A Dragon's Demand

Лорд Эддард Старк       Обстановка в Штормовом Пределе становилась всё более угнетающей. Ему нужно было что-то предпринять, но короля, похоже, их нынешнее положение вполне устраивало, ведь они по-прежнему отсиживались в четырёх стенах и обсуждали тактику и стратегию. Результаты этого были достигнуты, как говорит Джон Коннингтон.       — Лорд Грандисон сообщает, что северяне под предводительством сына лорда Старка и речники под предводительством лорда Эдмара столкнулись с его армией и победили их. Это была жестокая битва, Ваше Величество. Кажется, северяне и речники не были настроены оставить в покое даже тех, кто сложил свои мечи.       Нед уловил осуждение в словах Коннингтона, и усталость, которую он испытывал при этом обвинении, отозвалась болью в голове.       — Как же тогда выжил сам Грандисон, если они действительно оказались столь безжалостны? – нейтральным тоном спросил король.       — Он командовал резервом, Ваше Величество, и когда осознал безнадёжное положение войск, предпочёл отступить. Он решил, что будет лучше, если кто-то выйдет живым из битвы, чтобы рассказать вам об этом, а не позволить застать вас врасплох, – ответил Коннингтон.       Король казался весьма огорчённым.       — Сколько людей привёл с собой Грандисон?       При этих словах Коннингтон выглядел несколько удручённым.       — Около четырёхсот, Ваше Величество. Они были атакованы Старком и его людьми при попытке отступить, несмотря на реющие над их головами знамёна мира.       Нед не мог поверить в это, ведь он знал Робба, он знал своего сына, и он знал, что его сын никогда не сделал бы нечто подобное.       — Грандисон, должно быть, ошибся. Мой сын никогда бы этого не сделал.       Однако Коннингтон не выглядел впечатлённым его словами.       — Предполагалось, что ваш сын тоже должен был присягнуть своему законному королю, Старк, и всё же он этого не сделал. Он проигнорировал каждое письмо, которое вы когда-либо писали ему после своего возвращения, и он поддерживает короля, который убил другого вашего сына. Скажите мне, Старк, вы действительно знаете своего ребёнка так хорошо, как вы думаете?       Нед промолчал, признавая своё поражение. Он не знал своего сына так, как ему хотелось бы, и это причиняло ему боль больше, чем он мог себе вообразить.       В воцарившейся тишине первым заговорил принц Оберин, человек, который его явно недолюбливал.       — Итак, повстанцы из лордов Штормовых Земель, которые должны были встретиться с нами, были побеждены и убиты все до единого. Что с лордом Эдриком и людьми, которые были с ним?       Коннингтон растерялся с ответом, с опаской поглядывая на короля, и Нед почувствовал, как его сердце пропустило удар от волнения, ведь мальчик был ещё совсем ребёнком, не старше Брана или Арьи.       — Он был убит при попытке бежать с поля боя, – заявил Коннингтон, а затем, глядя на Неда, добавил. – Вашим сыном, Старк. Ваш сын убил человека, который бросил оружие.       — Он даже не был мужчиной, он был мальчиком! – воскликнул один из дорнийских лордов, колко глядя на Неда.       Нед чувствовал, как всё больше и больше погружается в пучину горя и отчаяния. Его сын, похоже, сбился с правильного пути, и он не знал, как ему помочь. Всё, что он знал, это то, что он должен найти своего сына.       — Так значит, лорд Эдрик мёртв? У нас нет его сводного брата, но есть его сводная сестра. Я верю, что даже в таком случае всё будет в порядке, – король посмотрел на своего дядю и добавил. – Я полагаю, ваш племянник согласится с тем, что его помолвка будет расторгнута.       — Мой племянник сделает всё, что потребуется, если в том будет необходимость, Ваше Величество, – ответил принц Оберин.       Король кивнул.       — Хорошо. Лорд Коннингтон, ваш кузен теперь официально помолвлен с принцессой Мирцеллой и будет править как лорд Штормового Предела.       Это удивило их всех, но Нед мог увидеть в этом смысл.       — Который из моих кузенов, Ваше Величество? – медленно спрашивает Коннингтон.       — Реймунд, – с улыбкой ответил король.       Коннингтон сомневался в этом, но всё равно кивнул.       — Очень хорошо, Ваше Величество. Я уверен, что Реймунд будет в восторге от оказанной чести.       Король кивнул, затем переключил внимание на Неда.       — Теперь, лорд Старк, я должен спросить у вас кое-что важное.       — Ваше Величество? – нервничая, спросил Нед.       — Ваш сын не ответил ни на одно из ваших писем, как вы сами сказали. Он сделал вещи, противоречащие моим интересам, а значит и вашим интересам тоже. Он поддерживает человека, убившего другого вашего сына, и всё же вы настаиваете на том, что он сможет увидеть свет и будет сражаться за меня. Учитывая его убийство Эдрика Шторма, я вынужден спросить, вы всё ещё верите в это? – спросил король.       Нед смотрел на короля, чувствуя все старые нервы, которые когда-то мучили его, словно возвращаясь во времена юности. Ему казалось, что он потерпел неудачу, что Брандон никогда бы не допустил, чтобы всё зашло так далеко.       — Я верю в это, Ваше Величество, – медленно, мягко и с болью произнёс он.       Коннингтон фыркнул, но король положил свою руку на руку мужчины.       — И почему же?       Нед вздохнул, но затем посмотрел на короля с новой решимостью.       — Потому что он – мой сын, Ваше Величество. Он – моя плоть и кровь, и я не могу отказаться от него. Я знаю, что между нами есть вопросы, которые нужно решить, и я знаю, что если я получу возможность лично встретиться с ним и поговорить, то между нами вновь всё будет хорошо. Я уверен в этом.       — А если ваш сын откажется принять ваши доводы и объяснения? Если он продолжит служить ложному королю? – спросил Эйгон. – Что вы будете делать тогда?       Нед прикрыл глаза, молясь, чтобы боги простили его, чтобы Кет смогла простить его, если ему действительно когда-нибудь придётся сделать это.       — Тогда я сделаю всё необходимое, Ваше Величество, – произнёс Старк, и в тот момент, когда слова слетели с его губ, он почувствовал себя просто ужасно.       Однако король, очевидно, был доволен таким ответом.       — Хорошо. Завтра вы вместе со своими людьми отправитесь на встречу со своим сыном.