2.
3 января 2017 г., 17:42
Джерард позволил парню пройти на кухню, пока сам находился в тёмном коридоре. Всё внутри него трепетало, теперь он вдруг понял, что совершил ошибку. Уэй ведь не сможет говорить с ним.
— Ты, эмм, идёшь? Если тебе противно находиться рядом, то так и скажи. Я пойму, — голос из кухни звучал немного грустно, а в последних словах и вовсе притих.
— Мне неловко. Я думаю, что буду заикаться.
На самом деле Джерард был большим ребёнком.
— У тебя какие-то проблемы с этим?
— Да, — коротко ответил мужчина, выходя из темноты.
За столом сидел парень. Он выглядел так стеснённо, устроившись на стуле, что по его виду можно было сказать только одно: сейчас мужчины были в одной лодке. В тесной, с потрескавшейся краской, готовой потонуть в любую минуту.
Джерард прошёл мимо места, где сидел незнакомец, и начал заваривать чай. Казалось, будто это друзья собрались вместе отметить праздник, один готовит, а другой ожидает его, рассказывая о своих планах на предстоящий год. Только, вот, эти двое молчали.
— А ты что, один праздновал? Или ты ждёшь кого-то?
Джерард кивнул на часы, недавно оттикавшие одиннадцатый час, давая этим понять, что никого уже не ждал.
— А ты бы хотел иметь человека, с которым мог бы проводить праздники? — мужчина снял мокрую куртку и встал, чтобы повесить её в прихожей.
— Возможно, — воспользовавшись одиночеством, ответил Джерард.
Он и сам не знал, чего хотел. Ему было бы приятно иметь такого друга, но все надежды разрушались об один массивный айсберг. «Стеснение». Из-за стеснения Джерард многого был лишен. Он не мог спокойно сходить в магазин, не напутав в разговоре с продавщицей слова «хлеб» и «мыло». Его маленький кораблик постоянно разбивался, а в бежевом шкафчике под раковиной уже не осталось места для мыла.
— Я тоже хотел бы, — произнёс вернувшийся парень, садясь на своё прежнее место. — Это же так прекрасно — иметь кого-то близкого. Представь: ты приходишь с работы, а тебя ждёт дома кто-то такой же уставший и сонный. Вы садитесь не за прямоугольный, а за круглый обеденный стол, потому что хотите соприкасаться коленями во время ужина. Ты рассказываешь о пережитом дне, а в ответ получаешь замечания о том, что на улице очень холодно, а ты ушёл без шапки. Разговариваешь с кем-то, улыбаешься его шуткам.
— А потом ты смотришь телевизор, чувствуя тепло другого человека рядом с собой. Вы сидите под общим пледом, и неважно, обнимаетесь или держитесь за руки. Потому что самое главное для тебя — это то, чтобы этот человек был рядом.
— Всегда.
Они сами не заметили, как начали продолжать речи друг за друга. Точнее, они совсем не замечали этого во время разговора, но когда закончили, было уже поздно. Джерард поздно понял, что заговорил с незнакомцем, смотря ему прямо в глаза, а другой мужчина поздно заметил, что улыбается, смотря на Джерарда. Они снова упустили момент, когда стали на несколько футов ближе.
Джерард спешно отвернулся к кухонному гарнитуру. Такой порции импровизированного волнения мог позавидовать любой актёр. И откуда оно взялось в голове Джерарда?
— Получается, что ты один живёшь?
— Да.
— Это всё из-за твоей неразговорчивости?
— Наверное.
Джерард не считал свою «проблему» причиной всех бед. Он думал, что просто не встретил ещё того, с кем бы хотел быть рядом. И мужчина привёл бы тысячу аргументов на этот счёт, если бы ему не было так неловко.
— Я не думаю, что это является большой проблемой. Ну, твоя молчаливость. Некоторые люди и без имён существуют. Живут же как-то.
Джерард обернулся, смотря на усмехающегося парня.
— Одна из проблем решаема… Фрэнк.
Мужчина поставил на стол чашки с горячим чаем. Он был изготовлен где-то в далёких восточных странах и был очень вкусным. Розовые цветы опускались на дно кружки через минуту после заваривания, и чай приобретал красный оттенок. Вдыхая его аромат, Джерард всегда чувствовал себя более чем уютно и расслабленно.
— Ты придумал мне имя? — воскликнул сидевший, вскинув брови. Его всего пробрало мурашками от этого.
— Тебе не нравится? — щеки Джерарда вспыхнули румянцем. На секунду он пожалел о том, что произнёс это имя вслух. Но оно казалось ему таким гармоничным с этим парнем. Карие глаза, каштановые волосы. И он был совсем не толстым, как мог подумать Джерард. На парне висел свитер!
Он не был толстым, нисколечко.
— Мне нравится.
На лице Фрэнка засияла улыбка, от которой Джерарду стало теплее. Всё оставалось в порядке. Он ничего не испортил.
— Фрэнк, Фрэнки… — повторял парень, будто наслаждаясь вкусом этого имени. — Я, правда, так выгляжу?
— Да, — тихо ответил Джерард.
— Должно быть, я прежде был Фрэнком.
Тон мужчины был таким счастливым, будто ему подарили новую игрушку. А это было всего лишь имя.
— А ты бы называл меня Фрэнки? — внезапно спросил он, вызывая тем самым новую волну жара по телу Джерарда. Тот опустил голову, смотря в чашку, чтобы собеседник не увидел его глаз.
— Только, если ты этого хочешь.
— Хочу, — быстро проговорил парень. — Если тебе будет удобно, конечно.
Джерард улыбнулся, припадая губами к краю чашки и отпивая немного. Его чёрные волосы свесились и помешали ему насладиться чаем, но потом кто-то освободил его от них. Джерард поднял глаза, встречаясь взглядом с округлившимися глазами Фрэнка. Его рука зависла над головой мужчины, а на пальцы была накручена прядка. Он медленно опустил её за ухо Джерарда и, как ни в чём не бывало, продолжил пить чай.
— Я не знаю, зачем это сделал, — спустя какое-то время произнёс Фрэнк.
— У меня чуть сердце не остановилось.
Джерард и Фрэнк одновременно опустили головы, рассматривая чудесную новогоднюю скатерть, которой хозяин квартиры с утра накрыл стол. Он хотел хоть чем-то создать себе праздничное настроение.
Щеки парней стремительно заливались краской. Казалось, будто это был выпускной, и сейчас будет медленный, прощальный танец. Но для этих двоих всё только начиналось. Они рассмеялись своим мыслям так звонко, позабыв обо всей неловкости.
— Не могу поверить в то, что ты сделал это, — заливаясь слезами от смеха, произнёс Джерард.
— Это всё ты виноват. Нельзя быть таким милым.
Джерард откинулся на спинку стула, чувствуя себя как никогда расслабленно. Ему нравилось это ощущение внутри.
Он предложил ужин новому знакомому, подставляя тарелку недавно испеченной индюшки с рисом. Она успела остыть и теперь была готова к употреблению. Джерард вытащил миску салата из холодильника и поставил на середину стола. Он наготовил еды, зная наперёд, что всё не съест. Точнее, он вообще не хотел есть. Но с Фрэнком мужчина с удовольствием отужинал. Они сидели в тишине, но она им совсем не мешала. Спокойствие окутывало ребят.
— Я вот думаю.… А что, если тебя сейчас кто-то ищет?
— Что ты имеешь в виду? — Фрэнк надкусил маленький помидор и с интересом посмотрел на Джерарда, что грел руки о чашку, смотря куда-то на улицу.
— Ну, я думаю, что, вдруг у тебя есть друзья или девушка, которым ты не безразличен там, где ж-жил раньше. То есть, я хотел с-сказать, что они точно должны быть у тебя, ведь ты такой общительный и …
Фрэнк накрыл руку Джерарда своей ладонью, а тот, смутившись, посмотрел на него, прекращая поток бессмысленных речей. Вот уже, какой раз сердце Уэя готово было вырваться из груди. Глухими ударами оно отдавалось в висках, сводя на минимум громкость окружающих. Ему казалось, будто всё тело горит огнём. Жар волнами поднимается по телу, сокращая периоды наступления обморока. В такие моменты Джерард видел только обеспокоенные лица людей, которые беззвучно шевелили губами. Они были похожи на рыб, которых выбросило на песчаный берег.
— … слышишь меня? — улавливал Джерард обрывками. — Дыши. Спокойно. Всё хорошо. Ты в безопасности …
Фрэнк подхватил падающего парня, который просто в какой-то момент перестал соображать и замолчал. Он смотрел на Фрэнка отстраненно и, кажется, пытался что-то сказать, но у него ничего не получалось.
— Где оно? — Фрэнк тряс Джерарда за плечи, пытаясь привести его в чувство. — Где твоё лекарство?
Парень оставил на полу хрипящего Джерарда и стал судорожно обшаривать все шкафчики в кухне. Он не считал мужчину в этот момент каким-то больным, просто ему хотелось как можно быстрее помочь ему. Фрэнк не хотел терять мужчину, так и не узнав его. Он не хотел, чтобы Джерард умер в новогоднюю ночь.
