Пленительный взгляд

POV Северус Свадьба… Когда тебе говорят, что через 2 дня ты женишься на любимой, это должно приносить чувство эйфории, бесконечного блаженства, счастья. Это должно окрылять… А не обрубать крылья. Я падаю. Глядя на неё, ту единственную, с кем бы я хотел делить всё, я падаю. Как это объяснить? Как объяснить, что я, столь страстно желавший её защитить, спрятавший от всего мира, не просто превратил Её в пешку, но и сам ей стал. Ты будешь моей женой? Ты выйдешь за меня? Ты сделаешь меня самым счастливым мужчиной на свете? Так это должно было звучать! После войны. После потерь. После. А она бы улыбнулась своей самой искренней улыбкой, которая честнее и светлее любого пресловутого «Да». Но я вынужден преподнести это иначе.  — Гермиона. Нам надо поговорить. Её взгляд меняется. О, Мерлин, она уже по тону моего голоса понимает, что ничего хорошего я ей не скажу. Можно было бы начать мягче, зайти издалека, но КАК, черт возьми, это можно сказать мягче? Суть останется все той же. Все равно, что засунуть сгнившее яблоко в красивую праздничную коробку. Как ни крути, внутри гниль.  — Северус? Она отставляет в сторону чашку с чаем, а я подхожу к её креслу, встаю на колени и беру её горячие ладони в свои. Нет смысла оттягивать неизбежное.  — Темный Лорд о тебе знает.  — Так, — она громко вздыхает и еще крепче сжимает мои руки.  — У него есть… Некоторая просьба, — так хочется отвернуться, спрятать глаза, но нельзя.  — Просьба?  — Приказ. Нам, — глажу пальцами её руки и читаю в её глазах ужас. — Мы должны… пожениться.  — Ч-что? — усмехается, но руки не отнимает. — Зачем? Что ему это даст?  — Поттер постепенно находит крестражи, успешно скрывая свое месторасположение от Пожирателей Смерти. Темный Лорд решил, что нашу свадьбу он не сможет проигнорировать. Он хочет найти его при помощи отрицательной энергии. Долго объяснять, но…  — Я поняла, — пауза. Ужасно долгая и мучительная пауза, сгущающая пространство вокруг до состояния желе. Будто время остановилось. — Но, как Гарри узнает о свадьбе?  — Поверь, это станет самой громкой новостью. Будут знать все.

***

 — Мисс Грейнджер! Как я рад, что вы пожаловали! Полагаю, Северус ввел вас в курс дела? Холодно. Темно. Страшно. Словно опустили в могилу. Проходи, располагайся. Ведь ты проведешь здесь вечность. Не понятно, это особняк Малфоев источает такой спектр негатива или мужчина, завладевший этим величавым сооружением. Он подорвался со своего стула и подлетел к девушке, внимательно разглядывая её змеиными глазами.  — Добрый вечер, — шепчет она севшим от ужаса голосом. Смех проносится по всей огромной зале. Пожиратели глумятся над ней, но стоит их Повелителю умолкнуть, как замолкают все. Северус, ведомый взглядом Темного Лорда, берет Гермиону под локоть и проходит к своему месту. Справа от Повелителя. Правая рука. Гриффиндорке приходится стоять, тесно вжавшись в стул зельевара и ища поддержку в его взгляде, но там лишь пустота и безразличие. Будто она просто предмет мебели.  — Всегда поражался, мисс Грейнджер, почему грязнокровки отличаются такой удивительной красотой… Вы мне не подскажете? — его голос иногда переходит в шипение, а взгляд без остановки блуждает по телу девушки.  — Должно же в нас быть хоть что-то хорошее, — она нервно сглатывает, а Пожиратели снова заливаются смехом. Темный Лорд берет её руку, вдыхает запах и целует своими ледяными губами.  — Бесподобно… Северус, ты отлично её выдрессировал.  — Благодарю, мой Лорд, — голос низкий, глубокий, бесстрастный. Кого Снейп действительно хорошо выдрессировал, так это себя. Нельзя срываться. Нельзя поддаваться эмоциям. Нельзя ни одним своим движением или взглядом показать, что она для него значит. Нельзя.  — Вы же понимаете, какая вам оказана честь, мисс Грейнджер? Я не просто дарю вам жизнь, но и делаю женой своего самого ценного слуги. Вы понимаете, как высоко я вас ценю, несмотря на ваше Низшее происхождение? — он смотрит на нее выжидающе, ища подвоха, страха, попытки сбежать.  — Да, Господин. Я очень ценю это и понимаю, как мне повезло, — ни один мускул не дрогнул на её нежном прекрасном лице. — Благодарю Вас.  — Свадьба состоится через 2 дня. Боюсь, я не смогу на ней присутствовать. Мы с Северусом решили, что лучше всего будет устроить её… в Хогвартсе. Гермиона задохнулась от нахлынувших воспоминаний, а Темный Лорд увидев ее реакцию широко улыбнулся. За все время созерцания невесты он ни разу не моргнул.

***

Профессор МакГонагалл не верила своим кошачьим глазам. Благо, она была под скамейкой, да и кромешная темнота давала преимущество скорее ей, чем двум стоящим перед ней фигурам. Северус Снейп обнимал прижавшуюся к нему Гермиону Грейнджер. Можно было бы подумать, что это успокаивающие «отеческие» объятья, но Минерва МакГонагалл обладала не только хорошим зрением, но и превосходным слухом. Кошачьи уши встали торчком, настраиваясь на шепот двух людей.  — Северус, — кошка удивленно дернула усами. — Это все просто… ужасно.  — Я знаю, — он мягко гладит её по волосам, прижимая к своей груди.  — Все посчитают меня предательницей, — голос гриффиндорки дрогнул, и она сильнее прижалась к зельевару. — Как я буду смотреть им в глаза?  — А ты не смотри, — он поцеловал её в висок и поднял пальцем подбородок, заглядывая в блестящие глаза. — Гермиона, осталось не так много. Я чувствую. Битвы не избежать и…  — И на чьей ты будешь стороне? Шепот становился все тише, поэтому МакГонагалл немного придвинулась ближе. Слухи о принадлежности профессора Снейпа к Пожирателям ходили давно. С момента его трудоустройства. Но Дамблдор, мир его праху, доверял ему, как никто другой, а значит, и Минерва не смела усомниться. Но после смерти Директора… Все пошло наперекосяк. Услышать ответ сейчас казалось для нее самым важным, самым весомым оправданием её бестактного подслушивания чужого разговора.  — Гермиона, — он взял её лицо в ладони. — Я однажды совершил ужасную ошибку, которая оставила гадкий несмываемый отпечаток на моей жизни. Но я всегда был на одной стороне. На ней и останусь. И эта сторона, — его горячее дыхание обжигало губы. — Твоя. Гриффиндорка потянулась за поцелуем, прижимая ладони к груди профессора, а он крепко ухватился за ту, что слева. У сердца. Мужчина и женщина были слишком заняты друг другом, чтобы обратить внимание на тактично ускользающую кошачью тень, решившую. что её хозяйка услышала достаточно. Профессор трансфигурации стояла на самом верху Астрономической башни, где они раньше часто беседовали с седым директором, и смотрела на ночное звездное небо. Последнее, что попросил у нее Дамблдор, это никогда не сомневаться в Северусе. Она его подвела. Минерва никогда не потакала сплетникам, не встревала в разговоры, не поддерживала возмущение коллег, не обращала внимание на новые «сомнительные» кадры, но она слышала. Слышала слишком много, чтобы не усомниться в мудрости Альбуса. И вот теперь, стоя под самыми небесами, всегда строгая и чопорная профессор улыбалась звездам. А звезды улыбались ей, мигая где-то вдали, и ей казалось, что это сам Альбус Дамблдор смеется над ней.

***

Гермиона Грейнджер смотрела на свое подвенечное платье. Подарок. Темного Лорда. Даже удивительно, что оно белое. Тем не менее, невинным сей элемент гардероба точно назвать нельзя. Струящаяся ткань с разрезами с двух сторон, открывающая ноги до самых бёдер, и кружевной верх с глубоким декольте. Никаких рукавов, никакой фаты, чтобы ни у кого не возникало сомнений, кто именно невеста. В дверь её комнаты постучали. Она спрятала платье под одеяло и открыла полуночному гостю.  — Джинни?  — Гермиона! — рыжая девушка бросилась на шею подруге, не в силах сдержать слезы. — О, Гермиона, это и правда ты? Разговор этих двоих обычно обещал быть долгим, но не сегодня.  — Джинни, тебе лучше уйти! Если поймают…  — Плевать! Я вытащу тебя отсюда. Есть тайный проход. Мы можем… Гермиона втащила болтливую подругу в комнату и захлопнула дверь.  — Нет.  — Не бойся, это проверенный путь, — мисс Уизли решила в подробностях рассказать свой план, чтобы убедить, успокоить, вселить надежду…  — Нет, Джинни. Прости. Я не могу.  — Но…  — Я выйду замуж за Северуса Снейпа. Это не обсуждается. Не задавай вопросов. Пожалуйста, — Гермиона серьезно посмотрела на свою изумленную собеседницу, которая то открывала, то закрывала рот, не зная, что еще можно сказать. Не найдя слов, она снова подошла к печальной невесте и обняла так крепко, как могла, стараясь вложить все свои чувства в эти объятия, когда дверь снова открылась.  — Мисс Уизли.  — П-профессор Снейп, — Джинни отскочила от подруги, как ошпаренная, боясь смотреть в глаза директору.  — Мисс Уизли, вы в курсе, который час? Десять… — его лицо вдруг стало задумчивым. Баллы не имели уже значения ни для кого из присутствующих. Так к чему это все? — Десять минут на то, чтобы вас здесь не было. И он вышел, закрыв за собой дверь, и прислонился спиной к холодной каменной стене.

***

POV Северус Завтра. Завтра она станет моей женой. Если убрать все окружающие это событие обстоятельства, то, как факт, звучит волшебно. Забыть о том, что вокруг война, что мы оба можем умереть по щелчку пальцев одного психопата, который и решил сыграть эту чертову свадьбу. Забыть, что я украл её, лишил свободы, друзей, жизни. Запустил, как рыбку, в аквариум своей жизни и теперь любуюсь. Завтра Гермиона Грейнджер станет Гермионой Снейп. Миссис Снейп. Если бы эта Уизли сейчас забрала бы её куда-нибудь. Подальше от этого места, от этой свадьбы. Я бы был только благодарен. Она была бы в безопасности, далеко от всего этого смрада. От кровавой битвы, которая уже дышит в спину, заставляя покрыться мурашками. Но Гермиона отказалась. Конечно, отказалась. Нужно быть полным идиотом, чтобы не понять, зачем Уизли пожаловала. Может, эти десять минут что-нибудь исправят? Ведь если нет, я не смогу сам от нее отказаться. Не могу. Не могу физически. Не могу душевно. Не могу без нее.  — Доброй ночи, мисс Уизли. Не споткнитесь в башне Гриффиндора. Ночь темная. Не получилось. Не убедила. Даже не знаю, плакать теперь или смеяться. Получается лишь хмыкнуть, глядя на раскрасневшуюся Гермиону. Моя девочка тянет ко мне руки, прося обнять, и… О, Мерлин, да ты сам бы не смог устоять перед таким светом, таким теплом, такой нежностью. Только бы дожить до завтра.