A Dragon's Demand

Дейнерис Таргариен       Они покинули Пентос ранним утром. Её тело до сих пор болело после того, как с ней обошёлся новоявленный муж минувшей ночью. Езда на Серебрянке стала для неё настоящим испытанием, но по мере того, как они продолжали ехать, становилось легче. Магистр Иллирио простился с ними ещё раньше, запомнившись ей выпирающим животом и подбородками. Она не будет скучать по магистру и его покрытой серебром лжи. Визерис ехал вместе с ними, коротко переговорив с сиром Джорахом, прежде чем на некоторое время замолчал. Эймон ехал где-то неподалёку, кипя от гнева. Очевидно, её близнец был не слишком доволен этим браком, и хотя Дени тоже не была счастлива от этого, не было смысла проявлять своё недовольство, поскольку свадьба всё же состоялась, и им нужно было двигаться дальше.       Когда они совершали переход через перевалы, она повернулась к сиру Джораху и задала ему вопрос.       — Сир Джорах, что вы знаете о дотракийцах? К сожалению, мне мало что удалось узнать до моего замужества.       Сир Джорах, рослый лысеющий рыцарь с Севера, на мгновение задумался над её вопросом, прежде чем дать ответ.       — Дотракийцы всегда были кочевым народом, кхалиси. Они сражаются верхом, где нет воинов, которые могли бы бросить им вызов. Они пришли в эти земли из-за Костяных гор сразу после Рока Валирии, где их было почти невозможно остановить, на руинах империи, народ был сломлен и разбит, и дотракийцы правили безраздельно.       Дени впитывала эту информацию, отчаянно желая узнать больше о людях, с которыми теперь связана.       — Что случилось потом? – спросила она, поскольку, очевидно, господство дотракийцев продлилось недолго.       — Города-рабовладельцы Старого Гиса объединились, создав Безупречных, – при этих словах сир Джорах поморщился. – Мужчин, которых ещё в детстве сделали евнухами. Они были обучены искусству войны, как и в старом регионе Гискаре, и довольно скоро Безупречные вступили в бой с дотракийцами. Безупречные одержали победу, а дотракийцы, возглавляемые их величайшим кхалом Барбо, потерпели поражение в руинах. Вместо господства они занялись грабежом, совершая набеги и наводя ужас на города на западе. С тех пор у дотракийцев никогда не было своей империи. До кхала Дрого.       Почувствовав перемены в поведении мужчины, который ехал рядом с ней, она вновь задала ему вопрос.       — Что вы имеете в виду, сир? Что такого особенного в моём кхале?       Слова звучали для неё странно, и она почувствовала странный трепет в груди, когда произносила их.       Сир Джорах не смотрел на неё, а вместо этого смотрел на массивную фигуру кхала Дрого, который ехал впереди их отряда.       — Кхал Дрого участвовал во многих битвах, кхалиси, и ни в одной из них не потерпел поражения. Вот почему у него такая длинная коса. Он возглавляет кхаласар численностью около ста тысяч человек, и да, среди них есть женщины и дети, но большинство – воины, обученные сражаться и умирать по приказу своего кхала. Он считается первым человеком со времён кхала Борбо, которому удалось вновь собрать дотракийцев в некое подобие империи. В некотором роде он – божество среди дотракийцев.       Эта мысль завораживала её, но прежде чем она успела высказать своё мнение, её брат Эймон вмешался в их разговор.       — Если он божество, тогда почему он чувствует необходимость вести нас в противоположном направлении от того, куда нам нужно? – с горечью в голосе спросил он. – Почему мы едем к каким-то грёбаным старухам?       — Эймон! – с упрёком окликнула она, недовольно глядя на своего брата, удивляясь, почему его гнев проявился сейчас.       Сир Джорах посмотрел на её брата и дал тому простой ответ.       — Даже божество нуждается в одобрении старейшин Ваэс Дотрака, мой принц. Дотракийцы суеверны, никто ничего не станет делать без одобрения этих старух.       — Значит, они действительно такие толстолобые, какими их представлял Визерис. Так странно, что наш король оказался в чём-то прав, – пошутил Эймон.       На это Дени лишь вздохнула. Она уже слышала об инциденте между её братьями, произошедшем на свадьбе, и прекрасно понимала, сколь сильна оказалась эта обида для Эймона.       — Как думаете, откуда магистр взял яйца? – спросила Дени сира Джораха, решив сменить тему.       Три яйца были преподнесены ей в качестве свадебного подарка: одно чёрное, словно ночь, другое серебряное, словно её волосы, а третье зелёное, словно нефрит, прибывший из Лэнга. Магистр поведал, что яйца были доставлены из Асшая, но она не была так уверена.       Сир Джорах нахмурился, задумавшись, и спустя какое-то время, наконец, дал ответ.       — Полагаю, он вполне мог добыть их в Асшае. Ваш предок, король Эйгон Третий, отправил несколько драконьих яиц под охраной в Асшай в тщетной надежде на то, что там им помогут вылупиться с помощью магии.       — Сколько яиц он отправил? – услышала она, как с любопытством спросил её брат.       — Никто не знает, – покачал головой сир Джорах. – Известно только то, что он отправил яйца, но они так и не вернулись. И король Эйгон не сделал ничего, чтобы проследить за их возвращением, настолько он был потрясён Танцем Драконов, который унёс жизни его матери, отца и братьев.       Дени кивнула, чувстуя, как её охватывает печаль за своего предка, хоть она никогда не встречалась с ним, да и в целом мало что знала о нём. Визерис счёл нужным поведать им лишь о Завоевателе, об их отце и немногих других, чьи имена не значили для неё ровным счётом ничего. Однако Эймон впитывал в себя эти имена, вслушиваясь в каждое слово с пристальным вниманием. Когда-то всё было по-другому, они были семьёй, но потом что-то изменилось, когда они оказались в Пентосе. Визерис, который и без того не был самым терпеливым человеком, превратился в монстра. Она не знала, в чём была причина, но точно знала, что что-то изменилось в их старшем брате. Именно это заставило её вновь повернуться к сиру Джораху и шёпотом обратиться к нему.       — Вы присягнули моему брату, королю, сир Джорах. Скажите мне честно, есть ли у него шанс занять трон?       — Только не вздумайте лгать в этом вопросе, сир, – шёпотом рычит Эймон, тоже внимательно слушая.       Мормонт посмотрел на них обоих, прежде чем ответить.       — Это будет нелегко. Королевство знало мир при узурпаторе, но он растолстел и обленился, а его жена и её семья господствуют при дворе. Их не очень любят. Главное – нанести удар, когда возникнут разногласия.       — А случатся ли эти разногласия?       Её брат пристально посмотрел на Мормонта, его фиалковые глаза странно поблёскивали в солнечном свете. Рыцарь на мгновение замолк, но когда решил ответить, голос его оказался на удивление мягок.       — Они случатся, и очень скоро.