Причины, по которым можно полюбить физику

— Миша, а ты когда понял? — Астафьев списывал у меня физику. — Что понял? Что я не понимаю физику? — Нет, я про нас...с, — он сразу же понял и посмотрел на меня. — Вы, конечно, умело шифруетесь, но палится в основном он, — Астафьев немного покраснел и замолчал. — Чем он палится? — он посмотрел на меня, как на дуру. — Астафьев... — Надя, я не могу... Ты же девочка. — Капитан Очевидность! — я иронично посмотрела на друга. — Ты давно это заметил? — Надя, хорош, — Миша сидел весь красный, и, похоже, он был не рад, что начал этот разговор. — Миша! — он нагнулся и очень тихо прошептал: — Да стояк у него, — и зачем я спросила? Жить без этой информации я вполне могла... А теперь. — Блин, зачем спросила, — Миша смерил меня таким не добрым взглядом. — Я тебя предупреждал, — он придвинул к себе тетрадь. — Я же теперь... — одноклассник незаметно улыбнулся. — Зато видно, что ты ему нравишься, — он отвернулся от меня и заржал. — Ты совсем дурак? — тут подошла Лена. — Он дурак, но, зараза, симпатичный, — Астафьев ничего не ответил, он поднялся и сел на последний ряд. — Ты к нему клеишься? — я удивлённо посмотрела на подругу. — Нет, он красивый, но дебил, — она немного посмотрела на Мишу. — Тем более в нашей школе есть куда красивее и умнее... Илья Васильевич, например... — Ну, да, — я понимающе качаю головой, а самой так и не терпится все рассказать Лене. — Я тут подумала, — Лена снизила громкость. — Может, заключим пари? — Какое? — зная характер подруги, ожидать чего-то хорошего не стоит. — Кто первый поцелует физика, той он и достанется. И никаких обид и пакостей? — я уже, получается, выиграла. — План дерьмо, но я согласна, — Лена улыбается и протягивает руку. — Я знала, — мы заключили пари, а проходящая мимо Настя, разбила. — Сегодня ты, а завтра я, или поменяемся? — Сегодня, после уроков, — Лена согласилась. Когда прозвенел звонок и в кабинет зашёл физик, он проверил всех присутствующих и начал вызывать к доске: — О-о-о, — радостно протянул учитель. — Иди, мой рыжий космос, решай задачу. — Это дискриминация, по цвету волос, — тихо пробубнил Астафьев, выходя к доске. — Держи, — он дал ему карточку. Астафьев минут пять тупил у доски, а потом молящими глазами посмотрел на меня. — Илья Васильевич, здесь же плотность надо искать, а потом уже... А и в «СИ» перевести? — учитель кивает мне, а Астафьев понимает намёк и решает. — Скажи спасибо Романовской, — он ставит ему оценку. — Пять, — сухо говорит он и пристально смотрит на меня. — Спасибо, — проходя мимо меня, шепчет Миша. — Надя, ты зачем ему помогаешь? — шепчет Лена. — Он мой друг... — подруга закатывает глаза. — А я тебе кто? Не подсказывай ему, — и здесь я приофигела. Смотрела на неё пустыми глазами и не могла понять, когда же она успела стать такой сучкой. — Третья парта, третьего ряда, — физик обращался к нам, — к доске рветесь? Мы заткнулись, а физик, видя, нашу реакцию: — Ну, раз так рветесь, идите, — мы переглянулись с подругой. — Да, я вам говорю. — А вы в магию верите? — физик удивлённо поднял бровь, а я продолжила. — Так вот... Три...два...один...и магия! — прозвенел звонок. Физик усмехнулся и подозвал к себе: — Надя, с огнём играешь, — я улыбаюсь и отвечаю: — Илья Васильевич, магия, — и как идиот убегаю, а то он готов меня уже прибить. После уроков, я как-то передумала спорить с подругой, но она заставила идти к физику. — Надя, ты или идёшь, или проигрываешь и он мой, — мысль о том, что моего физика будет лапать Лена, подтолкнула меня на этот идиотский шаг. — Ладно, — я захожу к нему в кабинет, а Лена смотрит через щелку. — Надя... Опять магией будешь удивлять? — он не отрывается от классного журнала. — Нет, — я сажусь ему на колени и целую, не знаю, что там испытывала Лена. Но она была явно недовольна. — Надя, — укоризненно произносит он. — Не в школе же. — Ну, ладно! — я быстро соскакиваю и убегаю из кабинета, а он сидит в шоке и не может понять, что на меня нашло. Я вышла из кабинета и Лены уже не было, а на полу лежала записка: «Ты выиграла! Поздравляю!»