Во имя чести

Диана, кутаясь в белое пушистое пальто, подошла к воротам школы. Она была в отпуске всего пять дней, а уже успела соскучиться по своей работе, маленьким ученикам, и Питеру. Прижимая к себе чудесный розовый букет, девушка улыбалась осеннему солнышку. Ей нужно было немного развеяться. Эта неделя, проведенная на свадьбе ее подруги Миранды, вернула ее к жизни и сейчас она жила предчувствием чего-то нового и возвышенного. Недаром же она поймала этот букет невесты на свадьбе. Это была хорошая примета. Так быстро летит время. Еще недавно они, три лучшие подруги, студентки — Диана, Миранда и Николь закончили академию и оказались в разных концах Галактики. Диана осталась на Земле, Николь теперь помогала детям и беженцам на далекой Тулаи, а Миранда улетела работать гувернанткой в королевскую семью на Оригон. Для Дианы стало совершенно неожиданным приглашение от Миранды на ее свадьбу. Она выходила замуж за старшего сына правителя Оригона. Это было невероятной новостью, их Миранда будет теперь принцессой, а они с Николь поедут на королевскую свадьбу и будут подружками невесты. Бал, свадьба, цветы и фантастическое путешествие на Оригон — все это, стало незабываемым событием в жизни Дианы. Она надеялась, что в ее жизни тоже когда-нибудь будет такое же счастье, которое она видела в глазах у своей подруги и ее избранника. С кем-то мило поздоровавшись на лестнице, Диана подошла к школьному расписанию и разочарованно притормозила. Все ее занятия до конца этой недели были отменены и разбросаны по другим преподавателям. Что происходит? Ее уволили? Настроение как-то сразу резко упало. Какие-то ученицы, стоящие рядом с ней зашушукались и быстро отошли. Ничего не понимая, Диана быстро поднялась по лестнице и направилась прямиком к своему непосредственному начальнику Доминику Камински. Доминик стоял перед окном в своем кабинете и наблюдал за бегающим во дворе школы Питером. Мальчик еще ничего не знал о той страшной новости, которую ему вчера сообщили в Штабе. Сам Доминик тоже никак не мог поверить, что его друг Джим Кирк погиб. Ему часто приходилось сталкиваться с горем и потерями. В учебном заведении, которое он возглавлял, так и или иначе, подобные трагедии касались почти каждого второго ребенка. Но на маленького Питера продолжали рушиться несчастье за несчастьем: год назад он потерял родителей, а теперь и его дядя Джим погиб… Невозможно было в это поверить. Кто теперь позаботиться о мальчике? Его отвлёк от его грустных раздумий стук в дверь. — Диана? Ты уже вернулась? — Доминик изумленно обернулся на вошедшую к нему в кабинет девушку. — Да. А что происходит? Почему все мои занятия отменены? Доминик замолчал, собираясь с мыслями, как же сказать это Диане. — Тут, кое-что случилось, пока тебя не было. Тебе, наверное, лучше присесть. Диана помедлила, но все же присела на краешек дивана, положив на стол свой розовый букет. Она совсем не понимала к чему клонит Доминик, но он был чем-то очень сильно расстроен. — Не знаю, как тебе сказать. Это очень печальная новость о Джиме Кирке и Джоне Майдеке. Я узнал об этом вчера в Штабе. Их шаттл был обстрелян при спуске на планету и упал где-то в горах Фарадеи… Они оба погибли. Мне очень жаль… Диана продолжала на него непонимающе смотреть. Вдруг какая-то спасительная мысль пришла ей в голову. — Нет… Это не правда, здесь какая-то ошибка. Джон Майдек в военном госпитале в Сан-Франциско, он серьезно ранен. Он не мог оказаться вместе с Джимом на Фарадее. — Я не знаю подробностей, Диана, но это так. Прими мои соболезнования. Тебе лучше вернуться домой и побыть с семьей, до конца недели ты освобождена от занятий. Завтра состояться похороны. Диана испуганно подняла на него глаза, до нее словно только что дошел смысл всего сказанного Домиником. — Что? Почему завтра? Почему их не ищут? — Диана, там нечего искать. Шаттл в котором они летели — взорвался. Они оба погибли. Там никто не мог выжить. — Погибли… — Диана как-то обреченно произнесла эту фразу, потом вдруг что-то вспомнив, она с надеждой посмотрела на Доминика и спросила. — А мой отец? Он сейчас на Энтерпрайз, вы что-нибудь знаете про него? С ним все в порядке? Доминик тяжело вздохнул и отвел глаза в сторону. Он не хотел сразу вываливать на Диану все печальные новости, о которых ему сообщили и надеялся, что она не спросит его об этом. Но сейчас, она так умоляюще на него смотрела, что ему было не по себе. — Твой отец… — Доминик замялся. — Ты только не нервничай. Хорошо? Он спустился на Фарадею вместе со своим переводчиком и доктором МакКоем, и пропал. Сейчас они все числятся без вести пропавшими. Но их уже ищут. Их обязательно найдут, слышишь? — Что это за планета такая? Почему там все пропадают? — Диана задала вопрос в никуда. — Тебе нужно успокоиться. Завтра обязательно придут хорошие новости. Нужно надеяться, — Доминик как мог, успокаивал ее. — А Питер и Вайнона, они уже знают о Джиме? — Диана вдруг вспомнила, что она не одинока в своей беде. У Джима есть родственники, которые тоже переживают его потерю. — Нет, они пока не знают об этом. Джим всегда просил, что если с ним что-нибудь случиться, не сообщать сразу его родным. Я не знаю, как мы скажем об этом мальчику, для него это сильный стресс, он только что потерял родителей, а теперь и Джим погиб. Есть еще один нехороший момент во всем этом. Питера сейчас могут забрать в приемную семью. У меня с утра уже пять заявлений на его опекунство, а что будет дальше? Я надеюсь, что после оглашения завещания Джима эта ситуация немного прояснится. Он единственный опекун Питера и, я надеюсь, что он оставил какие-то распоряжения в отношении своего племянника. Но если это не так, мальчик может оказаться в совершенно посторонней семье. Диана удивленно посмотрела на него. — Пять заявлений? От кого? В школе учится тысячи детей сирот, почему они хотят именно его? — Ты многого не знаешь, Диана. Питер Кирк — он очень богат. Джим основал фонд для детей-сирот нашей Академии, большая его часть принадлежит Питеру. Он сейчас лакомый кусок для всех этих людей. Я не уверен, что ими двигают какие-то другие чувства к мальчику, кроме наживы. Они ведь даже не знают его. Диана испугалась не на шутку. Мальчика заберут другие люди, в другую страну или, возможно, на другую планету и она больше никогда его не увидит. А она так привыкла к нему. Мечта Джима о том, чтобы Питер закончил Академию, вообще перестанет существовать. А он сам будет жить с чужими людьми, которые даже не будут любить его, пользуясь только его деньгами. С этим нужно было что-нибудь делать. — Разве можно принимать сейчас заявления от них на опекунство, пока воля Джима по этому поводу не известна? Когда огласят его завещание? — Думаю, об этом станет известно после его похорон. Но такова процедура. До оглашения завещания любой может подать заявление, в том числе и бабушка. — Бабушка? Почему она должна писать какие-то заявления? Она его единственный родной человек и имеет первостепенное право на опекунство над мальчиком. Что за чушь? — Диана была уже в негодовании от этой ситуации. — Там есть какие-то ограничения, Диана. Я не юрист и не владею всей ситуацией. Но, насколько я знаю, Джим был единственным его опекуном по суду и только он может решить судьбу Питера. Нужно дождаться его волеизъявления и потом решить, что с этим делать. — А разве потом можно будет с этим что-то сделать? Какие дурацкие законы, кто их придумал? Бабушка не имеет права на собственного внука, какие-то чужие люди заберут Питера. Чего мы будем ждать? Вдруг Джим ничего не написал про Питера в своем завещании. — Диана, таковы правила. Я сам очень переживаю из-за этого. Нужно успокоиться и на трезвую голову подумать, что с этим можно сделать. Возможно, нам потребуется помощь адвоката. Я готов оплатить все расходы на него, только чтобы решить этот вопрос в пользу ребенка. Я не меньше, чем ты, хочу, чтобы мальчик остался с бабушкой и продолжил учиться в нашей школе. Диана начала судорожно соображать, что же делать. Пока этот адвокат будет разбираться со всеми тонкостями этого дела, все может закончиться, для них не лучшим образом. На глаза ей попались заполненные бланки от будущих опекунов Питера. Неизвестные имена и фамилии, ничего не зачавшие ни для нее, ни для мальчика. И вдруг ее осенило. — Ты говоришь, что заявление нужно написать сейчас, а потом, после оглашения завещания, будет поздно? — К сожалению, да. Если Джим никого не указал своим приемником в опекунстве над Питером, новый опекун будет выбран из людей, подавших эти заявления. — Тогда я тоже напишу это заявление. Дай мне бланк, — Диана демонстративно пересела за его письменный стол и взяла в руки ручку. — Диана, это невозможно. Ты не замужем. Ребенка никогда не отдадут в неполноценную семью. — Это мы еще посмотрим. У меня есть дом, профессия и достаток. Мой отец известный ученый во всей Галактике. Я учительница и могу дать мальчику хорошее воспитание и образование. Он привык ко мне. К тому же он уже взрослый и сам может сказать с кем из этих опекунов он хочет остаться. Разве мнение ребенка при этом не учитывается? Доминик призадумался, а что, можно было и попробовать. Эта целеустремленная девушка вызывала у него сейчас крайнюю симпатию. — Хорошо, я помогу тебе. Если ты уверена в своих силах. — Да, уверена. Я, думаю, что Джим тоже был бы не против этого. Доминик достал чистые бланки и протянул их Диане.

***

Через полчаса Диана, наконец, выбралась на улицу и медленно пошла в сторону ворот школы. Самое ужасное, что плакать ей совсем не хотелось. Ей было просто плохо, и она ничем не могла облегчить свои страдания. Свой букет, она забыла в кабинете у Доминика, но возвращаться за ним ей совсем не хотелось. То, что другим приносило счастье, ей принесло только боль и утрату. Она все еще не понимала, как эти двое — Джим и Джон — могли оказаться вдвоем в этом шаттле. Вероятно, в этом был какой-то злой рок, что они погибли вместе. Она старалась думать о Питере и Вайноне, о людях, которые потеряли намного больше, чем она. Сколько боли перенесла мама Джима, смогла бы она с этим справиться, если бы потеряла сначала мужа, а потом и двух сыновей? А теперь и опекунство бабушки над Питером было под вопросом. Доминик упомянул, что был какой-то суд. Джим никогда не говорил ей об этом. Это все было очень странно. — Диана, ты вернулась? — Питер неожиданно нагнал ее уже у ворот. Она испуганно обернулась, не зная, что ответить ему. — Да… Я приехала вчера. Как твои дела? — она потрепала ему волосы. — Нормально. А почему тогда другой преподаватель, будет вести твой предмет на этой неделе? — Ну… понимаешь, Питер, я приехала, но мой отпуск еще не закончен. Я вернусь к занятиям только на следующей неделе, — быстро соврала Диана. — А, понятно. А я уже испугался, что ты уволилась. — Нет. Ну что ты. Куда я денусь. — Диана крепко обняла его. — Ты знаешь, пока тебя не было, Джим искал тебя. Диана отпустила его. — Когда это было? — она с надеждой посмотрела на него. — Да, буквально на следующий день, когда ты уехала. Диана печально опустила глаза. — Он что-нибудь сказал? — Да, он просил передать тебе, что он придурок. — Что? — Да, он так сказал… — мальчик удивленно пожал плечами. Девушка закрыла лицо руками и неожиданно для себя заплакала. Питер испуганно подошел к ней и взял ее за плечо. — Диана, что-то случилось? Почему ты плачешь? — Нет, нет, все в порядке. Мы просто поругались с ним… Диана со всем чувством прижала к себе мальчика, продолжая плакать. Питер гладил ее по спине и не знал, что с ней делать. Он никогда раньше не видел Диану такой расстроенной, вероятно, его дядя Джим действительно сильно накосячил.

***

Квартира капитана Кирка встретила Диану мертвой тишиной. Она сама не понимала, как оказалась здесь. Вероятно, скоро она уже не сможет сюда больше приходить. А ей хотелось попрощаться с Кирком и той жизнью, которая у нее была. Идти домой ей совсем не хотелось. Что она скажет маме? Что их отец пропал? Она была слишком расстроена для всего этого. Да и зачем ее маме сейчас ненужные волнения, может быть, все еще обойдется. — Свет, тридцать процентов, — Диана встала в центр комнаты и обернулась. Вокруг было все разбросано, одежда лежала на полу, кровать не убрана. Вероятно, капитан очень спешно собирался в свою последнюю миссию. Она подняла глаза к потолку и тяжело вздохнула. Только капитан Кирк мог оснастить свой дом умной системой уборки и забыть включить ее перед выходом из дома. Как жил этот человек, ей было совсем не понятно. Она молча подошла к панели управления и набрала код. Тут же включился кондиционер, несколько роботов включились в уборку соседних помещений. Диана прошла мимо полок с фотографиями, задержавшись на фото Джима с собакой и Питером. Эта была одна из последних его фотографий. Точно такую же он забрал на Энтерпрайз в свой последний полет. Этот милый щенок Харпер, так и не нашелся. Бедный малыш, где он теперь? Жив ли? Диана подняла с пола игрушки Харпера и сложила их в коробку, а остаток его оборванного поводка кинула в утилизатор. Затем неспешно начала помогать роботам собирать вещи Джима с пола. Когда она встряхнула форменные брюки Джима, из них на пол вывалилась какая-то красная небольшая коробочка. Диана присела на корточки и подняла ее. Эта вещь была ей очень знакома. Она осторожно открыла ее и удивленно уставилась на кольцо с бриллиантом. Оно до сих пор было в кармане у Джима с того самого дня, когда они ходили с ним к ней в гости. А он сказал ей, что отдал его коммандеру Споку. Опять наврал ей? Или коммандер вернул его капитану? Да, Спок мог его и вернуть, он был очень воспитанным человеком и никогда бы не оставил кольцо Джима себе. Зачем он носил его с собой? Может быть хотел в тот день возвратить ей кольцо? Диана достала украшение из коробки и примерила его себе на безымянный палец. Оно было невероятно красивым. Джим так хотел, чтобы она его взяла, а она отказала ему. И он больше никогда не предложил ей это вновь. Его гордость была задета, и он вообще не хотел говорить с ней об этом кольце, сказав только, что его больше нет, что у Спока скоро свадьба и ему оно нужнее. Какой бред. А она ведь только попросила его подождать ее решения. На что он тогда обиделся? Диана отвела руку вперед и засмотрелась на кольцо на своем пальце, повернув голову в бок. Потом прижала его к своим губам и поцеловала. Ей так хотелось взять что-нибудь на память о Джиме, но забрать что-то не свое из его квартиры она не могла. Это же будет воровство, а ее воспитание не позволяло ей взять чужое, даже если это была бы просто фотография с полки. Но это кольцо, оно принадлежало ей. Джим купил его для нее, и она только по своей глупости не взяла его тогда. Вероятно, никто, кроме нее и Джима, не знает, вернул ли он ей кольцо или нет. Это была только их маленькая тайна. Его никто не будет искать. Диана на миг задумалась над этой мыслью, будет ли сейчас корректно забрать его? Она так была виновата перед капитаном, в том, что не смогла сделать его счастливым в последний месяц его жизни. Диана вспомнила об их последнем разговоре. Она так разозлилась тогда на Джима, думая, что он манипулирует ей. А он в этот раз был искренен с ней как никогда. Что он там тогда сказал ей? «Я хочу быть счастливым, здесь и сейчас, сегодня, потому что завтра меня может уже не быть…». Откуда он знал? Почему она не поверила ему? Диана смахнула подступившие слезы. Она опять перевела свой взгляд на кольцо. Да, она заберет его, даже осознавая, что ее могут наказать, поймав за кражу. Ей была так дорога сейчас эта память о Джиме. Она теперь будет носить его всегда, в память об этом веселом парне, капитане Кирке, который был так влюблен в нее там, на Папилион, спас ей жизнь, помог поверить в себя и в то, что она может быть по-настоящему счастлива. Это было очень печально и, наверное, совсем не правильно, но она ни разу не вспомнила сегодня о Джоне Майдеке, а ведь он тоже погиб.