Подарочек на Рождество

      Зимнее утро было в самом разгаре, когда до расстроенного Арчи дошло, что братишка собирается поехать непосредственно к Дику домой. Он все пытался собраться с духом и рассказать Ромео, что случилось на самом деле вчера с ним, отцом, Диком и Лео; брат сейчас показался ему куда лучше, когда наконец удалось разглядеть его натуру за личиной юного мажора. Вот сейчас, например, альфа вел разговоры с неким Карсоном, младшим братом Дика. Карсон был его приятелем раньше, они когда-то учились в одном классе, затем дорожки разошлись, но вот сейчас, когда ему оказалась нужна помощь, почему-то он вспомнил о Ромео в первую очередь:       — Привет, Ромео, ты можешь мне помочь? — Сдавленный заплаканный голос альфы выдавал с головой всю гамму бед, свалившихся на хрупкие плечи. — Ты же знаешь, что вчера случилось?       — Да, знаю, ты где? Ага… Ты знаешь, я так потрясен, я понимаю, как вам тяжело…       Через пять минут Ромео заглянул в комнату к омеге:       — Арчи, мне надо свалить отсюда к Дику домой: его младший брат Карсон просит о помощи. Родственники пока не успели приехать к ним, а его старший брат ведет себя очень странно и начал крушить мебель в доме…       «Какой кошмар, зачем я только вообще приехал в этот город, столько бед из-за меня произошло», — пронеслось в голове шатена.       — Слушай, можно я к тебе буду обращаться «малыш», а? Мне кажется, это прикольно, — продолжил Ромео.       — Называй, мне нравится, — ответил омега и поправил прическу. «Черт, я должен поехать с ним, чего бы это ни стоило. Надо понять, что конкретно случилось и как помочь Майку». — Я не хочу оставаться один, можешь взять меня с собой?       — Совсем ку-ку, братишка? Ты меня услышал вообще? — Тут пришлось Ромео присесть на кроватку и начать гладить братишку по щеке. — Там маленьким омегам не место. Я спросил у Карсона, почему он психушку не вызовет, но он меня послал куда подальше…       — Если ты меня оставишь здесь, я ведь могу вылить на себя кипяток и выпасть из окна. — Арчи начал неудачно фантазировать, так как план мог провалиться. — Потом у меня температура начала подниматься, я так думаю, эти рыбы были ядовитые? Вдруг я умру, пока тебя не будет? Феликс меня не спасет…       — Ну твоя взяла, только потом не надо плакать! Мне там точно не придется откачивать тебя, а? — И тут Ромео стало смешно, как он первый раз испугался, когда на кухне Арчи начал падать со стула с пеной у рта…       — Я не хочу оставаться один, у меня панические атаки начинаются. — Фантазия Арчи отчаянно пыталась изобрести хоть что-нибудь правдоподобное.       — Все, уговорил. Только будешь тихо себя вести и слушаться меня, малыш! — И Арчи нашел в своем гардеробе приличную одежду для брата. — Все, прыг в тачку!       Когда Ромео выкатил своего красавца из гаража, до омеги дошло, что что-то тут не так:       — Ты точно можешь водить машину? А я не знал…       — Надо было телек смотреть, малыш, и таких вопросов бы ты не задавал! Отмажусь. Дам автограф полиции, если остановят, ха-ха. Да и отец штраф заплатит, сколько надо. А я скажу, что у меня было помрачение рассудка на почве прозошедшего с Диком. Скажу, что был его большой фанат и мне очень плохо. Вообще я так веду себя только в самом крайнем случае.       Феликс стоял рядом с Маем II, когда красивый спорткар скрылся на горизонте.       «Дурачки эти детишки… Ой, дурачки…»       Спустя полчаса езды по заснеженному городу подростки въехали в лесистую местность, и машина Ромео остановилась…       — Ромео, ты что, заблудился? — тревожно спросил Арчи.       — Ха-ха, омежка мой глупенький, это просто невозможно. — Альфа выпрыгнул и начал шарить по траве. Омега увидел крышку люка. — Через парадный вход нас не впустят, там папарацци, наверное, оккупировали все, да и заслон, наверное, Барт уже выставил…       — А Барт это кто? — И сердце Арчи неприятно заекало, когда он понял, что надо спуститься в темный проход.       — Не боись, малыш… Барт это старший брат Дика. Он их почти в одиночку воспитывал, Дика и Карсона. У них родители погибли, когда Барту было двадцать, а Дику десять, а Карсону, дай подсчитать…       — Четыре, — сообразил Арчи.       — Умочка, талант.       — А они все альфы? — спрашивал омега, разглядывая ступеньки, освещаемые фонариком брата, так как не хотелось получить очередную травму за день. Ребра Арчи после сердечно — легочной реанимации неприятно ныли, места укусов начали отекать, а температура тела подниматься… Затылок тоже болел. Идти пришлось неожиданно долго.       — Ага, все альфы. Все, пришли. — И Ромео начал настойчиво стучать по какой-то дверце.       Неожиданно их залил свет, и альфа оказался в объятиях Карсона, бывшего одноклассника.       — Как я рад, что ты пришел, Ромео!!!       Карсон оказался симпатичным белобрысым альфой. Так-то можно было бы, наверное, назвать его красавцем, если бы не мешали опухшие веки и красное заплаканное лицо.       Он закрыл за братьями дверь и провел их в просторную комнату, где Арчи увидел море поломанной мебели.       — Он как ночью узнал о Дике, — вполголоса заговорил Карсон, — так начал крушить здесь все. Меня обвинял, что меня дома не было вчера, себя обвинял, что не уследил. Барт ведь и в больнице был, видел Дика. Говорит, тот в плохом состоянии. Но зато выжил…       — Ты не один, Карсон, — сказал Ромео и обнял Карсона. — А это, знакомься, мой двоюродный брат, сын моего дяди Майка…       — Так он же вроде без детей был? Я читал о нем в газете как-то, он прекрасный военный. — Карсон удивленно покосился на симпатичного омегу. — И вроде же вы вообще не общались с дядей…       — Не общались, а теперь будем, — подал голос Арчи.       — Карсон, кого там принесло? — раздался где-то издалека, в другой комнате, голос Барта, тридцатилетнего альфы. Тут же очередная бутылка ударилась и разбилась об стену. — Пусть проходят, че, я же не кусаюсь… Пока…       — Он никогда таким не был, Ромео. — И тут Карсон почти заплакал. — Всегда и как отец, и как папа нам был. Никогда не пил…       — Посттравматическое расстройство, — сказал Арчи тихо.       Ромео махнул рукой в его сторону:       — Арчи, малыш, тут и без тебя понятно все, что происходит. Тихо сиди тут… Не высовывайся.       Арчи смахнул осколки стекла с единственного уцелевшего кресла, сел на него, закрыл глаза и начал погружаться в события вчерашнего. В этой комнате он не был вчера. Но запах Дика был очень стойкий и приятный для обоняния омеги.       Он услышал, как Ромео и Карсон пытались вразумить спятившего Барта.       — Я вчера утром в рекламе увидел ваш типа веселый клип, — говорил тридцатилетний альфа. — Мажоры писаные… Вот ты вот вообще, Ромео, каким макаром здесь оказался? Что забыл-то у нас?       — Тихо, тихо, Барт, ты забыл, он же мой бывший одноклассник. Что несешь вообще? — И тут же белобрысый ловко увернулся от брошенной бутылки.       — Молчать, ребенок… Вообще иди отсюда, Карсон, дай нам поговорить с ним. — И Барт буквально выпнул брата из просторной гостиной на кухню.       — Вот представь себе, Ромео, каково это, — сказал спятивший, закуривая дорогие сигареты, — когда нянчишь буквально с роддома ребенка, растишь его, кормишь, заботишься, а потом — бах! Приходишь к нему в больницу, а у него нет руки и он при тебе ест матрац!!! Матрац, Ромео! — И тут Барт заплакал. — У него отшибло всю его умную голову… Которой он еще вчера соображал и пел… Он мне еще вчера утром говорил, что чувствует, что в его жизни сейчас все изменится к лучшему…       — Ну ладно, Барт, ладно, что же теперь поделаешь-то… Найдут виновника всего этого. — И Ромео начал гладить Барта по голове.       — А потом он издает эти звуки типа «а…м…», ты хватаешь ложку и раскрываешь его рот, чтобы вытащить остатки матраца… Ты орешь, как ненормальный, но кому нужен этот инвалид… Кроме тебя…       Все эти завывания слышал малыш Арчи, и слезы катились по его щекам.       — Я не понял, Ромео, ты либо спишь с кем-то, либо кто-то из фанатов сюда пробрался… — И тут Барт резко встал и пошел в комнату, где был омега.       — Черт, Барт! Только не ходи к нему! Это мой брат! — И Ромео пытался закрыть собой дверь, за которой скукожился от страха Арчи.       — Брат, говоришь… А почему он пахнет, прости меня, как… — Барт резко отшвырнул Ромео, зашел в комнату и сразу закрылся изнутри. Его взгляду предстал симпатичный омежка, который уже с ногами влез в кресло, чтобы было удобней пинаться…       — Не подходи ко мне, слышишь… — лепетал Ромео. А что ему еще оставалось…       — Я не знаю, что ты за омега. Я знаю всех омег, которые сюда приходили для этих … не буду говорить вслух… приятных вечеров с Диком… А тебя не знаю. А ты же был вчера здесь, не так ли… Я твой запах легкий- легкий услышал вчера, когда зашел в комнату Дика… И не говори мне ничего…       — У тебя сломанный нос, ты ошибаешься с запахом. — Неожиданно для Арчи в нем открылась какая-то сторона сознания, которая диктовала, как ему вести себя. — Ты пьян и расстроен. Ты пугаешь меня. «Черт, он все знает!!! Он все знает!!! Я и не думал, что у альф бывает такое обоняние».       «Омежка, не надо так, дай себя понюхать только…» — думал его противник.       — Барт, остановись! — А ведь дверь-то крепкая, и мальчикам не удавалось проникнуть в комнату.       — Ты ошибаешься, Барт, это не он был вчера здесь, он не мог быть здесь! — отчаянно вопил Ромео. «Зачем взял этого болвана с собой, черт…» Карсон рассказал ему, что Барт вбил себе в голову, что ко всему причастен некий неизвестный омега, запах которого тот почуял, когда вечером зашел в комнату брата. — Он мой брат, и он травмирован! С ним так нельзя обходиться!!! Он как ребенок, Барт!!!       — Молчи уже, Ромео, хватит. Дверь крепкая, — отозвался Барт. Он подбежал к креслу, свалил с него омегу прямо на пол с осколками бутылок. Теперь черед дорогой футболки, которую Барт немедленно задрал, чтобы прикоснуться носом к спинке Арчи.       — Это кто тебя так замотал, что за дурень? — вдруг спросил Барт. Он начал разматывать бинты. — Еще и покусан. Еще и синяки везде…       — Мне кажется, у меня даже ребро одно сломано, — вполголоса ответил Арчи. Омега пытался выкарабкаться, иначе все пропало…       Очень даже кстати, что запах мурен мешался с истинным запахом омеги. Барт ничего не мог понять. Тем временем подростки ворвались в комнату, так как Карсон вспомнил, где он с Диком однажды нашел тайник, где Барт прятал всякие дубликаты ключей, документы и сбережения.       Первое, что сделал Ромео — это оглушил противника бутылкой, а затем он поднял Арчи с коленок и крепко обнял.       — Я, пожалуй, малыш, тебя привяжу к себе веревкой и не буду отпускать. Согласен?       — Согласен…       Ну, а Карсон тоже поднял своего брата на себя и унес его тело в гостиную.       Вскоре Барт пришел в себя:       — Карсон, где они?       — Уехали…       — Неправда. Я чувствую, что Ромео рядом, а омега ушел.       — От тебя ничего не укроется, Барт. Они мне предлагают провести несколько часов у них, чтобы оклематься.       — Хорошая идея. А старина Барт останется здесь квасить дальше.       — Но я приеду скоро… Мне просто надо немного прийти в себя. Ты же не повесишься, пока меня не будет рядом? Обещай, ничего с собой не сделаешь?       — Торжественно клянусь, что с собой я ничего не сделаю!       И альфа встал, пошатываясь, с кровати. Карсон быстро собрался и исчез через черный ход…       «С собой-то ничего. А вот с убийцей кое-что…»