Приговоренные жить

- Ну, что, поел? - Нет, тетя Марика, - Лель огорченно шмыгнул носом. – И даже не разговаривает! - С тобой-то за что?! – раздраженно воскликнула травница. - А не знаю, тетя Марика, он же не разговаривает. - Рон, может, морок какой на упрямца кинуть? Маг удивленно хмыкнул. - На ожидающего ребенка? - Ну, да… не стоит… Так он же, поганец, не жрет! - Марика… - И с тобой …хм… отказывается? - Отказывается, - подтвердил Рон. – Но у него еще есть время в запасе. Как бы там ни было, но половой контакт с отцом ребенка был, и это тоже дало ему нужную энергию. - Рон! – возмутилась Марика. – Ты говоришь о таких вещах при несовершеннолетнем! Маг и демоненок обреченно переглянулись. Иногда многоуважаемую травницу немного заносило в сторону. Только человек с совершенно замороченным разумом стал бы беспокоиться о моральном облике инкуба. Хотя, ситуация, конечно, была непростой. Все осложнилось в день отъезда Ральфа. Лик устроил всем целый допрос, выяснил, зачем и куда отправился его обожаемый оборотень и отдельно уточнил, чья это идея. После этого он перестал со всеми разговаривать, принимать пищу и не выходил из своей комнаты. Марика очень волновалась. Если отказ от еды не мог серьезно повредить ребенку, то сказать то же о самом Лике было невозможно. - Назир! Когда должен был вернуться Ральф? – травница бесцеремонно отняла у отдыхающего султана очередной выпуск ставшего неожиданно популярным романа Мартина. Султан вздохнул обреченно, понимая, что активная женщина не отстанет от него, пока не добьется подробного ответа. - По моим расчетам, позавчера. Но это же дорога, могут быть незначительные задержки. - Задержки у девиц по глупости случаются! – зло просветила собравшихся Марика. – А Ральф мужик ответственный и обязан быть вовремя! Вот где его черти носят? - А уже нигде, тетя Марика! – радостно сообщил Лель, по пояс высунувшийся в окно. – Вон он с коня слезает, а с ним какой-то лысый оборванец. Все кинулись к окнам, стараясь разглядеть столь ожидаемого оборотня и увидеть, кого это он притащил с собой. - Мне кажется, что этот молодой человек похож на одного из служителей Храма Торина, - поделился впечатлением Назир. – Только в их культе принято полностью избавляться от волос на теле. - Как? Совсем-совсем, везде избавляются? – заинтересовался инкуб. Султан нахмурился, ему совсем не понравился чрезмерный интерес Леля к странному незнакомцу. - По моему, это уродливо, - громко проворчал Назир, с тревогой поглядывая на весело поблескивающего глазами демоненка. - Сейчас посмотрим поближе! И действительно, Ральф и его спутник уже вошли в здание. Довольно скоро в двери посольства раздался сдержанный стук. Лель, с нетерпением ожидавший гостей, резко распахнул створки и все смогли оценить богатство литературного и не очень языка совсем молодого парня, который недовольно потирал рукой начинавшую надуваться на лбу шишку. - Красиво ругаешься! – одобрил Лель. – Но я почти все из этого уже знаю. Хочешь, чему-нибудь новому научиться? - Хочу! – улыбнулся незнакомый юноша. - Тогда пойдем сегодня вечером в порту грузчиков дразнить! – предложил Лель. - Я те пойду, неугомонный! Думаешь, коли Лик приболел, так и присмотреть за тобой некому?! Нашел чему гостя учить! - Что с Ликом? – тревожно спросил Ральф, даже не поздоровавшись. - Да знамо, что! Капризничает твой ненаглядный, есть отказывается, не разговаривает вон ни с кем. Дурь из мужика прет, словно из девки балованной, - сообщила Марика. - И давно не ест? - Да дней семь уже. - Марика! Почему ты ничего не сделала?! – возмутился Ральф. - А нечего на меня тут кричать! Нечего! Я и сама громко говорить умею! Но тут спорщики примолкли, потому что на пороге комнаты в проеме распахнутой двери застыл сильно осунувшийся и похудевший Лик. Он быстрым взглядом метнулся по лицам собравшихся и чуть слышно вздохнул, увидев наконец Ральфа. - Здравствуй, - робко улыбнулся оборотень и сделал шаг по направлению к Советнику, но Лик тут же отступил в сторону, глянул исподлобья, но все же не ушел, а сел в кресло у окна, зябко обхватив плечи руками. - Не старайся, не разговаривает наш Советник ни с кем, - пояснил спокойно Рон. – Видимо, не доросли мы, чтобы слышать сей чудный голос, изрекающий неоспоримые истины. Лик нахмурился, но и только, вступать в полемику с магом он не стал. Главное было, что вот он Ральф, живой и здоровый. Все это время Лик очень волновался за него. Марика что-то объясняла про травы, про то, что нужно время. Но он точно знал, что кроме лекарств и одиночества Ральфу пригодилась бы поддержка и немного понимания. Жестоко было лишать его этого, в одиночестве посылая в дальнюю дорогу. А если бы он сошел с ума? Если бы на него напали во сне? Да мало ли может быть таких случайностей? Только сейчас Лик почувствовал, как отпускает его страшное напряжение последних дней. - Это хорошо, что ты вернулся, а то дарлая Марика распилила бы нас на тысячу кусочков. Удачна ли была твоя поездка? – спросил Назир. - Да, мой господин, - Ральф низко поклонился. – Храм дал ответ на ваш вопрос, вдобавок к нему добавив еще и мудрый совет, – оборотень протянул Назиру деревянный тубус с документами. В нетерпении султан разорвал тонкий шелковый шнур, ломая печать, достал свернутые в трубочку листы, плотно исписанные мелким аккуратным почерком, жадно вчитался в записи. Чем дальше он читал, тем озабоченнее становилось его лицо. Пару раз он бросил далеко не ласковые взгляды на прибывшего с Ральфом незнакомца. Наконец, закончив, аккуратно убрал бумаги обратно в тубус и подошел к приехавшему юноше почти вплотную. - Вот значит, как…- задумчиво протянул он. – Значит, тебя так усиленно пропихивают на мой трон. Подумай только, из-за какого-то сопливого мальчишки я устал отбиваться от покушений. Хочешь управлять Имрией? А силенок-то у тебя хватит? – султан зло смотрел на побледневшего парня. - Мой султан, это недоразумение, я могу все объяснить! - Ах, объяснить?! Объяснишь моему палачу, щенок! Назир влепил парню сильную оплеуху, от которой тот не успел увернуться и, потеряв равновесие, упал на ковер гостиной. Тут же вторая оплеуха сбила с ног самого султана, и тот приземлился рядом с парнишкой. Оба они с неприязнью посмотрели друг на друга симметрично потирая горевшие от пощечин лица. - Лель! – воскликнула пораженная Марика, - как ты можешь?! Это же глава государства! - А что, если глава, то руки распускать почем зря можно? – воинственно взъерошился демоненок. – Мне этот парень понравился. Он – настоящий! А ты, если уж обязательно драться хочешь, дерись с теми, кто тебе по силе равен! Понятно? - Понятно, - ошарашено согласился Назир. Он не проявлял ни малейших признаков гнева и только с некоторой обидой смотрел на Леля. - Кстати, а как тебя зовут? И ты правда из Храма какого-то Торина? А чем ты там занимался? А почему ты сюда с Ральфом приехал? А, правда, Ральф хороший? – у Леля возбужденно горели глаза, и вопросы сыпались из него, словно пшеничные зерна из порванного мешочка. - Ты такой нетерпеливый, - удивился юноша. – Я действительно из Храма Торина, хранителя Равновесия. Меня учили, что терпение есть высшая добродетель. - Фу, - фыркнул Лель. – Если бы я следовал этому правилу, то вечно ходил бы голодным, а жизнь стала бы ужасно скучной! - Ты зря так говоришь, просто у каждого свое терпение. Оно ведь тоже бывает разным, - мягко улыбнулся незнакомец. - Так, вот только без ваших заумностей! – прервал его Ральф. – Знакомьтесь, это – Кайл. Он воспитывался в Храме последние семь лет. Мы поговорили с ним по дороге сюда. Думаю, что будет правильным, если свою историю он расскажет сам. Если конечно вы, мой господин, не будете возражать, - Ральф посмотрел на султана. Султан с опаской посмотрел на Леля. Лель с восторгом разглядывал безволосого Кайла, и ему было все равно, что на него самого кто-то смотрит. - Наверное, я не возражаю, - неуверенно сообщил султан. - Правильно, правильно! Ты не возражаешь! – улыбнулся Лель, посылая султану воздушный поцелуй. Назир довольно разулыбался и расслабился. Рон, наблюдавший со стороны за всей сценой, с трудом сдержал смех. Все присутствовавшие с интересом взирали на Кайла, ожидая объяснений. - Да мне нечего особо рассказывать, - смутился он. – До десяти лет я жил с отцом, но он постоянно болел, сказывались какие-то давние ранения. Когда мне исполнилось десять, папа умер. Единственным родственником был его двоюродный брат, но он отказался меня взять, ведь за время болезни отец продал почти всю землю и заложил наш дом. Я фактически оставался на улице без средств к жизни. - Бедняжечка! – с сочувствием сказала Марика, - А чьего рода ты? Кто родители были? - А на этот вопрос мне настоятель в письме подробно ответил, - недовольно сообщил Назир. – Это последний из прямых потомков моего рода. Правнук той самой женщины. Ты был прав, Ральф, она вовсе не была бесплодной. Просто ее удалили от трона, выдав замуж за представителя старинного, но небогатого рода, фактически отправив в изгнание. Она умерла при родах, оставив сына - его деда. Так что этот мальчишка - единственный, кроме меня, прямой наследник трона Имрии. - Понятно, - по-новому взглянула на юношу Марика. – Скажи-ка, дорогой, а ты знал о том, что тобой откровенно пользуются, чтобы свергнуть нынешнего властителя? Кайл энергично взмахнул руками, отрицая подобное предположение: - Мне было десять, когда по закону меня отправили в Храм. Ближайшим оказался Храм Торина. Там я жил семь лет, не общаясь ни с кем, кроме братьев-храмовников. Если говорить по правде, я не хотел уезжать, но настоятель сказал, что мой долг помочь в сохранении равновесия, и отправил меня сюда. - Не верю! – мрачно сообщил султан и тут же покраснел под укоризненным взглядом Леля. - А я – верю! – сообщил юный демон. – Я же чувствую, что он не врет! А почему вы с Ральфом так долго не ехали? - Мы и так спешили! – оживился Кайл. - А Ральф действительно замечательный! По дороге сюда на нас напали людоеды. Их было целых десять человек. Они хотели сперва меня съесть, а потом решили… решили… не есть… то есть, сперва не есть... А Ральф их всех убил и меня спас! Я уже выразил ему свою благодарность и готов повторять это вновь и вновь! Мальчишка смотрел на Ральфа с восхищением. Он почти не видел жизни и поэтому спасший его оборотень казался ему настоящим героем. Ральф нахмурился, пытаясь за напускной суровостью скрыть собственное смущение. Марика, Рон, Лель и даже Назир, не скупясь на похвалу, выражали вслух свое одобрение, и никто не заметил, как тихо ушел в свою комнату побледневший Лик. «Кажется, он нашел мне прекрасную замену, - впадая в отчаяние, размышлял он. – Этот мальчишка юн и мил лицом, Ральф для него настоящий кумир. И легко представить, в чем и как выражалась его «благодарность». Судя по всему, понравилось, раз он с радостью готов повторить. Конечно, зачем Ральфу капризный, ожидающий ребенка, не блещущий красотой бывший любовник, когда рядом это юное создание, которое буквально боготворит его?» Лик тяжело вздохнул и с тоской посмотрел в окно. Зря он поехал сюда, зря все восемь дней отказывался от Рона. Недельное голодание сильно подорвало его силы, и теперь он отчетливо ощущал, что если не сегодня, то завтра ему точно придется лечь с кем-то в постель. Он так надеялся, что теперь с Ральфом. Но, выходит, что Ральф больше не для него. Сердцем человека овладевала беспросветная тоска.