешь, Уокер. Ни-че-го.       Ости всецело отдалась во власть растущего чувства ненависти, что зародилось в её душе. Ненавидеть кого-то всегда проще. Она смотрела на Уокер и видела перед собой причину всех своих злоключений.       Вики приняла опрометчивое решение: она спрыгнула и, сложив за спиной крылья, сделала шаг навстречу демонице. Этого оказалось достаточно, дабы гнев и отчаяние сплелись воедино и вырвались наружу клубком тщательно спрятанных, сокрытых эмоций. Голос сорвался на крик, обнажая её истинную, надломленную и уничтоженную.       — Почему? Почему он защищает такое ничтожество, как ты?!       — Н-не понимаю, о чём ты.       Её голос звучал так тихо и удивлённо, что Ости захотелось рассмеяться. Великолепная игра в святую невинность.       — Не строй из себя дуру, Уокер. Люцифер защищает тебя. Тебя, убогая!       Её соперница сделала шаг назад и наткнулась на холодную, каменную стену. Лишённая всех путей к отступлению, Вики не сводила испуганного взора, читая в глазах демоницы полыхающую живую ненависть. Ости хищно улыбнулась, упиваясь страхом, что застыл в расширенных зрачках.       — Что между вами? Отвечай же немедленно!       Ползучий липкий страх парализовал сознание, лишая дара речи. Уокер жадно глотала ртом воздух, пытаясь произнести хоть слово. Ни единого звука. Безмолвная тишина и невидимый ком, что образовался в горле, перекрывая кислород. Острое, растущее чувство паники захлестнуло Вики, пробудив давно забытую, сокрытую защитную реакцию. И в этот раз она сыграла против неё.       Уокер рассмеялась. Громко и нервно, подливая масла в пылающий огонь. Ости схватила Вики за хрупкие плечи, прижимая к полуразрушенной стене. Она попыталась увернуться, но попытка воспротивиться воздействию не увенчалась успехом. Демоница заглянула в серые глаза, ломая слабое, хрупкое сопротивление и проникая сквозь барьеры памяти. Ости вырывала из глубин души каждое воспоминание, что хоть косвенно было связано с именем Люцифера. Обнажая одно за другим, она нашла, что искала.       Среди обрывков укрытых в памяти событий она увидела платок со знакомыми ей инициалами. Люцифер склонился над лицом непризнанной, осторожно стирая с её лица кровь. Ости видела во взгляде алых глаз иные, незнакомые ей чувства. Он смотрел на Уокер иначе. Сердце болезненно заныло, рождая очередную вспышку жгучей душевной боли и немого отчаяния.       Горячие слёзы брызнули из глаз Уокер. Проникновение в воспоминания причинило ей боль. Физическая и невозможная, она разрывала сознание, наполняя собой каждую клеточку тела. Вики замотала головой, предпринимая очередную попытку вырваться. Ости потеряла концентрацию лишь на мгновение, но его оказалось достаточно. Уокер вновь подняла взгляд, заглядывая в зелёные глаза и чувствуя, как мир вновь искажается.       Воспоминание, окутанное белой туманной дымкой, было едва видимым и ощутимым. Но достаточно весомым, дабы пролить свет на происходящее.       Его голос, обращённый к ней, звучит холодно и равнодушно. Это не вопрос, это утверждение. Отданный приказ, не терпящий неповиновения.       — Ты не тронешь Уокер даже пальцем.       Горячие, обжигающие слёзы катятся по её щекам, и демоница вытирает их ладонями, не в силах справиться с мелкой дрожью, что сотрясает тело.       — Почему ты на её стороне? Кто она для тебя?       Люцифер лишь пожимает плечами, вальяжно засовывая руки в карманы брюк.       — Я предупредил тебя.       Он разворачивается и уходит, оставляя повисший в воздухе вопрос открытым. Но молчание красноречивее любых слов.       — Не смей лезть мне в голову, подлая, лживая сука! — воспоминание прервалось, отдаваясь мучительной, болезненной вспышкой. Ости занесла руку, не контролируя слепую ярость. Звонкая пощёчина обожгла щёку, светлые волосы взметнулись в сторону. Вики поднесла руку к губе, чувствуя на языке металлический привкус. Уокер посмотрела на дрожащие пальцы и увидела на них кровь. Она подняла непонимающий взгляд, заглядывая в пылающие ненавистью глаза и задаваясь только одним вопросом.       За что?       — Маленькая дрянь! Я думала, ты извлекла урок. В следующий раз я буду действовать более радикально.       Слова не возымели желаемого результата. Вики вытерла кровь с губы, одарив демоницу непонимающим взором.       — Daemonium desiderio, — Ости соизволила снизойти до объяснений, полагая, что сладкая месть стоит подобного унижения. — Бедный Энди оказался совсем неустойчив к воздействию. Ко всему прочему, ты должна быть мне благодарна. Кто может возжелать тебя такую, пребывая в трезвом рассудке?       Она брезгливо поморщилась, окинув Уокер презрительным взглядом. Вики закрыла глаза, чувствуя нарастающую пульсирующую боль в висках. Она не понимала ни единого слова из произнесённых, однако они пробуждали смутные, затуманенные образы, что проносились перед глазами, сменяя один за другим.       Обрывки слов в полном полумраке. Так хочется пить, и глаза не различают света.       — Энди, что происходит? Что со мной?       — Тише, Вики, всё будет хорошо. Пошли.       — Нет. Пожалуйста, нет. Я не хочу идти с тобой.       Желанный знакомый голос врывается в воспалённое сознание, вырывая её из лап обволакивающей непроглядной тьмы.       — Иди ко мне.       Шаг, ещё один, что стоит титанических усилий. Сильные руки привлекают её к себе, а большие черные крылья смыкаются на плечах, укрывая от всех существующих страхов и обещая заветный покой. Знакомый запах, шёлковая ткань. Пальцы вновь скользят к чёрным крыльям, помня тактильно тот самый шрам у их основания.       — Он… прикасался к тебе? Сделал то, чего ты не хотела?       — Нет.       Этот ответ успокоил лихорадочно бьющееся сердце. Вики открыла глаза, задаваясь вопросом, что же это — воспоминание, сон или наваждение?       Ости насторожилась. Она почувствовала изменение энергии. Лёгкая и невесомая, она стала слаще и гуще, обволакивая и наполняя собой воздух. Вывод выбил почву из-под ног, пронесшись в голове болезненным осознанием.       Влюблена.       Уокер влюблена.       — О ком ты думаешь? Кто он?!       Вики увидела ярость и намерение причинить боль. Несоизмеримую, чудовищную, дикую.       — Не подходи. Не подходи, иначе я за себя не ручаюсь! — она предупредительно вскинула руку и отступила назад. — Больше ты не причинишь мне вред.       Ости вдруг замерла, до боли стиснув зубы. Её глаза вспыхнули алым огнём, мгновенно меняя цвет. Лицо исказила вспышка адской невыразимой боли. Она попыталась сделать шаг, но пошатнулась и ударилась о каменную колонну. С крыльев сорвалось несколько чёрных перьев, облако пыли осыпалось вниз. Она обхватила голову руками, замотав ею. Слабый стон сорвался с губ, преисполненный боли и отчаяния. Из алых глаз полились горячие слезы.       — Ости, что с тобой?       — Уйди, ничтожная!       Вики сделала шаг, намереваясь приблизиться, но Ости взревела. Крылья вздрогнули, сотрясаемые очередной вспышкой мучительной боли.       — Что, наслаждаешься? Наслаждаешься, да?! Все из-за тебя, тварь!       — Я не понимаю…       — Ты знала! Не делай вид, что не читала!       Вручённая ей страница пестрила перед глазами маленькими буквами, как и подобает всем демонским контрактам.

«Et quicumque hanc legem erumpit accipient prolixius iudicium. Multo fortius et retribuetur ei inflicta tormentorum. Ut per poenas ad ædificationem fiant. Monemur, sicut lex est atque incorrupta seruatur.»

      — Это не моя вина, — покачала головой Вики, обняв себя руками. — Ты перешла черту.       — Заткнись! Я же сказала, прочь! Убирайся прочь! — Ости вновь закричала, терзаемая мучительной болью. Не выдержав, Уокер расправила крылья и сделала несколько взмахов, скрываясь среди руин полуразрушенного, забытого Шепфой города.