К истокам

      Делать что-то кропотливо, вкладывать в дело душу — это, могу сказать со всей своей любовью к пиздежу, не было про меня. Хотя бы потому, что частым явлением были замечания иными умудренными жизнью старперами, которым не насчитывалось и семнадцать годиков, о отсутствии этой самой души. Это единственная из всех возможных причин, по которой я до сих пор не ввязывалась в драку, хотя эта причина об этой причине была очень заманчивым поводом… сложно, да?       О чем только я не пыталась думать, пока втыкала уже десятую минуту в рисунок с нелепыми надписями на эльфийском и странными подвешенными шарами. Оных, кстати, у тихо сидящего напротив меня скелета, к несчастью, не было, так что я вообще не понимала, что я тут делаю.       — Че это?       — Физика. Первые темы. Силы тяжести, притяжения… — Санс покосился на меня, думая, что если будет говорить четко и ясно, то мое всегда замутненное сознание неожиданно прояснится. Да и вообще, его слова вылечат весь мой спектр заболеваний.       — Че??? — только моя больная голова имела иммунитет: беспросветное желание троллить всех и всегда, что начисто стирало возможность достучаться до зачатков интеллекта.       Он вздохнул, взглядом спрашивая, правда ли я такая тупая.       — В ньютонах которые. Масса на ускорение свободного падения.       — Умный типа? — «ща зубы выбью», — хотела я добавить, но он резко обвел карандашом абзац, в котором и была формула.       — Я уже почти ничего не помню из классической, но тут все так просто, что даже ты должна знать, — с ленивым нажимом протянул он, глядя мне прямо в глаза.       Я этими глазами похлопала, готовая в очередной раз нести ахинею:       — Скажи мне три заветных слова, — наклонившись, шепчу, плавно представляя себя Анастейшей из оттенков российской раздолбанной в пьяного бомжа дороги.       Закономерно Санс впал в ступор с непривычки. Эх, еще недельку, и это перестанет работать.       — Эм…       Мама вот просто игнорирует или вовсе по лбу дает. Ложкой.       — Еда готова! Жрать! — кричат с кухни, и я изображаю величайший в своей самобытности оргазм.       — Да-а-а, именно эти три слова!       Санс опирается о скулу рукой и бессмысленно пялится в противоположную стену, нахуй отъезжая из этой реальности.

***

      На столе стояла мамина стряпня, на которую я набросилась, как прыгнувший с крыши семнадцатиэтажки на асфальт. В перерывах на прожевать приходилось болтать, чтобы эти двое не нашли какую-нибудь умную тему, превращая свою речь в монолог человека, больного шизофазией, знающего умные экономические термины. Меня не волновало, что я под определение такого человека больше подхожу.       — Вы бы меня хоть пожалели, я вчера с парнем рассталась.       Мама ме-едленно так прекратила жевать мясо и повернула голову на меня. Я ясно видела, как напрягается ее тело, в особенности, лицо:       — И кто это? Сколько вместе? Почему расстались? — широкая дрожащая улыбочка искривила ее обычно пофигистично-усталое лицо.       — Да дноклассник мой! Уже шла третья неделя, а эта паскуда не явилась ни на одно свидание!       — Воу, киддо, не костянись, — я вылью ему этот кипяток с костями на рожу. — Может, у него были причины, — почему-то встал на сторону моего гипотетического парня скелет.       — Ну… наверное, ты прав. Стоило хотя бы сказать, что мы встречаемся? — задумчиво протянул мой голос, пока я уставилась в окно напротив.       Мать резко положила ладонь мне на голову, будто бы хотела ударить, но не смогла.       — Вот есть же в тебе что-то типично женское!       — Ну, не все женщины типично ебанутые. Я одна такая в своем роде, — усмехаюсь и показываю язык, не разрешая сковывать себя рамками стереотипов.       — Упаси Господь от таких же внуков! — воскликнула она и, доев последние крошки с тарелки, встала, поставила ту в раковину, а потом гордо удалилась прочь со скоростью поглощения алкоголя на выходных моими одноклассниками.       — Э, а посуду, что, я опять мою? — скорее риторически, но все так же охуевши спросила я, разводя руками в беспомощности.       — Не опять, а снова, киддо.       Скелета не было на его месте прежде, чем я успела перевести взгляд. Ленивый зад.       Видно, все это мое, в какой-то степени, наказание, хах.       За все то, что я когда-то сделала.       И не только.       Не только я.