Во имя чести

Доктор Маккой стоял посередине гостиной миссис Крони и уже минут десять делал вид, что ему пора уходить. Он зашел всего лишь на минуту — занести отремонтированного кота его законной хозяйке, но застрял здесь уже на полчаса. Робокот Альберт сейчас был уже во вполне рабочем состоянии и терся ему об ноги, оставляя шерсть на его брюках. Маккой изловчился и переступил надоедливого кота, отойдя вглубь комнаты. Этот кот даже после ремонта был какой-то заторможенный, он на миг потерял свой объект любования, и немного завис в его поисках. Воспользовавшись моментом, Доктор повернулся к Камилле: — Миссис Крони, к сожалению, мне уже пора, я сегодня улетаю. Рад, что с котом все в порядке. — Как уже? Доктор Маккой, вы даже не попьете чаю? — Да нет, мне уже нужно собираться. У Вас теперь начнется спокойная жизнь какое-то время, пока меня не будет. — Доктор, ну что вы говорите такое? Вы так много делаете для меня, я всегда вас рада видеть. Сам Маккой не очень понимал, где так Кирк быстро починил кота. Но это было, конечно, личное дело капитана, главное результат превзошел все его ожидания. Он привез его уже вчера вечером ему в госпиталь, а сам срочно умотал в Айову, так как хотел повидать маму перед отлетом. — Подождите, я сейчас соберу вам с собой пирожные, которые Вы так любите. Я же должна Вас хоть как-то отблагодарить. — Да, не беспокойтесь, Камилла. Мне, правда, уже пора… — Доктор попытался что-то сказать, скрывшейся на кухне мисис Крони. — Вы пока можете посмотреть что-нибудь из книг там, на стеллажах, — отозвалась она откуда-то из глубины дома. Доктор остановился у шкафа. Ему никак не удавалось ускользнуть, да еще и Альберт опять нашел его и мешался под ногами. Пока Камилла не видела его, доктор тихонечко отодвинул его ногой. — Все, брысь! Брысь, иди отсюда. Кот отряхнулся, не понимая, почему его опять отогнали, и медленно поплелся в другую комнату. Доктор осмотрел книги в шкафу и, вытащив пару тетрадей, пролистал их. Какие-то рисунки и формулы в них заинтересовали его. Он ничего не понимал в этом, но это было странно обнаружить в этом сельском доме такие глубокие научные изыскания. — Миссис Крони, а Ваш муж, чем он занимался? Я смотрю у Вас много научных книг и каких-то записей. — Это все его работы. Он был известный ученый и сделал много открытий в медицине, биологии и робототехнике. Альберта тоже сделал он, мне в подарок двадцать лет тому назад. В его смерти виноват Звездный Флот. Они заказали ему одну разработку, а когда он сделал ее — вдруг отказались от нее и не стали ему платить. Это были очень тяжелые для нас годы. Нам не на что было жить. Он все потратил на свои опыты. В итоге, они довели моего мужа до отчаянья и самоубийства. Это великая потеря для общества — он мог столько всего еще открыть и сделать. А Звездный Флот теперь считает его предателем. Его исследования больше никому не нужны. Я буду счастлива, если Вы возьмете что-нибудь почитать из его трудов. Вы же — доктор, вдруг Вам что-нибудь пригодиться. Да, Звездный Флот мог доканать кого угодно. Здесь Маккою нечему было удивляться. Доктор помял в руках тетрадь с понравившимися ему рисунками и показал ее Камилле. — Хорошо, я возьму вот эту, посмотрю, может, действительно, здесь есть что-нибудь стоящее. Доктору не хотелось обижать пожилую женщину, которая так переживала за своего погибшего мужа. Ладно, он потом вернет ей тетрадь как-нибудь. — Спасибо, Доктор! Берегите себя, я буду ждать Вас. И Ваш друг, Адмирал, пусть тоже приходит. — Хорошо, я передам ему, — доктор улыбнулся. У Кирка была удивительная способность при всех его недостатках нравиться окружающим. Маккой, наконец, забрал протянутую ему коробку с пирожными и откланялся.

***

Харпер уже второй день блуждал по Космопорту. Много людей сновало вокруг. Все запахи уже перепутались в его голове. Уставший и голодный, он был готов сдаться и вернуться домой. Он все еще надеялся, что Ретт вернется за своим багажом к камере хранения, где Харпер потерял его след. Но сейчас он уже не слишком в это верил. Вчера он чуть по глупости не попался. В последний момент он пристроился к маленькой девочке, чтобы не вызвать подозрение у ходившего вокруг полицейского. Та нежно гладила его по голове и не выдала его, скормив ему еще и остаток своего мороженного. Поэтому сейчас он был уже не так голоден и благодарен ей за это. Еще бесцельно походив около стоек с информацией, Харпер обессилено лег на глянцевый пол, поднимая лишь иногда глаза на проходивших мимо пассажиров. К его великой удаче, спустя час, Ретт снова появился в поле его зрения. Пес встрепенулся и насторожился. Ретт как-то изменился во внешности — цвет волос теперь был не седой, а каштановый, черный плащ он сменил на темно-синюю, незнакомую ему форму. Несмотря на все это, Харпер мог поклясться, что это был один и тот же человек. Сейчас он шел в сопровождении пожилого человека, за которым несколько роботов везли его многочисленный багаж. Псу опять не удавалось незаметно напасть на него, слишком многолюдно было вокруг. Он прошелся под плавающими в невесомости скамьями, спрятался за огромным растением и затих, внимательно прислушиваясь к их разговору. — Ретт Олсен? Почему прислали именно Вас? Я ждал другого переводчика. Он нравился мне, мы давно работаем с ним, — профессор Лэйн сверял протянутые ему документы с внешностью, стоящего перед ним человека. — Я сожалею, профессор, мой коллега слег с лихорадкой еще неделю назад и ему не лучше. Я полечу с вами. Вы же летите на Энтерпрайз?  — К сожалению, да. Это отвратительный корабль и капитан там не лучше. Но мне сказали, что это единственный транспорт на Колосс сегодня. А если я не улечу, то могу опоздать на Конференцию. Сейчас решается вопрос о подписании нескольких научных контрактов, это большие деньги для Федерации. Поэтому проволочки недопустимы. Вас ознакомили с деталями нашей поездки? — Дэниэл остановился, все еще не доверчиво, поглядывая на своего спутника. — Да, я все получил, не беспокойтесь, у меня уже были встречи подобного уровня. Я знаю несколько языков и наречий, часто используемых на Колоссе, так что уверяю Вас, все пройдет на высшем уровне. Лэйн мрачно кивнул ему, отдавая бумаги. — На высшем уровне уже не пройдет. Если бы мы летели другим кораблем, тогда да. А с этим хотя бы долететь. — Вы уже летали на Энтерпрайз? — Ретт не понимал раздражения профессора. — Слава Богу, нет. Мне и одного этого раза хватит. Просто имел знакомство с капитаном Кирком. Как там говорят — скажи мне кто капитан, и я скажу тебе, что это за корабль. Думаю, нас ожидает пренеприятнейшее путешествие, для вас не знаю как, а для меня уж точно. Ретт был не удивлен, он был наслышан не только о подвигах капитана Кирка, но и его поведении. Вероятно, капитан где-то перешел дорогу старому профессору, что тот так невзлюбил его. Перед ним тоже стояла непростая задача, как-то понравиться этому ворчливому старику, чтобы он не заподозрил его. Он улыбнулся, и вежливо пропустил его вперед. Его цель стоила того — он полетит на Энтерпрайз, заберет спрятанный телепорт из каюты капитана и через три дня высадится вместе с профессором на Колоссе. Харпер, уловив знакомые слова «Кирк» и «Энтерпрайз», поплелся за ними вслед. Затем изловчился, залез на проплывающую мимо него тележку с багажом и спрятался между коробов.

***

— Скотти, только, пожалуйста, поосторожней с этой штукой. Проинструктируй своих ребят. Если что-нибудь найдете, сразу сообщите мне на мостик. И не трогайте браслет руками. Это может быть опасно, — Джим показывал своему главному инженеру на падде телепорт Крони. — Распределитесь по группам: вы и отряд безопасников, начните с тех отсеков, куда был доступ у Деборы. Хотя, думаю это, вряд ли нам поможет, она могла спрятать его где угодно. Все, действуйте. — Капитан, а может нам просканировать все палубы? Вы не знаете, из чего сделан этот браслет? — К сожалению, нет, Скотти, мне об этом не известно. Нам придется искать его вслепую. И да, вот что еще. На Энтерпрайз сейчас гости. Сделай так, чтобы поиски телепорта для них остались в тайне. Мне нужно, чтобы здесь все было безупречно. — Как скажите, капитан. Мы будем просто невидимыми, — коммандер улыбнулся, почему-то очень сосредоточенному капитану. Джим все так же безучастно отошел в сторону к своему первому помощнику. — Они уже здесь? — Да, капитан. Если Вы хотите уйти, я не возражаю. Я справлюсь сам. — Я только поздороваюсь и пойду. Иначе это будет выглядеть как …. Джим не успел договорить, так как они внезапно вывернули из-за угла и столкнулись с профессором Лэйном и сопровождающим его лицом. Джим испуганно замолчал, а Спок дипломатично продолжил. — Профессор… Рад Вас приветствовать на борту Энтерпрайз. С капитаном Джеймсом Кирком Вы уже знакомы, а я его первый помощник — коммандер Спок. — Очень приятно, коммандер, это мой переводчик — Ретт Олсен, он будет помогать мне на Колоссе. Вы вулканец? — сейчас Лэйн разговаривал только со Споком, полностью игнорируя, Кирка. — Да, сэр, но только наполовину. Моя мама была землянка. — А посол Спок, он имеет к Вам какое-то отношение? — Да, он мой дальний родственник. Вы знакомы с послом? — Я встречал его на одной научной конференции, он очень мудрый и талантливейший человек. Также я читал ваши и его научные труды. Это впечатляет. Почему Вы не пошли по его стопам и полностью не посвятили себя науке на Новом Вулкане, а наоборот прозябаете здесь, на этом Богом забытом корабле? Сейчас это был опять «камень в огород» Кирка. Джим устало отвернулся, он хотел уже сбежать, но не мог придумать, как это лучше сделать. Спок удивленно поднял бровь на это неуместное, по его мнению, замечание, но нисколько не смутился. — Энтерпрайз один из лучших кораблей Федерации. Он имеет большую научную базу. После того как Вы разместитесь, я покажу Вам лаборатории и Вы сами удивитесь, как были не правы. Я занимаюсь наукой и здесь, это не мешает моим обязанностям первого помощника. — Это все не серьезно, коммандер. Вы растрачиваете жизнь и свой бесценный опыт на опасные миссии. Лучшие Академии Вселенной могут быть заинтересованы в вашей кандидатуре. Здесь все равно нет людей, которые смогут оценить вас по достоинству. Джим уже возмущенно приоткрыл рот, чтобы возразить профессору. Но Спок не дал ему это сделать. — Посол Спок благословил меня на этот путь. И он оказался прав, предложив мне это. Сейчас я абсолютно уверен в своем выборе. Профессор осекся, Спок умело поставил его на место. Ведь он сам, только что, сказал, что уважает мнение и мудрость посла. — Пойдемте, я покажу вам корабль, — коммандер показал в направлении турболифта. Джим решил, что это лучший момент откланяться. Он уже еле сдерживал себя, боясь сказать что-то лишнее и все испортить. Капитан осторожно развернулся, но успел сделать только один шаг в сторону. Лэйн заметил его неловкое движение и остановил его. — А разве не капитан должен показать нам все здесь? Или на этом корабле никто не знает о приличиях? Джим остановился, и обреченно повернул обратно. Его терпение закончилось. Сколько можно было это о себе слушать? Но, поймав на себе строгий взгляд Спока, он только лишь тяжело вздохнул. Ладно, спокойно, Джим. Это только на три дня. Он с сожалением вспомнил о том, что все его страдания сейчас были абсолютно ни к чему. Диана даже не пришла проводить его в Космопорт и на звонки больше не отвечала. Тогда почему он должен все это терпеть? Он проиграл и должен признать это перед всеми, прямо сейчас. А может и не проиграл? Как бы это узнать? Какая-то неожиданная идея посетила его голову. Ну, вот сейчас заодно он это и проверит. Он устроит Диане веселую жизнь, она сама ему позвонит. Джим смягчился и совершенно ровным голосом продолжил: — Прошу извинить меня, профессор. Срочные дела, но если Вы так настаиваете, я, конечно же, сам, покажу Вам корабль. Пойдемте, начнем с мостика. — В самом деле? Вы наконец-то снизошли до нас, Адмирал? — Дэниэл, поверьте мне, Вы сейчас самый важный гость на этом корабле. Все ваши пожелания я внимательно выслушаю и учту. Я постараюсь сделать так, чтобы Ваш полет до Колосса был комфортабельным, и запомнился вам надолго. Лэйн опешил от такой доброжелательности капитана. Кирк сейчас спрятал все свои амбиции, и вежливо общался с ним, словно ничего не случилось. — Думаю, Вы, капитан, тоже надолго запомните этот полет, потому что если мне здесь что-то не понравится, он будет для Вас последним. По крайней мере, я приложу для этого максимум усилий. Вежливая улыбка слетела с губ капитана. Он уже не мог внутренне успокоиться, после последних слов профессора. Спок заметил замешательство Кирка и решил прекратить этот разговор. — Подожди, Спок… — Джим помешал ему вступить в разговор, и решил сказать то, что собирался. — Профессор, послушайте, давайте не будем накалять обстановку. Я еще раз прошу извинить меня за этот инцидент с Вашей дочерью. Я был не прав. Но Вы можете больше не переживать за нее — мы уже расстались… Вашей дочери больше ничего не угрожает. Дэниэл удивленно посмотрел на Кирка. Диана действительно вернулась вчера домой, но ни словом не обмолвилась о расставании с Кирком. Ну что же, инцидент был исчерпан. Она все-таки услышала его предостережения. — Я знал, что моя дочь примет верное решение в отношении тебя. Ей не место рядом с таким человеком, как ты Кирк. Хочу тебя предупредить, если еще раз увижу тебя рядом со своей дочерью, мой рапорт ляжет на стол Руководству Звездного Флота. Учти это, Джим. Твоя экскурсия нам не понадобится, коммандер проводит нас. Пойдемте, Спок. Поймав на себе сочувствующий взгляд Спока, Джим так и остался стоять посередине коридора, осознавая услышанное. Он сейчас совсем не боялся угроз Лэйна, его больше интересовало, как же на эту интересную новость отреагирует Диана.

***

И ему не пришлось долго ждать. Поздно вечером, вернувшись в свою каюту, капитан обнаружил несколько не отвеченных видео звонков от нее. Джим легко смахнул пальцем все накопившиеся сообщения с экрана и, улыбнувшись, нажал на обратный вызов. Ладно, значит не так все плохо. Он зря расстроился. Еще немного усилий и он сделает из нее образцовую жену капитана. Через минуту удивленные глаза Дианы синим цветом вспыхнули по ту сторону экрана. — Диана?.. — Джим изобразил на лице вселенскую скорбь. — Что происходит Джим? Почему ты говоришь моему отцу, что мы расстались? Он звонит и поздравляет меня с этим. Как это понимать? — А разве мы не расстались? Ты забрала свои вещи, ушла из моей квартиры, хлопнув дверью. Разве это не так называется? Я человек военный, для меня не бывает полутонов. Ты сделала свой выбор. — Нет, я же сказала тебе, что взяла тайм-аут в наших отношениях. Мне нужно было подумать. Я не понимаю тебя, Джим. Диана сейчас была напугана поведением Джима. Его реакция была для нее непредсказуема. Вот Джон, например, уже бы стоял перед ней на коленях и умолял ее вернуться. А Джим не только не извинился за свое вранье, но и делал все, чтобы она сейчас чувствовала себя виноватой. — Я тоже не понимаю тебя, Диана. Я думал, ты хотя бы проводишь меня, но я так и улетел в миссию, не дождавшись тебя в Космопорте. Если ты по-прежнему считаешь себя моей девушкой, почему ведешь себя так, как будто мы с тобой чужие люди друг другу? Вот сейчас Диане не очень понравилось, как Джим на нее посмотрел. Она растерянно приоткрыла рот, собираясь с мыслями, что же ему ответить. Он так умело загонял ее в угол, а она, как назло, ничего не могла противопоставить ему. Ведь она действительно хотела поехать к нему в тот день, но в последний момент передумала. — Я… Я была расстроена нашим последним разговором. Я не приехала, потому что обиделась на тебя. — Обиделась? … А если бы это был последний шанс увидеть меня, все выяснить и помириться. Ты бы приехала? — Зачем ты так говоришь? Почему последний шанс? — Да потому что, я могу не вернуться… Ты очень много тратишь времени на всякую ерунду, Диана, на обиды, ссоры и сцены. А у меня этого времени — просто нет. Я не могу все время ждать, когда ты наконец-то разберешься с Джоном, уладишь проблемы в своей семье, простишь меня и вернешься. Я хочу быть счастлив, здесь и сейчас, именно в эту минуту, сегодня. Потому что завтра… Завтра меня может уже не быть… — Нет, не говори так… Это неправда… — голос Дианы неожиданно дрогнул. — Я не обманываю тебя. Если ты по-прежнему хочешь быть со мной вместе и стать в будущем женой капитана, то должна отдавать себе отчет, что это все не вечно и может закончиться в любую минуту. Так зачем тратить это бесценное время, которое нам отведено, на разборки и обиды? — А разве ты не сам виноват в этом? Ты обманул меня. — Я не вижу здесь своей вины, в наших отношениях я не обманул тебя ни разу. Только это должно быть важно для тебя. История моей мамы очень личная, о ней знают немногие. Я был не готов делиться этим с тобой сейчас. Это не имеет отношения к нашей паре. Я вправе только сам решать, когда это нужно сделать. Ты не можешь меня этим упрекать. Джон поступил недостойно, придав огласке эти факты. И если ты уподобляешься Джону — я никогда не смогу тебя понять. Диана почувствовала, что была не права и закусила от обиды губу. Джим, вероятно, считает ее маленькой взбалмошной папиной дочкой, которой так просто навязать чужое мнение. Капитан прав, он имеет право на этот секрет, а она повела себя как дура. Джим, увидев ее переменившееся состояние, все равно продолжил: — Мне не нравится твоя модель отношений с Джоном. Со мной ты продолжаешь вести себя так же. Хлопаешь дверью при первой же проблеме, делаешь все по-своему. Это недопустимо для жены капитана. Если ты хочешь, чтобы мы были вместе, то должна измениться, — Джим продолжал отчитывать ее, как девчонку. — Я не могу позволить себе отношения без взаимопонимания. Если ты со мной, то должна быть всегда со мной. Я должен чувствовать твою поддержку, и быть уверенным в тебе в любых обстоятельствах. Мое мнение для тебя должно быть всегда первостепенным. Ты можешь сказать, что тебя не устраивает мне лично, а не устраивать сцены прилюдно. Поэтому сейчас для меня — нашей пары просто нет. Моя невеста никогда бы не бросила меня на пороге своего дома и ушла тогда бы со мной. Диана зажмурила глаза, чтобы скрыть предательски подкатившие слезы. Тон Кирка и этот разговор был ей не приятен. Даже ее отец никогда не позволял себе такого. Джим уловил расстройство Дианы и решил больше не напирать на нее. Судя по ее дрожащим ресницам, он уже перегнул палку и сейчас все закончится слезами. Он ничего не добьется от нее в таком состоянии. Нужно было закругляться с этим вводным курсом на тему «Идеальная жена капитана Кирка» и как-то успокоить ее. — Ладно, извини. У меня просто наболело все это, я ведь тоже не железный. Я просто хочу, чтобы ты поняла меня. Пожалуйста, не плачь. Женщина капитана не должна плакать ни по какому поводу, даже если я погибну… Джим, наконец, улыбнулся Диане, но она почему-то не оценила его шутку. Наоборот, подняв на него свои влажные от слез глаза, она вдруг резко встала и прервала видео звонок. — Диана?.. — Капитан испуганно попытался возобновить прерванный разговор, но когда его несколько раз отклонили, он расстроенно ударил рукой по столу. — Вот, черт! Да, капитан Кирк, ты просто молодец! Пять баллов, — Джим обессилено откинулся на спинку кресла. Ну, он же просто пошутил. Разве это непонятно? После этого он вообще не знал, что делать с женщинами.

***

Диана не понимала, почему этот разговор с Джимом довел ее до слез. Вероятно, она сама чувствовала себя в чем-то виноватой. Но сейчас в разговоре с ним она вдруг осознала, что он просто манипулирует ей. Навязывает ей свои правила игры, пытаясь ее запугать своей вымышленной смертью. В остальном же «милый» Джеймс Кирк потихоньку превращался в того властного парня, каким она встретила его в самый свой первый день визита на Энтерпрайз. Никого не слушал и гнул только свою собственную линию. Да что с ним, в конце концов, может случиться? … Люди все смертны. Это невыносимо постоянно думать об этом. — Все, с меня хватит. Нет, ну это нормальные женихи? Один заламывает ей руки до синяков, другой повышает голос и учит жизни. Она никому не позволит так с собой разговаривать. Диана посмотрела на свое заплаканное отражение в зеркале и провела по лицу рукой. Нет, это уже ничем не исправишь… Ей действительно, стоило хорошенько подумать, так ли хотела она быть «женой капитана».