Хотел бы я, чтобы было все во сне

Маг жил полтора миллениума и за эту бесконечность ему не было ни одного видения о том, как он встретит Артура, ни одного намека об их совместном будущем. И когда Мерлин понял какая опасность грозит Авалону, он понял почему - само мироздание не знало развязки. И когда он узнал Артура, там у мусорного бака, Мерлин знал, что все закончится хорошо. И хоть он часто спрашивал себя: «откуда такая уверенность?». То тут же отвечал себе: «Это же Артур». И каждый аргумент, каждый довод разбивался о глухую стену этой тупой уверенности. И даже когда он приводил в пример, что Артур умер в битве при Камлане, то непоследовательная логика кидала свой такой же абсурдный, но крепкий аргумент: Мерлин изменился за полторы тысячи лет. И всего одна фраза пошатнула гранитную уверенность или даже раскрошила её в пыль. Всё во что он верил всю свою жизнь, сияющая надежда, которой он дышал всё это время, в одно мгновение померкла, когда душа Артура перестала ощущаться в этом мире. И в этом был виноват только он. Мерлин раскидывал черные тени, словно перья, выбрасывая накопленную за полтора тысячелетия силу. Энергия плескалась вокруг него волнами, накрывая и врагов, и товарищей. Он бешеным псом рвался в смыкающуюся расщелину, а в голове не было ни одной мысли кроме: «Подвел!». Скулы сводило от бессилия, а в глазах застыли слезы отчаяния, глупые ноги сами шли в темноту, словно поддерживая своего хозяина: что, может быть, еще все можно исправить. - Мерлин! – но крики Ланселота остались без ответа, а подойти ближе рыцарю не давал плотный вихрь ветра, который коконом окутал мага, - Мерлин, ты нужен здесь! Мерлин!!! – но все было напрасно, даже попытка разрубить вихрь окончилась тем, что рыцаря откинуло на десяток метров от колдуна. Колдун тем временем слепо шел в черноту за своим Королем. И слава Тройной богине, что в беспамятстве проклятья не срывались с губ обезумевшего мага. Он не замечал, как злые порывы поднимали в воздух мечи и копья, щиты и доспехи, он был одержим лишь одной мыслью, единственным желанием. Поглощенный своей болью он прошел мимо теней слово по открытой дороге, вытянул вперед ладонь, прогибая под нее черноту, которая пленкой закрылась от мира, куда порвалась, впуская и выпуская только черные тени. Светлые блики играли на ее складках и дрожали под порывами ветра. Мерлин отступил, но лишь для того, чтобы вонзить свою ладонь в жестокий холодный поток порожденного им ветра, и вытащить от туда сверкающий клинок Экскалибура, который подобрало с другим оружием. Маг замахнулся над чернотой, которая пискляво зажужжала, как продуваемая натянутая полиэтиленка, и онемевшей от боли рукой Мерлин наносит удар, разрывая пространство между мирами. Делая шаг свинцовой ногой за линию черноты, которая перестала дрожать, он на секунду потерял все силы, чуть не выпустив закаленный меч из рук. И если бы он не был почти бессмертным, он бы умер сразу как только коснулся пленки между мирами. Опустошенный, вдыхая холодный воздух, он стоял посреди черноты, и хотя в глазах немного рябило, он разглядел две фигуры примерно в ста ярдах от себя. Ноги будто сцепили в колодки, но нет сил остановиться, потому что упрямые конечности продолжают идти вперед, не позволяя своему хозяину окончательно терять рассудок. Они словно живут сами по себе, и одетые в вяленую кожу ступни чувствуют приближение чего-то хорошего, хоть и в глазах уже все плывет от истощения, но падая вперед, нога сама встает, предотвращая снижение. И вот когда до движущихся целей остается меньше пятнадцати ярдов рукоять меча начинает безжалостно обжигать руку, настолько силен ее жар, что Мерлин приходит в сознание, его взгляд проясняется и прежде, чем отпустить раскаленный меч, он смотрит вперед. … Артур. Артур! Артур!!! Горло свело от радости, а в тело словно вернулась душа. Колени дрожали, в грудь впиталась томительная боль, смешанная с дикой усталостью, а щеки болели от частых порезов, которые нанес ветер, но стоять на месте, когда не умерший Король яростно сражается против страшного противника. Мерлин срывается с места, но заплетается в ногах и падает в мокрую черную лужу; нет времени снимать проклятия, нет сил колдовать впустую, когда Артур вот, в двадцати шагах! Быстро поднимаясь, он крепче сжимает чуть остывший меч и стремится к арене сражения, которая под ногами воинов обрисовалась темно-серым кругом. - Арт… - Разочарование! – слышит он крик, похожий на гром, он раздается по всему этому черному миру, сотрясая его в страхе и трепете, сизая фигура с короной на челе наносила стремительные удары по мечу, ушедшего в защиту Артура. - После бесконечных лет скитаний и поиска, я, наконец, нашел мир, сияющий так же величественно как Камелот! – в прикрытом танцующей дымкой лице Мерлин узнает знакомые черты, - такой же величественный и могущественный как мир, где гремело имя МОЕГО королевства – Камелот! – тяжелое плечо, прикрытое массивным доспехом, закрыло лицо, но Мерлин знал эту корону, знал эту мантию, - и этот мир был прекрасен пока в него не ворвался ты! Ты пришел отравить это прекрасное королевство также, как сделал это с МОИМ наследием, что я оставил тебе, сын?! – острый черный меч вонзился в раненное плечо, разрубая наплечный щиток. - Поколения меняются, также как и люди, и время, отец… В период моего правления, о котором ты сожалеешь, я не принял ни одного неверного решения, кроме разве что одного… Но в этом мире я всё исправил, - когда-то принц, но сейчас такой же Король, сквозь боль хрипел слова. Воины были столь увлечены собой и сражением, что совершенно не замечали приближающегося мага. Мерлин понял, что перед ним Утер, точнее его ушедшая в мир духов душа. Но, видимо, злость и разочарование духа были настолько сильны, что он до сих не успокоился. И все то время, что Мерлин ждал возвращения своего Короля прошлого и будущего, умерший Король скитался между мирами в поисках идеального для себя пристанища, набирая на темной стороне бесчисленное войско из таких же душ со всех параллелей, куда смог пробраться. И вот сизый призрак, имеющий тело из черноты и злобы склонял на колени Короля-спасителя. Но преклонив колени, сжимая перчатками кровоточащую рану, Избранный Король не склонил головы перед врагом, яростно и свирепо защищая вверенную ему Эпоху. - Всего одно?! – Утер свирепствовал, неестественно широко разевая пасть, - ты принял Старую Религию, глупец!!! Магию, что убила твою мать, твоего отца, тебя самого!!! – Утер отбросил меч, и величественная черная мантия качнулась на его плечах в круглых доспехах из Тьмы. - Я жив… Утер. И я, который стоит перед тобой сейчас, не твой сын. Не сын этого мира, но его Король! Здешние боги дали силу моим воинам, чтобы они убивали твои тени… - Артур задыхался, но смотрел в прозрачные глаза призрака когда-то своего отца. - Щенок! – рассвирепевший Утер схватил Артура за шею, сжимая горло в твердой хватке, - это все вина того мальчишки-слуги – мага и пригревшейся на твоей груди змеи! Он все эти годы влиял на твои решения! Ворожил над тобой, ослабляя твою волю! – рычал умерший, отбирая последние глотки воздуха. Оцепеневший от собственного бессилия и тяжести этого мира, Мерлин сжимал горячую рукоять Экскалибура, который тонко звенел, резонируя с дыханием Артура – своего истинного владельца. И этот звон разбудил мага, давая ему немного своей магии, чтобы волшебник не умер в этом глухом Нигде. Когда пелена сорвалась с золотых глаз, Мерлин почти потерял рассудок от мелькнувшей мысли на задворках сознания: «Артур убит!». Но парень дернул ногой, пиная призрак по доспеху, и глаза его горели неутолимо жаждой сражения, желанием защитить то, что по праву принадлежало ему. - Артур!!! – крикнул что есть силы Мерлин и швырнул закаленный меч Артуру молясь Тройной богине, чтобы он не промазал, чтобы у Артура нашлись силы поднять хотя бы руку, потому что меч сам найдет ладонь своего господина. Рыцарь поднял руку и горячий, сверкающий клинок ровно лег в его ладонь, вкладывая в руку не только свою тяжесть, но и силы, которые стремительно растекись по телу, возвращая сознание. Правящий Король сцепил зубы и, громко рыкнув, взмахнул мечом, отсекая сразу обе руки, вцепившиеся в его шею. - Страаайк! – улыбнулся Мерлин, дернув согнутым локтем у бока, в ликующем жесте, - ох… - и тут же охнул, онемевшие мышцы едва держали тело. - Черт подери, Мерлин! Что так долго?! – Артур резво побежал к своему магу, отцепляя от своего горла черные руки, пока Утер упал на колени, лелея обрубки у груди. - Ваша королевская задница изволила исчезнуть с поля боя, никого не предупредив! – тихо возмутился Мерлин, медленно вдыхая прохладный воздух, потому что болели даже межреберные мышцы. - Когда-нибудь я отрежу тебе язык… - выдохнул парень, шлепая своего слугу по заднице. - Ауч… - до утомленных мозгов сначала дошел сигнал о боли, потом о ее месте, и уже после - о причине, - …Артур, мой язык находится совсем не там… - нахмурившись, изрек Мерлин, поглаживая место шлепка, которое горело не только от боли, и невероятное количество усилий он прилагал, чтобы не раскраснеться. - Пока обойдемся малыми мерами, - и Артур подмигнул своему магу, с интересом наблюдая, как он краснеет от щек к ушам, и румянец расползается по шее. - …осел, - беззащитно бросает Мерлин ослабевшим голосом, одернув подбородок. - Венценосный, я помню еще с нашей самой первой встречи, Мерлин, - соглашается Артур улыбкой, но заметив краем глаза подозрительное движение, он встает наизготовку, - просто стой здесь и не мешай. И не колдуй, - серьезно добавил он, смотря в светлые глаза. - Мне чтоб стоять колдовать приходится… - пожаловался маг, но его речь прервал подпрыгнувший Утер. Он стоял к ним черной спиной, а на его склоненной вперед голове сизым светом светилась его корона. - Еще совсем зеленые. Даже ты маг! Где ты был эти полторы тысячи лет?.. – руки его были по-прежнему у груди, но призрак Утера начал медленно поворачиваться к ним. Артур сделал шаг вперед и встал перед своим магом, подняв меч над плечом, боль из которого ушла как только он взял свой Экскалибур. - Верные слуги всегда дожидаются своих королей, Утер, - ответил Артур, - потому что только этот Король может даровать ему свободу! – Мерлин вздрогнул и уставился в спину Артура не верящим взглядом. Ведь благородные Короли не врут, верно? - Король?! – взорвался призрак, - где же твое королевство?! – и, кажется, даже темнота гулко захохотала вместе с непрозрачной темно серой фигурой, вокруг которой роился будто туман. - Моё королевство избрало меня. Твое время прошло, Утер, - Артур медленно шагал вперед, сокращая расстояние между ними. Отрубленные руки были на месте, все также облачённые в тяжелые доспехи, - …и время твоего сына, тоже, - твердо произнес парень, рассекая перед собой воздух. И после этих слов Мерлин заметил как фигура Артура начала сверкать серебряными искрами. Искры словно волшебная пыль роились как аура вокруг Артура, скапливаясь на плечах и теряясь в светлых мокрых волосах. - Я настоящий никогда не был твоим сыном. Может я и есть перерождение того хваленого короля, от которого вы все кипятком мочитесь, но я никогда не буду им. - Потому что не достоин! – кончил хохотать призрак, вызывая взмахом руки свой черный меч. - Потому что никогда не захочу им быть. Потому что это королевство МОЁ! – Артур совершил резкий выпад, следя за мечом противника, и он предсказуемо заблокировал его у левого плеча, и серебряные искры вспыхнули вместе с желтыми, что породило соприкосновение мечей. Соперники отошли друг от друга, не скрывая удивления, а искры тем временем обернулись прохладным белым пламенем, свет от которого освещал лицо Артура. - Что за?.. – выругался Артур, пытаясь смахнуть его с плеч и с головы, но словно через призрак, его рука проходила сквозь огонь. Воспользовавшись моментом Утер решил напасть, но искусный рыцарь, проживший две жизни в сражениях, выставил блок мечом и пнул тяжелым сапогом сверхъестественное порождение. - Мерлин, что за фигня происходит?! Колдун всматривался в это пламя, и не мог поверить своим глазам, ведь белый огонь, как символ, как величайший дар Тройной богини, был лишь легендой! - Все в порядке! – поспешил он успокоить Короля, - магический мир помогает тебе! Огонь играл на голове Артура, чем невероятно забавлял мага, и как бы стыдно не было смеяться в такой момент, когда он яростно защищает целый мир, он ничего не мог с собой поделать. Мерлин всматривался в дар богини, и заметил, что в пламени начал проглядываться неясный силуэт. Утер, заблокировав тяжелый удар, отступил, - думаешь, если магия на твоей стороне, то я не смогу победить?! – громко крикнул умерший Король, но остался стоять на месте. И когда эхо его голоса впиталось в темноту, белый огонь на плечах Артура пополз к ногам, но словно по воздуху, стелясь по контуру его одежд, а тело словно окутали теплые меха. Мерлин завороженно выдохнул, когда огонь, блёкло вспыхнув, исчез, оставив после себя на плечах Артура красную бархатную мантию, окантованную по краям золотой нитью и драконом на спине, а по плечам стелился богатый соболиный воротник; на голове Артура покоилась корона из белого золота с двенадцатью пиками, конец каждой был выкован в фигурном кресте, искусно скованная корона несла на себе рисунки драконов, их великого пламени, символы старой религии и узоры судеб, говорящих их о грядущих переменах. Артур стоял в темно-сером круге в красной шелковой рубахе, позолоченном доспехе, поверх прочной отполированной кольчуги, в жестких кожаных штанах, плечи его прикрывала королевская мантия, а на голове покоилась настоящая корона древних Королей. - Что за?.. – Артур придирчиво оценил свой новый облик, снял корону, покрутив ее в руках. - Артур… - Мерлин хотел было сказать что-то восхищенное, но Артур прервал поток его сумбурных мыслей одной репликой, который не мог произнести Артур Пендрагон первого поколения, родившихся в эпоху помпезной знати и ее символов. - Я, блин, так на сейлор мун похож? – парень брезгливо передернул плечами, - Мерлин, лови! – маг выставил ладони вперед, и в них упала корона благородных, - черт бы побрал, эти магические завязки… - ругался современник, развязывая одной рукой в позолоченном доспехе нитки мантии, затерявшиеся в соболином меху. – Лесом их! – решил Король и острием меча разрезал мудреный узел, и роскошная мантия свалилась к его ногам. - Что ты творишь, безумец?.. – Утер с интересом наблюдал за парнем, который поспешно скидывал с себя одежды знати. - Тройная богиня! – крикнул вдруг Артур, игнорируя реплики призрака, - верни мне льняную рубаху под доспех!!! Натирает просто зверски… - пожаловался в пустоту Артур, но в следующее мгновение довольно улыбнулся, шепнув тихое: «спасибо, Богиня». Мерлин наблюдал за спектаклем молча только потому, что от безбожного хохота, которым он готов был разразиться, он бы просто умер. Мышцы живота и так нещадно ныли из-за невероятного напряжения, к тому же Артур снова поймал боевое настроение, стоило ему скинуть с себя …костюм «сейлор мун». - Так намного легче сражаться и королям, и простым воинам, - белозубо ухмыльнулся Король прошлого и будущего, и пошел в атаку, нанося удары градом, и каждый следующий тяжелее и стремительнее прежнего. - Мальчишка! – крикнул Утер, рассекая воздух совсем рядом с головой Артура, настолько близко и быстро, что от переживаний Мерлин охнул и вздрогнул. Но противник Утера не был столь беспечен как зритель их поединка, и ловким движением корпуса, избежав удара, встал левее мертвого короля, занося сверкающий Экскалибур. Отточенное движение тренированной руки и сизая голова с бледной короной слетела с широких плеч. И чтобы навек успокоить неприкаянную душу, читая молитву, Артур вонзил клинок в небьющееся сердце призрака, прося воздаяния и прощения Королю, великому при жизни. - Пусть душа твоя найдет мир… - перекрестился Артур, убирая меч за пояс, когда бездвижное тело развеялось сизой дымкой, а черная мантия расползлась по темно-серому кругу, закрывая арену, оглашая, что поединок закончен. - Для рыцаря из двадцать первого века довольно неплохо, согласись? – улыбнулся Артур, подхватывая Мерлина под плечо. - Твои раны! – воскликнул Мерлин, силясь отстраниться, но слабые руки и ноги, почувствовав поддержку, обмякли и колени прогнулись под собственным весом. - Ого, да тебя потрепало серьезней моего, - улыбнулся Артур, крепче перехватывая Мерлина под плечо и талию, - я ран не чувствую с тех пор, как взял меч. - Экскалибур… - Как взял Экскалибур, - кивнул Артур,- хорошее имя для меча. – Мерлин почти потерял сознание, когда его перекинули через плечо, - давай-ка поднажмём, а то проход в другую реальность начинает закрываться… Мерлин не видел, как Артур рассек мечом тонкую пленку между мирами, но почувствовал, когда он шагнул в мир Камелота. Магия мгновенно наполнила его, давая силы, возвращая сознание и приглушая томительную боль. Артур аккуратно сгрузил свою ношу, осматривая поле боя, которое окрасилось в черный, а сохранившие человеческие силуэты существа стремились поскорее его покинуть, цепляя ногами черные лужи, и уплывая за границу миров несуразными комьями тьмы. - Авалон в безопасности, - растрепал свои мокрые волосы Мерлин. - А ты бодрячком, да? – Артур выглядел побледневшим, и глаза его словно поддернуло дымкой. Руки его покоились на поясе, но Мерлин не мог не заметить крупную дрожь. - Артур… - он подхватил Короля под локти, и на него сразу навалилось тяжелое тело, облаченное в доспехи. К ним подбежал Ланселот, который следил за границей черной дыры между мирами, ожидая своих друзей. - Тише-тише… - шептал он, расстилая на земле мантию, которая лежала на плече Артура,- что произошло, Мерлин? - вокруг столпились случайные рыцари, заметившие Короля и его мага. - Хэй, Ланс, дружище… - прохрипел Король, держась за крепкую руку друга, - засвидетельствуй, что из Мерлина получится лучший министр магии… - голос его был тих, но тверд. - Придешь в себя и сам все засвидетельствуешь, - улыбнулся рыцарь, но Артур сильнее сжал пальцы, не отпуская руку Ланселота, - что? - Возьми кольцо… - Артур попытался снять королевскую печатку с мизинца, когда его руки накрыли горячие ладони Мерлина. -Артур, нет… - у него были бледные губы, его руки дрожали, глаза были полны слез и светились золотыми бликами. - Ланс… - выдохнул Артур, и друг послушно снял кольцо, сжав губы. Он напоследок сжал ладонь Артура и ушел, чтобы распорядиться о носилках и подготовить палатку Артура. Мерлин замолк, он чувствовал, как жизнь медленно утекает из Артура, и он был в состоянии остановить это угасание. Сейчас он был намного сильнее, чем полторы тысячи лет назад, сейчас он мог вернуть душу в теплое тело. Он мог… если бы не был так ослаблен. Но Маг все равно начал читать заклинания, однако магических сил едва хватало, чтобы не упасть в обморок, но это неважно. Он положил руки на грудь Артура, и поверх них сразу легла холодная его ладонь. - Мерлин, не сожалей… прости, что повторяюсь, - его бледные потрескавшиеся губы слабо улыбнулись, - но спасибо… что дождался… и спасибо, что… Не желая слушать последние слова еще раз, Мерлин ударил магией по Артуру. Король протяжно застонал, выгибаясь дугой, но магу удалось остановить обильное кровотечение из свежих ран, которые сразу открылись, стоило Артуру переступить границу между мирами. Пока Мерлин ворожил над ранами, подоспел Ланселот с носилками, и, переложив на них Артура, рыцари унесли его в королевский шатер. Ланселот поднял мага с земли, который потерял сознание, когда закончил лечебное заклинание, и понес его в тот же шатер, надеясь, что маг в скором времени придет в себя и продолжит лечение, потому что без магического вмешательства люди с такими ранениями не выживают… Артур проснулся на жесткой кровати, когда слишком яркое солнце било прямо в глаза. Выругавшись, он поднялся, опуская ноги на холодный пол, и задрав легкую майку, почесал живот. - Мерлин, какого черта?.. – по привычке произнес Артур, но слова не отразились родным эхом от каменных стен. Парень распахнул глаза и увидел поблекший рисунок старых обоев в своей комнате, - просто великолепно… - выдохнул уставший Артур, поднимаясь с постели, чтобы почистить зубы и приготовить Мелиссе завтрак. Жизнь продолжалась и в этой параллели, не такая увлекательная, как в Камелоте, но с сантехническим узлом.