A Dragon's Demand

Принц Эймон Таргариен       Их корабли плыли так быстро, как только могли. Дом, казалось, был уже совсем близко, и Эймон отчётливо чувствовал его запах, запах огня и серы. Это было именно то, о чём он грезил с тех самых пор, как стал достаточно взрослым для того, чтобы мечтать. Белгабад и другие драконы тоже чувствовали это и вели себя весьма беспокойно, предвкушая нечто интересное. Драконы порядочно подросли за время плавания – уже сейчас Белгабад был размером с зубра, если не больше, и был достаточно большим для полётов с наездником на спине, Рейгаль и Визерион были меньше и проворнее. Эймон решил, что он и его сестра прибудут на Драконий Камень верхом на своих драконах. Облачённый в чёрные доспехи с головы до ног и с мечом за спиной, он сел в седло, которое закрепил на Белгабаде. Его сестра также облачилась в доспехи. Он смотрит на неё, улыбается, а затем отдаёт команду.       Драконы взмыли ввысь, и в этот самый момент Эймон понял, что нет ничего лучше, чем ощущение полёта и сопутствующий ему шум ветра в ушах. Люди и корабли, над которыми они пролетали, превратились в не более чем точки где-то внизу. Он и Белгабад чувствовали себя единым целым, они летели в небе, и рёв Белгабада посылал по его телу приятную дрожь. В ответ на это Рейгаль и Визерион тоже издали рёв, поддерживая своего старшего брата. Эймон улыбнулся, чувствуя всю ту силу, что давали ему его драконы. Силу, которую будут помнить ещё очень долго. Так и должно быть. Они драконы, их нельзя забывать так легко. Он направил драконов к замку. Остров вместе со своими скалами и каменными изваяниями драконов выглядел весьма внушительно. Дом. Место, где он родился, где его мать подарила ему и его сестре жизнь. Они приближались к острову, наблюдая, как из замка выходят люди, чтобы посмотреть на них. Эймон направил Белгабада к земле, и тот, прежде чем приземлиться, выпустил столп тёмного пламени.       Эймон выждал мгновение, позволяя людям приблизиться к нему и обступить со всех сторон. Среди этих людей были и вооружённые солдаты, на чьих доспехах изображён олень Баратеонов, и это злило его, но он сдерживал себя из последних сил и убрал гневное выражение со своего лица, когда снял шлем.       — Я – Эймон Таргариен, законный король Вестероса и лорд Драконьего Камня, – громким и ясным голосом произнёс он. – Я вернулся, чтобы претендовать на то, что принадлежит мне по праву.       По толпе пробежал беспокойный ропот. Эймон уловил испуг в голосах людей, задающихся вопросом, что же он собирается делать с теми, кто преклонил колено перед узурпатором или его братом.       — Я – Дейнерис Таргариен, принцесса Вестероса, – мягким голосом произнесла его сестра. – И я здесь, чтобы помочь своему брату. Есть ли среди вас тот, кто может говорить с нами?       Эймон с самого начала выступал против этой мягкости, ведь они были драконами, они не были обязаны что-либо просить, но сестра убедила его в обратном.       В толпе людей вновь послышался кроткий ропот и перешёптывания, а затем человек, одетый в цвета дома Масси, сделал шаг вперёд.       — Я – сир Джастин Масси, Ваша Светлость. Я готов оказать вам любую помощь, какая только потребуется.       Эймон уловил мольбу в голосе мужчины, заставившую его спрятать довольную ухмылку за прохладным тоном.       — Мои люди входят в порт. Сколько здесь человек?       — Шестьсот человек, Ваша Светлость, – мгновенно ответил мужчина.       «Лизоблюд, как это весело…», – подумал про себя Эймон.       — Очень хорошо. Отправьте половину этих людей в порт. Я хочу, чтобы они встретили моих людей и сопроводили их до выделенных им комнат. Остальные должны привести замок в порядок для меня, – сказал он вслух, а затем, глядя на развевающиеся на ветру знамёна Баратеонов, добавил. – Снимите эти знамёна, найдите старые и повесьте вместо этих. Вы всё поняли?       — Да, Ваша Светлость, сию минуту, Ваша Светлость, – ответил ему Масси.       Мужчина поспешил прочь, чтобы как можно скорее исполнить приказ, однако прежде чем он успел скрыться из вида, Эймон вспомнил имя человека, о котором ему когда-то давно рассказывал старший брат.       — Сир Джастин, когда я был ещё младенцем, здесь был человек, которого звали Вейгон. Он всё ещё жив?       Мужчина на мгновение растерялся, а затем кивнул.       — Да, Ваша Светлость, он жив.       — Приведите его ко мне, – приказал Эймон.       Он наблюдал за тем, как Масси торопливо скрылся в замке, а спустя какое-то время вернулся вместе с пожилым мужчиной с серебряными волосами и фиолетовыми глазами. Эймон спешился с Белгабада и подошёл к этому человеку.       — Ваша Светлость, – едва слышно прошептал мужчина дрожащим от волнения голосом. – Это большая честь.       Эймон схватил мужчину за плечи, когда тот собирался поклониться.       — В этом нет необходимости. Для меня это тоже большая честь.       Дени встала рядом с братом, и он поцеловал мужчину в лоб.       — Спасибо, что дождались нас, Вейгон. Мы знаем, что вы уже очень стары, но вот мы здесь, – прошептал он, а затем, обращаясь уже ко всем собравшимся, гораздо громче произнёс. – Драконы дома! И на этот раз мы не уйдём!       После этих слов собравшаяся толпа взревела. Эймон не знал, присутствие здесь драконов или же его слова вызвали такую бурную реакцию, но поймал себя на мысли, что его мало волнует причина. Главное, что из-за них.       — Покажите нам замок, Вейгон, – попросил он, беря сестру за руку.       Мужчина кивает и торопится показать им дорогу домой. Эймон узнаёт эти места, хотя никогда раньше здесь не бывал. Он вспомнил, как когда-то давно Визерис рассказывал им об их доме. От воспоминаний об уже давно покойном брате больно сжимается сердце. Эймон словно наяву испытал всю его боль, понимая, что именно здесь и сейчас его прах должен быть предан земле, чтобы Визерис, наконец, смог обрести покой. Дейнерис указывает на драконов, высеченных в камне, а он лишь улыбается и кивает в ответ, мысленно задаваясь вопросом, подходящее ли сейчас время, чтобы жениться на ней, или же стоит дождаться момента, когда он будет официально коронован и благословлен на правление Вестеросом.       — Здесь была похоронена королева Рейла, – мрачным голосом произнёс Вейгон, когда они остановились перед небольшой могилой.       Эймон кивнул.       — Благодарю вас, Вейгон, вы можете быть свободны. Спасибо вам.       Мужчина поклонился и ушёл, а Эймон опустился на колени перед могилой их матери.       — Теперь мы дома, мама, – шепчет он. – Твои дети дома. И мы вернём то, что было отнято у нас. Огнём и кровью.