What Love Can Be / Какой может быть любовь

      Между тем дни шли дальше, и Снейп больше не проявлял никаких знаков внимания по отношению к Джулиане, а она всё никак не могла выбросить из головы то, что он сделал для неё, и, возможно, придавала этому слишком много значения, однако ничего не могла с собой поделать.       Не способствовало ее отрезвлению и отсутствие писем от Чарли, который, конечно же, был занят борьбой с Волан-Де-Мортом, но всё равно мог бы найти время хоть для пары строк. По крайней мере, именно так временами думала с раздражением Джулиана, не знавшая кого еще ей обвинить в своих растрепанных чувствах. Ведь если бы Чарли писал ей почаще, ей бы и в голову не пришло обратить внимание на Снейпа. Или все же пришло бы?       Впрочем, не в ее характере было страдать непонятно из-за чего. Поэтому, устав от неопределенности и решив выяснить, действительно ли директор относится к ней по-особенному или же всё это является плодом ее воображения, Скамандер решила пригласить его на ужин.       Однако принять решение оказалось легче, чем осуществить задуманное, потому что Джулиана понятия не имела, как сделать это так, чтобы не выглядеть слишком уж дерзкой и навязчивой, и в то же время получить желаемое, то есть согласие директора.       И вот случай представился довольно скоро – на банкете по случаю Хэллоуина.       Тем вечером, войдя в Большой зал, Скамандер на миг застыла от восхищения. Казалось, после вечера в честь начала учебного года ничего не сможет удивить ее в убранстве помещения. Однако потолок Большого зала, по традиции украшенный летучими мышами и огромными тыквами, в которых горели десятки свечей потрясал воображение любого, кто видел это зрелище впервые. И у нее, подобно всем волшебникам, являющейся большой поклонницей этого праздника, от восторга перехватило дыхание. Она даже легонько ущипнула себя, чтобы убедиться, что видит это наяву. И если бы не отсутствие сливочного пива и приезжих музыкантов, ничего бы не напоминало о власти Пожирателей в школе.       Впрочем, хор студентов под руководством профессора Флитвика спел несколько веселых песен про троллей, русалок и прочих магических существ и этим поднял настроение заскучавшим было к концу ужина преподавателям и студентам. И Джулиана заметила, что с лица Снейпа сошла на короткое время маска вечного неудовольствия или беспокойства за всё вокруг, и он выглядел почти расслабленным, что казалось практически невероятным.       Тогда-то, воспользовавшись ситуацией, когда находящиеся в благостном настроении участники банкета начали расходиться по своим комнатам, Джулиана набралась храбрости, подошла к директору и, пожелав ему доброго вечера, спросила:       - Скажите, сэр, а что вы делаете в субботу вечером?       - Зачем вам это? – приподнял брови тот, мгновенно принимая серьезное выражение, словно ожидая от нее какого-то подвоха.       - Видите ли, сэр, вы столько для меня сделали… Спасли от смерти, а потом от этих кошмаров… И мне просто хотелось как-нибудь отблагодарить вас, - с трудом подбирала слова девушка.       - И каким же образом вы хотите меня отблагодарить, мисс Скамандер? Поверьте, с меня вполне хватит того, что вы уже сказали, - ответил он, изучающе глядя на нее, и Джулиана почувствовала, как краска заливает ее щеки, словно она и правда предлагала ему что-то неприличное.       - Я хотела пригласить вас на ужин, сэр, - из последних сил пролепетала она, проклиная себя за тот миг, когда эта идея пришла ей в голову.       Однако Снейп вдруг пожал плечами и сказал: «Хорошо. Давайте поужинаем. В субботу, в полвосьмого».       - Вы… Вы согласны? – не поверила своим ушам Джулиана, уже приготовившаяся к отказу, и, когда он подтвердил свои слова, быстро попрощалась, чтобы не дать ему времени передумать, и на негнущихся ногах пошла к себе, не видя и не слыша никого вокруг.       Впрочем, ее радость скоро сменилась страхом и сомнениями, потому что только теперь она осознала, что понятия не имеет, о чем будет говорить со Снейпом целый вечер.       Воображение тут же нарисовало наиболее вероятный ход развития событий: она сморозит пару глупостей, и он, решив, что она хроническая идиотка, сбежит, даже не дождавшись горячего.       Однако даже не смотря на такие безрадостные мысли, Джулиана решила не сдаваться: в конце концов, сегодня была только среда, а значит, у нее была еще куча времени, чтобы придумать интересные темы для разговора: взять хотя бы Нагайну, о которой она так и не успела ничего выяснить.       Однако оставшиеся до субботы дни и часы пролетали с бешеной скоростью, а она так и не придумала достаточно тем, чтобы не умолкнуть уже через десять минут после встречи. Впрочем, теперь отступать было поздно, и Джулиана решила действовать по обстоятельствам, а там – будь, что будет.       Больше всего ее теперь волновал выбор наряда, в котором она должна будет выглядеть одновременно соблазнительной и скромной. Так, чтобы он соблазнился, но при этом не подумал, что она соблазняет его нарочно.       При мысли об этом Джулиану бросало в жар. Она никогда не признавалась самой себе, даже мысленно, чего она ждет от этой встречи со Снейпом, чего хочет от него. Знала лишь, что ее безудержно влечет к нему, словно подводным течением увлекает в омут его черных глаз, и что ей хочется, нет, не хочется, а нужно, просто жизненно необходимо заглянуть за ту стену отчужденности, которой директор Хогвартса отгородился от всего мира. А ещё... ещё ей хотелось стать той самой, что растопит лёд, сковавший его сердце, и кто докажет, что он совсем не так ужасен, как думают о нём все её друзья и знакомые.       Конечно, это было глупостью! Она ведь понятия не имела, нужно ли это было самому Снейпу, однако смогла же Элизабет Беннет пробудить в гордеце Дарси человеческие чувства. А чем хуже она, Джулиана Скамандер?       Её выбор в этот субботний вечер пал на серое прямое платье до колена, на тонких бретельках, всё расшитое серебристой бахромой, которая при каждом движении еле слышно звенела, подобно сотням крохотных колокольчиков, и была призвана заглушить стук ее бешено бьющегося сердца.       Завернувшись в черную мантию, она в назначенное время вышла из своей комнаты и дойдя до горгульи у входа в директорскую башню, увидела Снейпа. Как всегда, одетого в черное, однако воротник и манжеты его рубашки, казалось, сияли сегодня особенной белизной.       - Мисс Скамандер, - склонил он голову в знак приветствия.       - Добрый вечер, сэр, - ответила она, сжимая похолодевшими пальцами край мантии и чувствуя себя заговорщицей, тайком от всех сбегающей на свидание с возлюбленным.       - У нас есть какие-то планы? – спросил он между тем, и Джулиана удивилась, как он мог забыть, что они вообще не договаривались ни о чем, кроме встречи. Наверное, тоже из-за волнения, которое так успешно скрывал.       - Нет, вообще-то. Это же я вас пригласила, так что я угощаю, - ответила она, и в следующий миг подумала, не является ли эта забывчивость признаком того, насколько ему плевать на этот вечер в ее компании. С другой стороны, он согласился провести его с ней, а значит, еще не всё потеряно…       - И вы что-то придумали? – уточнил между тем директор, видимо, немного удивленный ее рассеянностью. Или же не слишком удивленный, если учесть, что ничего иного он от нее обычно и не ждал.       - Вообще-то, да, сэр. В Глазго есть один неплохой ресторан. Он принадлежит маглам, но он очень милый, и там готовят потрясающе вкусную оленину. Так что, если вы не возражаете…       - Магловский ресторан? – неопределенно пожал он плечами. – Что ж, почему бы и нет? Ничего не имею против оленины.       - Только, боюсь, сначала нам придется добраться до Хогсмида, чтобы трансгрессировать… - начала было Джулиана, однако Снейп остановил ее.       - Мы не станем трансгрессировать, мисс Скамандер. Для этих целей есть не менее удобное средство – камины.       - Камины? – переспросила она. – Не думаю, что маглы спокойно воспримут тот факт, что мы появимся из камина. Я даже не помню точно, есть ли в этом ресторане камин, а если и есть, то я сильно сомневаюсь, что он включен в общую каминную сеть…       - Ну разумеется, мы не станем вылезать из камина в ресторане, мисс Скамандер. У меня в Глазго живет дальняя родня, и я думаю, они не станут возражать, если мы воспользуемся их камином. Пойдемте же, быстрее, - и он взял ее за руку и увлек за собой.       Это было настолько необыкновенно для директора, обычно избегавшего каких-либо прикосновений, что Джулиана сочла это очень хорошим знаком и закусила губу, чтобы сдержать довольную улыбку от того, что недотрога Снейп вдруг стал проявлять инициативу. Так что она даже не сразу заметила, что он ведет ее не к своему кабинету, а к учительской.       - Но, сэр, - остановилась она. – Разве не лучше было бы воспользоваться камином в вашем кабинете? А вдруг нас увидит кто-то из учителей?       - И что же? Вы боитесь, что о нас пойдут грязные сплетни? Не волнуйтесь, мисс Скамандер, сейчас уже слишком поздно об этом беспокоиться. Моя тревога за вас во время вашей болезни итак навела окружающих на самые разные мысли, - как-то странно хмыкнул он, при этом выглядело это так, словно ему совершенно нет до этого дела и что эти слухи и сплетни лишь забавляют его.       - Не понимаю, сэр… - пробормотала она озадаченно. – И что же, вас это ни капли не тревожит?       - Но мы же с вами просто добрые друзья, не так ли, мисс Скамандер? – подчеркнул он слово «друзья». – К тому же уверяю вас, что в это время суток в учительской никого не бывает.       И тут, словно в опровержение его слов, дверь учительской открылась и оттуда вышла Алекто Кэрроу, отчего Джулиана непроизвольно шагнула в тень одной из пустующих ниш, надеясь, что та ее не заметит.       И видимо, это ей удалось, потому что Пожирательница поприветствовала директора и удалилась по своим делам.       - Ну же, пойдемте, - протянул ей ладонь Снейп.       - Но что, если она была там не одна, - в отчаянии вцепилась в его руку Джулиана, вдруг представив, как всё это будет выглядеть со стороны – практикантка, отправляющаяся куда-то вечером в компании директора школы!       - Клянусь вам, что больше там никого нет, - твердо проговорил Снейп, и в его голосе было столько решимости, что Джулиана не стала спорить и последовала за ним.       Учительская действительно была пуста, и директор, назвав ей адрес, бросил в камин летучий порох и шагнул в камин. Пару минут спустя Джулиана последовала за ним и, борясь с неизбежным головокружением, почувствовала, как он подхватил ее под локоть и усадил в мягкое кресло, после чего предложил бокал вина, которое налил из стоящей на столе бутылки.       - А ваши родственники не будут возмущаться, если обнаружат, что мы пьем их вино? – спросила Джулиана, оглядывая устланную мягким ковром комнату с дорогой мебелью из красного дерева.       - Не будут. Они сейчас в отъезде и вернутся не скоро, - отмахнулся он.       - Я даже не знала, что у вас есть родственники, сэр, - задумчиво произнесла она, понимая вдруг, что ни разу не слышала о наличии живой родни у Снейпа. Но ведь кто-то у него и правда должен был быть. Не мог же он быть один как перст в целом мире…       - Это очень дальняя родня, - после короткой паузы произнес он. – И мы нечасто видимся. Однако они не стали отказывать мне в возможности пользоваться их камином. Это минимум, что они могли сделать для меня…       Последние слова были произнесены довольно резким тоном, и Джулиана решила, что вызвала у него недовольство своими расспросами.       - О, простите, сэр. Я не хотела лезть не в своё дело, - воскликнула она.       - Ничего. Вы имеете право задавать вопросы. В конце концов, для этого мы здесь - чтобы узнать друг друга получше. Но, может, пойдем в ваш хваленый ресторан? Мне не терпится узнать, что за необыкновенную оленину там готовят, - вдруг улыбнулся он ей, и Джулиана, окончательно сбитая с толку его постоянной сменой настроений, с радостью приняла это предложение.       До ресторана они решили дойти пешком, благо, что дом родни Снейпа находился всего в трех кварталах от него, а по пути обсуждали невинные темы вроде погоды, которая в этот вечер выдалась на удивление теплой, или недавнего банкета на Хэллоуин. Причем директор удивительно тепло отозвался о хоре профессора Флитвика, добавив, что это гораздо лучше, чем всякие заезжие коллективы. Джулиана придерживалась иного мнения, поскольку считала, что если бы на вечере выступила какая-нибудь популярная группа, это бы ничуть не умалило достоинств студенческого хора, но дети смогли бы хоть ненадолго приобщиться к жизни, от которой были оторваны, однако она сочла за лучшее держать свои мысли при себе и не вступать в споры с директором. По крайней мере, в этот вечер.       Она вообще удивлялась тому, как легко им удается общаться, и что она почти не ощущает прежней неловкости, всегда накрывавшей ее в его присутствии. Возможно, всё дело было в том, что они оказались вдали от Хогвартса и авторитет Снейпа давил на нее меньше обычного.       - Вы сегодня прекрасно выглядите, мисс Скамандер, - заметил он, когда помог ей снять мантию в ресторане и окинул взглядом ее платье, задерживая взгляд на декольте. – Право же, ваша гибель была бы большой потерей для всех нас.       - О, благодарю вас, сэр. Вы сегодня тоже выглядите отлично, - пробормотала, покраснев, Джулиана, правда, успела подумать, что комплимент прозвучал несколько странно. Видимо, директор давно не бывал на свиданиях и имел мало представления о том, что нравится слышать женщинам. Впрочем, больше она ни за что не могла ручаться – очень уж странным он казался в этот вечер, словно обернулся вдруг другим человеком.       Они сделали заказ и, откинувшись на спинку стула и отхлебнув вино из бокала, Снейп пристально взглянул на нее.       - Так почему вы хотели увидеться со мной, мисс Скамандер? Или я могу называть вас Джулиана? Вы позволите мне эту маленькую вольность в этот вечер?       - О да, сэр. Почему бы и нет, - растерявшись, проговорила она и залпом опустошила свой бокал с вином.       - Вино здесь и правда хорошее, - заметил он. – Пожалуй, надо будет заказать еще одну бутылку.       - О, в этом нет никакой необходимости, сэр. Поверьте, я не собираюсь напиваться, - возразила она, вспомнив их встречу в «Кабаньей голове». – Просто эта ситуация немного необычная… Но я повторюсь, что всего лишь хотела отблагодарить вас за моё чудесное спасение.       - Никаких чудес, мисс Скамандер. Наука чистой воды. И немного везения. Ведь с такими монстрами, как Нагайна, никогда не узнаешь, как может повести себя то или иное зелье. Признаться, это одна из самых жутких змей, каких мне доводилось видеть…       - И вы, наверное, успели многое узнать о ней? – спросила девушка, обрадовавшись, что он сам завел разговор на интересующую ее тему.       - С чего бы? – приподнял он брови и впился в нее взглядом своих черных, словно агаты, глаз.       - Ну, вы же часто находитесь поблизости с Волан-Де-Мортом, а значит, могли наблюдать за ней, узнать что-то о ее повадках, - предположила она, подумав, как глупо, должно быть, звучат ее слова. Однако Снейпа это только развеселило.       - О ее повадках? Вы серьезно, Джулиана? – вдруг рассмеялся он, однако так же резко посерьезнел и добавил:       - У этой зверюки только одна повадка – она готова броситься на любого, на кого укажет Темный Лорд, и сожрать его без остатка. Вот и все ее повадки. Только немногим счастливчикам удавалось пережить ее нападение. И я рад, что вы оказались одной из них.       В ответ Джулиана лишь неопределенно улыбнулась, в очередной раз подумав, что сегодня директор ведет себя как-то уж очень необычно. Сначала начинает называть ее по имени, затем смеется в голос… А ведь она могла поклясться, что до сих пор ни разу не слышала, как звучит его смех. Она вообще не была уверена, что он умеет смеяться.       К счастью, в это время им принесли их заказ и она смогла сосредоточиться на еде, вдруг осознав, что то, КАК говорил Снейп этим вечером, интересовало ее гораздо больше, чем то, ЧТО он говорил. А что, если он так осмелеет, что позволит себе не просто называть ее по имени, но – о Мерлин! – поцеловать ее? И что она будет делать? Стоит ли ей отвечать на его поцелуй или следует вести себя сдержанно и напомнить ему об их положении?..       - Похоже, вы о чем-то задумались, Джулиана? Оленина сегодня кажется не такой вкусной? – оборвал он ее мысли.       - Нет-нет, сэр, - смутилась Скамандер, вспомнив, что ее спутник может читать мысли и, если ему это удалось, то сейчас он просто потешается над ней. Так что она решила сказать ему часть правды:       - Я просто подумала, что никогда прежде не видела вас таким.       - И каким же?       - Таким... расслабленным, - с трудом подобрала она подходящее слово.       - Это просто потому, что вы никогда не видели меня вне стен школы, - подмигнул он ей, чем удивил еще больше.       - Ну, это не совсем так, - робко возразила она.       - Точно… Мы же давно знакомы… - задумчиво проговорил он, словно погружаясь в воспоминания. – Однако тогда вы были совсем ребенком, и мы не могли вот так запросто поболтать, сидя в ресторане за бокалом вина.       - О да, это точно, - хмыкнула Джулиана и с удивлением заметила, что за своими раздумьями умудрилась съесть ужин.       В зале ресторана играла живая музыка, свет ламп слегка приглушили, и расслабленная вином Джулиана подумала, что давно уже не ощущала такого спокойствия на душе. И когда Снейп положил свою ладонь на ее руку, она вдруг подумала, что, пожалуй, ответит на его поцелуй, если он решит поцеловать ее сегодня вечером.       - Вы не хотите потанцевать, Джулиана? – вдруг спросил он, чем привел ее в полное замешательство. И, наверное, ее изумление отразилось на лице, потому что он весело хохотнул и добавил:       - Ну же, пойдемте. Поверьте, я сумею не отдавить вам ноги.       - Да я не поэтому, сэр, - окончательно смешалась она. – Просто никак не ожидала, что вы сами предложите мне танцевать…       - Что ж, похоже, сегодня нас ждет вечер потрясающих открытий, - подмигнул он ей и повел за руку к сцене, где музыканты как раз начали играть «Dance Me To The End Of Love», и Джулиана, танцуя, прислонившись к его груди и вслушиваясь в слова песни, подумала, что могла бы оставаться здесь вечность.       Однако всему приходит конец – закончилась песня и вместе с ней подходил к концу этот вечер. И как бы ей ни хотелось продлить их общение, не стоило возвращаться в замок слишком поздно после первого же свидания. «Ведь это было свидание?» - спросила она саму себя, когда они уже стояли перед камином в учительской, вернувшись туда таким же образом, как и прежде.       - Ну вот, кажется, наш вечер подошел к концу, - улыбнулся он, все еще не выпуская из рук ее ладонь, за которую он подхватил ее, помогая выйти из камина.       - Да. Благодарю вас за него, сэр, - робко подняла на него глаза Джулиана, лихорадочно думая о том, как задержать его еще на пару мгновений, чтобы продлить этот момент близости.       - Ну что вы, это я должен благодарить вас, Джулиана. Ведь, если бы не вы, боюсь, я бы так и не решился… Я ведь не позволил себе ничего лишнего? И никогда не позволял, верно? Ничего, что могло бы вас заставить дурно думать обо мне? – вдруг спросил он, и Скамандер подумала, что слышит в этом вопросе скорее любопытство, чем страх ее неодобрения. Словно Снейп думал, что в какой-то момент потерял контроль над собой, и ждал, что она расскажет ему о том, что он мог забыть.       - Нет, что вы, сэр, вы всегда были чрезвычайно… корректны и сдержаны со мной. Вам не в чем себя упрекнуть, - ответила девушка, подумав, что здесь больше подошли бы слова "холоден и суров".       - А вот вам есть, в чем упрекнуть себя, - вдруг хитро посмотрел он на нее.       - Вот как? – вскинула изумленно ресницы Скамандер. – И в чем же?       - Я весь вечер обращался к вам по имени, а вы ни разу не отошли от этого вашего чопорного «сэр»…       - О, сэр… Простите, я хотела сказать… - пролепетала она, вдруг увидев, что он склоняется над ней, и чувствуя, как от предчувствия чего-то неизведанного начинает кружиться голова.       - Зовите меня Северус, Джулиана, - шепнул он, легко прикасаясь губами к ее губам.       - Хорошо, Северус, - прошептала она и почти лишилась дара речи, когда его руки скользнули по ее бедрам, всё сильнее прижимая к себе, пока его язык скользил по ее губам, а затем скользнул внутрь, исследуя глубины ее рта.       - Северус… - простонала в ответ девушка, отвечая на его объятия и поцелуй, однако в следующий миг его хватка ослабла и он буквально оттолкнул ее от себя.       - Что… Что происходит? – обиженно воскликнула Скамандер, пытаясь сфокусировать затуманенный страстью взгляд.       - Происходит то, что по вашей вине я едва не нарушил все правила, - вдруг холодно прошипел Снейп. – Вы, словно вейла, пытались соблазнить и совратить меня! Думали, наверное, что эти слухи дойдут до попечительского совета и меня отстранят. Так вот, не надейтесь. Если они кого и выкинут после подобных приключений, так вас!       - Северус, но это же неправда… Я бы никогда... - пролепетала она, чувствуя душащие спазмы в горле и едва сдерживаясь, чтобы не разрыдаться.       - И не смейте больше так меня называть! Для вас я – директор Снейп! – почти выкрикнул он ей в лицо. - Думаете, я ничего не замечал? Всех этих ваших попыток подобраться поближе, то задрать повыше мантию, то обнажить запястье! Я вижу, как вы с первого дня пытаетесь соблазнить меня, чтобы потом вместе со своими дружками всадить нож мне в спину!       И он прижал ее спиной к стене и схватил за горло, так что она начала задыхаться.       - Директор Снейп, - из последних сил прохрипела она, чувствуя, что еще чуть-чуть – и потеряет сознание. – Я клянусь, что никогда не пыталась причинить вам зло.       И тут его хватка вдруг ослабла, и Джулиана сквозь застилавшую глаза пелену слез увидела, как черты лица директора стали искажаться, затем всё его тело вдруг изогнулось, словно сотрясаемое жуткими судорогами, а в следующий миг перед ней стоял не Снейп, а Амикус Кэрроу в одежде зельевара.       - Вы?! – с ужасом и отвращением воскликнула Джулиана, отступая в сторону и всё ещё пытаясь отдышаться. – Что за спектакль вы здесь устроили?! Для чего это вообще было нужно?       - О, не стройте из себя недотрогу. Я же видел, что вам понравилось, Джулиана, - похотливо улыбнулся он, протягивая к ней руку, однако она выхватила из кармана палочку и направила ее на Пожирателя.       - Только тронь меня, и почувствуешь себя так же, как твои ученики на уроке, свинья! – закричала она. – Ты просто грязный больной извращенец!       - Ой, да не думай, что ты мне интересна, подстилка Уизли! Я здесь лишь потому, что Темному Лорду надо было выяснить, насколько близко ты сумела подобраться к директору. Видишь ли, всех беспокоит то, как он переживает за твоё здоровье, до тебя нам нет никакого дела, - презрительно посмотрел он на нее, однако руку убрал и отступил назад.       - Ну и как, теперь вы спокойны на этот счет? – все еще не опуская палочку, спросила Джулиана, отступая к дверям учительской.       - О, вполне. Судя по всему, ты для него всего лишь маленькая дочка его знакомого, которая слишком много возомнила о себе, - ухмыльнулся Кэрроу.       - Вот и доложите об этом своему чертову повелителю! – бросила ему на прощание Скамандер и пулей вылетела из учительской, хлопнув дверью перед носом у Пожирателя.       Она забежала в свою комнату и несколько раз повернула в двери ключ, а затем прочитала запирающее заклинание, но всё равно не могла успокоиться.       Ее трясло от стыда и отвращения. При мысли о том, что мерзкий язык Кэрроу касался ее, Джулиану едва не стошнило, и она бросилась в ванную и несколько раз прополоскала рот водой, пытаясь прогнать из памяти постыдные воспоминания.       Но ее тяготила не столько мысль о притворстве Пожирателя (в конце концов, он всегда был скотиной и действовал по заданию своего Темного Лорда), сколько то, что она невольно выдала ему секрет своего отношения к Снейпу. И только в этот миг ее осенила мысль, что раз Кэрроу был с ней, то где же тогда был директор? И раз его не было, то значило ли это, что он был с ними в сговоре и сознательно пошёл на этот обман?! Или же просто решил наказать ее за дерзость, отправив на свидание с ней другого?       При мысли об этом у нее жутко заболела голова. В конце концов, что могло помешать ему поступить так с ней? Ведь он был таким же, как они – Пожирателем смерти и верным прихвостнем Волан-де-Морта! И почти все в школе верили, что это он убил профессора Дамблдора! Так почему же она продолжала защищать его?! Разве не был этот его поступок доказательством того, что все, даже самые жуткие, слухи о нём – правда?       Эта мысль словно острой иглой пронзила сердце Джулианы, и ей пришлось ухватиться за стол, чтобы не упасть на колени и не зарыдать. Впрочем, он не заслуживал ее слез. Он вообще не заслуживал ничего, кроме ненависти и презрения. И именно с этим чувством она посмотрела на стоящий на прикроватной тумбочке флакон с приготовленным им зельем от кошмаров и в ярости смахнула его рукой, отчего тот, жалобно звякнув, упал на пол и разлетелся на осколки, а Джулиана, у которой не было никакого желания оставаться в этой комнате, открыла свой саквояж и провела всю ночь, прижимая к груди удивленного таким поведением Перси, который выскользнул из ее рук, едва она заснула под утробное ворчание гиппогрифов, свернувшись на узкой деревянной скамье.       И ей снова приснился кошмар. Но на этот раз она была не в лесу, а в каком-то незнакомом помещении с облезлыми дощатыми стенами и грязным пыльным полом, под которым, судя по звукам, плескалась вода. Там же был Снейп. Он лежал на полу у стены, истекая кровью, и где-то там, в этой же комнате, была Нагайна, укусившая его. Однако Джулиане вовсе не хотелось бросаться ему на помощь. «Он предатель и получил то, что заслужил», - произнес голос в ее голове, и когда он поднял на нее уже затуманенные смертью глаза, она лишь покачала головой и вышла из комнаты.

***

      Пробуждение принесло с собой вчерашние чувства стыда и злости, и она поняла, что не сможет успокоиться, пока не выскажет директору всё, что думает о нём и его поступке.       Умывшись, Джулиана проглотила пару мятных пастилок из «Королевства сладостей» и стала дожидаться окончания завтрака, меряя комнату шагами, словно запертый в клетке тигр. О том, чтобы пойти в Большой зал, не могло быть и речи, потому что при одной мысли о встрече с Кэрроу лицом к лицу ей хотелось провалиться сквозь пол. Зато к Снейпу она испытывала прямо противоположные чувства - его ей очень хотелось увидеть. Пусть даже в последний раз.       И ровно в одиннадцать часов утра Джулиана подошла к горгулье и, произнеся пароль «Златоглазка», после которого дверь сразу распахнулась, что значило, что директор находится на месте, зашагала вверх по лестнице, понимая, что впервые за всё время не испытывает робости, идя по этим ступеням. И виной всему была переполнявшая ее ярость.       - Войдите, - произнес голос директора в ответ на ее стук и, отворив дверь, она увидела, что он сидит за столом, и его перо летает над свитком пергамента.       - Разрешите, сэр? – стараясь сдержать бушующие в груди эмоции, спросила Джулиана, перешагивая порог кабинета.       - О, мисс Скамандер. Доброе утро, - рассеянно взглянул он на нее, на миг отрывая взгляд от лежавшего на столе свитка, а затем снова принялся что-то быстро писать.       - Я вас отвлекаю, сэр? – едва сдерживая гнев, спросила Джулиана, с силой сжимая кулаки и впиваясь ногтями в ладони, чтобы не сорваться на крик. Не хватало еще, чтобы он понял, какая буря эмоций бушует в ее груди по его вине.       - Да, немного. Так по какому вы вопросу? – наконец, соизволил отложить перо Снейп и вдруг, словно вспомнив о какой-то мелочи, добавил:       - Ах да! Я, наверное, должен извиниться. За то, что не пришел вчера. Мне пришлось…       - Вы. Пришли. Сэр, - буквально задыхаясь от ярости, прошипела Джулиана.       - Простите? – слегка приподнял он брови.       - Вместо вас пришел Амикус Кэрроу, сэр, - злясь на его непонимание, объяснила она.       - Ах, вот как. И что же, вы пошли на ужин с ним? - словно невзначай поинтересовался он.       - Разумеется, сэр. Ведь он был в вашем обличии! – выложила свой козырь Джулиана, надеясь, пронять его хоть этим, но чертов зельевар выглядел совершенно невозмутимым, словно ее слова совершенно не трогали его.       - И что же, вы не смогли отличить его от меня? – казалось, искренне удивился он.       - Да как же вас отличишь? Ведь, чтобы притвориться вами, достаточно просто вести себя, как бесчувственное бревно, - проговорила она, стараясь совладать со своим голосом, который предательски дрожал. Эмоции так переполняли ее, что казалось, она чувствовала за них двоих, словно компенсируя его безразличие.       - И как всё прошло? Надеюсь, ничего непоправимого не случилось? - пропустил мимо ушей эту колкость Снейп.       - Ну, по крайней мере, все живы. Значит, не произошло ничего такого, что нельзя было бы поправить, - подняв подбородок, проговорила она.       - Значит, всё в полном порядке? – полувопросительно-полуутвердительно заключил он.       - В порядке? Сэр, я пригласила вас на ужин, а вы даже не удосужились предупредить меня о том, что не сможете прийти. Вы действительно считаете, что это нормально?! - все же сорвалась на крик Джулиана.       - Мне пришлось срочно отлучиться, а вас, как обычно, не было в вашей комнате, - невозмутимо проговорил директор, сделав, однако, акцент на словах «как обычно». – Так что я подумал, что, если я не приду, вы догадаетесь, что произошло нечто, не позволившее мне сдержать данное обещание.       - Вы могли хотя бы прислать сову… Да хоть подсунуть под дверь обычную записку, - сдерживаясь из последних сил, чтобы не зарыдать от обиды, проговорила Джулиана.       - Вы правы. Я поступил некрасиво, - внезапно сдался Снейп. – Вы позволите мне загладить свою вину? Мы можем сходить куда-нибудь, в следующие выходные. Например, в субботу или воскресенье.       - Я не могу ничего обещать, сэр, потому что не уверена, что всё ещё буду здесь на следующей неделе. Мне надо всё хорошенько обдумать. Разрешите идти?       И слегка склонив голову в ответ на его кивок, она направилась к дверям.       - Джу-… Мисс Скамандер, - остановил ее в дверях его голос и, когда она застыла на пороге, он произнес:       - Вы же не позволили себе ничего лишнего с Кэрроу, когда он был в моем обличии?       Что это? В его голосе звучал интерес? Тревога? Беспокойство?       - Я поцеловала вас, то есть, его, сэр, - повернулась к нему Джулиана, и, увидев, как он помрачнел, добавила:       - Не волнуйтесь. Этого было достаточно, чтобы он понял, что между нами ничего не было и нет. Так что, если так Пожиратели смерти и ваш драгоценный повелитель пытались выяснить, какие у нас отношения, они остались удовлетворены – вы верны лишь им.       И не глядя на него, она повернулась и вышла из кабинета.