Причины, по которым можно полюбить физику

Вечером физик куда-то ушёл, а я отошла от прибуханного состояния. И неожиданно вспомнила, что нужно Астафьеву отдать тетрадь по обществу. Ну, я без задней мысли пришла к нему: — Надя, а ты чего вдруг? — открывая дверь удивился он. — Тетрадь по обществу, — я помахала сеем предметом перед его глазами. — Ясно, заходи. — А где твои родители? — в его квартире было подозрительно тихо. — В кино ушли, — Миша настороженно обернулся назад, услышав шаги. — А это кто? — я тоже выглянула. Из зала вышел физик, он застегивал рукава рубашки. — Че вы тут делали? — ошарашенно выдала я. — Надя, это не то, что ты думаешь, — начал оправдываться Миша. — Он пришёл чтобы поговорить! — Да, а рубашка сама расстегнулась? — я посмотрела на физика, который вообще ничего не понимал. — Ничего не сказал... Ушел... — Надя, вот, не надо, — строго смотрит он. — Я по делу пришёл. — Да, я вижу это дело, — я саркастично улыбаюсь и смотрю на красного Астафьева. — Не хотите мне рассказать? — Не хотите, — передразнивает Астафьев. — Илья Васильевич, скажите ей! — Надя, ты чего такая любопытная? — и действительно! Почему я интересуюсь тем, что физик странным образом заигрывает с Астафьевым, а потом выходит из его комнаты и застегивает рубашку... Странно... — Я любопытная? Да, я знать хочу! Он тебе руки целует, а ты его космосом называешь... Подозрительно, не находишь? — Астафьев толкнул меня в бок. — Я растерялся, — пробормотал он. — Надя, может, хватит? — физик взял меня за руку. — Это не серьёзно. — Да, сказал человек, который пнул под зад, вместо того, чтобы объяснить, ну или заткнуть, — он злобно посмотрел на Мишу и прошипел. — Астафьев, заткнись. *** — То есть ты пришёл к Мише что бы попросить о помощи, но о какой, не говоришь, — физик смотрел на меня таким знакомым взглядом, он им смотрит на меня, когда я ничего не понимаю в физике. — Если все обойдётся, то тебе не нужно этого знать, — говорит он, а я не верю. — Надя, мне самому не хочется это признавать, но он прав, — когда и Астафьев с ним согласился, стало понятно, что там капец как все запутано! — А все же, — физик вел себя очень серьезно. Даже подзатыльник Астафьеву не отвесил... — Че, все так серьёзно? — Да, — он кивает. — И не «че», а что. — Но вам не кажется, что будет проще если расскажете? — они переглянулись. — Надя, ты слишком наивная и можешь проболтаться Лене, — Астафьев молча смотрел на то, как физик пытается меня убедить в том, что знать мне эту супер секретную информацию не надо. — Я буду свидетелем на допросе, и в суде, если потребуется,— смотря в одну точку, выдал он. — И только попробуй проболтаться. — Какой суд? — спросила я, а физик резко толкнул Астафьева в бок. — Астафьев – бабка базарная, ты промолчать не мог? — Не мог, Илья Васильевич. Я, в отличии от вас, Надю знаю хорошо... И если ей сейчас все не рассказать, то она узнает или проколется на допросе. — Какой допрос? Вы о чем? — физик взял меня за руку и посмотрел в глаза. — Надя, если Лена заявила в полицию, то нас троих вызовут на допрос, — я и физик понятно, а Астафьев то тут каким боком? — А Миша здесь причём? — Он твой лучший друг и тесно общается со мной, его вызовут, даже не сомневайся, — и надо же было мне в такой серьёзный и ответственный момент ляпнуть: — Это насколько вы тесно общаетесь и как долго? — Астафьев моментально кинул в меня диванной подушкой. — Илья Васильевич, не везёт вам с бабами... Три разных, но все без мозгов, — как эпично Миша бегал по квартире и залезал на шкаф, тяжело передать... Он ещё с двухметрового шкафа, носками в физика кидался...