Где живут мотыльки...

Всю ночь Лена не сомкнула глаз, и лишь к утру провалилась в полубессознательную дремоту от усталости. Прошедшей ночью девушка обзвонила всех, кто мог дать хоть какую-то информацию о местонахождении Олега, но все оказалось тщетным, и ее захлестнуло глубокое отчаяние. Смольская старательно гнала от себя мысли о том, что случилось худшее,но не думать об этом не получалось. Сквозь сон девушке послышался знакомый голос, Она вскочила, стянув с себя плед и громко позвала мужчину по имени. Но,как оказалось, разбудил Елену работающий телевизор. Вновь опустившись на диван, она тяжело вздохнула, прижавшись затылком к спинке и закрыла глаза. Телефонный звонок заставил блондинку вздрогнуть. Сердце бешено забилось, и онемевшими от волнения пальцами Елена приняла вызов, краем глаза успев заметить мигающую на дисплее надпись: "Олег". -Олег, слава Богу! Где ты? - поднявшись с дивана,выпалила Смольская в трубку, не дожидаясь ответа собеседника. Но вместо родного голоса другой, чужой и незнакомый сообщил, что прошлой ночью Олег Иванович Калинин погиб в результате дорожно-транспортного происшествия. Водитель не справился с управлением, и машина слетела с обледеневшей трассы в кювет. Мужчина на том конце провода говорил что-то еще,однако охваченная ужасом Лена его уже не слышала. Она молча смотрела в стену, сотрясаясь от крупной дрожи, и чувствуя, как стало не хватать воздуха, как тяжело сделать вдох. Выронив мобильник,Смольская сжала руки в кулаки, и ногти впились в кожу. Больно. Девушка чувствовала эту боль. Значит, не приснилось. Сил плакать не было. Слезы тугим комом встали в горле, а от каждого вздоха легкие будто выворачивались. Сев на край дивана, Елена опустила голову,вперившись взглядом в собственные колени, и неожиданно для самой себя вдруг завыла в голос, забившись в рыданиях. Она кричала как обезумевшая, то обвиняя мужа в том, что он оставил ее, то прося у него прощения за всё. Узнавший о трагедии лучший друг покойного Калинина, Максим Эдуардович Стрельцов, приехал поддержать молодую вдову и обнаружил ее обессилевшей и охрипшей от крика. Затащив девушку в ванную, он долго умывал ее холодной водой, чтобы хоть немного отрезвить, потом отпаивал успокоительным, держал в своих объятиях и укачивал, как маленькую девочку. Организацией похорон и поминок тоже пришлось заниматься Стрельцову. У Лены не было на это совсем никаких сил. Телефон не умолкал. Все, кто знал Олега, спешили выразить свои соболезнования. На звонки Смольская почти не отвечала - от банальных фраз и неискреннего выражения скорби, у нее снова начиналась истерика ,сменявшаяся потом абсолютной апатией ко всему. В день похорон, находясь под действием сильных успокоительных, девушка не кричала и не плакала, став безмолвным истуканом. Оцепенение, в котором пребывала Лена, безусловно, уберегло ее от новых душевных потрясений. Последующие дни проходили словно в забытьи. Смольская понемногу свыкалась с обстоятельствами, лишь никак не могла привыкнуть к той женщине с посеревшим лицом, темными кругами под глазами и потухшим взглядом, что смотрела на нее из зеркального отражения, но сил взяться за себя не было. Сдалась, опустила руки. Спрятала фигуру в невзрачные мешковатые вещи, перестала следить за внешностью, вместо привычной укладки наспех собирая волосы в хвост. От безупречного чувства стиля, как и от прежней Лены, ничего не осталось. Работа была единственным спасением, и сразу после того, как депрессия частично отступила, Смольская вернулась в редакцию. На повестке дня была "начинка" для нового выпуска, и на общем собрании активное обсуждение материала длилось достаточно долго. Когда приблизительный план наконец был намечен, все стали расходиться, чтобы приступить к выполнению поставленных задач. -Леночка, задержитесь,-дорогу девушке преградил Красницкий. -Да, Семен Валерьевич, -Лена остановилась, подняв взгляд на начальника. -Леночка, я с Вами поговорить хотел по поводу той статьи. -Я помню, Семен Валерьевич. Сегодня ею займусь,-пообещала журналистка. -Не надо, Елена Владимировна. Можете считать, что никаких указаний на этот счет не было. -В чем дело? -Смольская непонимающе посмотрела на мужчину и нахмурилась. Совсем недавно он едва ли не умолял ее взяться за статью, а теперь делает вид, что ничего не произошло. -Леночка, ну что же мы с Вами, не найдем, чем выпуск наполнить? - голос директора приобрел привычные заискивающие нотки. -Зачем эту чернуху на людей выливать? Мало в городе происшествий? -Семен Валерьевич, я не совсем понимаю Вас. То Вы просите меня во что бы то ни стало найти сенсацию, то вдруг отказываетесь от своей идеи. -Вы были правы насчет уровня желтой прессы. Нам такой пиар совершенно ни к чему. Пусть каждый занимается своим делом. Вы освещали жизнь города, вот и продолжайте освещать. -Хорошо, Семен Валерьевич,-закусив губу, кивнула Смольская. -Вот и замечательно, Леночка. Вот и славно, -удовлетворенно заулыбался Семен Валерьевич и покинул конференц-зал. Так и не найдя причины внезапной перемены настроения руководства, Лена решила все-таки узнать, что именно заставило Красницкого отказаться от публикации материала, поэтому назначила встречу ранее работавшей над "сенсацией" Яне Самойловой, и спустя час с небольшим, уже беседовала с девушкой за столиком в скромной, но уютной кафешке. -Да не знаю я ничего толком,-пожала плечами Яна. -Все, что было известно, в тексте изложила, а с Шелеховой встретиться не успела - вежливо попросили должность освободить. -Что значит, "вежливо попросили" ? - не поняла ее собеседница. -На следующий день после того, как статья оказалась на столе у Красницкого, видимо пришло распоряжение сверху, и Семен Валерьевич предложил тихо и без скандалов написать заявление об уходе. Так что зря ты в это дело вмешиваешься, Ленка. И тебя ведь уберут. -Чепуха какая-то,-усмехнулась Елена. -Такое ощущение, что это не бордель, а преступный клан. -Этот, как ты выразилась, бордель, скорее всего, под началом бандитских морд. И лишняя огласка им плохую службу сослужит. А в тюрьму никому не хочется, -заключила Самойлова, поднимаясь. -Я бы рада тебе помочь,но нечем, могу только совет дать - не лезь в осиное гнездо. Разворошишь - всех затронет. -Понятно, -вздохнула светловолосая девушка. -Спасибо за совет, но я сама уж как-нибудь. -Ну и дура,-небрежно бросила Яна. -Твоего мужа убили, а ты со всякими глупостями, как с писаной торбой скачешь. Смольская напряглась, нервно сжав в ладони салфетку и тяжело выдохнула: -Олег погиб. Это был несчастный случай. -Разуй глаза, Смольская,-напоследок добавила девушка и быстро двинулась к выходу. После неудавшегося разговора с коллегой, Лена вернулась в редакцию. Но ни статья, ни работа ее не интересовали. "Разуй глаза, Смольская",-до сих пор звенело в голове. Дура. Недальновидная дура. Погрузившись в собственные страдания, она даже предположить не могла, что смерть Олега кому-то выгодна, но теперь эта мысль не давала ей покоя. А что, если ее мужа и впрямь убили, и его убийца останется безнаказанным? Нет, это нельзя так оставить. Те, кто забрал жизнь у ее любимого, не должны наслаждаться свободой и чувствовать вседозволенность. -Лена? -окликнула девушку Катя Бояринцева, заметив, что та пребывает в весьма странном состоянии. -С тобой все в порядке? -А...-опомнилась Смольская. -Кать, мне надо домой. Голова болит,-соврала она, притронувшись рукой ко лбу. -Прикрой меня перед Красницким, ладно? -Да, конечно. Иди, отдыхай. До завтра. -До завтра,-бесцветным тоном повторила Елена и покинула рабочее место. Опутанная тяжелыми мыслями, она не помнила, как добралась до дома. С полученной информацией теперь нужно было что-то делать, но что именно, девушка пока не знала. Без прямых доказательств того, что смерть Олега не была случайной, возбудить уголовное дело не смогут, а значит, нужно их найти. Вот только с чего начать и у кого попросить помощи? -Эй, красавица! -выдернул блондинку из размышлений грубоватый окрик. Она вздрогнула, подняв взгляд, и в свете уличных фонарей смогла разглядеть два внушительных мужских силуэта. По позвоночнику липким холодком побежал страх,и Лена инстинктивно попятилась, крепко сжимая в руке дамскую сумочку, в которой не было ничего ценного, кроме документов,мобильника и ключей. -Что вам нужно? -Смольская пыталась говорить уверенно, но в голосе предательски сквознула дрожь. -От тебя - ничего. А вот твой покойный муженек нам кучу бабок задолжал, -ответил один из неизвестных, тот что был выше, и плечистее. -Предупреждали ведь его, не умеешь играть - не берись. -Олег не играл в азартные игры, это какая-то ошибка,-прошептала Лена, успев подумать, что она не так хорошо знала покойного супруга, как ей казалось. -Все точно, как в аптеке,-расхохотался второй, ткнув девушке в лицо исписанный листок. -Расписка, подпись. -Но...-растерянно заморгала глазами журналистка, пытаясь хоть что-то рассмотреть в полутьме. -Я ничего не понимаю... -Не надо ничего понимать. Подставил тебя Калинин, и сдох. А теперь это дерьмо будешь разгребать ты. Через три дня вся сумма должна быть у нас. Дом заложен. Не найдешь деньги - вылетишь на улицу,усекла? - каждая фраза звучала предельно точно и четко. -Д-да...-на автомате кивнула Смольская,дрожа от страха. -И без глупостей, -прозвучало напоследок. Незваные гости ушли, а девушка бессильно опустилась на засыпанное снегом крыльцо, дрожащими руками извлекла из сумочки мобильник, и набрав номер, выдохнула в трубку: -Максим, мне нужна твоя помощь.