Приговоренные жить

- Хорошо, - согласился уставший султан, разводя руками, - если все против того, чтобы его (он указал пальцем на сжавшегося на стуле Кайла) просто тихо и гуманно придушили в гостевой комнате во время сна и тем самым сняли все мои проблемы с заговорщиками, то я отказываюсь от этой идеи. Лель и Ральф довольно ударили по рукам, вызвав недовольный вздох Назира. - Но я настаиваю, чтобы его заточили в темницу на нижний уровень, исключив возможное общение с сообщниками. - Но у меня нет сообщников! – возмущенно воскликнул Кайл. - Дорогой, у него нет сообщников, - укоризненно посмотрел на султана Лель. - Но они могут появиться, когда узнают, что он здесь! – стукнул кулаком по столу вышедший из себя Назир. На столике подскочила и, жалобно тренькнув, разбилась изящная кофейная чашечка из тонкостенного фарфора ручной работы. - Спокойнее, мой господин. Они, эти заговорщики, просто обязаны появиться. В этом-то и все дело! Назир удивленно посмотрел на Ральфа. - И что будет? Меня тихо удушат в собственных покоях во время сна, а он (Назир снова ткнул пальцем в сторону Кайла) взойдет на трон Имрии. Я признаю, что тебе есть за что меня ненавидеть, но давай ты хотя бы не будешь так явно это демонстрировать мне? - Нет, ты не понял, - улыбнулся Ральф. – Все будет не так. Это просто охота. - Охота?! - Да, ловля на живца, что тут не понятного. Вот он (Кайла бесцеремонно и болезненно шлепнули по плечу тяжелой ладонью) – живец. На него мы будем ловить ваших врагов. - Ах, ну это же совсем другое дело, - облегченно выдохнул Назир. – А ты, родственничек, согласен? Ральф удивленно выгнул дугой бровь и с интересом спросил: - С каких это пор мой господин начал интересоваться чьим-то мнением? - С тех пор, когда у него появился я, - скромно показал язык довольный Лель. - Рад за всех, - тяжко вздохнул оборотень. – Может, вернемся уже к делу, я все скоренько объясню, и вы отпустите меня отдыхать. - Посмотрим, - нахмурился Назир. - Отпустим, - многообещающе улыбнулся Лель. Султан влюблено посмотрел на инкуба и согласно кивнул. Пользуясь моментом, Ральф быстро изложил план поимки всех врагов скопом, с подозрением посмотрел на увлеченно целующихся Назира и Леля и уточнил: - Вы хоть слышите меня? - Угум… мммах! – ответили ему, не отрываясь от приятного занятия и махнули рукой – мол, иди, куда хочешь. - Я так понимаю, что и Кайла устраивать придется мне самостоятельно? Но ему не ответили. В самом деле, не считать же ответом брошенную в тебя нательную рубаху султана? - Пойдем отсюда, пока твоя детская психика окончательно не пострадала, - Ральф ухватил за локоть смущенного откровенной сценой юношу и вытащил в коридор. – Поспишь сегодня в моих комнатах. Думаю, за твое здоровье и безопасность можно не переживать – гаремное крыло неплохо охраняется. Единственный посторонний, который может там беспроблемно шататься в любое время дня и ночи – Лель. Больше тебя никто не побеспокоит. Надеюсь, хоть ты понял, о чем я сегодня толковал? - Конечно, я согласен. - Даже после сегодняшнего знакомства с султаном? - Моя обязанность – сохранить равновесие. И я очень признателен тебе, что ты поддерживаешь меня и даже знаешь, как можно сделать это проще и быстрее. - Когда-то это было моей работой, - печально улыбнулся Ральф. – Вот это и есть нужные нам комнаты. Располагайся, можешь пользоваться всем, что тут найдешь. - А разве ты не останешься со мной? – удивился юноша. - Ты извини, но мне нужно срочно увидеться и поговорить с одним очень дорогим для меня человеком. Ральфу показалось, что Кайл был разочарован ответом, но сейчас все его мысли были заняты только Ликом. Назир почти насильно утащил его и Кайла в свои апартаменты, не желая обсуждать при иноземных послах государственные дела, и Ральфу вновь не представилось возможности объясниться с любимым. Откладывать важный для себя разговор на завтра он не собирался. Все равно не сможет уснуть, пока между ним и Ликом не будут решены все недоразумения. Охрана, привыкшая к свободному перемещению по дворцу странного раба, пропустила его беспрепятственно. Они только лениво прикрыли полой кафтана аппетитный сосуд зеленоватого стекла, наполненный явно не чаем. Если бы это были оборотни, а Ральф все еще являлся Советником по безопасности, то столь рьяно исполняющую свои обязанности охрану ждала бы неминуемая трепка. Но он был только рабом и потому молча прошел мимо. … Хотя солнце уже зашло, в окнах посольской гостиной горел свет, в комнате слышались голоса – женский и два мужских. Они явно спорили. - А я тебе говорю, что ждать до завтра нельзя! Жрать надо было, когда давали, а не строить из себя невесть что! А теперь энергии не хватает. Конечно, не хватает! Вместо того, чтобы только на ребенка тратиться, пришлось еще и на свои нужды из амулета тянуть. Или ты, дорогуша, думал, что амулет бездонный? Лик упрямо склонил голову и молчал. - Марика, а, может, послать кого-нибудь за Ральфом? – скромно предложил Рон и был тут же удостоен двух гневных взглядов. – Ну что я не так сказал?! - Ральф с Назиром и Лелем. Значит, занят. Ты не забывай, что он пока все еще не свободен, - объяснила Марика. - Он мне не нужен! – зло сообщил Лик. - Вот – видишь? Оба – бараны упертые. То один другого боднет, то другой тем же ответит. Пока обоих уговаривать буду, дитя потеряем. Так что, хорош отлынивать. А ты, Лик, заканчивай капризничать. Вы у меня пойдете и займетесь делом, как миленькие! - С каких это пор это делом называется? – не хуже змеи зашипел Лик. – Мой ребенок, мне и решать! - Не только твой, наш! Вошедший в комнату через приоткрытую дверь Ральф прекрасно слышал большую часть спора и теперь с вызовом смотрел на собравшихся. - Вот видишь, Марика, Ральф свободен, я вам больше не нужен, - Рон предпринял слабую попытку удалиться, но был остановлен цепкой рукой Марики. - Погоди пока, - неласково улыбнулась женщина. - Лик, - Ральф был очень серьезен. – Я прошу тебя довериться мне. Обещаю, что не сделаю ничего, что было бы тебе неприятно. Сердце Ральфа билось в груди, словно сошедшее с ума, но внешне он сохранял абсолютное спокойствие. - Пойдем к тебе, - оборотень протянул Лику руку, но тот только ниже опустил голову, пряча глаза. - Хватит уже упрямиться! – не выдержав, вмешалась травница. – Он же отец ребенка. Чистая энергия, даже преобразователи не нужны! Шли бы вы уже, да выяснили все в постели. - А, может, я сам уже буду за себя решать?! – воскликнул Лик. – Просто теперь у меня есть выбор, не так ли? Он с вызовом посмотрел Ральфу в глаза. - Я могу пойти в постель с тобой или с Роном. Да я богатый человек! Ральф молчал, и лишь чуть сузившиеся зрачки выдавали его ярость понимающему человеку. Марика понимала и только тихонько вздохнула, молясь всем Богам, чтобы они дали этим двоим достаточно мозгов и терпения. - Лик, не надо так! – мягко укорил его маг. - Ральф, - он умоляюще взглянул на оборотня, - не принимай близко к сердцу. - Я думаю, будет лучше, если ты с Марикой уйдешь, - предложил спокойно Ральф. - Конечно, я, собственно, и собирался. - Нет! – отчаянно воскликнул Лик. – Ты уйдешь не с Марикой, а со мной! Я выбираю тебя! Он подошел к Рону и ухватил его за руку, пытаясь утянуть в свою комнату. Марика в отчаянии закрыла лицо ладонями и простонала: - Ой, дурак! И куда ж делись твои мозги?! Рон уперся, пытаясь аккуратно отцепить от себя цепкие, сведенные отчаянием пальцы. Он сопел и пыхтел, но идти с Ликом куда-либо не собирался. - Ральф! Хоть ты помоги! – взмолился он наконец. Ральф же разрывался между двумя желаниями. С одной стороны, хотелось врезать от души Лику и уйти, хлопнув дверью. Пусть кувыркается в постели, с кем хочет. Но с другой стороны, Ральф помнил, как отчаянно и откровенно признавался он ему в любви, помнил, как травница рассказывала о беспокойстве Лика за него. Оставалось только решить, когда же его прекрасный Советник говорил правду – тогда, когда признавался в чувствах, или сейчас, когда глаза человека отчаянно блестят от ненависти? Вот только незадача – Ральф совсем не знал, как это сделать. Он искал и не находил решения. А, может, не стоит ничего искать? Настоятель Храма уже доказал ему, что иногда правильным бывает самый простой поступок. Так чего же думать? И Ральф просто подошел к Лику и, захватив ладонями его лицо, просто поцеловал. Он так его целовал, чтобы Лик смог почувствовать всю его нежность, любовь, отчаяние, одиночество этих дней и надежду. Надежду на то, что он больше никогда не будет один. Когда Ральф отстранился, Лик хватал воздух ртом, словно только что вынырнул из глубокого озера. - Ты… ты… - Я просто тебя люблю. Я уже говорил это. Сейчас повторяю при всех. Лик надрывно вздохнул. - А Кайл? – тихо спросил он. - Хороший мальчик. И только. Давай уже просто начнем верить друг другу? Ральф неуверенно улыбнулся и протянул Лику открытую ладонь. - Давай, - тихо согласился Советник и тоже улыбнулся в ответ, вкладывая в широкую мозолистую от оружия руку свои чуть подрагивающие пальцы. Ральф притянул его и крепко обнял. - Давно бы так, - шепнул ему на ухо и услышал тихий смешок и шепот: - Мы так и будем тут стоять, или все же пойдем и займемся делом? Не отвечая, оборотень подхватил на руки свое отчаянное счастье и ушел в комнаты, просто захлопнув за собой двери. - Слава Богам! – облегченно выдохнул Рон. – Теперь, уважаемая Марика, я совершенно свободен и целиком принадлежу вам! - С ума сойти, какое счастье! – пробормотала травница. – А тебе не показалось, что наш Ральф очень изменился? - Показалось, - Рон вздохнул и осторожно приобнял травницу за талию. - Главное, что в лучшую сторону!