День гнева

На острове они не смогли никого обнаружить. - Нужно еще раз все обследовать, мы могли что-то пропустить, - настаивал Сынгиль, когда все встретились на дороге к дому. - Если тебе так хочется, то иди и сам лезь на скалы, но если сорвешься — только твоя проблема, - пожал плечами Крис. Они так и не рискнули залезть на выступ, жизнь как-то показалась дороже. - Если он там, то все равно не сможет прятаться вечно, а вылезет, - рассудил Эмиль и обернулся, чтобы получить поддержку у Микки, но… - Где Микки? - Он был с вами. - Мы же не няньки ему. Наверняка устал и вернулся в дом, он сейчас все равно не в состоянии ничем помочь, - Сынгилю казалось, что во всем этом сумасшедшем доме только он сохраняет здравый рассудок. Да, такое объяснение было бы вполне логичным, если бы не одна маленькая деталь. На этом проклятом острове где-то скрывается убийца. Эмиля не покидало тревожное предчувствие. Да, Микки мог зайти в дом в то время, пока они лазали вокруг и заглядывали за камни. Или уйти, когда все внимательно осматривали каток. Почему Николя не приглядывал за ним постоянно, учитывая, в каком состоянии пребывал друг после смерти Сары? Эта одержимость ни для кого не была секретом, поэтому все уже давно зареклись связываться с обоими Криспино. Кроме Милы, которая вообще ничего не боялась. Умная, отчаянная, насмешливая и яркая. А Микки все проглядел, не видя угрозы со стороны девушки. - Нужно вернуться в дом, все равно мы пока ничего не сможем сделать, - не став дожидаться других, Никола, постоянно сбиваясь на бег, быстро пошел к зданию. - Верно, что тут еще осматривать… - согласился Крис. Юри не пошел на второй этаж, а сразу же кинулся в гостиную к каминной полке, чтобы подтвердить свою догадку. - Юри, что там? - в затылок дышал Пхичит. Раз. Два. Три. Четыре. Пять. - Шесть фигурок, - выдохнул Юри и в тот же самый миг со второго этажа до сих донесся крик Эмиля. - Микки! Тело раскачивалось в петле, под ним валялся стул. - Думаете, он все решил, как только понял, что Сары больше нет? - Крис не решился повысить голос в этой гнетущей тишине. - Сара была центром его жизни, а когда ее не стало… Я виноват, - обхватил голову руками Эмиль. Внутри все разрывалось от беззвучных рыданий. Если бы он не спускал глаз с друга. Если бы не отвлекся на поиски. Криспино был бы жив. Да, уже никогда не стал бы таким как прежде, но живой. Есть же психиатры, они бы помогли. Но вот так — не выход. - Я могу его понять, - Попович не мог оторвать взгляда от мерно раскачивающегося тела Криспино. Да, тот поступил так, как в свое время не решился сделать он сам. Недостаточно храбрости? Для последнего шага требуется недюжинная смелость. И огромная рана на душе. - Да снимите его уже, нельзя же оставлять так, - Юри не выдержал этого и первый подошел к стулу, поднял его, поставив рядом и стал, стараясь дотянуться до узла. - Я помогу, - отмер Виктор, подошел к тому, что еще сегодня было Микеле Криспино. - Развяжи петлю, я удержу его, - стараясь не смотреть на искореженное предсмертным ужасом лицо и сломанную шею, Юри принялся развязывать узел. Получилось не сразу, пальцы тряслись, но нельзя же действительно его оставить так. Тем более, как только он увидел фигурки, то понял, что очередная смерть неизбежна. Но ведь это было самоубийство? - А вы не думали, что все мог сделать он? - Крис наблюдал, как узел наконец-то развязался, помог Виктору удержать тяжелое тело, и они положили на его пол, рядом с кроватью. - Микки? - удивился Юри. - Зачем? - Ты готов верить в психопата Болдуина, который пригласил нас всех, чтобы убить? Юри, не глупи. Микки узнал про отношения Милы и Сары, в порыве ревности убил их. Девушки сами пустили его в свою комнату, чтобы во всем разобраться и объяснить. А Криспино давно уже был «того», и мы все это знаем. Он уже убивал. - А Джей-Джей? - Юри примерно понял ход мыслей Криса, но многое не сходилось. - Откуда мы знаем, отчего он умер? Может, у него была непереносимость пищевая или алкогольная, и он сам по глупости, - продолжил рассуждения Криса Сынгиль. - Ты ведь видел, как это было? Похоже на пищевое отравление? - вмешался Пхичит. - Аллергическая реакция? Юри вспомнил лицо Джей-Джея. Пустой стекленеющий взгляд… Тогда они все решили, что это случайность, но… - Хотелось бы верить в это, Крис, нам всем хочется верить, но все это слишком подозрительно, - покачал головой Виктор, которого подобное предположение тоже не удовлетворило. «Если это Микки был убийцей, то кто тогда убрал очередную статуэтку?» - Юри, может быть, и хотелось убедить себя в том, что убийства теперь прекратятся, но… Фигурки! Запись с обвинениями. Над ними будто жестоко пошутили, но потом начались эти смерти. Стул зашатался, что-то явно было не так с ножками, Кацуки взмахнул в воздухе руками, понимая, что сейчас упадет. - Юри, осторожно, - Виктор заботливо подхватил жениха и поставил на пол. Кацуки подавил в себе желание прижаться к Никифорову крепко-крепко, ткнуться носом в плечо, будто прячась от всего. В этот раз так не выйдет. Даже если Микки повесился сам, вряд ли это что-то изменит для остальных. - Комната! - воскликнул вдруг Пхичит. - Мы не смотрели в той закрытой комнате, а если он там? Эта мысль долго не давала Чуланонту покоя, вертелась где-то за задворках сознания. Конечно, за всеми этими событиями все забыли про десятую комнату, запертую на ключ. Конечно, вряд ли убийца сидит и дожидается их там, но почему бы не посмотреть, вдруг найдутся улики. Очередная дверь была снесена с петель, и никто не смог сдержать разочарованный вздох. Комната была совершенно пуста и выглядела точно так же, как и две другие с двуспальной кроватью. Только картинка висела другая. Уже без маяка, а просто скалы, шторм и гроза. Обыск не дал ничего интересного. Шкаф был пуст, кровать заправлена, на ней явно никто не спал. - Зато будет, куда трупы складывать, - в смешке Эмиля все смогли расслышать истерические оттенки. Но даже это его не оправдывало. - Шутка не удалась, Эмиль, - серьезно заметил Виктор после напряженного молчания. Все так же мрачно перешли в гостиную, не зная, что еще предпринять. Дверь от комнаты Сары и Милы кое-как приставили обратно, чтобы не заглядывать из коридора и не любоваться на трупы. Кто-то предложил перенести их в любую из оставшихся или в подвал к Джей-Джею, но идея энтузиазма не вызвала. - Может, кто-то хочет есть? - наконец, решился спросить Юри. С самого утра никто не заходил на кухню, потому что было не до этого. Да и как в состоянии постоянного напряжения чувствовать голод? - Ты вообще серьезно сейчас или решил составить конкуренцию Никола в номинации «самая тупая шутка»? - огрызнулся Сынгиль. И вообще, вечно Юри суется со своими предложениями, какой-то помощью. Как все остальные не видят очевидного? Кацуки единственный из них всех, чьего имени не было на записи, никакого преступления, за которое он не ответил в прошлом. Неужели других нужно тыкнуть носом? - Почему всем предъявили обвинения, а тебе нет? Вам всем не кажется, что это очень подозрительно? Он изначально лишний, так наверняка в этом замешан! - Юри, я бы чего-нибудь перекусил, - негромкий голос Виктора как-то разом заглушил все обвинения корейца. Пораженный обвинительной речью Юри, нервно сглотнул, но потом взял себя в руки и так же тихо ответил: - Я сделаю чай и закуски. - Я помогу! - тут подскочил Пхичит и обернулся на напряженно сидящих остальных. Сынгиль скрестил руки на груди, всем своим видом показывая недоверие, Крис и Виктор о чем-то говорили с Поповичем, который выглядел совсем уж нездорово. На кухне в холодильнике нашлась еда, а в хлебнице - остатки хлеба. Он уже успел зачерстветь, но плесени не было, значит, вполне съедобен. Пхичит поставил чайник и достал кружки. - Ли неправ, - наконец заговорил таец, - Ты рассказал Виктору про статуэтки? - Нет, - Юри покачал головой. Куски получались неровными, зато хлеб не крошился. - Не было времени на это. - Все это будто какая-то жестокая игра на выживание, знаешь, я ведь осмотрел гостиную и столовую на наличие камер. Вдруг это какое-то странное шоу, чего только не бывает. - Кто будет снимать смерти? - Сейчас понятия нормальности слишком сдвинуты, тебе не кажется? - Пхичит разлил кипяток по кружкам и опустил в воду чайные пакетики. - Я вспомнил про электростанцию. Странно, что здесь нет сети, а если попробовать поймать оттуда? Одна их самых высоких точек, да и вообще… Нужно будет сходить. Юри понимал Пхичита. Лучше делать хоть что-то, даже самое глупое, но не сидеть и не ждать, как их по очереди опять будут убивать. - Мы ведь доверяем друг другу, Юри? - Пхичит повернулся к другу и серьезно посмотрел в глаза. «Я доверяю только Виктору. Только в нем я могу быть уверен, ведь с этим человеком хочу провести всю жизнь. Или остаток этой жизни». Но разве Пхичит был способен на подобную жестокость? Да, у него в прошлом был этот неприятный эпизод, но ведь он раскаялся. - Я верю тебе, Пхичит, ты мой друг. И ты мне тоже поверь. Я не убийца. Они должны попробовать выпутаться из всего этого. Пхичит с Юри уже собрались убрать подносы обратно на кухню, как Георгий резко вскинул голову, будто к чему-то прислушиваясь, вскочил со своего места и выскочил из дома. - Лови его! - тут же скомандовал Сынгиль, но его обогнали Крис с Виктором. Только Эмиль остался сидеть на своем месте, допивая чай. Ему уже не хотелось делать ничего. - Пойду к себе в комнату. Если встретите убийцу, то передайте, что буду его ждать, - подмигнул он Пхичиту и Юри. Виктор тем временем пытался вытащить из бушующего моря Поповича. - Жора, что ты делаешь, утонешь же, - буря утихать не хотела, а Георгий будто и забыл об этом, даже одежды не снял, готовясь вплавь проплыть до большой земли. Виктор говорил на русском, потому что вряд ли сейчас Попович смог воспринять другой язык. - Она зовет… - Жора, успокойся, пожалуйста, - на помощь пришли Сынгиль и Крис. Общими усилиями удалось вывести беснующегося Поповича на берег. Вымокли все и теперь под пронизывающим ветром были под угрозой замерзнуть до костей. - У тебя должны быть с собой успокоительные, - Виктор снял с себя ветровку (не такую мокрую, как все остальное) и накинул на плечи соотечественника. - Перенапряжение, здесь всем плохо. Только не делай глупостей, - Джакометти придерживал шатающегося и дрожащего Георгия с другой стороны. - Истерикой ничего не решишь. Сынгиль шел сзади этой процессии. И уж лучше бы Попович утонул, хотя бы таким способом его можно было исключить из списка подозреваемых. «Впрочем, он сейчас в таком состоянии, что вряд ли бы смог хоть одно из убийств провернуть нормально». Георгия уложили в его комнате. Юри по просьбе Виктора нашел пачку успокоительных. - Принеси воды, там бутылки стоят, ему запить нужно, - Никифоров отдал таблетки Жоре, потому что не знал точной дозировки, прописанной врачом. Юри спустился вниз и взял со столика у лестницы воду. Вроде эта должна быть не газированная. - В таком состоянии зачем вообще поехал, - проворчал Крис, наблюдая всю эту безумную сцену. - Я переодеваться, все промокли, пока этого бешеного вытащили. - Мы ведь отсюда не вернемся, - когда Кацуки хотел подать бутылку Поповичу, тот схватил его за запястье. - Мы останемся здесь навсегда. В голове Георгия уже не было истерики, лишь принятие неизбежного. Уже в спальне вечером Юри долго размышлял о том, что надо рассказать Виктору про статуэтки, возможно, он поделится какими-то мыслями по этому поводу. Никифоров переодевался в сухую одежду и теперь просто валялся на кровати, раскинув руки в стороны. - Как я устал. - Отдохни, - Юри присел рядом и запустил руку в волосы Никифорова, поглаживая. Они заперли комнату, прекрасно понимая, что в случае чего это их не спасет. - Мне страшно, Виктор, - признался Кацуки. Цепкая рука жениха тут же схватила его и утянула за собой на кровать. - Юри, ты сильнее, чем думаешь. Не будем бояться. Мы должны с этим справиться. - Но как? Все эти смерти… - невольно Юри подумал, что Джей-Джею повезло больше всех. Он так ничего и не понял, не варился в этом котле из страха, подозрений, загадок. Под ногами же остальных постепенно разверстывалась пропасть, в которую они упадут один за другим. - Мы что-нибудь придумаем. Обещаю, - и снова в голове Юри возник образ Плисецкого, который кричал, мол, Никифоров, хватит разбрасываться обещаниями, если не в силах их выполнить. Но сам Юри оценил желание Виктора хоть как-то его подбодрить, хотя тому самому вряд ли было сейчас лучше. - У меня никого нет ближе тебя, Виктор, - улыбнулся Юри, подаваясь вперед и целуя любимого. Да, не то место и совсем не тот момент. И это не романтическая комедия, а все же триллер, как бы Кацуки не надеялся на обратное. Просто было жизненно необходимо чувствовать близкого человека рядом с собой. - Я люблю тебя. Когда Юри проснулся, стояла глубокая ночь, а Виктор спал. «Сейчас часа два ночи? Мы все так вымотались, что рано разошлись по комнатам». Сильно хотелось пить, поэтому Кацуки очень осторожно, чтобы не разбудить Виктора, вылез из-под одеяла, прошел босиком до двери и повернул ключ в замочной скважине. Он просто быстро спустится вниз и возьмет бутылку воды на столике у лестницы, а потом сразу вернется. Коридор был пуст, а все двери закрыты. Юри весь сжался, когда проходил мимо покосившейся двери у комнаты с трупами. Главное, не думать об этом. Да и бояться следует живых. Мертвые никому ничего уже не сделают. Не найдя на самом столике воды, Юри наклонился, чтобы поискать внизу. Кто переставил бутылки? Унесли в столовую? Подозрительный звук заставил Юри в страхе отскочить назад. И этот порыв спас ему жизнь. Ибо на то место, где он только что стоял, ища воду, с огромным грохотом приземлилась огромная ваза с искусственными цветами.