Немыслимый союз

      Перепуганная служанка Лианны ворвалась в покои Кет, когда та умывалась.       — М’леди, вы не видели мою госпожу? Я весь замок уже обежала, а ее нигде нет! — заголосила она так горестно, что Вилма, горничная самой Кет, от неожиданности выронила из рук подогретое полотенце.       — Нет, откуда ей здесь быть, — пожала плечами Кейтилин, недовольно поджимая губы. — Может быть, она в богороще?       — Нет ее там! — всплеснула руками служанка. — Ох, и разгневается мастер Роберт, когда узнает!       Имя жениха подруги вызывало в памяти Кет неприятные воспоминания о вчерашнем скандале. Ее лорд-отец пристыдил Баратеона и сам помог горе-пропойце добраться до опочивальни, а потом извинился за него перед гостями. К концу ужина все забыли об инциденте, и Кет решила утром навестить подругу, чтобы успокоить ее и рассказать о том, как лорд Хостер вышел из положения. Теперь же, узнав, что Лианна исчезла, девушка встревожилась не на шутку.       — Отправляйся в покои леди Лианны, быть может, она уже вернулась. Я приду через пару минут, — сказала она служанке, не глядя в зеркало, расчесала свои густые рыжеватые волосы и, плотнее запахнув халат, отправилась в крыло, отведенное Старкам.       Дверь в опочивальню Лианны была незаперта, внутри царил беспорядок. Крышка одного из сундуков была поднята, и, заглянув внутрь, Кет увидела, что сундук наполовину опустел. На втором сундуке сидела служанка, спрятав лицо в складках крахмального передника, плечи ее сотрясались от беззвучных рыданий.       — Как тебя зовут? — мягко обратилась Кейтилин к горничной.       — Кира, м’леди, — сдавленно всхлипнула та, не поднимая головы. Служанка была на пару-тройку лет старше своей госпожи, но сейчас выглядела напуганной девчонкой. Жаль, самой Кет нельзя вот так закрыть лицо руками и расплакаться. Дочь лорда Хостера присела на краешек сундука рядом со служанкой и протянула ей свой обшитый кружевами платок.       — Вытри слезы и успокойся, — ласково, но твердо сказала она. — Леди Лианна не говорила тебе, что собирается уезжать?       — Нет, м’леди, — покачала головой Кира.       — А лорд Роберт случаем не приходил в ее покои? — продолжала допытываться Кет.       — Не могу знать, госпожа рано отпустила меня, сказалась больной.       Больной… Да уж, после таких выходок жениха никого видеть не захочешь… Кет стало совестно. Она должна была пойти к подруге сразу, тем же вечером.       — Ты не слышала ничего подозрительного? — спросила она у служанки. Девушка виновато опустила глаза.       — Ваша кухарка Толстая Марта сказала, что от ужина остались пирожки с вишней, а я страсть как их люблю. Ну, я и спустилась к ней полакомиться, раз уж госпожа меня отослала, — пролепетала она.       Кет еще раз окинула взглядом комнату, и глаз ее задержался на платье Лианны, брошенном на измятую постель.       — Запри дверь, — велела она Кире и, подойдя к ложу, внимательно оглядела одежду. Ворот голубого камлотового платья был разорван, швы на рукавах разошлись, юбка больше походила на мятую тряпку, а рядом на белой простыне отчетливо выделялся грязный след от мыска сапога. Когда Кет нагнулась, чтобы тщательнее осмотреть постельное белье, на полу что-то блеснуло. Девушка протянула руку и подняла пуговицу, выточенную из оникса. Такими был украшен новый зеленый камзол Роберта. Значит, догадка оказалась верной, и штормовой лорд действительно приходил к Лианне накануне вечером. Хуже того, пытался взять ее силой. Но где же сама Лианна?       Ужас липкими щупальцами сжал сердце Кейтилин. Она еще раз обвела взором комнату и бросилась к сундуку, на котором еще недавно сидела Кира, теперь безмолвно наблюдавшая за ней, прислонившись к двери. Кет откинула крышку и принялась лихорадочно перебирать вещи, оставшиеся внутри. Отрезы дорогих тканей, платья тонкой работы, вуали, перчатки, легкие туфельки, в которых Лианна любила танцевать на пирах, и даже шкатулка с драгоценностями — всё было на месте. Пропали только костюм для верховой езды, дорожный плащ и несколько скромных практичных платьев, а еще кошель с серебром и охотничий нож. Все выглядело так, будто Лианна уехала. Кет вспомнила, что ее подруга уже однажды сбегала, поссорившись с Робертом. Но тогда она ехала в Риверран. Теперь же, за два дня до свадьбы самой Кейтилин она не могла просто так исчезнуть.       — Кира, — окликнула Кет служанку, — помоги мне. Ищи записку, письмо, любой клочок пергамента, — попросила она, принимаясь заново перетряхивать вещи.       Ничего. Ни единой строчки, даже переплеты книг изнутри были чистыми. Кет устало опустилась на край ложа, и в этот миг в дверь постучали. Обе девушки затаили дыхание. Стук повторился, а потом Кет услышала голос лорда Хостера.       — Кейтилин, это я, твой отец, — проговорил он и постучался еще раз.       Кет сделала знак служанке, и та приоткрыла дверь, впустив в комнату хозяина замка.       — Я не застал тебя в покоях, а Вилма сказала мне, что ты отправилась к леди Лианне, — проговорил лорд Хостер, оглядывая погруженную в хаос опочивальню. — Что здесь произошло? Налет одичалых?       — Охотники уже вернулись? — вместо ответа спросила Кет.       — Мы ждем их к обеду, но я не понимаю, причем тут это, — проговорил ее отец, на лице его отразилось недоумение.       — Тогда у нас еще есть время, — пробормотала девушка, чем окончательно запутала лорда Хостера.       — Время для чего, дочь моя? Для дурных шуток? — строго спросил он, глядя дочери прямо в глаза.       Пару биений сердца Кет колебалась, а потом кратко поведала ему о случившемся.       — Семеро… — выдохнул лорд Хостер, бледнея, — Но я только что видел Роберта во дворе, значит, сестра Брандона уехала точно не с ним.       — Может, госпожа и вовсе не уезжала, — подала голос Кира, глаза ее вновь наполнились слезами. — Может, она у-у-утопилась… — и девушка опять расплакалась.       Лорд Хостер поморщился.       — Уйми девчонку, — велел он дочери. — Оденься и прикажи подать завтрак в своих покоях. Займи гостей, нéчего им путаться под ногами и разносить сплетни. Я подниму гвардейцев, пусть обыщут весь замок, — и он широким шагом вышел вон.

* * *

      Голова трещала так, будто демоны всех семи преисподних разрывали ее на части клещами. Пытаясь освежиться, Роберт вышел во внутренний двор и приказал своему слуге Осви окатить себя холодной водой. Это помогло, но Баратеон все равно чувствовал себя отвратительно. Ладонь, укушенная Лианной, саднила, на руках багровели отметины, напоминающие о гневе драконьего принца.       Сменив сорочку и дублет, Роберт перевязал кисть руки полоской чистой ткани, кое-как пригладил непослушные черные кудри и отправился просить прощения. Это было ему не впервой, однако теперь он почти не испытывал угрызений совести, одну досаду и разочарование. Все, кого он встречал по дороге, провожали его неодобрительными взглядами, а кое-кто из северян даже посмел плюнуть в его сторону. Что ж, он заслужил это, но его невеста была виновата в случившемся не меньше, чем он сам. Когда эта гордячка, успела очаровать всех настолько, что сам Хостер Талли встал на ее сторону, спросил себя Роберт и горько рассмеялся. Его она очаровала не меньше, хуже того, свела с ума.       У двери, ведущей в опочивальню Лианны, стоял воин в цветах домашней гвардии Талли. Завидев Роберта, он шагнул ему навстречу, заслонив собой вход.       — Пускать не велено, — сказал гвардеец, положив руку на рукоять меча.       — Что это значит? Там моя невеста, я хочу ее видеть! — возмутился Роберт, пытаясь обойти стражника.       — Не велено, — бесстрастно повторил тот, не давая Баратеону сделать ни шага.       — Послушай, ты, как тебя там… — процедил Роберт, — скажи леди Лианне, что пришел ее жених, лорд Роберт Баратеон.       — Боюсь, даже вас она не примет, милорд, — решительно ответил мужчина и, видя, что Баратеон собирается пустить в ходу кулаки, наполовину извлек из ножен клинок, — не приближайтесь, милорд, иначе вам несдобровать.       Роберт скрипнул зубами, тихо выбранился и, смерив гвардейца полным ненависти взглядом, побрел прочь. Ноги сами несли его в Великий Чертог, где, должно быть, уже подали завтрак. Чаша крепкого вина ему сейчас не помешала бы, да и поесть стоит для разнообразия. А уж потом он выскажет Хостеру Талли всё, что думает о его дурной привычке совать свой нос в чужие дела. В том, что хозяин Риверрана попытается очернить его перед братьями Лианны, когда те вернутся с охоты, Роберт даже не сомневался.       По коридорам сновали туда-сюда воины в красно-голубых плащах, но Баратеон только лениво подумал, что, верно, лорд Талли застукал младшую дочку в постели с оруженосцем и теперь ищет сумевшего улизнуть прохвоста.       Погрузившись в свои мысли, Роберт даже не заметил, как перед ним выросла фигура Кейтилин Талли. Премиленькое платье, пушистые рыжеватые волосы, на лице заученная улыбка.       — Ах вот вы где, лорд Роберт! — пропела она. — Такая удача, что я вас встретила! Идемте со мной, сегодня особенный день, и поэтому я позволила себе организовать для самых близких друзей скромную трапезу в своем соларе.       Она взяла его под руку и повлекла за собой в противоположную от Чертога сторону, без умолку болтая о пустяках. Ее ладонь была холодной, а в голосе слышалась дрожь, и это отрезвляюще подействовало на Роберта. Он вспомнил стражника у двери Лианны и гвардейцев, патрулирующих коридоры, и в душе у него зашевелились подозрения. Они уже почти добрались до солара, как вдруг Роберт резко остановился и выдернул свой локоть из-под руки Кейтилин.       — Что здесь творится? — спросил он, изучая бледное личико девушки.       — Ровным счетом ничего, — ответила она, пытаясь казаться беззаботной.       — Ничего? — повторил Роберт, прищурившись. — А зачем тогда покои Лианны охраняет стража?       По лицу Кейтилин пробежала судорога, взгляд голубых глаз стал холодным.       — А как вы сами думаете, лорд Роберт? — спросила она тихо.       Баратеону стало противно. Кет Талли больше не казалась ему очаровательной простушкой, каковой он привык ее считать. Так вот из-за кого своеволие Лианны усилилось во сто крат. Эта лживая девчонка, прячущаяся за пышными словами о долге и чести, настроила его невесту против него! Кому как не единственной подруге Лианны потворствовать ее связи с принцем!       — Не тебе стыдить меня, — презрительно бросил он, — Если бы не ты, Лианна никогда не посмотрела бы на сладкоголосого змееныша. Думаешь, я не знаю, что Брандон Старк дрался из-за тебя с воспитанником твоего батюшки? Нагрешила и подругу хотела сбить с пути?       — Выбирайте выражения, лорд Роберт, — презрительно проговорила девушка, скрестив на груди руки, — или Брандону придется драться уже с вами.       Роберт прямо-таки опешил от ее наглости. Пока он собирался с мыслями, Кейтилин развернулась на каблуках и скрылась за дверями солара, оставив его в одиночестве. Пустой желудок недовольно заурчал, требуя завтрака, и Роберту ничего другого не оставалось, кроме как последовать за дочерью лорда Хостера.       Он ожидал увидеть Лианну и Рейегара занимающими самые почетные места за столом, но его невеста и принц к завтраку так и не явились. Кейтилин со всеми была приветлива, вела себя как радушная хозяйка, следила, чтобы каждый отведал лакомство по вкусу, хрустальные бокалы вовремя наполнялись, а беседа текла в нужном русле. Однако как Баратеон ни старался перехватить ее взгляд и понять, что скрывается за ее учтивой улыбкой, не сходившей с бледного лица, ему это не удавалось.       Когда через некоторое время в солар вошел лорд Хостер и что-то прошептал дочери на ухо, а та так сжала сцепленные руки, что побелели костяшки пальцев, Роберт окончательно утвердился в мысли, что от него и остальных гостей что-то скрывают. Взгляд его сам собой задержался на пустующем месте Лианны. В этот миг дверь распахнулась, и на пороге появился Брандон Старк собственной персоной. Лицо его пылало, костюм для верховой езды был покрыт дорожной пылью.       — Где Лианна Старк? — прогремел он. — Где моя сестра?!       Его серые глаза метали молнии, он за пару-тройку шагов пересек солар и навис над Робертом, испепеляя того взглядом.       — Что ты сделал с моей сестрой?! — крикнул Брандон, и Роберт догадался, что лорд Хостер уже доложил его другу о вчерашнем. Внутри у него все похолодело, но он не подал вида. Поднявшись на ноги, он вскинул руки в примирительном жесте.       — Клянусь, я даже пальцем не тронул Лианну, Бран, все гости — тому свидетели. Я вел себя как последняя скотина, я наговорил таких вещей, что стыдно самому вспомнить, и теперь даже не могу молить о прощении — она не пожелала меня видеть и даже не пришла сюда.       — Ее вообще нет в замке! — рявкнул Брандон и уже схватил Баратеона за шиворот, но увидев неподдельное изумление на его лице, разжал кулаки.       — Так ты не знал? — спросил он сердито, но уже без ненависти. Роберт кивнул, в его голове все части мозаики начали складываться в единое целое. Его невеста-дикарка опять сбежала. А принц? Неужели Лианна снова предпочла общество этого смазливого ублюдка? Выходит, он, еще не женившись, стал рогоносцем.       — Седьмое пекло! — выругался Роберт, не заметив, что произнес это вслух.       Мысли лихорадочно носились в его голове. Сейчас все против него, он чувствовал это. В соларе воцарилась тишина, гости, затаив дыхание ждали, чем закончится ссора брата прекрасной девицы Старк и ее же жениха. Глаза северян и лорда Талли смотрели сурово. Никто не замечал отсутствия принца, все винили в случившемся его, Роберта Баратеона. Что ж, самое время заставить их взглянуть на ситуацию с другой стороны. Пусть поймут, что Молодой Дракон совсем не такой, каким хочет казаться. Решение пришло само собой, за пару биений сердца, и Роберт взял себя в руки.       — Так, говоришь, Лианны нет в замке? — спросил он у Брандона. Тот кивнул.       — Боги, я так и знал… — упавшим голосом проговорил Баратеон. — Я так и знал… — повторил он, отметив про себя изменившиеся лица гостей.       — Что вы хотите этим сказать? — строго спросил лорд Хостер.       — Лианна не пропала, Бран, — произнес Роберт, обращаясь только к своему другу и словно не замечая никого вокруг. — Ее похитили.       — Не мелите чепухи, лорд Роберт, — вмешалась Кейтилин. — Кто мог решиться на такое?       — Тот, кто все это время был рядом с нею. Тот, из-за кого я невольно ранил ее чувства. Тот, кто привык получать желаемое, не считаясь ни с чем, — произнеся эту тираду, он помедлил и добавил с горечью, — Принц Рейегар.       — Чтобы обвинить принца крови нужно иметь веские доводы, — покачал головой Хостер Талли. По солару пронесся шепоток сомнения.       — Разве вам недостаточно того, что вы сами наблюдали все эти дни и недели? — вопросил Роберт, повысив голос и обращаясь уже ко всем собравшимся. — Разве вы не знаете о том злополучном венке в Харренхолле? Неужели вы забыли, кто его отец?       Гости снова зашептались, кое-кто согласно закивал. Лицо Брандона потемнело. Они готовы ему поверить, понял Роберт. Все знали, что Таргариенам присущи некоторые странности, а уж власть вкупе с помутненным рассудком поистине опасна. Поэтому принц прямо на глазах превращался для них из образца благородства и доблести в развращенного злодея.       — Его высочество так же отличается от своего отца, как день от ночи, — возразила Кейтилин так горячо, что многие из до сих пор хранивших молчание поддержали ее одобрительным гулом голосов.       — Я и сам так думал, миледи, — печально подтвердил Роберт.       — И что же заставило вас изменить свое мнение? — перешла в наступление девушка. — Ревность?       Рыжеволосая бестия оказалась более серьезным противником, чем он предполагал, но в рукаве у него оставался еще один козырь.       — Я бы рад согласиться с вами, да не могу, — пожал плечами Роберт. — Вчера после вечерней трапезы я решил последовать мудрому совету лорда Хостера, — сказал он, слегка поклонившись хозяину Риверрана, — и принести леди Лианне извинения за нанесенное оскорбление. Подходя к ее покоям, я услышал голоса и шум. Мне показалось, что Лианна звала на помощь, — в этом месте Роберт сделал паузу, будто ему было тяжело продолжать. — Дверь оказалась не заперта, и я увидел принца на полу у ног Лианны. Он вцепился в ее колени мертвой хваткой и умолял ее бежать вместе с ним в Королевскую Гавань. Я не помню, как оттащил его от нее, помню только, что мы знатно наваляли друг другу, а Лианна кричала и умоляла нас остановиться. Принц был пьян еще побольше моего, он еле держался на ногах. В конце концов, он безумно рассмеялся, сказав мне, что я победил, поэтому завтра же он уедет, и убрался восвояси. А Лианна вместо благодарности заявила, что сама может за себя постоять, и выставила меня за дверь, — с обидой в голосе заключил он.       С минуту гости потрясенно хранили молчание. Первым заговорил лорд Хостер.       — Если все, что вы рассказали, правда, нам следует снарядить погоню. Можете ли вы подтвердить сказанное? Готовы ли вы поклясться в правдивости ваших слов, лорд Роберт?       — В пекло клятвы! — воскликнул Брандон Старк. — О таком не станет лгать даже самый подлый человек! Честь и жизнь моей сестры в опасности! Мы не можем медлить ни минуты!       — И всё же, Брандон, речь идет об особе королевской крови, — тихо проговорил лорд Хостер. — Мы должны быть уверены в том, что обвинения обоснованы.       Властелин Речных Земель не до конца поверил ему. Что ж, боги простят его.       — Клянусь Семерыми, всё, что я сказал — правда, — уверенно заявил Роберт, приложив ладонь к сердцу. — Пусть я окажусь в самой страшной из семи преисподних, если я возвел на его высочество напраслину, — говоря это, он почувствовал холодок, пробежавший по спине, но только мысленно отмахнулся от дурного предчувствия. Пути назад не было.       — Да будет так, — торжественно кивнул Хостер Талли и повернулся к Брандону, — я пошлю людей, пусть осмотрят окрестности на пять лиг вокруг. Далеко они не могли уехать.       — Я поеду в столицу, — решительно произнес Бран. — Я потребую вернуть мою сестру и наказать принца и его приближенных. Кто готов отправиться со мной?       Солар загудел от голосов, желающих отправиться на поиски северянки было много.       — Это неразумно, друг мой, — проговорил лорд Хостер, опустив тяжелую ладонь на плечо будущего зятя. — Лучше дождаться результата поисков, быть может, уже завтра Лианна будет с нами.       — Я не могу сидеть сложа руки, — бросил Брандон, недовольно дернув плечом.       — Я поеду с тобой, — вызвался Роберт, втайне надеясь получить отрицательный ответ.       — Оставайся здесь, Роб, вдруг лорд Хостер окажется прав, — покачал головой Бран.       Роберт молча наблюдал за тем, как его друга обступили давние приятели, наперебой предлагая помощь и гадая, куда мог направиться Рейегар Таргариен с похищенной девицей Страк.       — Вы, ваши слуги и оруженосцы поедете со мной, — указал Брандон на Элберта Аррена, Джеффори Маллистера и Кайла Ройса. Глаза юношей загорелись в предвкушении приключений, они раскланялись с лордом Хостером и его дочерью и поспешили собираться в дорогу.       Через час с четвертью небольшая кавалькада всадников, над которой несся по снежно-белому полю лютоволк Старков, выехала из ворот Риверрана и помчалась в клубах пыли на юго-восток, пытаясь сократить путь до Королевского Тракта. Роберт вместе с остальными стоял на сторожевой площадке над воротами и провожал взглядом всадников до тех пор, пока они не превратились в точки среди зеленеющих полей и лугов. А навстречу смельчакам с юга шли грозовые тучи, захватывая все больше места на лазурном небосводе и словно стараясь догнать и проглотить солнце.              

* * *

      К полудню погода испортилась, свинцовое небо словно нависло над долиной, вдалеке мелькали зарницы. На целые лиги вокруг не видно было жилья, поэтому их маленькому отряду оставалось только погонять лошадей в надежде на то, что поднявшийся ветер отнесет грозовые тучи на восток, и буря пройдет стороной.       — Не хватало еще встречать грозу в чистом поле, — пробурчал Герольд Хайтауэр и плотнее закутался в плащ, когда первые тяжелые капли упали на головы путников.       — Зато погони можно не опасаться, — задорно ухмыльнулся Освелл Уэнт. — Никто в здравом уме не поедет навстречу непогоде, а если и поедет, дождь собьет собак с толку, и они не смогут взять след.       — На твоем месте я бы так не радовался раньше времени, — мрачно бросил Белый Бык, но Освелл только отмахнулся. Вместо ответа он пришпорил коня и догнал принца и Лианну Старк, ехавших во главе кавалькады. Оба они обернулись на стук копыт и рассмеялись, заметив, насколько синхронно было их движение.       — Тоже веселитесь? — хмыкнул рыцарь. — А вот наш лорд-командующий не разделяет нашей радости.       Принца ироничный тон гвардейца только позабавил.       — Сир Герольд — единственный здравомыслящий человек из всей нашей компании, следовало бы побольше прислушиваться к его советам, — с напускной серьезностью проговорил он, а потом, заговорщицки понизив голос до шепота, добавил. — Но мы так делать не будем, правда, Лианна? — в глазах его заплясали озорные искорки, и он обернулся, ища поддержки у своей спутницы.       — Правда, — со смехом откликнулась девушка, и они с принцем обменялись такими взглядами, что Освеллу стало совестно мешать им, и он придержал коня, чтобы немного отстать от парочки голубков, как тут же окрестил их про себя.       Рыцарь за всю свою службу в Королевской Гвардии видел принца смеющимся всего пару раз, а теперь улыбка не сходила с губ Рейегара. Будущий король влюбился как мальчишка, подумал Освелл, с грустью вспоминая старшую дочь лорда Аллириона, у которого он служил оруженосцем почти пять лет. Делонну Аллирион он видел в последний раз в Великом Чертоге Красного Замка, когда Герольд Хайтауэр набросил ему на плечи белый плащ, сделав гвардейцем короля и навсегда лишив возможности стать мужем, отцом и лордом. Но он-то, Освелл Уэнт, покорился судьбе, а его господин пытается пойти наперекор воле богов. Больше того, он вообразил, что сами боги свели его с северянкой. Осуждать принца Освелл не мог, ему самому Лианна Старк нравилась куда больше Элии Мартелл и других знатных южанок, живших при дворе.       Задумавшись, Освелл и не заметил, как дождь усилился и перешел в настоящий ливень. Всадники низко склоняли головы под намокшими капюшонами, лошади недовольно прижимали уши и всхрапывали. Небо всё так же низко висело над землей, лилово-черные тучи, сгрудившиеся у линии горизонта, напоминали стадо быков.       Дождь на минуту стал стихать, тяжелые струи поредели, но тут огромное устрашающего вида облако словно разорвалось, и из его набрякшего брюха на долину хлынули новые потоки воды. Тучи на горизонте поднялись выше, но всё пространство под ними было затянуто темным занавесом, колышущимся от порывов ветра — там ливень разразился с особенной силой. Эртур Дейн заметил невдалеке небольшую рощицу, это было лучше, чем ничего, и вся компания свернула с дороги, чтобы спрятаться под деревьями.       Прошел час или два, прежде чем небо посветлело и путники смогли выбраться из своего импровизированного укрытия. Утрамбованная земля тракта от дождя раскисла и превратилась в хлюпающую под копытами лошадей грязь, колеи заполнились водой и теперь больше походили на ручьи, с шумом несшиеся с небольшого пригорка в низину. Дождь продолжал идти, хотя и заметно ослаб, и Освелл подозревал, что он, как и все зимние дожди, затянется на несколько дней. Все промокли до нитки и проклинали непогоду, и Герольд Хайтауэр стал ворчливо убеждать принца, что необходимо повернуть на запад, на Речную Дорогу, ибо только там можно найти кров и обсушиться у огня. Рейегар колебался, но его маленький отряд выглядел так жалко, что принц махнул рукой и первым, пришпорив коня, поскакал туда, где по ветру стелился дымок очагов.       Под конец дня дождь почти прекратился, и последние лучи заходящего солнца прошили грязно-серые облака, не желавшие исчезать окончательно. Окрестности озарились странным бледно-желтым, будто болезненным светом, но путники увидели в этом доброе предзнаменование и, приободрившись, стали погонять усталых лошадей, чтобы к сумеркам добраться до человеческого жилья.