Вампиры тоже любят блюз

      В отделе ей аплодировали. Вошедшую в помещение вампиршу едва не сбил с ног шквал аплодисментов и улюлюканья. И если бы физиология позволяла — Тори бы наверняка покраснела. А так — лишь смущённо отводила взгляд да не знала, куда себя деть.       Кто-то хлопнул по плечу. Ещё неизвестно кто дёрнул за торчащие во все стороны рыжие прядки и заверил: «Мы знали, что ты крепкая!». Тори удивлённо моргала. Она не раз до этого попадала в передряги, но ещё никогда ей так не радовались по возвращении. Впрочем, убедив себя, что разрывные пули действительно не шутки и ребята просто испугались, что снова придется торчать на похоронах, вампирша немного успокоилась.       Мысли сразу перескочили на проработку возможных вариантов вампирских похорон. Интересно, а её Создатель тогда явится? Или же не удостоит своё Дитя и такой мелочи? Может, стоит попробовать? В смысле, устроить фальшивые похороны. Тори уже давно не страдала из-за того, что какой-то нерадивый вампир бросил её в самом начале новой жизни. Теперь ей было просто любопытно. Впрочем, памятуя о том, что Создатель умудрился натворить, вампирша с чистой совестью полагала, что он уже давным-давно упокоился.       От размышлений её отвлекли аналитики, которые вручили огромную, перевязанную бантиками всех цветов корзинку. С кокосами. Тори злобно зыркнула сначала на Алекса, потом на Рэя. Но мужчины сделали вид, что ничего не заметили, и упорно разглядывали потолок. Сразу же захотелось запустить этими кокосами им в голову, но Тори сдержалась. Судя по всему, издеваться никто не собирался, а подарок был сделан от чистого сердца. Поэтому она торжественно прошествовала к своему столу, где гордо водрузила корзинку. И решила, что теперь знает, куда применять не нужную ей мякоть.       Джек стоя чуть поодаль, бледнее, чем обычно, что было совсем не удивительно. Всю неделю, пока Тори провалялась в больнице, он подкармливал её своей кровью. Вампирша подошла к нему и протянула один из кокосов.       — Держи, тебе тоже полезно.       Оборотень поморщился.       — Терпеть их никогда не мог. Увы, видимо, европейские волки не слишком жалуют тропические орехи.       Вампирша рассмеялась, подкидывая плод в руке и краем сознания оценивая его аэродинамические характеристики. Пришедшая ей на ум идея казалась всё лучше и лучше. Вернувшись на свое место Тори проковыряла в первом кокосе дырочку и, вставив трубочку, потянула сладковатый сок.       Она точно знала, что с этого момента в Отделе Сверхъестественных Происшествий начнётся веселье.

***

      — Что вы можете сказать о недавнем происшествии? — сухо поинтересовался мистер Саммерс.       Рэй пожал плечами. Для него всё произошедшее вообще казалось одной сплошной загадкой: неожиданная стрельба, столь же неожиданно и до чёртиков самоубийственно выскакивающая из укрытия Тори, бледный до синевы Джек… И как вишенка на торте — лейтенант Дин Вудстоун из соседнего участка с маниакальным желанием упокоить вампиршу.       — Ничего особенного. Всё сходится с официальным рапортом, — он выдохнул.       — Но что вы делали на кладбище?       — Офицер Наварро навещала могилу своего бывшего напарника.       — И взяла вас с собой? — голос собеседника был удивленным, но Рэю показалось, что он услышал в нём нотки разочарования.       Коп пожал плечами.       — Насколько я знаю, ОСП не регламентирует то, чем занимаются сотрудники в свободное от работы время?       — Вы правы. Свободное время сотрудников принадлежит только им, — мистер Саммерс даже кивнул для убедительности, а затем поинтересовался: — Не кажется ли вам, что всё было подстроено?       — Кем? — Рэй удивлённо изогнул бровь.       — Мисс Наварро.       Мужчина посмотрел на своего собеседника, как на ненормального:       — Вы серьёзно? Нет. Не думаю. Всё есть в рапорте. Лейтенант Вудстоун стрелял, попал в Тори. Я отстреливался, не попал. На звуки выстрелов прибежал лейтенант Гарм и нейтрализовал напавшего. Офицер Наварро была ранена и доставлена в больницу. Первую помощь на месте происшествия оказывали я и Джек.       — Ничего странного? Или необычного?       Рэй закатил глаза:       — У моей напарницы не прощупывается пульс, даже когда она в сознании. А без сознания отличить её от окоченевшего трупа не представляется возможным. Только вместо того, чтобы лежать на каталке, как и полагается трупу, она начинает разговаривать окровавленным ртом и отбиваться от воображаемых врагов, — Рэй хмыкнул. — Всё предельно обыденно.       Мистер Саммерс холодно улыбнулся:       — О чём офицер Наварро говорила?       — Простите? — коп склонил голову.       — Вы говорили, что она разговаривала, будучи без сознания. О чём именно?       Рэй бросил оценивающий взгляд на своего собеседника. Что бормотала Тори, никто из них так и не понял — с трудом определили хотя бы язык, — но такое внимание к деталям показалось копу подозрительным. Мужчина пожал плечами:       — А что обычно говорят раненые? Маму звала, жаловалась на боль, стонала.       — Вы уверены? Всё на английском?       Рэй нахмурился:       — Уверен.       Мистер Саммерс вздохнул, и коп готов был поклясться, что услышал в этом вздохе раздражённое ругательство.       — Я слышал, что мисс Наварро проявляла к вам сексуальный интерес, — когда мужчина начал говорить снова, ничто не выдавало его эмоции, — продолжайте в том же духе. Такие связи более чем полезны в вашей работе.       Рэй поморщился.       — Не думаю, что это возможно. Я женат, а Тори просто пошутила.       Машина остановилась напротив дома, и Рэй с облегчением покидал салон, когда в спину ему донеслось:       — Считайте, что это новое задание, мистер Дэвидсон: установите сексуальную связь с вашей напарницей.

***

      О своём подарке аналитики пожалели уже спустя пару дней. Выпитые кокосы чинно стояли под столом у вампирши, а, когда в поле её зрения появлялся кто-то неугодный, метко брошенный снаряд встречался со своей жертвой. Оперативники стали передвигаться по отделу мелкими перебежками, опасливо озираясь по сторонам. Особенно потому, что офицер чётко рассчитывала силу и плоды ещё ни разу не разбивались и даже не трескались. А значит, количество снарядов у Тори так и не уменьшилось. И даже наоборот.       Самое удивительное, что несколько человек включилось в игру, потому что однажды утром, открывая запертый ящик, где хранились орехи, рыжая обнаружила под столом записку, придавленную ещё несколькими кокосами. На клочке бумаги чёрным по белому были выведены слова: «Лучшей снайперше. От доброжелателей».       Тори была уверена, что это Джек, потому как тот явно получал удовольствие от игры, да и его почерк спутать с чужим она не могла. Но трепетно культивируемый образ грозного лейтенанта требовалось поддерживать, и битва кокосами в него никак не вписывалась.       Впрочем, когда ещё через неделю у неё появились союзники, а весь отдел разделился на два противоборствующих лагеря и кокосы летали не переставая, серьёзно мешая продуктивной деятельности и сильно снижая КПД, в ситуацию вмешался капитан МакКилан, устроив людям и нелюдям самый настоящий разнос.       Кокосы отправились в мусорный бак, а угрюмая Тори ещё долго волком смотрела на начальника.       В ОСП снова принялись делать ставки на то, когда же она его, наконец, покусает.

***

      Перед ним на столе лежала папка с пометкой «после прочтения уничтожить», и Джек невидящим взглядом уставился на то, что оказалось внутри. Сэм выглядел хуже грозовой тучи. Семь досье — на каждого оборотня из его стаи. Одно для Тори и ещё два — для Рэя и Винсента. Над последним подпись «устранен».       — Ты ещё следующую папку не видел.       Джек подвинул к себе другие листы. Он бы запутался среди графиков, диаграмм и цифр, если бы не Сэм, ткнувший пальцем в заголовок. «Операция „Ручная собачка“». Оборотень быстро пробежал взглядом документы и тяжело выдохнул.       — Я рассказывал о своих подозрениях, что в плену нам пытались развязать языки, используя фенциклидин? — Блэк кивнул, и Джек продолжил: — Тори ещё удивилась тому, что взяли его, а не героин. Редкий препарат, и в таких количествах в чёртовой жопе мира…       — Они делали нас наркоманами, — горько ухмыльнулся его собеседник.       Гарм покачал головой:        — Наших зверей. Не все наркотики одинаково хорошо подходят и людям, и животным. Героин скорее убьёт оборотня, а вот «ангельская пыль» пойдет на ура в любом обличье.       — «Ручные собачки», значит… Хотели заставить нас сотрудничать за дозу? А что, хороший способ подцепить на крючок оборотня. Только никто не знал, что у нас больной на всю голову капитан. Кэп, наш должок за Кандагар растёт в геометрической прогрессии.       Оборотень скривился и отмахнулся от Сэма.       — Смотри, — Блэк подтолкнул к Джеку досье на Винсента, — ему предлагали стучать, но не добились успеха, и…       — И Винс поплатился, — закончил за него Гарм. — Чёрт возьми, что здесь происходит? И какое отношение имеет к этому всему Тори? Её на наркотики не подсадишь… Тоже предлагали сотрудничество?       — Не единожды, — волк указал на пометки в папке девушки, — и всё ещё предлагают. Вот тут — «объект на обработке», видишь?       — Зачем им неуправляемая, истеричная и неуравновешенная вампирша со склонностями серийного убийцы?       Сэм фыркнул:       — А тебе зачем? Ты те документы, что мы нарыли, вообще смотрел?       Джек покачал головой. За последнюю неделю он мотался между работой и больницей — времени всё подробно изучить не было.       — А, тогда не буду портить впечатление, — Сэм ухмыльнулся. — Занимательное чтиво, кэп. Только постарайся поскорее с ним разобраться.       — Ладно… — ничего не понимающий Джек тряхнул головой, — а с Рэем что? Тоже в очереди на устранение?       — О, нет. С вашим новым напарником всё как раз проще простого. Он проявил лояльность.       — Ты хочешь сказать, что Рэй стучит на нас этим ребятам?       — Именно, кэп. Мне очень жаль.       Джек уронил голову на руки и с отчаянием пожалел, что не может тоскливо завыть. Из тягостных мыслей его вырвал голос Сэма:       — Ещё чуть-чуть, кэп, и я буду тебя вылизывать.       Оборотень вяло отмахнулся, но Блэк продолжал:       — Помнишь, как мы попали в перестрелку в горах? Талибы засели с двух сторон на склонах, а мы были в ущелье.       — И нас поливали пулями, как водой… — закончил за него Джек. — Конечно, помню. Питеру тогда раздробило бедро, и я заставлял его стать волком, несмотря на боль. А Эрику едва не попали в голову. Чиркнуло по уху, и этот дурак вовремя не обратился. Так и ходит теперь, будто подранный в драке пес.       — А тебе прострелили плечо… — волк фыркнул, — весело было, да?       Джек пожал плечами.       — Что за вечер воспоминаний, а? — оборотень задумчиво посмотрел на своего собеседника. Сэм широко улыбнулся в ответ, показывая белые зубы, и закончил:       — Мы выползли оттуда практически без потерь. Даже бесхвостых не особо потрепало. И ты думаешь, наша стая не справится с какими-то «людьми в чёрном»? Пф-ф-ф… Неужели ты такого плохого о нас мнения, кэп?       Гарм тоже улыбнулся:       — Ты прав. Прорвёмся.       В своей стае Джек не сомневался никогда.

***

      Тори с ненавистью смотрела на второй конверт без обратного адреса. Он оказался у неё под дверью перед самым рассветом, но вампирша не слышала ни шагов, ни других посторонних звуков в коридоре. От прямоугольного кусочка бумаги всё так же приторно пахло духами. Вампирша аккуратно оторвала уголок, чтобы извлечь на свет очередную записку.       «А ты веришь, что наркоманы действительно завязывают?»       Вампирша шумно выдохнула и закрыла глаза. Проблемы Джека никогда не были общедоступной информацией. Об этом не знал даже Винсент. Только они двое. А это значит, кто-то порылся в засекреченных документах. Скорее всего, один из сотрудников ОСП стучит. Или кто-то извне, но очень близкий. В её окружении таких не находилось. Тори целый год посвятила тому, чтобы её тихо ненавидили и не пытались сближаться. Рэй — маловероятно, но стоит проверить. Мэри? Рыжая мысленно покачала головой. Не похоже. К тому же жена напарника не в том положении, чтобы работать на спецслужбы. Кандидатуру Джека вампирша даже не рассматривала. А вот его окружение… С девушкой расстался давно, а близких друзей вне работы он не заводил. Оставалась только его стая, о которой оборотень как-то обмолвился. Мог ли кто-то из них предать? В это слабо верилось — все легенды говорят, что связь в волчьих стаях крепче семейных уз. Но где легенды — и где реальность. Да и всегда бывает неучтённый фактор…       Тори вздохнула. Ещё раз посмотрела на письмо и аккуратно положила его в ящик прикроватной тумбочки. Проверила пистолет и лежащие в шкафу деньги. Она давно уже откладывала наличные на экстренный случай. И теперь вампирша была уверена, что в скором времени они ей понадобятся.       Обратный отсчёт начался.