Воплощение мечты о магии.

Охота с Рубеусом, добыча ингредиентов для обитателей замка, поиски чего-то интересного в школьной библиотеке, эксперименты со свободной магией и обучение приемам палочковой. Подслушивание неинтересных разговоров, подзарядка эльфийского корабля и туристическая трансгрессия по Англии. За такими занятиями прошел остаток лета. Привыкнув ночевать в гостях у Винду, я совсем перестал спать в замке, о чем нисколько не жалел. Холод толстых каменных стен, разумеется, можно отогнать магией, но находиться в замке долгое время мне все равно было отчего-то тягостно. Зато, на утро после ночи в кооруме (где в прямом смысле сбрасывались оковы тела) я чувствовал себя великолепно. За несколько дней до сентября, я пришел, как обычно, утром к Хагриду в хижину. Он сообщил, что Хогвартс-Экспресс уже готовят к ежегодной традиционной поездке. – Ариэль, там в Хогсмиде-то паровоз стоит в загоне, значится, специальном, – Рубеус витал в облаках. Косматая голова полувеликана явно была занята планированием его уроков по Уходу. Перед самым учебным годом он особенно волновался и проверял, не забыл ли чего. – Ну, я хотел сказать: в гараже, да. Вчера прибыл Хайхэт, это, значится, машинист. Он каждый год возит студентов в Хогвартс и обратно. Хайхэт у магглов-то тем же самым занят, любит это самое дело. Сквиб он. Но, так, говорю тебе, ловко всем этим управляется! Любой маг позавидует. Как живой у него этот поезд, чуф-чуф... – Хагрид восторженно подвигал согнутыми в локтях руками вперед и назад, показывая, как работают колеса. – Я-то чего говорю: тебя Флитвик искал. Он человека ищет, поезд сопровождать. У ворот, значится, главных ждет. Просил послать тебя к нему, когда ты придешь. – Хорошо, Рубеус, тогда я пойду – негоже заставлять профессора ждать. – Это да, там у них такие новости... Только Дамблдор-то не сам согласился, это эти министерские настояли, точно говорю! Директор Дамблдор и сам не рад такому. – Хагрид посмурнел лицом и махнул широкой ладонью – А, ну Флитвик тебе сам наверняка расскажет, да. К воротам я пошел без промедлений, но не бегом. У магов, как я понял за последние два месяца, не бывает слова «срочно». Если необходимо сделать дело быстро, то волшебники могут провернуть все что угодно за считаные минуты. Но так поступают только если нет выбора. В остальных случаях все не спеша наслаждаются процессом. Очень хороший, как мне кажется, подход. Пока шел к преподавателю чар, рассматривал утренние облака. Привыкнув к возможности мгновенного перемещения, я стал больше ценить пешие прогулки. – Доброго утра вам, Ариэль! – тонким голоском поприветствовал меня Флитвик. – И вам, Филлиус, тоже доброго. Как вы? – Какое счастье, что у меня, несмотря на рост, не такой смешной тон. – Благодарю, у меня все замечательно, чего нельзя сказать о ситуации в целом... – маленький профессор развел руками, словно желая обнять большие кованые ворота. – Министерство предложило разместить в школе отряд дементоров. Не знаю, о чем думал Дамблдор, но директор согласился! – Это из-за непойманного беглеца из Азкабана? – спросил я то, что знал и так. – Именно, именно! – пропищал Флитвик, подняв вверх палец. – Они думают, он сунется сюда... Не знаю с чего они так решили, но теперь сотни полторы этих жутких... жутких созданий будут дежурить вокруг школы. Насколько я знаю, они очень, очень посредственно контролируются этими не слишком компетентными... Это может привести к неприятным, очень неприятным инцидентам, – он постучал палочкой по ладошке, смешно насупившись. – Похоже, что пора спешно разучивать заклятие Патронуса, профессор. Флитвик на это только кивнул и усмехнулся. – Старая добрая огненная плеть тоже весьма эффективна. Эти твари трусливы и, понеся потери, отступят даже если их сотня. В том-то и вся абсурдность ситуации! – эмоционально воскликнул полугоблин. – Маг с палочкой, да даже умелый волшебник без нее, могут противостоять им. Это в Азкабане, в особом месте, для этого созданном, дементоры имеют преимущество. А приди сюда разыскиваемый всеми Блэк, то одного «патронуса» хватит ему, чтобы миновать эту, якобы, охрану. Разве что, как сигнализация, но для оповещения есть множество, множество более рациональных способов. И я, и Помона были против, уверяю. Больше всех опасности подвергаются студенты Хогвартса и магглы. Ручаюсь, пока душеедов пригонят с их острова, они по дороге выпьют десяток обычных людей. Так всегда бывает, если передвигается такой большой их отряд. Следом идет обливиатор и заметает следы, списывая все на сердечную недостаточность. Печально, очень печально. – И это не останавливает Министерство от таких маневров? – Что вы, Ариэль, разве великим магам есть дело до четырех-пяти ничтожных магглов? – с печальной улыбкой сказал декан Рейвенкло. – Но мы отвлеклись. Я просил Хагрида прислать вас сюда потому, что нужна помощь. Ариэль, в Лондоне в поезд сядет новый учитель Защиты и будет следить за безопасностью. Однако, эти странные идеи Министерства, спорные решения директора и сбежавший преступник. Мы с Помоной опасаемся неожиданностей в дороге. Да и этот Люпин... Понимаю, некорректно сомневаться в его компетентности, но вы не видели, что тут было в прошлом году! – Хагрид рассказывал, – с улыбкой кивнул я. Рубеус действительно, пока мы ходили по лесу, не раз рассказывал о том, что происходило в школе в последние годы. – Вот, вот! – Флитвик закивал. – Вы неплохо себя зарекомендовали, пока работаете с нами, поэтому, будет замечательно, если вы, вместе с Помоной, Ариэль, подстрахуете нашего будущего коллегу. Вы не откажетесь прокатиться на Хогвартс-Экспрессе туда и обратно? Рубеус согласился с вашим отсутствием до сентября. Я бы и сам с удовольствием, но нужно очертить границу вокруг замка для дементоров. Умники из Министерства, конечно же, о такой мелочи позабыли. На это уйдет много сил. – Конечно, Филиус, я буду рад составить компанию профессору Спраут. – Благодарю, благодарю, Ариэль. Я знал, что на вас можно положиться. Пока поезд будут готовить, помощнику машиниста может понадобиться помощь еще одного мага. Думаю, вам уже можно идти в Хогсмид, в депо, и познакомиться с ними. Поезд отправляется в Лондон завтра днем. Я желаю вам счастливого путешествия. Неспешно отправившись в сторону магической деревни, я слышал, как за спиной преподаватель по заклинаниям проговаривает магические формулы. Моих знаний уже хватало для понимания того, что он создает отправную точку замкнутого контура, видимого для некоторых существ. В этом случае – для дементоров. Объем работы, зная о протяженности границ замка, внушал уважение. * * * Дойдя до Хогсмида, я прошел деревню и, двинувшись вдоль железной дороги, вскоре достиг небольшого депо. На путях перед ним уже стоял поезд, вокруг ходили две фигурки людей Генри Хайхэт, машинист, оказался седым энергичным дедком. Помощником была недавно окончившая Хогвартс, Кейт Хайхэт, его родственница. Именно она следила за артефактом, поддерживавшим жар в топке. – Сэр Генри сетует, что мне надо бы самой побросать уголь, чтобы понять ошибочность выбора профессии, – смеялась рыжеволосая Кейт. – Этот паровоз можно назвать маговозом, ведь энергией артефакт снабжаешь ты? Тендера с углем и водой действительно не видно, – из первого вагона по сцепке можно было попасть сразу в будку паровоза. – Да, тепло от артефакта, а вода в котел доливается простым заклятием «агуаменти», но все остальное в паровозе работает также, как у магглов. – Вблизи он кажется намного больше чем я представлял... Ты замечательно справляешься с магической частью и имеешь опыт. Отчего же Флитвик сказал, что может понадобится помощь перед отправкой? Мне объяснили: моя помощь будет заключаться в помощи при развороте поезда. Так же в этом участвовала Помона Спраут пришедшая сообщить, что прибудет на вокзал «Кинг-Кросс» через камин. – Я спешно утепляю некоторые растения. Дементоры имеют неприятную особенность, ну кроме всех остальных своих неприятных особенностей, – проворчала полненькая дама неприязненно. – Они подмораживают местность вокруг. Если один из них окажется рядом с теплицами, может быть нанесен значительный урон милибусам необыкновенным. Блинн, я сяду в поезд перед обратной дорогой вместе со студентами. Дня мне как раз хватит. Ничего против я не имел, и мы приступили к работе. -- А у нас получится? Все же паровоз весит очень и очень много... -- с сомнением поинтересовался я у Помоны, которая лучше всех присутствующих, на мой взгляд, разбиралась в магии. На это полненькая декан только широко улыбнулась. -- Ариэль, главное не беспокойтесь. Это по силам даже одному волшебнику, ведь вес не имеет значения для магии. Главное -- ваша воля и уверенность. Втроем мы это делаем на всякий случай. Все же, это ценный исторический экспонат. Это было завораживающее зрелище. Трое магов: хрупкая девушка с волшебной палочкой в вытянутой руке; деловитая профессор Спраут, она держала локти близко к телу и не выставляла палочку так сильно, видимо, сказывается работа с растениями, которые могут цапнуть за все что торчит вперед; и я -- низенький полу-непонятно-кто с палочкой, которая была просто куском дерева. Мы трое, распределив кто где "берется" подняли многотонный локомотив над полотном и, развернув, плавно опустили на соседний путь. Рядом сэр Генри суетливо размахивал руками и причитал: «осторожно, осторожно, а то щас как бухнет по ноге...». Судя по смешкам Кейт, это была какая-то шутка, но ее значением я не поинтересовался. Когда паровоз вновь встал на рельсы, Помона попрощалась и ушла к своим теплицам, а машинист и его помощница поднялись в будку. Дав один гудок, они проехали по стрелочному переводу в начало состава. Там, дав два гудка, они включили реверс, приблизились к вагонам и зацепили их. Кейт соединила «лягушку» и закачала воздух в тормозную систему вагонов. – Теперь, если вагоны расцепятся, то воздух выйдет из системы и вагоны остановятся. Это только в маггловском синематографе, отцепившийся вагон свободно катится по путям... – Не безопаснее ли было сделать поворотный круг? Левитировать паровоз как-то необычно – спросил я у Хайхэта. – Надо бы, конечно, но никто не хочет этим заниматься... Пока не разобьют локомотив, этих недальновидных чародеев все будет устраивать, – огорченно махнул рукой машинист, протиравший блестящие поручни белоснежной ветошью. – Спасибо, хоть не под открытым небом зимует малышка, -- мотнул он головой в сторону крытого депо. -- А то, помню, до войны стоял состав под одними чарами. Оно конечно, ни ржавчина, ни грязь к нему не пристанут: маги свое дело знают. Но, как по мне, так все равно не дело это. Кроме того, моя помощь заключалась в подпитке артефакта. По сути, в топке горел вариант заклятия «инсендио», только более оптимизированный под равномерную выдачу тепла. Кейт могла конечно и сама поддерживать его пол дня, весь путь. Но это было довольно утомительное в своей однообразности занятие. В общем, у меня осталось впечатление, что я еду для компании и для массовки. Хайхэты еще раз все проверили, смазали буксы и нагрели воду. Через час Хогвартс-Экспресс уже направлялся в Лондон. * * * Путь до столицы Великобритании прошел без неожиданностей. Мы с Кейт по очереди насыщали артефакт в топке, а сэр Генри рассказывал случаи из своей жизни и отвечал на вопросы по устройству локомотива. Хайхэт родился в семье магов и с раннего детства мечтал о том, как алый паровоз отвезет его в школу чародейства и волшебства. Однако, мальчика ожидало большое разочарование – заветное письмо не пришло. Сквиб. Родители Генри были очень расстроены, но не отвернулись от малыша. Они помогли ему устроиться в маггловском мире и реализовать мечту о красном паровозе. Закончив курсы машинистов, Хайхэт всю свою жизнь водил сначала паровозы, потом тепловозы, и, в конце своей карьеры машиниста, высокоскоростные электровозы. Поскольку найти специалиста по маггловской технике в магической Британии сложно, его сразу приняли сначала помощником, а затем и машинистом Хогвартс-Экспресса. В виду своего преклонного возраста (ему уже перевалило за сотню) он перестал водить поезда в мире обычных людей. Теперь он обучает новичков, находясь на почетной должности машиниста-инструктора в железнодорожной компании «Нетворк Рейл». Тем не менее, он продолжает несколько раз в год лично водить Хогвартс-Экспресс в Лондон и обратно. А последние два года ему в этом помогает троюродная правнучка, Кейт. * * * На платформе «Девять и три четверти» стоял гвалт, от которого, после лета проведенного в тишине Запретного леса, хотелось сбежать. Многочисленные дети, спешащие поделиться впечатлениями после каникул. Еще более многочисленные провожающие их родственники, так же спешащие поделиться. Совы, недовольные сидением в клетках и не имеющие возможности развернуть крылья. Коты, которых забыли покормить в суматохе утренних сборов, о чем они, протяжно мяукая, возвещали всех, кто имел уши. Довольный сэр Генри, звонко простукивающий колесные пары специальным молоточком на длинной ручке. Продавцы «Ежедневного пророка». Какой-то маленький мальчик, задающий свои вопросы Кейт. Авроры, гении сыска, пристающие ко всем лохматым черноволосым людям на платформе. И вот, когда большие часы на колоннах показали десять часов и пятьдесят девять минут, Хайхэты заняли свои места в будке локомотива, ученики уже махали из окон, последние опоздавшие, вынырнув из разделительного барьера между платформами, заскочили в вагон. Сэр Генри, дав гудок, открыл вентиль и пустил пар в машину. Поршни в цилиндрах пришли в движение, штоки толкнули шатуны, провернувшие огромные красные спицованные колеса с балансирами. Поезд тронулся. Золотники машин переключили пар на другую сторону поршней, и они двинулись обратно, выдавливая отработанный пар, который с громким шипением вырвался наружу и окутал локомотив белыми облачками. Часть пара поднималась через эжектор в трубу паровоза. Раздался звук «Шухх...» потом еще один и еще, и все чаще. Поезд набирал скорость.