Приговоренные жить

Лель сидел на крыше конюшни и с упоением грыз ногти. Ногти тут же отрастали. Честно отгрызенным он кидался в султанского конюха и трех мальчишек-помощников. Наконец, тем надоело, и они позвали стражу. Кидаться стало веселее. Стража у султана умела виртуозно ругаться. - А ну, слазь оттуда, бесово отродье! - Не злитесь так, дяденька стражник, лучше вы ко мне, чем я к вам. Тьфу! - Твою… мать…! - Попал! – удовлетворился Лель. - Так! Что тут происходит? Теперь стало не до шуток – внизу, уперев руки в бока, стояла суровая Марика. - Да ничего особенного, тетенька Марика, - попробовал выкрутиться пойманный с поличным демоненок. – Хулиганю немножко. Я ж маленький, несовершеннолетний. Мне положено! – захлопал он невинными болотными глазищами, тут же заливаясь смущенным румянцем. - Кто-нибудь имеет претензии к ребенку? – строго нахмурилась травница. Жестоко оплеванные тут же молчаливо разошлись, вспомнив про неотложные дела и высокую, а главное, внезапную и раннюю смертность. - Теперь слазь! Лель спрыгнул вниз, мягко спружинив ногами. - По какому поводу народ изводим? - Чтобы отвлечься, - печально вздохнул инкуб и, неожиданно хлюпнув носом, жалобно заплакал. - Так, я не поняла, это очередное представление? – нахмурилась Марика. - Нет! – отчаянно крикнул он. Травница обняла великовозрастное дитятко, мягко поглаживая по спине. - И худющий какой! Ешь-ешь, а словно голодный. Все ребра видны. Ты не реви, чадо, а дело рассказывай. На-ка, сморкнись! Лель послушно и трубно высморкался, беззастенчиво всунув в руку травнице увешанный соплями платок. Та брезгливо и незаметно зашвырнула его в ближайшую кучку навоза, тайком вытирая руку о рубашку инкуба ласковым гладящим движением. - Пойдем, голуба. В гостиной все к чаю накрыто, там и поговорим. - Агааа… А там Лик и Ральф будут? – обиженно протянул Лель. - Будут. Кто из них что ли обидел? - Нет… А вдруг они… от меня откажутся… - поделился своим главным опасением демоненок. - А я им тогда уши надеру. - Обоим? – не поверил Лель. - Обоим! – успокоила травница. - Одновременно? – восхитился инкуб. Марика задумалась, а потом решила: - Нет, пожалуй, по очереди. - А они отбиваться не будут? - А если и будут, у меня пока ни один не ушел! – и уверенная в собственных силах Марика увлекла немного успокоившегося Леля в гостиную. … - Вот, теперь пей! Лель, Рон и Лик с подозрением уставились в чашку демоненка, чайный напиток в которой после добавления ложки очередного страшно полезного элексирчика окрасился в радикально синий цвет. - Эм, дорогая Марика, а вы уверены, что ничего случайно не перепутали? – осторожно уточнил Рон. - Я СЛУЧАЙНО ничего не путаю! – зловеще улыбнулась травница. – Сказано – пей! – рявкнула она на инкуба. Тот от неожиданности хлебнул лишнего и закашлялся. Лик бросился к нему, хлопая по спине, с тревогой заглядывал в глаза, определяя, как ведут себя зрачки. Где-то он читал, что при отравлении растительными ядами они расширяются. Или сужаются? Впрочем, не важно! Главное, что должны резко измениться. Со зрачками инкуба, кажется, было все в порядке – нормальные вертикальные зрачки. Советник с облегчением выдохнул. Нет, он, разумеется, доверял Марике, но в последнее время она стала какой-то непривычно задумчивой. Мало ли что? - Теперь, когда ребенок успокоился… Ты же успокоился? – с некоторой долей угрозы в голосе спросила заботливая женщина и дождалась поспешного тройного кивка от всех присутствующих мужчин, продолжила: - Вот теперь, мой мальчик, рассказывай, что ввергло тебя в такое отчаяние? Лель тяжко вздохнул. - Обязательно нужно рассказывать? - Конечно! - Лель, что это за вопросы? Мы же семья! – возмутился Лик. - Хорошо. Он беременный! Лель выпалил все на одном дыхании, сжался и зажмурился, ожидая по меньшей мере грома и молний с украшенного изящной лепниной потолка. - Не понял, - нахмурился Лик. - А я, кажется, понял, - хмыкнул Рон. – Поздравляю, кажется, вскоре ты станешь не только папой, но и дедушкой. - Что?! – взревел раненым медведем не ожидавший столь стремительного роста семьи Советник. - Хи-хи… ха-ха-ха! Ой, не могу! Ой, умора! – вытирая выступившие на глазах слезы от души хохотала Марика. – Лель, солнце, ты главное нам честно скажи - младенчик-то хоть один? Ты ж пол дворца… ой, хи-хи-ха-ха-ха! - Не смешно! Это совершенно не смешно! – строго воскликнул покрасневший от возмущения Лик. – Что я Ральфу скажу? После этой фразы Лель сжался на стуле еще больше, становясь похожим на зашуганную дворовую собачонку. - Я не хотел, оно само получилось. Честно-честно! Только дяденьке Ральфу не говорите, а то они с Ликом из-за меня опять поругаются! - Ну, я не думаю, что данный повод может способствовать возникновению разногласий, - спокойно высказал сомнений на этот счет Рон. Лель снова тяжко вздохнул. Потом вздохнул еще раз еще более тяжко. Немного подумал и вздохнул с надрывом. - Так, заканчивай опахалом работать! По делу говори! На ком женить будем? - А это обязательно? – испугался демоненок. – Я ж верность блюдить... того… не могу… - Да и не блюди, - легко отмахнулась от возможных возражений травница. – А жениться, раз опозорил, обязан! - Он – несовершеннолетний! – напомнил Лик. – Это еще посмотреть нужно, кто кого опозорил! - Он инкуб, - мягко возразил Рон. – По определению, опозорить инкуба – это нонсенс. - Да, дела! – задорно улыбнулась Марика. – Но мы так и не услышали имя счастливого родителя. Давай уж, Лель, не томи, рассказывай, с кем у нас Ральф и Лик породнятся вскорости? - А давайте я пока лучше на балкончик выйду? – робко предложил Лель. - Тут нет балкона. - А я вот, у окошка открытого на подоконничке посижу… Демоненок ловко переместился в указанном направлении. - Так, я не поняла, это еще что за прятки?! – возмутилась травница. – Немедленно сообщай, кто именно ожидает твоего ребенка? Лель набрал в легкие побольше воздуха и тоненько пискнул: - Назир! - Эээ… это тот Назир, который, кажется, занимается выпечкой хлеба? Лель отрицательно покачал головой. - Кто-то из стражников? – резонно предположил маг. – Тоже нет? - Только не говорите мне, - зловеще начал Лик, - что наш маленький «шалун» успел осчастливить султана! Все, как по команде, молчаливо воззрились на приготовившегося к прыжку на бордюр Леля. - Лель, дорогой? - А ну, стой, паршивец! Я ж тебя просила, как нормального демона предупреждала – не тронь, пакостник, главу соседнего государства! – разъяренной кошкой взвилась с места Марика. Пискнувший от ужаса инкуб метнулся на стену, ловко и шустро передвигаясь по бордюру. Марика, не задумываясь, бросилась за ним следом. - Я тебе сейчас все уши пооборву! Я тебя, паскудника мелкого, научу старших слушаться! - Ушли? – со вздохом спросил Лик у высунувшегося в окно по пояс Рона. - Ага, бодро так убежали. - Высоко… - Да нет, ерунда. Они ж с ипостасями, если что, перевернутся. - И что будем делать? Если Ральф узнает, точно взбесится. Он же Назира ненавидит. - Это точно, - согласился маг. – Да и за что ему его любить? - Делать-то что? – тоскливо вопросил Лик. - Это ты у нас Советник. Вот и думай. Магией тут точно не помочь. - Мне вот только одно интересно, а султан-то знает? Рон и Лик молча уставились друг на друга. … - Глянь-ка, словно тараканы по стене бегают! - И не говори, срам-то какой, ведь одна-то женщина! - А красиво, шельма, бежит, да еще и ругается как витиевато! - Да, брат, образование! Садовник и пекарь с пониманием покачали головами, провожая взглядом две тонкие фигурки, почти бегущие по отвесной стене на высоте десяти человеческих ростов.