A Dragon's Demand

Ракхаро       — Сейчас. Сделайте это сейчас, – шёпотом на дотракийском командует принц Эймон, и Ракхаро кивает.       Резко выкрикнув несколько приказов своим людям, они направили своих лошадей к тем, кто ошибочно присягнул кхалу, забывшему свой народ. Он немедленно обнажил свой аракх и, взмахнув им, принялся убивать. Ракхаро знал, что непременно найдутся те, кто может усомниться в мудрости того, что он делает. Кхал Дрого никогда не проигрывал в поединках, его коса являлась прямым тому доказательством, но он также нарушил больше обещаний, чем сдержал.       Ракхаро хорошо помнил убитых жителей деревни, кричащих девушек, свою собственную сестру, умершую у него на руках, его мать, похищенную и проданную в рабство. Он помнил, как вновь встретил свою мать, как увидел её закованной в кандалы, как её тело обмякло в его руках после того, как он убил её. Дрого сделал это с его семьёй, поэтому ему оказалось невероятно легко решиться на месть. Принц Эймон был человеком, который помнил всё, кто помнил, кем он был. Давным-давно он дал клятву, и принц напомнил ему об этом.       Аракх легко пронзал плоть людей, которые не были готовы к тому, что должно произойти. Кхал в этот момент где-то выпивал. Он знал, что принц Эймон хотел лично «оказать ему честь», и поэтому Ракхаро продолжал размахивать своим аракхом, уводя других всадников подальше от принца. Принца, который дал ему возможность отомстить за все обиды и искупить прошлые ошибки. Принц – хороший человек, и Ракхаро был более чем рад принять участие в его плане. Он замахнулся, и кости затрещали под его клинком. Он всегда знал, что был хорошим бойцом, ведь он долго и упорно тренировался ради этого момента, ожидая и моля о том дне, когда появится тот, кто предоставит ему шанс отомстить. Принц стал этим человеком. И хоть принц был тем, кто мог обратиться, когда возникала необходимость, он был человеком, который помнил своих друзей. Ракхаро размахивал своим клинком, ухмыляясь, когда дотракийские кровные всадники бросались на него, намереваясь одолеть, но вместо этого оказываясь пронзёнными его клинком, из-за чего его ухмылка становилась лишь шире.       Он почувствовал, как в него врезался кулак, и увидел человека, которого знал как брата Дрого, скорее всего, сводного брата, стоявшего перед ним. Этот человек был высок и не из тех, кто стал бы сражаться на спине лошади. Он нанёс Ракхаро сильный удар, и тот вдруг обнаружил, что его аракх был выбит у него из рук, а затем и он сам вылетел из седла. Пошатываясь, он поднялся на ноги и принялся размахивать собственными кулаками. Один удар, и противник отшатывается, второй – практически падает, но, устояв на ногах, замахивается на него. Ракхаро блокирует один удар, принимает другой, а затем ещё один. Он чувствовал себя так, словно его разрезают пополам, но всё равно продолжал двигаться. Он давным-давно научился так драться. Сохраняя спокойствие, он сделал глубокий вдох и вновь бросился вперёд. Он чувствовал, что его руки кровоточат, но это не останавливало его. Ещё один удар, а затем и ещё один. Он упал на землю, но вновь поднялся. Больше он не дрогнет.       Образ его матери, кричащий о милосердии, вспыхнул в его сознании, и это наполнило его праведным гневом. Дрого – тот, кто разрушил их семью. Дрого – тот, кто сломил его мать. Его мать, которая была столь сильной женщиной, что именно благодаря ей он научился всему, что знал сейчас. Дрого пытался заставить его забыть, кем он был, и он практически забыл, но пришёл принц Эймон и напомнил ему о том, кто он и откуда родом. Принц Эймон говорил по-дотракийски, но не так, как говорил ублюдок Дрого, а так, как, казалось, это и должно было звучать. Принц Эймон был тем, о ком говорили старухи Дош Кхалин, в этом Ракхаро был убеждён. Противник Ракхаро бьёт его, и у него перед глазами всё плывёт, но это не имеет значения. Он наносит ответный удар сильнее, быстрее, используя своё гибкое телосложение, чтобы обрести преимущество. Дикарь покачивается, а затем падает, слегка кряхтя от боли в руках. Пошатываясь, он поднял свой аракх и направился дальше.       Принц находился в пределах его видимости, как и Барбо с Хубилаем, которые защищали принца с изяществом и жестокостью, в то время как Джорах Андал был рядом с принцессой, чтобы защитить её и убедиться, что она никуда не сбежит. Его аракх был скользким от крови, которая ручьями стекала с него на землю, окрашивая в красный, но это не имело значения. Ракхало продолжал двигаться вперёд, перешагивая через тела и другие попадавшиеся на пути препятствия, краем глаза следя за принцем, когда тот продолжал продвигаться к своей цели, и едва враги приближались к нему, Ракхаро сразу же их убивал, получая дикое удовольствие от их устранения. На него сыпались удары, но ему было на них наплевать, он просто продолжал двигаться. Его руки болели, и он был убеждён, что одна из них, возможно, была сломана, но он продолжал двигаться, полный решимости не позволить этому остановить его. В какой-то момент объявился кхал Дрого, Ракхаро мог судить об этом по количеству людей, выбегавших из палаток и усыпавших землю. Всё больше людей бросались на него, и Ракхаро не знал, смогут ли они остановить их всех. Он надеялся на это, желая претендовать на жизнь, максимально приближенную к жизни кхала.       Удары теперь наносились сильно и быстро, когда люди со стороны кхала нападали на него. Он блокировал большинство из них, но те, которые не успевал, оставляли резкие удары по его груди и голове, заставляя содрогаться. Кровь лилась по его лицу и груди из открытых ран. Он двигался вперёд, полный решимости не упасть. Он продолжает идти, убивает двух мужчин, один из которых не старше его самого, когда ему впервые довелось убить человека. Он продолжал идти. Ещё один человек был убит, ещё один упал, чтобы больше никогда не подняться. Он продолжал продвигаться вперёд, всё дальше и дальше, пока борьба внезапно не прекращается. Над полем брани пронёсся рёв. Обернувшись с налитыми кровью глазами, он увидел принца в сверкающей броне, держащего голову кхала.       — Ваш кхал мёртв, – властным голосом заявил он. – Подчинитесь мне и останьтесь в живых, либо же продолжайте сражаться и умрите. Это весь выбор, который у вас есть.       Ракхаро слегка покачнулся, но продолжил наблюдать, как многие члены кхаласара опустились на колени, некоторые упали и больше не поднялись, но другие вскоре нараспев выкрикивают имя нового кхала, восхваляя его. Ракхаро делает это громче всех.