Объединённые силами Этериуса

Последние пару дней погода совсем не радовала жителей Винтерхолда, посылая им суровые метели, вьюги и холодные ветра, что заставляли горожан сидеть в домах днями напролёт. Однако сегодня природа преподнесла городу приятный подарок — на чистом голубом небе светило солнце, под ногами переливался и хрустел свежий снег, легкий морозец щипал за уши и щёки, вызывая у жителей счастливую улыбку. Уже с самого утра, лишь солнце взошло, на улицу выбежали укутанные в тёплую одежду дети, стража отворила ворота для проезжих торговцев и путешественников, открылись городские торговые лавки. В зимних конюшнях уже слышалось ржание проснувшихся лошадей и шутливая ругань старого конюха, разносившего своим любимцам утренний овёс. Люди готовились встречать новый день. Выйдя из пристроенного дома, хозяин конюшен вдохнул освежающий зимний воздух и огляделся. Погода действительно стояла на редкость хорошая, стоило ожидать новых гостей. Пожелав проходящему мимо конюху доброго утра, Раолис Харан направился к своим четвероногим постояльцам, дабы удостовериться в их порядке. Для данмера конюшня была делом всей жизни, именно о таких говорят «родился в седле». И в этом есть толика правды. Ведь когда он был ещё беззаботным юнцом, отец приучал его к лошадям, приводя на конюшню и обучая его всему, что знал сам. Уже десятилетним ребёнком эльф крепко держался в седле, умел поседлать отцу лошадь и собраться сам. Мальчику нравились эти животные. Нравилось приходить с рассветом, рассыпать по кормушкам с ночи запаренный овёс, а потом сидеть на стоге сена и слушать, как медленно и спокойно лошади уплетают свой ранний завтрак. Уже с детства Раолис трепетно относился к порядку на отцовской конюшне: полы всегда были подметены, стойла вымыты, а лошади вычищены до блеска. Но, как и везде, в этом деле были и неприятные моменты. С трепетом маленький эльф ждал незнакомых людей, так часто приходивших за новой лошадью. С каким нежеланием и презрением отводил он четвероногую частичку своей души чужому человеку. Отец видел это и дал малышу обещание о личной лошади. Целых два года Раолис жил с этой мечтой, и однажды, поздней весенней ночью отец позвал его на конюшню. В свете масляного фонаря мальчик увидел маленького, только что родившегося жеребёнка, лежавшего возле гнедой отцовской кобылы. Новоиспечённая мать лишь посмотрела на хозяина и уткнулась ему в тёплую ладонь. Именно этой ночью исполнилась мечта маленького наездника — на свет появилась вороная кобылка Аиса. По обыкновению в конюшне царило утреннее спокойствие и уют: полы прохода были начисто подметены, в стойлах лежала новая солома, а через протёртые окошки закрадывались лучики утреннего солнца, отсвечивающие от лоснящихся лошадиных боков. Тихий хруст тёплого овса ласкал слух и будил старые воспоминания, заставляя замереть и насладиться этим приятным звуком ещё немного. Увидев стоящего в дверях данмера, некоторые лошади поставили уши и высунули головы в проход, обратившись к мужчине с мягким гоготанием. Такое ежеутреннее приветствие вызывало у Раолиса добродушную улыбку, и всякий раз он благодарил судьбу за то, что та свела его с этими прекрасными животными. Пройдя все денники и проверив всех лошадей, эльф взял ведро моркови и подошёл к дальнему стойлу, негромко позвав свою старенькую вороную кобылу. Аиса сразу высунула голову и приветливо зашлёпала мягкими губами по шерстяной накидке, скромно выпрашивая у хозяина что-нибудь вкусное. Раолис улыбнулся и привычным движением выложил морковь в лошадиную кормушку. Скрип конюшенной двери и стук сапог о деревянный порожек оповестили о чьём-то приходе, и послышался бодрый голос конюха. — Господин Харан, к Вам пришли. Услышав знакомый голос, лошадь оторвалась от моркови и навострила уши. Данмер не обратил на это особого внимания и продолжил почёсывать любимицу по шее, лишь нехотя протянув «кто там?». — Господин Анкано и его Советник желают взять своих лошадей. — Это срочно? — Я не могу Вам сказать. Но по строгому взгляду господина Анкано понятно, что он не намерен долго ждать. Раолис вышел из стойла и, поцеловав кобылёнку в горбатый седеющий нос, направился к выходу. — Сразу бы так и сказал. Подготовь к дороге их верных скакунов. Анкано неподвижно стоял возле коновязи, демонстрируя свою безупречную осанку, а напротив, сев на одну из бочек, расположился укутанный в меховые одежды Каэль. Никогда не меняющееся талморское одеяние Архимага резко контрастировало с белоснежным окружением, но эльфа это явно мало беспокоило. Солнечные лучи падали на светлые волосы альтмера, придавая тем ослепительно белый цвет, а красоту Каэльтаса, скромно сидевшего поодаль, подчёркивала светлая меховая накидка и потёртые от верховой езды тёмные брюки. Каэль скучающе крутил шпоры на новых сапогах, с нетерпением ожидая начала поездки. — Подумать только, Магистр с Советником пожаловали на нашу старенькую конюшню. Доброго утра, господа. Хозяин конюшни сделал шутливый поклон и подошёл к утренним посетителям. На лице Анкано мелькнула улыбка. — Хорошего утра и тебе, Раолис. Как жизнь? Эльфы пожали друг другу руки. — Да потихоньку. Работаем. Данмер зевнул и кивнул в сторону Каэля. — Вы-то куда собрались с утра пораньше? — По делам. Харан умехнулся и посмотрел на альтмера исподлобья. — Ох уж мне эти ваши магические дела… Опять к своей талморской зазнобе собираетесь? Ну, выкладывайте. Каэль спрыгнул с бочки и подошёл к беседующим. — Вот же ты старый зануда, Раолис. Верно, верно, мы в Посольство. Анкано красноречиво кашлянул. — О, ну тогда больше вопросов задавать не буду. Данмер посмотрел на всё ещё закрытую дверь конюшни и окрикнул конюха. — Ремальд, поторапливайся. Лошади готовы? Через несколько минут главные ворота раскрылись, и оттуда вышел помощник, ведя под уздцы двух взрослых жеребцов светлой масти. — Да, господин. Лошади непослушно гарцевали, то и дело пытаясь вырваться из крепких мужских рук. Лоснящаяся шерсть на холёных боках отливала серебром и слепила глаза, гривы были ровно подстрижены, а мохнатые щётки прикрывали вымытые кремовые копыта. Юноша невольно охнул. Передав эльфам поводья их лошадей, конюх скромно встал рядом с данмером, и тот одобрительно похлопал его по плечу. Радостно отсалютовав конюшему, Каэль огладил своего скакуна. — Ну что, Альд, пора размяться. Проверив все ремни, и удостоверившись в их надёжности, мер схватился за переднюю луку седла и с лёгкостью сел верхом. От резкого натяжения поводьев конь встал на свечку, и Каэль тут же сжал его пятками по бокам, послав в галоп. Жеребец с громким ржанием рванул вниз по дороге. Хозяин конюшни улыбнулся, вспомнив, как в молодости он любил делать точно так же. Когда силуэт наездника скрылся за снежным холмом, Анкано громко вздохнул и запрыгнул в седло. — Да не напрягайся ты так. Мальчишка молодой ещё, горячий. — данмер скрестил руки и усмехнулся. Ответом ему стал повеселевший взгляд альтмерских золотых глаз. Уже сидя верхом, Архимаг достал из кармана увесистый кошель и кинул его конюху. — Норд, возьми. Это тебе за добросовестную работу. Попрощавшись с хозяином конюшни, альтмер пустил своего жеребца размашистой рысью вслед за умчавшимся юнцом. Прошло около десяти минут, прежде чем Анкано увидел приближавшегося наездника на светлой лошади. Мер строго посмотрел на поравнявшегося с ним ученика и после отвернулся на дорогу. — Неужели? Я уж думал придётся одному коротать время в тишине. — Простите, просто я очень соскучился по этому ощущению. Ощущению свободы и… — Достаточно. — Архимаг вскинул руку, непривычно мягко остановив речь юноши. Тот молча придержал своего коня и поравнялся с учителем. Лошади неторопливо шли по снежному тракту, отчеканивая новыми подковами схожий ритм. В такую замечательную погоду было приятно проехаться по горным тропкам, полюбоваться тёмным лесом, очаровывающим своей величественной красотой, подышать морозным воздухом. Даже поднявшийся слабый ветерок, то и дело лохмативший волосы, не мог испортить это чудесное зимнее утро. Однако Каэльтаса всё ещё нагнетало напряжённое молчание, и он с тревогой думал о реакции учителя на свой легкомысленный поступок, отчаянно пытаясь поймать взгляд его золотых глаз. Но за час пути Анкано ни разу не вглянул на ученика. Спустя некоторое время, не говоря ни слова, альтмер неожиданно тронул каблуками своего жеребца, переведя того на неспешную рысь, а потом в резвый галоп. От удивления Каэль остановил лошадь и непонимающе уставился на удаляющийся от него силуэт. Архимаг мстит ему за легкомысленное поведение? Или он решил ему подыграть? Однако сейчас не время думать об этом, надо догнать его, дабы не потерять из виду. Каэльтас улыбнулся своим мыслям, сжал пятками бока лошади и пустился в погоню. Спустя полчаса быстрой скачки лошади поравнялись. Как только молодой чародей догнал Магистра, тот пустил лошадь лёгкой рысцой и засмеялся. Каэльтас удивился ещё больше. Архимаг не стал осуждать его действия и дал волю своим эмоциям? Это не очень-то похоже на вечно строгого и хладнокровного Магистра. Уловив на себе удивлённый взгляд зелёных глаз, талморец поправил плащ и улыбнулся. — Перестань смотреть на меня как на диковинное существо. Неужели у меня не может быть каких-то своих желаний? Мне тоже надо иногда развеяться. — альтмер пожал плечами. — Хотя бы немного. Каэльтас подобрал поводья и с улыбкой посмотрел на своего попутчика. Анкано не стал развивать эту тему, и следующую половину пути они ехали в тишине, изредка перекидываясь короткими фразами. *** Начало темнеть. Небо затянуло тучами, пошёл редкий снег, и на равнине вновь поднялся ветер. Щурясь от попадающих в лицо снежинок, Анкано поднялся на стременах, вглядываясь вдаль, и пытаясь выцепить глазами хоть какое-нибудь укрытие на ночь. Неожиданно показалась крыша маленькой смутно знакомой хибарки. Мер кинул взгляд на явно уставшего ученика и пришпорил лошадь. — Недалеко отсюда есть хижина. Заночуем в ней. Ветер становился сильнее, подгоняя ночных путешественников, и посылая на землю волны колючего снега. Даже могучие Мессер и Секунда скрылись за тучами, не решаясь противостоять ночной непогоде. Сорвавшись в галоп, всадники направились к убежищу. Ветер рьяно подгонял их, поднимая на пути столбы тяжелого снега. Спешившись, и привязав своих жеребцов к старой коновязи под ветхим навесом, что едва закрывал лошадей от ночной вьюги, эльфы вошли в дом. В жилище было темно и пахло стариной. Анкано сразу направился в противоположный угол дома и на ощупь нашёл пару веток хвороста. В камине затрещал огонь. В убежище стало светло. Каэльтас снял с себя накидку и огляделся: старая кровать со шкурами, камин, ящики, стол, два стула — ничего необычного. Облокотившись на подоконник, он посмотрел в окно: метель застелила всё вокруг, и ясных очертаний происходящего на улице просто не было. — Вы бывали здесь? Архимаг снял с себя промокший талморский плащ и вглянул на юного мага. — Приходилось. В трубе злым волком завывал свирепый зимний ветер, словно пытаясь достать вовремя спрятавшихся путешественников. Каэль почему-то подумал о лошадях. Как они там? Они же тоже живые, и им, должно быть, холодно и страшно. Взяв со стула свой меховой плащ, эльф направился к выходу. Он был уже готов открыть дверь, как вдруг, на его плечо легла прохладная ладонь Архимага. — Каэльтас, не делай глупостей. Юноша опустил руку и обернулся, встретившись в ехидным взглядом золотых глаз. Альтмер стоял совсем близко и с усмешкой смотрел на взволнованного ученика. — Лошади переживут одну такую ночь. — Да… Разумеется. Снисходительно наблюдая за растерянным учеником, Анкано отступил в сторону, дав ему пройти. Каэль отвернулся и передразнил учителя, забавно показав тому язык. Магистр усмехнулся: — Бесстыдник. Прошло уже больше двух часов, но метель никак не хотела утихать, засыпая холодную землю всё новыми порциями снега. В стареньком камине огонь почти потух, и в комнате царил полумрак. Каэльтас лежал на кровати и читал первую попавшуюся под руку книгу, время от времени поглядывая на сидящий за столом неподвижный силуэт. — Господин Анкано, сколько ещё нам осталось проехать? — Если встанем с рассветом — доедем к полудню. Ложись спать. Юный маг отложил книгу и протёр глаза. — А где будете спать вы? Откинувшись на спинку стула, альтмер презрительно фыркнул: — Здесь и буду. Ты ведь уже занял единственную кровать. Каэль не стал отвечать и молча отвернулся. Анкано же распустил волосы и укутался в свой плащ, пытаясь хоть немного согреться. Вскоре усталость взяла своё. Камин потух, в доме стало тихо. *** Время близилось к обеду, и впервые за долгое время впереди показались высокие каменные стены. Путь был окончен — они достигли Талморского Посольства. Даже лошади, казалось, зашагали бодрее. А на небе вновь сияло солнце, и ничто не напоминало о ночном буране. Погода — вещь непредсказуемая. Проходившие мимо талморские солдаты с почтением здоровались с прибывшим юстициаром, предлагали ему свою помощь и пренебрежительно косились на его Советника. Каэль же делал вид, что его это ничуть не задевает и смотрел на талморцев сверху вниз, благо высота лошади позволяла ему такую вольность. Наблюдая за настроем своего ученика, Анкано не переставал сдержанно улыбаться. Спешившись, талморец приказал конюхам отвести жеребцов в стойла и дать им двойную порцию овса. Решив не маячить перед гостями, слуги быстро забрали лошадей и скрылись в конюшне. Каэльтас посмотрел на одно из открытых окон. — Кажется, банкет уже начали без нас… Речь мага прервал полный гнева громкий женский крик, раздавшийся из глубин Посольства. Талморская стража муравьями забегала по своей территории, выстраиваясь на свои посты, и, словно по команде, вставая по стойке «смирно». Каэльтас с довольной ухмылкой наблюдал за суетящейся охраной. — И что за истеричная особа там так верещит? Её даже стража боится. — Первый эмиссар Талмора Эленвен как-никак. — С трудом сдерживая смех, Анкано направился к Посольству. — Ей положено так громко «верещать». Внутренняя красота Посольства просто поражала: высокие потолки создавали впечатление отдельного мира, окна, протянувшиеся от потолка до самого пола, освещали весь приёмный зал, а массивные каменные колонны, украшенные разнообразными узорами, заставляли обратить на них особое внимание. Добавляли роскоши и дорогие люстры, висящие почти под самой крышей, и разнообразные картины в золотых рамках, и пышные ковры, украшавшие блёклый холодный пол. Каэль краем глаза уловил чьё-то копошение возле бара, а затем увидел тихо открывающуюся дверь на кухню. Послышалось недовольное шипение каджитки-кухарки. Подумав о «нетрезвой знати», он не обратил на это особого внимания и шёпотом обратился к стоявшему рядом альтмеру: — Не перестаю удивляться такой красоте. Хотя уже второй раз здесь. Не меняя своего положения, Архимаг равнодушно окинул взглядом приёмный зал и посмотрел на восхищённого Советника. — Не вижу тут ничего особенного. Вычурно и ужасно вызывающе. Послышался стук каблуков, и к эльфам подошла остроухая особа в талморских одеждах. Анкано поморщился. Ему явно была не очень приятна предстоящая беседа. — Глядите, кто к нам пожаловал! Добро пожаловать, уважаемый Архимаг Колегии магов и… — женщина запнулась и посмотрела на Каэля. — уважаемый Советник Каэльтас. Мы очень боялись, что вы не приедете. Голос высокой эльфийки был чересчур громким, и эльфы недовольно нахмурились. — Как много пафоса, Эленвен. Если я ответил положительно на твоё предложение, значит, в любом случае мы прибудем. — А почему вы припоздали? Мы не начинаем приём и ждём именно вас с самого утра! Во взгляде Анкано читалось с трудом сдерживаемое раздражение, а Каэльтас наклонил голову в попытке сдержать глупый смешок. * * * — И где твоя лошадь? — Архимаг весело улыбался и наблюдал за бегающим вокруг хижины эльфом. — Откуда мне знать? — Может она куда-то ушла? Как ты думаешь? — Анкано с наигранным испугом подтрунивал над своим учеником, поглаживая своего мирно стоявшего коня. Каэль безуспешно пытался разглядеть на снегу хоть какие-нибудь следы, от чего ещё больше раздражался. — Вот не надо было вас слушать! Если бы я привязал его ночью получше, мы бы уже давно выехали! — Да, не надо меня больше слушать… надо выходить в буран на улицу и стоять следить за своей лошадью. — Анкано расстроенно покачал головой и с усмешкой покосился на убежавшего в лес Советника. — Ты ищи, ищи его, вдруг его ветром сдуло и в лес унесло. Спустя примерно полчаса, Архимаг хотел было уже идти на поиски своего горе-Советника, как из леса послышался хруст веток и неразборчивая ругань. Анкано облокотился на стену хижины и стал следить за выходящим из леса молодым эльфом и его четвероногой пропажей. — Ну, как прошли поиски, юный следопыт? Явно довольный, по пояс в снегу и с ветками в волосах, Каэльтас засмеялся и подвёл своего жеребца к коновязи. Альтмер долго стоял и наблюдал, как его ученик проверяет все ремни на сбруе, отряхивается и безуспешно пытается выбрать все ёлочные иголки из волос. Не выдержав, он подошёл к чародею и молча начал ему помогать. Каэль замер от неожиданного прикосновения чужих рук, но возражать не стал. Вынув последнюю иголку, альтмер заправил прядку светлых волос за острое ухо и пошёл за своей лошадью. — Ну, едем? Юный эльф запрыгнул в седло и довольно кивнул головой. * * * — Нас задержала непогода. Буран застал нас на середине пути. — Я очень переживала, что вы попадёте под метель. — Эленвен тронула Анкано за руку и улыбнулась. Нервно дёрнув плечом и недовольно посмотрев на женскую руку, эльф сделал шаг в сторону, отстранившись от чересчур заботливой особы. Каэльтас покосился на эльфийку и громко кашлянул. — Госпожа, гости заждались. Пора начинать приём, не так ли? — Да, верно. Пройдёмте. Анкано с благодарностью посмотрел на ученика и последовал за эльфийкой. Приёмный зал впечатлял своей роскошью. В каждом уголке Посольства слышались ритмичные удары барабанов, приятный минор лютни ласкал слух, лёгкую мелодию наигрывали флейты — талантливые барды из Коллегии представляли свои лучшие произведения. Перед глазами то и дело мелькали талморские плащи, и казалось, что вся Талморская свита собралась в этом зале. Впрочем, среди гостей оказалось немало знаменитых личностей: ярлы с жёнами, генералы, богатые горожане. Даже Мавен Чёрный Вереск соизволила приехать с другого края провинции. Кто-то обсуждал какие-то свои проблемы, кто-то внимательно наблюдал за новоприбывшими, а кто-то просто расслаблялся в компании коллег с бокалом дорогого алкоголя. По середине зала стоял накрытый светлой скатертью стол со всевозможными яствами. Эленвен же сидела во главе стола и, неспешно потягивая вино в компании Архимага и ещё нескольких мужчин, обсуждала с ними назревшие вопросы. Из толпы гостей вышел один из подчинённых эльфийки и направился к сидящей за столом компании. — Анкано, рад видеть тебя здесь. Не ожидал, что ты приедешь. Архимаг привстал и пожал протянутую ему ладонь. — Я тоже не ожидал. Но, как видишь, пришлось. Эленвен намеренно громко поставила стакан на светлую скатерть, и, как только эльфы обратили на неё внимание, она сняла свою перчатку и протянула руку одному из них. — Эмиссар Ондолемар, очень приятно видеть вас. Подошедший альтмер чуть наклонил голову и с выражением крайней вежливости коснулся губами женской руки. — Госпожа, вас искала ваша ученица. — Ли-Лу? Приведи её сюда. — Сию минуту. Ондолемар кинул взгляд на сидящего напротив Анкано, что с укором наблюдал за происходящим возле него действом. Он хоть и знал, что покорность Ондолемара является лишь его маской, под которой скрывается откровенное нежелание общаться с эльфийкой, но всё же не приветствовал такого двуличия. Хитро подмигнув Архимагу, альтмер встал и скрылся в толпе гостей. — Анкано, ты, должно быть, очень устал с дороги. Предлагаю остаться у меня на ночь, я выделю комнату и тебе, и Каэлю. — женская ладонь накрыла руку альтмера. — Эленвен, я понимаю твою заботу и прочее, но у нас много дел в Коллегии, и мы уедем, как только закончится приём. Я вынужден тебе отказать. — А я согласен. — из-за плеча Архимага выглянуло счастливое лицо Каэльтаса. — Господин Анкано, лошадям нужно отдохнуть. Как, впрочем, и нам. Незаметно для эльфийки, юный иллюзионист положил руку на плечо учителя, и из-под его ладони показалось едва видимое зелёное свечение. Анкано вздохнул. — Хорошо, мы останемся. — Замечательно. — эльфийка ласково провела пальцами по мужской руке и с благодарностью посмотрела на Каэля. Анкано напрягся, но, уловив приближающуюся к ним фигуру Ондолемара, и едва успевающую за ним фигуру какой-то девушки, облегчённо выдохнул. — Госпожа, ваша ученица. Эленвен резко убрала руку от альтмера и кивнула подошедшим. Рядом с Ондолемаром стояла лесная эльфийка, едва достававшая мужчине до плеча. Её тусклые зелёные глаза не мигая смотрели то на Каэльтаса, то на сидящего рядом с ним светловолосого альтмера. Анкано прыснул в кулак. — Ты взяла в ученицы босмерку? Она хоть лук может натянуть? Я о магии даже заикнуться боюсь… Эленвен пожала плечами. — Она едва дышала, когда мы нашли её на лесной дороге. Я не могла просто проехать мимо. — Её ранили? — Её потрепала стая волков. Архимаг потёр переносицу и закрыл лицо руками. — Ты отказалась от лучших учеников моей Коллегии, но взяла к себе эту лесную замухрышку? — У неё есть талант. — Ладно, это не моё дело, Эленвен. Но мне было бы стыдно иметь это создание в роли своей правой руки. Эльфийка лишь пожала плечами, и за столом повисло неловкое молчание, прервал которое подошедший стражник. — Госпожа Первый Эмиссар, Вас ждут на втором этаже. Не говоря ни слова, Эленвен встала и последовала за стражей. Ондолемар же, воспользовавшись случаем, пригласил Анкано в свою компанию и увёл его в толпу гостей, попутно что-то ему рассказывая. Ушли по своим делам и остальные. За столом остались двое. Босмерская девчонка буравила молодого альтмера своими наивными зелёными глазами, не решаясь сказать и слова. Не спешил начинать разговор и Каэль. Скрестив на груди руки, он спокойно разглядывал новую знакомую. Русые волосы, заплетённые в аккуратную косу, большие глаза, смуглая кожа и невысокий рост — типичная представительница своей расы. Эльф перевёл взгляд на вырез тёмной девичей рубахи и ужаснулся. На коже виднелись едва затянувшиеся раны от волчьего нападения, о котором упомянула Первый Эмиссар. Они тянулись по всей груди, начинаясь от правой стороны шеи и заканчиваясь на тыльной стороне левой руки. Каэль не моргая смотрел на шрамы. «Хорошо же девчонке досталось…» Эльф разглядывал босмерку неприлично долго и пристально, Ли-Лу невольно поёжилась. — Ты тоже будешь насмехаться над этим как твой учитель? Каэль поднял глаза и встретился со взглядом больших девичих глаз. Прямой вопрос девушки его смутил. — Нет, что ты. И, прошу, не обращай особого внимания на слова господина Анкано. Он всегда прямолинеен, и часто его слова могут обидеть. — маг улыбнулся. — Как тебя зовут? — Ли-Лу. — Это твоё родное имя? — Меня так называет госпожа Эленвен. Иллюзионист сдержанно улыбнулся: «Как кличка у кошки… Что же, вполне в духе этой высокомерной дамы.» — Я Каэльтас, возможно ты слышала обо мне. Являюсь Советником Архимага Коллегии в Винтерхолде. Ты была там? Эльфийка отрицательно покачала головой. — Нет. Госпожа Эленвен никуда меня не пускает. — Ты поправляйся, а потом приезжай в гости. Я уверен, Первый Эмиссар найдёт повод, чтобы заглянуть к господину Анкано. Каэль усмехнулся. Над маленьким кусочком стола в этом огромном особняке повисло недолгое молчание. Эльфы молча наблюдали за гостями. — А ты, должно быть, хорошо управляешься с магией, да? — босмерка посмотрела на изящные пальцы молодого эльфа. — Разумеется, должность обязывает. Каэльтас соединил ладони, и между ними заискрились маленькие снежинки. Ли-Лу затаила дыхание и очень чутко следила за магическим фокусом нового знакомого. Маг улыбнулся. — Если хочешь, приезжай в гости, я чему-нибудь тебя научу. — А я покажу тебе как стрелять из лука! Идея альтмера явно воодушевила эльфийку, и, вскочив из-за стола, она помахала новому другу ладошкой и убежала на второй этаж. Пропустив мимо навязчивую мысль о том, что стрелять из лука он в принципе-то умеет, эльф отвернулся к окну. На улице стемнело. На чистом ночном небе россыпью драгоценных камней уже сияли маленькие звёзды, и стража зажгла факелы по всей территории Посольства. Поубавилось народу и в самом зале: многие гости разошлись по своим комнатам, решив отдохнуть от насыщенного дня, слуги медленно прибирали зал после приёма, стража ушла в казармы, посчитав свой рабочий день законченным. Альтмер перевёл взгляд на одну из оставшихся в зале компаний. Вся Талморская свита, за исключением Эленвен, стояла с бокалами вина и перебрасывалась друг с другом какими-то фразами, непринуждённо смеясь. Не увидел он в компании лишь одного талморского юстициара. Советник огляделся — никого. Неожиданно на его плечо легла мужская рука и послышался знакомый тихий голос: — Я смотрю, твоя новая подружка куда-то ушла, и заняться тебе больше нечем. Так что идём, нам уже выделили комнаты. Поднимаясь на второй этаж, Анкано внимательно смотрел на идущего впереди ученика, который с интересом рассматривал висящие вдоль лестницы картины. — И как тебе девчонка? — Довольно милая, но немного наивная. Да и внешность приятная, её не портят даже шрамы. Архимаг съязвил: — Смотри не влюбись. Каэль пропустил колкую фразу, переведя разговор на другую тему. — Имя только странное у неё, как у кошки. Ли-Лу. — Наша Эмиссар и не на такое способна, если захочется иметь под рукой девочку на побегушках. Медленным шагом проходя по слабо освещённому коридору мимо различных комнат, альтмер усмехнулся, что-то вспомнив, и вновь обратился к ученику. — Каэль, зачем ты сегодня применил ко мне заклинание чар? Эльф остановился и воровато, словно его поймали за каким-то преступлением, посмотрел на учителя. — А они разве не сработали? — Ни разу. Твоё заклинание было слишком слабым. — альтмер улыбнулся. — А ты что, решил что твои чары подействуют на меня? — Но вы же согласились на предложение Эленвен! Архимаг пожал плечами и остановился возле своей комнаты. — Это не означает, что я не мог тебе просто подыграть. — Но так нечестно, я думал, что достиг совершенства в этом заклинании! Альтмер подошёл чуть ближе и облокотился рукой на стену, непроизвольно зажав Каэля между собой и коридорной дверью. — Тогда мне снова придётся заняться твоим обучением. Прохладные пальцы легли на плечо юному Советнику и медленно очертили контур шеи, остановившись возле острого уха. Альтмер привычным движением заправил за него прядку волос и пристально посмотрел на ученика. Каэльтас с широко раскрытыми глазами наблюдал за действиями Архимага, не решаясь уйти. Да и желания, собственно, не было. На этаже послышались чьи-то голоса, и Анкано убрал руку, давая ученику возможность отойти. — Начнём урок по приезду в Коллегию. — альтмер улыбнулся. — Надеюсь, ты не забудешь. *** ​ Сидя у себя в комнате, Каэльтас смотрел в окно и размышлял о сегодняшнем дне. Благо тишина в соседних номерах позволяла расслабиться и погрузиться в свои мысли. Неожиданно в коридоре послышались лёгкие шаги, заставив эльфа прислушаться: некто явно не хотел быть услышанным и тихо прокрадывался вдоль ночных комнат. Каэль кинул взгляд на часы и удивлённо вскинул брови — кому понадобилось гулять по Посольству в два часа ночи? Через пару минут вновь стало тихо, но и в этот раз послышался новый звук. В чью-то дверь аккуратно постучали. Хозяин комнаты открыл незваному гостю, и ночную тишину разрезал громкий шёпот знакомого голоса. — Эленвен? ​