Хотел бы я, чтобы было все во сне

Несмотря на свой аскетический образ жизни, Мерлин очень не любил копошиться в мусоре, но если сравнивать нынешние мусорные баки с конюшнями при дворе Артура, то в первых было как-то… почище. Он бы и сейчас воздержался от этого малоприятного акта, но прошло уже два дня, а человек с душой Артура Пендрагона так и не появился в доме, из которого ушел, хотя свет по вечерам загорался, и из окна доносился запах еды. Мерлину никак не удавалось застать жильца у окна и подглядеть за ним, потому что закралось сомнение, что молодой человек приходил к любовнице, поскольку байков в округе даже слышно не было. С наигранным энтузиазмом великий маг собирал остатки еды из мусорного бака - голод не тетка, жалеть не будет. К тому же после парочки волшебных реакций пища будет более чем пригодна к употреблению. - Эмм… дедушка?.. – раздался высокий девичий голос. От испуга Джозеф стукнулся головой о край бака и вылез из его жестяного тела с возмущенным видом. - Чего тебе? – фыркнул он в бороду, разглядывая невысокую хрупкую девчушку с белым лицом и большими голубыми глазами, с идеальными кудрями на черных блестящих волосах. - Не отвлекай старика! – Джозеф вернулся к своим делам. - Дедушка, зачем ты копаешься в нашем мусоре? - Уйди, девочка, не видишь дедушка кушать ищет! – Джозеф не очень любил уже подросших детей. - Может, тогда зайдете к нам? Но только Вам придется уйти до прихода моего брата: он не любит, когда я привожу в дом незнакомцев... или вообще привожу кого-либо. Джозеф подозрительно сощурил глаза, осматривая девочку еще раз. Не было на его веку сумасшедших девочек-подростков, если те не были охвачены бесом или лихорадкой. А эта на вид здоровая девочка лет десяти… - Отравить захотела, негодяйка? Я стар, но у меня сильный желудок! - Сегодня я приготовила рыбу. Тетя Маргарет мне дала несколько испорченных хвостов, но они нисколько не пахнут, как испорченные. И я не думаю, что брат придет сегодня. - Хмф… хмф… уговорила, негодница! – сдался Джозеф под урчание своего желудка, что заставило улыбнуться юную фею. Джозеф повозмущался, пока снимал обувь, поворчал, пока девочка накрывала на стол и хранил молчание, когда она сложила руки перед грудью, чтобы помолиться. Мерлин улыбнулся: «наверное, замечательный у нее брат…», - стоило мелькнуть мысли, как за окном запел мощный двигатель, а темноволосая феечка спрыгнула со своего стула, куда были подложены книги, потому что стол ей был пока еще слишком велик. - Дедушка, прячьтесь! – шепотом закричала она, и потянула Джозефа за рукав. Старик не успел даже возмутиться, как оказался уже под столом, а сторона, смотрящая на дверь, была прикрыта потертой клеенкой. – Тсс! – девчушка прижала маленький пальчик к губам и шикнула, - а то братик Вас выгонит. «Тупой должен же быть братик, чтобы не заметить этого «не бросающегося в глаза» укрытия», - подумал Мерлин и сразу смирился с мыслью, что сегодня не получится обойтись без синяков. - Мелисса! – из-за клеенки раздался знакомый, но взволнованный голос. Мерлин бы узнал его из тысяч похожих. И поэтому рискнул посмотреть в маленькую щелочку в своем укрытии. Он оказался прав. - Чего тебе? – девочка невозмутимо села на свой стул с книгами и возмущенно задергала ножками, иногда пиная Мерлина в бок носком сандалии на замочках. - Хэй, малышка, прости. Я не знал, что задержусь. - Тебя не было два дня. - Мелисса… - жалобно произнес парень, и эту интонацию Мерлин слышал у Артура только тогда, когда тот провинился перед Гвен. Каким бы суровым и жестким королем не был младший Пендрагон, Гвиневра имела над ним особую власть, отличную от влияния, которое на него оказывал Мерлин. Зачерствевшие чувства болезненно хрустнули, неприятно царапая пальцы, словно надломленный сухой хлеб. - Малышка, ну прости меня… Гляди, что я тебе принес, - парень достал что-то из-за пазухи, Мерлин через узкую щелочку мог видеть только его лучезарную улыбку. - Даже книжкой ты меня не задобришь! – фыркнула девчушка, и ее кудри разлетелись в стороны. - Смотри, от чего ты отказываешься: твердый переплет, качественная бумага и чернилами совсем не пахнет. Хотя из типографии забрал буквально пару часов назад, - девочка даже ножками дрыгать перестала, за что Мерлин был ей премного благодарен, - твой любимый автор. - Неужели?.. – ахнул детский голосок, и, позабыв обо всем на свете, девочка спрыгнула со стула и полетела на руки к брату, выхватывая книгу из его рук. …стоп. «Мелисса?» - мысль оказалась столь ошеломляющей, что Мерлин даже подпрыгнул, ударяясь макушкой о стол, тем самым выдавая место своей дислокации, то есть убежища от «злого брата». - Какого черта? – Мерлин уже ничего не видел (потому что схватился за пришибленную голову), но точно знал, что Артур, или просто человек с его переродившейся душой, закрыл сестру спиной, жестами приказал ей не двигаться и не шуметь, и сейчас бесшумно приближался к столу, на одной стороне которого клеенка спускалась до самого пола. - Какого черта?! – выругался еще раз парень, когда заглянул под стол на достаточном расстоянии, чтобы в случае чего чужая пятка не прилетела ему в нос. - Не ругайся при ребенке! – на автомате возмутился Джозеф, кряхтя выползая из-под стола. - Какого… ты следил за моим домом?! – изумленные глаза накрыла пелена гнева, и тяжелый кулак уже замахнулся, чтобы нанести нокаутирующий удар, а Мерлин был уверен, что в своем восьмидесятилетнем теле этот удар не может быть другим… да в любом другом возрасте этот удар все равно выбьет из него сознание... но. - Артур, нет! Если бы Мерлин не был шокирован этими пятью звуками, он бы обязательно приложился лбом о стол и посмеялся от души, но это имя, так небрежно сорвавшееся с детских губ, впилось стрелой в сознание мага, словно его ударило молнией, а он при этом стоял в тазике с водой. «Какого черта!» - пронеслась в голове мысль, задавленная голыми эмоциями. - Он просто хотел кушать! – девочка схватила брата за ногу и потянула изо всех сил в обратную от Мерлина сторону. Конечно, это не сбило поставленной стойки, но секундной задержки хватило, чтобы мозг успел обработать услышанные слова. Артур опустил кулаки, но сестру прижал поближе, продолжая сверлить Джозефа взглядом. - Ты следил за мной? Или хуже… следил за Мелиссой? Выметайся и передай Скару, что, если он хочет мои территории, пусть вызовет на гонку, а не действует так грязно, - Артур брезгливо сморщился, а Мерлин почувствовал себя идиотом. Не то, чтобы он скучал по этому чувству, но да, он скучал по Артуру. - Ты забыл кто я, юноша? – Мерлин возмущенно поднял верхнюю губу. – Не знаю я твоего Скара и знать не желаю! – Мерлин нашел разделочную доску и порезал кусок старого хлеба на три неравные части, забирая себе меньшую. - Я зашел по приглашению этой юной леди, и поскольку ты живешь с ней, думаю, вы обладаете равными правами. Так что смирись с моим присутствием! – он взял с еще горячего противня пол хвоста рыбы и сел за стол, начиная трапезу без хозяев. - Мелисса, сколько раз я тебе говорил: не приводи бездомных в дом, - устало выдохнул Артур, поднимая девочку на руки и опуская на ее стул, - прекрасно знаешь, что сами впроголодь живем, - он разложил рыбу по тарелкам, выкладывая самые жирные кусочки на тарелку сестры, под ее осуждающий взгляд. - И как такой плечистый вымахал, если на подножном корме живешь? – обгладывал рыбью кость Джозеф, ловя момент, чтобы рассмотреть «нового» Артура получше. - А ты ешь, пока дают. - А я ем! – ворчливо ответил Мерлин, как будто еду ему запихивали, - спасибо! – также возмущенно. Артур чуть нахмурился, но вместо осуждения или раздражения Мерлин читал сочувствие. - Видимо сильно тебе фишку стреляет, писатель… - Артур сложил руки перед грудью, и Мерлину вдруг стало очень стыдно, он перестал нарочито громко чавкать и стучать посудой, и не продолжил, когда Артур и Мелисса закончили молиться, хотя молитва была самой короткой, которую Великий Маг и бродяга когда-либо слышал: «Боженька, спасибо за хавчик! Приятного аппетита». Мелисса улыбнулась и повторила, за что получила подзатыльник от брата. «Король этого времени…» - Мерлин украдкой глядел на Артура, и не замечал никаких отличий в фигуре и лице, которые он видел в последний раз. «В какой же беде должен быть Авалон, чтобы вернуть и тело… воссоздать его. Тело Артура уже давно истлело», - напомнил себе маг, и потревоженное сердце снова остро почувствовало глухую боль, которая почти за шестьсот лет стала перманентной. - Ты чего пялишься? ...Ау! Мелисса, зачем ты меня пнула? – возмутился парень, потирая колено, а девочка лишь фыркнула и отвела взгляд. - Хэй, я же принес тебе подарок. - Да, но мой день рождения был вчера! - Я же попросил прощения… - Миледи, у Вас вчера был праздник? – Мерлин решил развлечь девчушку, которая так радушно приняла его, так еще и отчаянно защищает перед родным братом: может быть, она еще слишком наивна. Мерлин еще будучи на службе начал побаиваться таких людей. Потому что они очень восприимчивы, и более того – чрезвычайно впечатлительны… как Моргана …когда-то наивная придворная дама, приемная дочь, любившая своего названного отца крепче родного… - Угу, - Мелисса немного сникла. - Ох, какой непутевый у Вас братец! Дайте хоть старик развлечет ребенка как умеет, потому что я и вчера копался в вашем мусоре. Девочка открыто улыбнулась, стреляя любопытными глазками. - Веришь в магию? Она жарко закивала. - Тогда будет магия, - улыбнулся старик, сморщив нос. Горбиться уже не было нужды, потому что от творения волшебства его тело становилось легче... потому что его Судьба была вновь рядом. Мерлин снял свою шляпу, которую только вчера залатал, и достал оттуда пять разноцветных шаров. Артур нахмурился, он смотрел на развернувшееся представление с неодобрением и скепсисом, но Мелисса смеялась очень задорно, поэтому он просто разрешил безумцу творить свое безумие. Что плохого, если дети смеются? Мерлин начал жонглировать, удерживая на носу свою шляпу всю в заплатках. Старик горбился, кряхтел, но все шарики озорно прыгали в его руках. Вот он встал на одну ногу, а Мелисса захлопала в ладоши. Мерлин высоко подбросил шары, снял шляпу с носа, и яркая палитра упала прямо в нее. Маг подбросил шляпу, и когда та приземлилась точно ему на голову, то громко хлопнул в ладоши, рождая в звуке искры, которые падали на пол разноцветными блестками. Мелисса смеялась, держась за живот, а Артур ласково улыбался, смотря на заливающуюся смехом сестру. Стыд и гнев охватил Мага, потому что он должен будет любой ценой для него и для себя ввести Артура в битву за Авалон, и даже больше – доказать, что именно он и никто более достоин носить Корону и печать Короля. Но парень… брат, сидевший перед ним, чья жизнь сконцентрирована лишь в одном человеке – ребенке. Юноша, чья власть распространяется лишь на ничтожный клочок земли, да и тот даже не город. Человек, чей разум никогда не был обременен проблемами больше, чем «я». Мерлин готов был проклясть себя за то, что изменит эту жизнь... жизнь этого Артура. Но все позже. Все самобичевание много позже, когда Артур сядет на трон, когда в его руку ляжет скипетр, а на мизинце будет королевская печатка. - Так ты еще и шут! – весело улыбнулся Артур, глядя в глаза старика с подозрением и тенью узнавания. …как в самый первый раз, когда Мерлин предстал перед ним в подобном облике… Маг стряхнул нахлынувшие воспоминания, и забрюзжал. - Если такой умный, попробуй сам! – Мерлин снял шляпу, и Мелиса сразу притихла, ожидая новое веселье, но Артур поднялся со стула: - Э, нет, писатель. Свой цирк оставь при себе, а я спать, - и прежде чем закрыть за собой дверь, парень повернулся, впиваясь в старика глазами, и серьезным голос, не терпящем не подчинения, произнес, - и чтобы завтра вечером духу твоего не было в моем доме, - деревянная хлипкая дверь закрылась, и щелкнул замок. - Дедушка, а этот замок не закрывается. Гляди! – улыбаясь как лисичка, Мелисса прокралась к двери Артура, и резко дернула за ручку, чуть поворачивая ее, открыла дверь нараспашку, где Артур уже снял майку и расстегивал плотные джинсы. - Мелисса! – гаркнул он на весь дом, на этот раз, с силой захлопнул дверь, избегая встретиться взглядом со стариком. Девчушка, весело хохоча, спряталась за спину Мерлина, а маг едва сдерживался, чтобы не рассмеяться также громко. Позволь он себе такую вольность, он, наверняка, бы не остался в этом теплом доме дольше минуты. - Я же говорила! - Но так делать… нехорошо, - скрипя легкими и костями, смеялся Мерлин. - Но весело! – выкрикнула она назло Артуру, который стукнул кулаком в стену. - Прекращай! – раздался приглушенный вопль, вызвавший еще один приступ детского смеха. Мерлин все же позволил себе поскрипеть чуть громче, когда заметил, что что-то со смехом феи не так. Она словно начала задыхаться. Детские пальцы вцепились в поношенную куртку, а вторая ручка в тонкое горло, глаза смотрели широко и испуганно, а дыхание свистяще захрипело. Мелисса действительно задыхалась. Многолетний лекарский опыт никуда не исчез, поэтому Мерлин не растерялся, усадил девочку на стул, и положил между грудью и спинкой стула свою сумку. - Спокойно, малышка, - говорил Мерлин старым голосом, поглаживая дряблой рукой спину, - скоро все пройдет. Дыши ровнее, вдох-выдох, вдох-выдох… - постепенно ее дыхание начало восстанавливаться, - вот так. Молодец… - еще один вдох и медленный выдох… умница, - пока Мелисса смотрела в пол, успокоившись от приступа, Мерлин провел еще раз рукой по ее спине, освобождая от спазма легкие. Теперь стала понятна причина некой вседозволенности этому голубоглазому созданию. - У тебя есть лекарство? - Не говори брату… - чуть успокоившись, детское сердце вновь начало волноваться, снова разгоняя кровь. - Тише-тише, фея. Старые люди самые надежные, потому что скоро помрут и унесут все секреты с собой, - улыбнулся старик, чуть сморщив нос. – Лекарство? - Кончилось… еще вчера. - Тогда сама скажи брату, что оно кончилось, хорошо? – белоликая кивнула и улыбнулась. Поглядев чуток на старика, она дернула его за бороду. - Даже брат иногда паникует. Вы доктор, дедушка? Мерлин взял свою сумку, перекинул через плечо и растрепал черные кудри. - Когда-то и это было. Только это тоже секрет, хорошо? – девочка вновь кивнула. Его опасения насчет синяков не оправдались только на этот вечер.