Пламенная игра

Рядом не было никого. Он не мог кому-то позвонить. Некому было высказаться о боли, потому что Кристиан не хотел показаться слабым. За него никто не будет переживать, он никому не нужен. Эштон периодически продолжал надоедать своими приходами, но у Криса не было желания его видеть и, тем более, проводить с ним время. Он надеялся, что Эштон отстанет от него и даст спокойно, в одиночестве, пережить новую потерю. И не открывал дверь. Однако Эштон был очень настойчив и стал заявляться каждый день, пока Кристиану, наконец, не пришлось взять и впустить его, иначе бы тот выломал дверь. Вид Кристиана оставлял желать лучшего. Эштон никак не ожидал увидеть его далеко в нетрезвом состоянии, а судя по количеству бутылок, он так расслабляется не первый день. — Ты что творишь, придурок?! Эштон схватил Криса за плечи. — Разве этот Флетчер заслуживает, чтобы ты из-за него спился?! — Пришел сюда почитать мне морали? Думаешь, я нуждаюсь в твоей помощи? — А что, разве нет? На себя посмотри, в кого ты превратился. — Тебе-то какое дело? — А что, я должен спокойно смотреть на то, что ты с собой делаешь? Кристиан пытался выгнать его, но Эштон все равно оставался и пытался говорить с ним, убеждать, что ничего не потеряно, но только действовал ему на нервы. В то время Кристиану казалось, что он снова начинает отдаляться от мира. И назад выхода не было. Эштон стал следить за ним, выводил на улицу, постоянно о чем-то рассказывал. Но Кристиан не чувствовал себя живым. Он не хотел ничего видеть и слышать. Не хотел смотреть футбол, ему даже становилось еще хуже от мыслей о нем. Он сам не понимал своего состояния, ему стало настолько все безразлично, что он потерял счет дней. Кристиану больше ничего не хотелось, он считал, что жизнь закончилась окончательно. В какой-то момент он решил прибегнуть к отчаянному методу и проделать то же самое, что и несколько лет назад, когда он также находился в депрессии. В ванной, в шкафчике, у него всегда хранились сильные антидепрессанты, благодаря которым он смог вернуться к нормальной жизни в былое время. Поможет ли сейчас? Недолго думая, Кристиан открыл пузырек и высыпал себе на руку несколько штук. Он собрался их проглотить и пошел на кухню за водой, но там встретился с Эштоном. Он, конечно, все понял, отобрал препараты и смыл их в раковине. Кристиану так захотелось ударить его чем-нибудь тяжелым за то, что он ему мешает, но приходилось сдерживаться. В какой-то мере Крис понимал, что Эштон беспокоится о нем, но не хотел принимать заботу с его стороны. Через месяц Эштон решил, что Крису стало лучше, потому что он внезапно заявил о том, что пойдет на собеседование по поводу устройства на новую работу. Он не стал возражать и отпустил его. За это время он чуть ли не поселился у него и начал диктовать свои правила.

***

Юджин убирался в квартире, когда Кристиан внезапно позвонил ему и сказал, что им надо срочно что-то обсудить. Он охотно согласился, поскольку они давно не виделись, и Юджину хотелось узнать, как изменилась жизнь Криса после расставания с Томом. Кристиан не заставил себя ждать и прибыл примерно через полчаса. Вид у него был расстроенный, и Юджин сразу все понял. Он еще не отошел. Юджин опустил взгляд, не зная, что сказать. Почему друг всегда так убивается? Почему он не может ему помочь? — И это я так поехал на собеседование, — сказал Кристиан, рассматривая кухню своего бывшего тренера. — На какое еще собеседование? — Пока не придумал. Подскажешь идею? — Крис, о чем ты? — Юджин напрягся. — Кому ты это сказал, Эштону, что ли? — Ага. Он не дает мне и шагу ступить. Все думает, что я обязательно что-то с собой сделаю. — После твоей попытки самоубийства в колледже я тоже так считаю, — не подумав, ответил Юджин. Ведь это была запретная тема для их разговоров. — Об этом знаем только ты и я, — кажется, Крису стало неприятно от старых воспоминаний. — Он недавно выкинул все мои антидепрессанты, которые я доставал с большим трудом. — Правильно сделал. Нечего себя травить, — Юджин сложил руки на груди. Кристиан чувствовал, что беседа не задалась. Юджин не мог его понять и был на стороне Эштона, хотя это не так важно. — С Эштоном я еще разберусь, на самом деле я не за этим пришел. — Знаю. Ты хочешь поговорить о Флетчере. Так вот, что я скажу. Крис, забудь. У него своя жизнь в Нью-Йорке и будущее, связанное с футболом. — Что? О чем ты? — Он все-таки смог поступить и уехал, ты не знал? — Нет, — еле выдавил из себя Кристиан. Так вдобавок ко всему, у Тома сейчас та самая жизнь, о которой он всегда мечтал. Еще какое-то время они молчали, пока Юджин не поинтересовался, с чего это Эштон стал так тесно общаться с Крисом. — Мне было стыдно признаваться, — Кристиан по-прежнему не поднимал взгляд. — Но я переспал с ним по пьяни. Юджин сначала в недоумении смотрел на него, а потом вдруг хлопнул руками по столу. — Как это могло произойти?! Крис! Зачем? — Я ничего не помню из той ночи. — Но для чего он это сделал? Точнее, я понимаю, но разве он не видел твоего состояния? Просто воспользовался? Разве Эштон способен вот так поступить? Юджин знал Эштона давно. И видел, как он, несмотря на свое раздражающее поведение, никогда не поступал по-настоящему плохо. — Способен, еще как. Более того, я уверен, что он сделал это специально. Сначала я думал, что все произошло случайно, пока вчера тест не показал две полоски. Юджин смотрел на него и молчал. Кристиан чувствовал холод и отчаяние. Раньше он боялся просто представить подобную ситуацию, а сейчас находился в полнейшей безысходности. Какое хорошее время было, когда он мог делать, что хотел, и не приходилось думать о последствиях? Как ему нравилось ощущать свободу и независимость. — Крис, мне правда жаль, что так вышло. Я не в праве говорить, что тебе делать. — Юджин, который всегда был позитивным, неожиданно поник. Кристиан удивился его реакции на свою проблему. — Крис, ты же знаешь, что я всегда был один. У меня были альфы, но я был им нужен только в качестве временного партнера. Рано или поздно они находили омег и бросали меня. Детей я иметь не могу, а так бы хотел ребенка для себя. Знаю, не в этом мое предназначение, но… Ты можешь пожалеть потом. — Юджин, — Крис с жалостью посмотрел на друга, встал из-за стола и крепко обнял за плечи. Он никогда не думал, что его друг-бета так одинок. — Вдруг твой сын тоже будет футболистом? — Юджин улыбнулся сквозь слезы, пытаясь сдержать нахлынувшие эмоции. — Будешь его тренировать. — Ага, буду, — Крис на мгновение смог поверить сказанному. — Я тоже бы хотел видеть тебя тренером какой-нибудь известной команды, но разве это возможно? — Юджин старался говорить осторожно, но Крис все равно понял, что у него нет и не было ничего. Он слишком многое потерял. — Наверное, нет, — Крису было больно признавать факт того, что в спорте ему ничего не светит. — Ну вот, может, это только сейчас ты так категорично настроен, а после родов все изменится? — Скорее всего, — Кристиан нерешительно согласился.

***

Крис не хотел поднимать глаз, чтобы не видеть открывающихся дверей и вида, что открылся перед ним. Яркий свет осеннего солнца ослеплял, а вперед даже не хотелось смотреть. Крис знал, что Эштон улыбался и ждал, когда он подойдет, чтобы, наконец, сотворить это — сделать навсегда своим. Кристиан не спал всю ночь, вспоминал о прошлом. Но теперь не о футболе, а о Томе и времени, проведенным с ним. Кристиан прошел вперед и ступил на мягкий красный ковер. Он поднял голову и увидел, сколько народа собралось в церкви. Почти все скамьи были заняты родственниками, друзьями и знакомыми Эштона. Со стороны Кристиана пришел только Юджин. Из семьи у него остались только дальние родственники, с которыми он не общался. После смерти отца папа снова вышел замуж и уехал в Канаду. Он обещал приехать на свадьбу, но в последний момент не смог. Пока священник читал свою речь, Крис поймал на себе взгляд Эштона. Он не видел в нем искренней радости, так смотрят на полученную жертву. Крис знал. Знал, что четыре месяца назад он специально им воспользовался, чтобы привязать к себе. В любом случае, Крис тоже хорош, раз ничего не помнил. Не надо было так сильно выпивать в тот вечер. На что он надеялся, приведя к себе домой альфу? На душевный разговор под бутылку коньяка? Кристиану пришлось выдавить из себя нужные слова, и он произнес их через силу. Эштон надел ему на безымянный палец левой руки тонкое золотое кольцо, затем Крис проделывал тоже самое. Он чувствовал, как к глазам подступили слезы. Но сдержался и смог выдать улыбку, чтобы создать впечатление радости. Сегодня он раз и навсегда попрощался со своей свободой. А еще со спортом и будущим, которое он себе когда-то рисовал. Эштон обнимал его, притягивая к себе, и наклонился, чтобы их губы были на одном уровне. Кристиан закрыл глаза и выполнил этот обязательный шаг, соприкоснувшись губами с Эштоном. На праздновании в ресторане Кристиан мечтал только об одном — скорейшем его конце. Слушать наигранные поздравления родственников Эштона становилось невыносимо, каждый считал своим долгом наплести какую-то чушь, от которой Кристиану становилось противно. От одного вида еды его тошнило, алкоголь был запрещен, поэтому он сидел, с унынием оглядывая зал. А Эштон общался с друзьями, принимал подарки, выпивал и периодически посматривал на Криса, как будто взглядом намекая, что их еще ждет продолжение, которое тот даже представлять не хотел.

***

Крис мечтал о том, чтобы побыть в одиночестве, чего в последнее время совсем не получалось. Празднование его утомило, а мысли о том, что это не конец, угнетали. Уже не было пути назад. Эштон открыл дверь гостиничного номера, пропуская Кристиана вперед. Он прошел в комнату, выполненную в светло-зеленых тонах. Обстановка напрягала, и Крис стоял неподвижно. Он почувствовал, как Эштон обнял его сзади и начал расстегивать пуговицы на белом пиджаке. — Может, не так сразу? — предложил Кристиан. — Я ждал весь день, — Эштон поцеловал его в шею. В прошлый раз он ничего не чувствовал, неплохо было бы и в этот раз слегка затуманить сознание, но нельзя. Тем более в дальнейшем все равно придется заниматься сексом с Эштоном. Кристиан обязан. Закончилось время, когда он мог выбирать. Крис не хотел подчиняться Эштону, не хотел связывать себя обязательствами. Но пора было забыть о прежней жизни.