Приговоренные жить

Сегодня Назир не стал слишком увлекаться кровью, лишь пара росчерков острым, как бритва, кинжалом по коже спины, лишь легкий флер аромата свежей крови. Теперь уже не хотелось пытать. Зачем? Оборотень и так был беспрекословно покорен. Назир удовлетворенно упал на свою половину кровати и бросил короткий взгляд на Ральфа. Удивительно, но только сегодня он удосужился узнать имя новой перспективной игрушки. Хотя, ничего странного - просто было не до мелочей. Оборотень лежал на груди и не делал никаких попыток встать, или хотя бы сменить положение тела. - Открой глаза, - сказал Назир. И тот молча выполнил указание. Умный, но полный безысходности и безразличия взгляд неожиданно задел султана. - Тебе не понравилось, как мы занимались любовью? Молчание. - Я задал вопрос и хочу услышать ответ. - Все зависит от того, какой ответ желает услышать мой господин, - ровным голосом без йоты эмоций ответил оборотень. - Ответ на вопрос. Что тут непонятного? – Назир начал ощущать странное раздражение. - Ответ, мой господин, может быть разным – правдивым, или тем, который вы просто хотите услышать. Так как мне отвечать, мой господин. Назиру показалось, что «мой господин» из уст этого раба звучало как-то не так, словно со скрытой издевкой. - Я хочу слышать правду, - подумав, сказал султан. - Тогда - мне не понравилось, господин. Назир вспыхнул, резко сел в постели, с трудом сдержал готовые сорваться с языка горячие слова. - Ладно, я понимаю, почему до этого дня, но сегодня… почему? Я был осторожен… Последние слова прозвучали как оправдание. Назир понимал, что сейчас жалко выглядит он, а не распятый и растоптанный им раб, но жгучая обида, а не разум руководила им в этот момент. Он требовательно посмотрел на Ральфа. - Острожен? – оборотень завел руку за спину и продемонстрировал окрашенную кровью ладонь. - Да пойми ты! Я не могу без крови, просто нет желания. Таким они создали меня! Султан понял, что сказал лишнее, но слова уже прозвучали, а цепкий заинтересованный взгляд оборотня говорил еще и о том, что все было услышано. - Хорошо, - Назир в смятении прикусил губу, - я тебе сейчас скажу вещи, которые мало кому известны. Но ты связан клятвой. Потому я заранее говорю: об этом никто не должен больше знать – это приказ. - Я понял, – сдержано ответил оборотень. - Очень давно моим предкам пришло в голову, что человек слаб и слишком недолговечен. Султан всегда имел абсолютную власть, потому были собраны и приглашены со всех подвластных земель лучшие маги, лекари и просто талантливые люди, и они решали вопрос - как улучшить физические данные династии правителей. Долгие десятилетия велись эксперименты, пока не был найден способ добавить к свойствам человеческой природы свойства других особей - долголетие, регенерацию, скорость реакций, нечувствительность к ядам. Это все бралось в основном не от иных разумных рас, а от различных животных. Результат был хорош: продлилась жизнь до возраста вдвое против обычного, я довольно скор в бою, поверь на слово. Очень многие яды в стандартно смертельной для человека дозе мне не опасны. Но у любой палки два конца. Теперь я могу произвести потомство только при магической поддержке, к тому же, до возраста шестидесяти лет я бесплоден. И, в сравнении с этим – сущая мелочь – мясо нравится только плохо прожаренное, а испытывать сексуальное возбуждение возможно лишь при запахе крови. Назир поймал себя на том, что сейчас, после долгих десятилетий молчания, рассказывал все это практически незнакомому человеку, и испытывал при этом странное чувство облегчения. Он опасался сейчас посмотреть в глаза собственному рабу, боясь увидеть в них отвращение или еще хуже – жалость. Но вместо этого вдруг ощутил на своем локте горячее прикосновение чужой ладони. - Я знаю, что такое бывает. Кстати, у оборотней подобное встречается довольно часто. Мы все же наполовину звери. Не веря себе, Назир настороженно посмотрел на оборотня, встретив в ответ прямой уверенный взгляд. - Все рабы из гарема проходят через те же… игры, что и я? Назир встал, подошел к окну, делая вид, что любуется видами искусственно выращенного на скудных почвах сада. - Нет, - не оборачиваясь, кратко ответил он. - Понятно… - Поешь. Там, во второй комнате накрыто, - неуверенно предложил султан. Ральф зашелестел одеждой и бесшумно вышел. Назир чуть расслабился, оставшись в одиночестве. Черти дернули его за язык! Теперь стройно выверенная линия поведения не годилась. Придется на ходу перестраиваться, ломать с трудом вбитый в оборотня стереотип жестокого владыки. И как прикажете это делать? - Там накрыто на двоих… господин. - Это ошибка прислуги, - сквозь зубы процедил султан. Оборотень подошел совсем близко, теплой тенью остановился за спиной, щекоча легким дыханием шею. - Я не ответил на вопрос до конца. Мне не понравилось, не столько из-за боли – с ней вполне можно смириться. Мне не понравилось потому, что это даже не секс, это просто удовлетворение потребностей одного человека. И уж тем более не стоит даже упоминать о чувствах. Так вообще не принято вести себя в постели. Даже с рабами, мой господин. - Я не умею по-другому, - натянуто ответил Назир, чувствуя, как предательски горят кончики ушей. - Я могу попробовать показать, дать почувствовать, КАК это должно быть, - тихо предложил оборотень. У Назира сбилось дыхание, десятки мыслей несвязанными обрывками проносились в голове, но он никак не мог сосредоточиться и не знал, что сейчас ответить. - Просто попробуй. Ты ведь всегда можешь остановить меня… господин. И Назир решился. Отчаянно, словно делая последний шаг перед пропастью, выдохнул: - Я согласен! Теплые руки оборотня легли на напряженные плечи, заставляя отвернуться от окна и встретиться с понимающим взглядом того, над кем он усиленно издевался половину лунного цикла. Стоя напротив, Назир оценил, насколько мощным телосложением обладал оборотень. Совсем немаленький мужчина был на голову ниже и гораздо уже в плечах. Запоздалое понимание, что только что он добровольно отдал себя во власть этой опасной машины убийства, тревогой сжало сердце. Но испугаться и отказаться он не успел, поглощенный требовательным поцелуем. Чужие горячие губы были нежны и осторожны, а Назир просто не мог понять, что он должен сейчас сделать в ответ. Так и замер в осторожных объятиях партнера, ощущая, как тот углубляет поцелуй, ласково гладя обтянутую шелком халата спину. - У меня сейчас не хватит сил, чтобы отнести тебя в постель. Ральф твердо ухватил его за запястье и, не давая времени на размышление, потянул обратно, на смятые, измазанные кровью простыни… То, что делал с ним оборотень, совсем не было похоже на обычные для султана ночи и странная нега, смешанная с наслаждением овладевала его телом, отвечающим на чужую ласку независимо от желаний собственного хозяина. Несколько раз Назир пытался перехватить инициативу, но был мягко и властно остановлен опытным любовником. - Ты когда-нибудь был снизу? – тихий шепот оборотня, прервавшего поцелуй, на миг заставил замереть сердце. - Нет… - потеряно прошептал Назир. - Понятно. Тогда расслабься полностью и не зажимайся, что бы я ни делал… Назир очень старался следовать этому совету, но все равно вскрикнул от боли и сдавленно застонал, когда Ральф осторожно вошел в него и замер, давая привыкнуть к новым ощущениям. Оборотень продолжал нежно целовать его губы, гладить, лаская, тело, и вскоре Назир почувствовал, что боль ушла, а вот странное желание, требовавшее отдаться новым чувствам полностью, желание обладать и отдаваться неожиданно мощной волной накрыло его разум. Казалось, что Ральф ощутил это, потому что тут же двинулся внутри, пронзая тело волной наслаждения, совсем чуть-чуть замешанного на боли, и вскоре уже тихие стоны совсем не от боли наполнили спальню. Обессиленный Ральф кончил первым и умелыми движениями руки и губ помог выгнуться в спазме удовольствия Назиру. Почти без сил упал на смятые, пахнущие сексом простыни. - Вот теперь мне понравилось… - прошептал Ральф чуть слышно. - Мне тоже, - тихо ответил султан, пытаясь справиться со сбившимся дыханием и сумасшедше стучащим сердцем. Он приподнялся на локте и с тревогой всмотрелся в побелевшее от слабости лицо оборотня. - Ты так и не поел. Неужели думаешь, что и моя пища отравлена? - Не знаю… Еще не принюхивался… мой господин. Назир нахмурился. Почему-то сейчас это обращение казалось неуместным. - Когда мы одни, не называй меня так больше. - Это приказ? Чертов оборотень! - Это моя личная просьба, - сдержанно ответил султан. - Просьбы таких людей, как вы, выше приказа. Назир чувствовал себя неуверенно, не зная, как и о чем теперь можно говорить с Ральфом. Почему-то даже в мыслях назвать оборотня рабом или игрушкой не получалось, слова казались инородными и не подходящими по смыслу, но как тогда обращаться к нему? Султан словно шел по дороге, состоящей из тонкого льда и не знал, как поставить ногу, чтобы не провалиться сквозь острую кромку с головой. - Скажите, зачем вы все это со мной сделали? Заданный спокойным тоном вопрос, словно кипятком обжег разум. «Он понял!» - со страхом подумал султан.