Broken

      Тишину, воцарившую в кафе, нарушал только мерный стук старых настенных часов. С каждым мгновением она ставала всё более невыносимой, давящей на мозги, грозясь превратить их в своеобразную кашицу. Диппер не мог припомнить, когда ему было так... некомфортно рядом с кем-то. Хотя парень давно причислил себя к числу людей, предпочитающих гордое одиночество, но общение с другими людьми не казалось большой проблемой для молодого человека. Но этот блондин не был похож на остальных. Что-то в нём было странное, не совсем человечное, если так можно выразиться, что, безусловно, заставляло быть настороже. Кареглазый всегда был особо осторожен с чем-то загадочным, не от мира сего, не смотря на то, что тайны он любил. Не зря же кудрявый в детстве целое лето проводил в Гравити Фолз, где что не день, то новое приключение. Но сейчас...       Диппер Пайнс вопросительно поднял бровь, окинув вошедшего очередным непонимающим взглядом. В свою очередь блондин одарил его пугающим оскалом, из-за которого по телу словно табун мурашек пробежал. Официант упрямо сжал губы, напоминая себе, что он всё ещё на работе, а значит послать куда-подальше этого чудика не может. Без неприятных последствий на свою голову, конечно.       Из ярко-жёлтого плаща прибывшего на деревянный пол стекали небольшие ручейки, смешиваясь с пылью и грязью, которые накопились за целый день на полу. Взлохмаченные блондинистые пряди незнакомца обрамляли треугольной формы лицо, с уж больно резкими чертами лица. Тонкие губы застыли в кривой усмешке, обнажая белоснежные зубы. Вошедшему на вид было где-то лет двадцать два — двадцать три, он был довольно высоким, так как Дипперу пришлось задрать голову, дабы встретиться с полыхающими золотистым огнём глазами. Странные вертикальные зрачки наводили на мысль о наявности цветных линз. Фигура у блондина статная, с широкими плечами и сильными, длинными ногами — поэтому, если бы здесь была Мэйбл, то обязательно бы поспешила познакомиться поближе. Но Диппера этот тип с каждым мгновением бесил всё больше и больше. Правда, пока он не мог ответить почему. Может, он просто устал? — Парень, может, ты прекратишь на меня пялиться и предложишь сесть за свободный столик? — светлая бровь пребывшего красиво изогнулась, губы слегка дрогнули. — Правда, если хочешь, могу дать номер своего телефончика, золотце.       Диппер нахмурился, стряхнув головой, словно выходя из транса. Этот парень явно издевается, но ничего, за время своей практики каштановолосый встречал людей и похуже. — Выбор у вас велик, — с трудом сдерживая вновь накатившее раздражение, произносит кареглазый, жестом показывая на свободные столики в зале. — Так что выбирайте.       Блондин хмыкнул, снимая с себя мокрый плащ и как ни в чём не бывало вешая его на крючок у стены, но за столик так и не сел. Официант сильнее сжал в руках небольшую папку меню так, что костяшки побелели. — А если хочу, что бы ты сам проявил инициативу и исполнил свою работу? — лукаво произносит посетитель, вводя Диппера в состояния крайнего возмущения.       Прикрыв глаза, тем самым собираясь с духом, каштановолосый издал тяжёлый вздох, жестом приглашая сесть этого наглеца за ближайший столик, небрежно бросив меню на стол.       Незнакомцу явно нравилось его злить.       Блондин усмехнулся, с хорошо скрытым интересом рассматривая мальчишку, который с крайне кислой физиономией стоял возле него, явно желая находиться где угодно, только не здесь.       Диппер прикусил нижнюю губу, мимо воли отводя взгляд от посетителя. Его смущало столь пристальное внимание к своей персоне.       Блондин усмехнулся, наблюдая, как бледная кожа лица парня приобрела розоватый оттенок от нахлынувших эмоций, как он чертовски раздражительно прикусывает нижнюю губу, словно девчонка, как нервно теребит ткань рубахи. Определённо, интересный мальчишка.       Мужчина вальяжно закинул ногу на ногу и небрежно раскрыл потрёпанное меню, мельком пробежав взглядом по строках, напечатанных мелким шрифтом. Если честно, в этот момент этот текст волновал его меньше всего. — Пожалуй, я бы не отказался от кофе, Сосенка, — наконец произносит он, хитро взглянув на бейджик Пайнса. — Коретто, пожалуй, будет лучшим вариантом.       Диппер издал тихий вздох, с силой впиваясь ногтями в ладони, сдерживаясь с последних сил. И куда же делось его хвалённое самообладание?       Как. Же. Бесит. Этот. Тип. — Я Диппер Пайнс, — со злостью кидает официант, гневно смотря прямо в холодные глаза с золотистым отливом.       Посетитель хищно оскалился, с наслаждением наблюдая за сложившейся сценой. Ему она, безусловно, пришлась по нраву. Мужчина буквально впитывал в себя все эти негативные эмоции, исходящие от парня. Они казались сладким десертом, самым изысканным блюдом. — Сосенка, — вновь акцентировал внимание на прозвище, язвительно произнёс блондин. — Ты несёшь мне мой коретто? Или тебя... подтолкнуть?       От ухмылки этого типа становится жутко. Диппер мотнул головой, молча разворачиваясь и направляясь в сторону барной стойки. Парень уже мечтал, когда этот блондин свалит куда-подальше.       В кафе вновь повисла тишина. Официант нетерпеливо нажал на одну из кнопок кофемашины, выбирая в меню нужный напиток. Машинка издала противный писк, глухо загудев, от чего столик, где она находилась, слегка задрожал.       Диппер физически ощущал на себе чужой взгляд. Тяжёлый, холодный. От которого становилось нехорошо и в голову лезли странные мысли.       Пайнс нетерпеливо начал отбивать дробь по дереву, гипнотизируя взглядом небольшой экран машинки, на котором была изображена чашка, на данный момент, якобы наполовину пустая. До полного приготовления осталось где-то минуты три.       Не выдержав, кареглазый обернулся, тут же встречаясь взглядом с блондином, который скалился не хуже голодной акулы. Пайнс напрягся, про себя заметив, что этот чокнутый походил на маньяка. — Проблемы? — тут же холодно поинтересовался тот, заметив, что мальчишка всё таки не выдержал, поддаваясь манипуляциям и прекращая изображать столб.       Кареглазый сглотнул, не в силах оторваться от адски полыхающих золотом глаз посетителя. Его взгляд завораживал, пряча в себе что-то неземное, тайное, но в то же время опасное.       Покачав головой, Диппер отвернулся, прикрыв глаза. От точно плюнет в кофе этого маньяка. Хоть какая-то месть за столь хамское поведение.

***

      Диппер прошипел себе под нос ругательство, в очередной раз вступая в лужу. Чёртов дождь, чёртов день! Такое ощущение, что кто-то сверху решил, что в его жизни мало проблем и добавил ещё кучу.       Рабочий день давно закончился, поэтому каштановолосый с лёгким сердцем пошёл домой.       Окинув взглядом родной двухэтажный домик, Диппер поспешил скрыться от проливного дождя под козырьком здания.       Плюнув на бесполезные поиски ключей, парень нажал на дверной звонок, вздрагивая от холода. Он искренне надеялся, что откроет ему дверь или Мэйбл, или мать, так как в противном случае придётся ещё больше часа выслушивать лекцию от отца по поводу очередного якобы недостатка.       Вскоре за дверью послышались громкие шаги, заставившие кудрявого раздражённо закатить глаза. — Да вы издеваетесь, — устало вздохнул Диппер, всматриваясь в трещины старого козырька. Эти тяжёлые шаги принадлежали его отцу — пожалуй, самому наплевательски настроенного к его жизни человеку в семье. По крайней мере, ему так казалось.       Дверь со скрипом отворилась, и за ней возникло строгое лицо отца. Седина уже успела тронуть его когда-то каштановые, как у сына волосы. Она рассыпалась тонкой паутиной, вскоре грозясь расшириться. Лицо кое-где усыпали морщины, тонкие губы были упрямо сжаты и, казалось, давно уже не растягивались в искренней улыбке. Карие глаза потемнели, в них таился только холод и осуждение. На отце была клетчатая рубашка, замазанная машинным маслом и кетчупом, а также старые потрёпанные джинсы.       Диппер облизал потресканные губы, недовольно зыркнув на своего родителя, ожидая упрёка. И тот не заставил себя долго ждать. — С твоей одежды воду несколько ведер можно насобирать, выкрутив — буркнул старший Пайнс, укоризненно цокнув языком. — Мать только убрала в доме.       Диппер раздражённо хмыкнул, сжимая руки в кулаки. — Ага, тебе тоже привет, — язвительно протянул подросток, невозмутимо проходя мимо отца и заходя внутрь тёплого помещения.       Джон Пайнс окинул сына очередным холодным взглядом, недовольно замечая, как от обуви мальчишки остаются мокрые следы на паркете. — Вылизывать будешь собственноручно, — бросил он Дипперу, который преспокойно снял с себя мокрый плащ и повесил на крючок рядом с не меньше мокрой курткой матери, которая, видно, недавно только домой вернулась. — Слышал меня, Мэйсон?       Диппер поморщился, словно кислицу раскусил. Как же он не переносил своё настоящее имя, которое с явным издевательством растягивал его отец. — Да, — резко ответил парень, даже не обернувшись. — Отстань, а?       После этих слов Джон Пайнс лишь вздохнул, осуждено покачав головой. Очевидно, этого мальчишку необходимо было больше пороть в детстве. Вырос уж больно злой и ядовитой язвой.       Пробурчав что-то нечленораздельное, бывший хирург скрылся в гостиной, где на всё горло орал всякую чушь телевизор, захлебываясь новостями со всего мира.       Диппер тем временем спешно пошёл в сторону кухни, от которой исходил вкуснейший запах запечённой курицы и слышался треск и шкварчание картошки на сковороде. Живот кудрявого издал ужасный звук, напоминающий рев умирающего животного. Мягко погладив себя по животу, кареглазый с горечью заметил, что даже не удивлён. Ведь единственную пищу, которую он сегодня употреблял, был лишь скудный сэндвич, правда, с любовью приготовленный двойняшкой, щедро посыпанный блёстками.       Мама Пайнса стояла к нему спиной, колдуя над плитой и при этом мурлыкая себе под нос песенку. Она надела на себя любимый свитер отца — синий, с вышитыми серебристыми нитками оленями. Так же на ней были домашние штаны спортивного покроя и синие пушистые тапочки. Чёрные волосы были коротко пострижены и доходили до лопаток.       Впервые за день губы парня озарила искренняя улыбка. Он подошёл сзади к женщине, ласково обняв, от чего та вздрогнула от неожиданности. — Ох, Диппер, солнце, ты меня напугал, — миссис Пайнс улыбнулась, от чего в куточках её каре-зелёных глаз образовались морщинки. — Голоден, сынок?       Она привычно провела маленькой рукой по кудряшкам, растрёпывая их. — Как волк, — устало произносит парень, освобождаясь от материнских объятий и садясь за стол, окинув его голодным взглядом.       Запечённая курочка была звездой сегодняшнего вечера и аппетитно пахла на всю кухню. Рядом скромно стоял овощной салат с нарезанными небольшими кубиками твёрдого сыра в нём.       Перед носом Диппера появилась тарелка с жаренной картошкой, а добрая мамина рука вновь погладила его по голове. — Кушай, солнце, совсем себя не ценишь, — ласково произнесла Эдна Пайнс, улыбаясь.       Парня не нужно было долго упрашивать. Он накинулся на блюдо с невероятной жадностью, с удовольствием прищурив глаза цвета топлённого шоколада. Как же хорошо... — А где Мэйбл? — с трудом пережевав пищу, поинтересовался он. Мэйбл никогда не пропускала ужин без видимой причины.       Его мать невозмутимо начала мыть посуду, лишь пожав плечами. — Всё ещё гуляет со своими подругами, — ответила она, сквозь шум воды Диппер с трудом её расслышал. — Придёт, это же Мэйбл.       Диппер хмыкнул, колупая вилкой картофелину. Странно, сестра его не сообщила об этом. Пожалуй, не сочла нужным. В который раз. Как будто не понимает.       Настроение упало до невозможного. Казалось, испортить его ещё больше уже ничто не сможет, но он ошибался.       В кармане брюк завибрировал мобильник, от чего Диппер подавился водой, которую пил в этот момент. С трудом откашлявшись, он вытащил гаджет, недоуменивая, кому же он понадобился в столь позднее время. Как ни как, а уже одиннадцать вечера. Взглянув на дисплей мобильника, кудрявый удивлённо поднял бровь. Ему звонил его шеф. В глубине души засело мерзкое чувство чего-то плохого.       Поднеся аппарат к уху, Диппер откашлялся, сжав вилку в руке. — Алло. — Пайнс, чтобы через пол часа был в кафе, — послышался грубый голос шефа на том конце провода. Чем-то явно обеспокоенный, что было более чем странно. Чтобы эта каменная глыба чувствовала что-то, кроме желания разбогатеть ещё больше? Нет, это смешно. — Сэр, что случилось? Рабочий день давно закончился, — придав голосу как можно больше спокойствия, произнёс парень, привлекая к себе внимание матери, застывшей с полотенцем и тарелкой в руках. — Меня это не интересует, — в голосе шефа полно раздражения. — Выбирай: или ты едешь сам, или тебя везут копы. Шевелись, щенок!       В полнейшей тишине эта фраза прозвучала уж сильно громко. Вскоре послышались короткие гудки, которые означали, что собеседник Диппера бросил трубку.       Тарелка выпала из рук его матери, разбившись на несколько кусков при встрече с полом. Лицо Диппера побледнело, он судорожно вздохнул, прикрыв глаза.       Только этого сейчас не хватало...