Сказание об одной тени

      В сознание Сомбры ворвалось неестественное пиканье, но, несмотря на это, жеребец еще какое-то время продолжал спать. Окончательно его пробудил только запах свежеприготовленных рулетов и сладкий аромат какого-то чая. Открыв глаза, он увидел стены больницы, подсвеченные успокаивающим нежно-синим светом кристаллов. Тут же перед глазами пронеслись воспоминания: взрывы, болезненное чувство собственной беспомощности…       Тот демон посмел насмехаться над ним…       …       …но где это произошло? Обычно он приходил мучить Сомбру во снах, показывая ему прошлое и все совершенные им ошибки.       Где это произошло? Он смеялся надо мной, над моей слабостью. Мне… Не хватило сил, что же еще оставалось?       — Ты ведь спас их. Сиял ярче солнца… Думаю, некоторые спасатели даже поклонились, увидев тебя, — донесся до ушей Сомбры спокойный голос, как бы прогоняя его тревожные мысли. — Взрыв не вызвал ничего особо страшного, некоторых просто слишком завалило. И большинство из них достал ты. Меня зовут Суфин Бальм; я была там, когда… Ты сделал то, что спасло всех. Помнишь что-нибудь? — спросила кобылка, одетая в медицинский халат, посматривая на показания и осторожно передавая жеребцу кусочек рулета и чай.       — Только чувство беспомощности, а потом… Я что-то сделал. Столько силы… Сколько времени я спал? — спросил Сомбра, откусывая рулет.       — Около двух дней. Тебя приходили навестить весьма интересные личности. Принц и принцесса и даже, эм… Другие принцессы, — Суфин говорила с искренним восторгом в голосе.       — Зачем? Я просто… Помог, — пробормотал жеребец, мотая головой и морщась. Все тело болело, не только физически — но не слишком ужасно, особенно учитывая обстоятельства.       — Многие пони живы только благодаря тебе, — спокойно ответила Суфин, а потом тихо хихикнула. — О, и была еще одна пони, не отходила от тебя все эти два дня; иногда я даже думала, что это медсестра, — кобылка махнула копытом, и в палату со слезами на глазах быстро вбежала Амбер. Сомбра кое-как смог сесть, чтобы обнять обезумевшую от горя любимую, севшую у его приподнятой кушетки.       Их глаза встретились, и Сомбре показалось, что у него сердце изнутри прожигает ребра. Пододвинувшись, Амбер обняла его за плечи. Поколебавшись секунду, он прижилась губами к его губам.       Если бы он только мог вернуться во времени и сказать себе, что этот момент окупит все муки.       Запах горных ягод щекотал ему нос; ее любимые духи. Не слишком тяжелый аромат, но каждый раз умудрявшийся вскружить ему голову. Поцелуй Амбер был теплым, наполняющим жеребца уютом и искренностью. Сомбра чувствовал привкус соли на губах; Амбер плакала…       Он нежно разорвал поцелуй и коснулся своим носом ее, опять встречаясь с кобылкой взглядами. Медаль от двух принцесс или посвящение в рыцари от Каденс или Шайнинг Армора меркли перед эмоциями, плещущимися в этих прекрасных глазах, так смотрящих на него. Невыплаканные слезы того гляди полились бы снова, но Амбер смогла улыбнуться и слегка покраснеть.       В ее взгляде не было ужаса, отчаяния или грусти — наоборот, ее глаза излучали надежду, чудо и чувство, которое Сомбра не смел называть. Могла ли это быть?..       — Ты жив!.. Т-ты… Т-ты… — выдавила Амбер, не в силах больше сдерживать слезы.       Сомбра напрягся и, несмотря на советы медсестры, опустился всеми копытами на пол. Видеть боль, обуревающую Амбер, было невыносимо, и поэтому он подошел к ней и положил голову ей на шею.       — Я видела, как ты выходил из руин. Я не видела тебя таким с тех пор, как… — прошептала она, но не с грустью, а с гордостью и уважением. — Ты всегда хотел защищать пони. Я не забыла, сколько ты для этого тренировался, — Амбер затихла и полувздохнула-полухихикнула от усталости. — Д-демон… Он ушел, да? Ты убил его, — ее слова звучали, как факт, а не вопрос.       Сомбра довел Амбер до небольшой лавочки.       — Я воспользовался им. У меня не было сил, чтобы всех спасти, а у него были. Я забрал его силу… И воспользовался ей сам, — произнеся это, жеребец не поверил в то, что это на самом деле произошло.       Я использовал силу демона, чтобы спасти пони. Я наконец-то кого-то спас…       Вместо удивления Сомбра понял, что улыбается и дышит в гриву уснувшей на его плече Амбер. Самому ему хотелось пробежаться, чтобы размять отлежавшееся за два дня тело, но присутствие кобылки рядом действовало лучше любого лекарства. Взгляд Сомбры привлекли слова на бумагах, прикрепленных к его койке: в одном четко различалась королевская подпись, а другие были постановлением от королевской стражи.       Знакомый розовый аликорн заглянула в палату и едва подавила смешок, увидев двух пони, заснувших на лавочке. Улыбнувшись, она вернулась во дворец.       Шайнинг был прав: Сомбра и не представлял, как им нужна была его помощь. Они смогли выяснить, из чего была сделана взрывчатка, но это было лишь началом. Если Сомбра смог поглотить силу демона, как утверждали Селестия и Луна, значит, его стоит как можно скорее привлекать к расследованию.