Дуэлянтка

      День финала начался для меня удивительно рано. А именно, с шести утра.       В Больничном Крыле стояла темнота. Из окон выглядывал клочок темного утреннего неба, койки стояли пустые и холодные, похожие на древние саркофаги. Жуть жутская, мне бы в одеяло по нос завернуться и заснуть скорее, но у меня был план. Нужно было только приступить к исполнению.       Палочка нашлась сразу. Пальцы осторожно сжались на дереве. Неприятно. Я размяла руку, повертела так и эдак, и удовлетворенно снова взялась за палочку. Приступим.       «И запомни: я ничего этого не говорил»       Конечно, профессор, я сама до всего додумалась. На самом деле так и было. Мне нужно было лишь удостовериться в догадках и получить хоть какую-то поддержку.       -Люмос,- прошептала я и впервые за эти два дня ощутила маленький восторг от простого заклинания. Обожаю свою палочку. И я выйду с ней сегодня, пусть даже сами дементоры будут сторожить Больничное Крыло.       Тренироваться в темноте с невозможностью воспроизвести даже малейший шум не было смысла- повторив движение руками, прогнав в голове все заклинания, я легла в кровать и уснула.       Спустя три часа.       -Мадам Помфи, можно я выпью его попозже? Мне нехорошо,- на этом месте сморщится и невзначай погладить живот.       -Что у вас? Тяжесть? Вы вчера и не ели почти,- с сомнение ответила медсестра, пристально всматриваясь в меня. Я виновато вздохнула и сжала губы. Ой, как мне плохо…       -Я уснуть долго не могла- живот болел ночью.       -Почему же вы не разбудили меня?       -Неудобно как-то…       Поворчав еще немного, что из-за таких вот, как я, потом приходится применять экстренные меры в запущенных случаях, она собрала испачканные бинты и ушла к себе. Я подождала, пока шаги ее стихнут совсем, огляделась, на всякий случай, и, взяв палочку, прошептала осушающее заклинание. Пара секунд, и я как будто выпила.       Крайне довольная собой, я опрокинулась на кровать и приготовилась ждать.       Келвин появился спустя десять минут.       -О, ты, уже проснулась!- обрадовался он и, присев на край кровати, наклонился и игриво чмокнул меня в щеку. Я довольно хмыкнула.       -Не боишься, что заражу?       -Аллергия не заразна. Как ты себя чувствуешь?       -Прекрасно. И не надо на меня так смотреть.       -Температуры не было?- подозрительно спросил он. Я постаралась не отвести взгляд.       -Нет.       -Да ну? У тебя щеки покраснели.       -Я только что пила это дурацкое лекарство. Попробуешь, тоже будешь как помидор ходить.       На самом деле, у меня и сейчас тридцать семь держалось. Но градусник лежал вне поля его зрения. Как назло, он, кажется, что-то заметил и протянул руку. Ладонь его была удивительно прохладная и мягкая.       -Ника,- нахмурился он и пощупал лоб другой рукой.- Я не пойму… У тебя опять температура?       -Какая температура?- попробовала прикинуться дурочкой я. Не прокатило. Он даже не улыбнулся. На плечи легли руки, ясно намекая, в какую сторону смотреть. С видом нашкодившего ребенка я глядела на него исподлобья.       -Ты хочешь на соревнования,- утвердительно сказал.       -Как ты догадался?       -У тебя на лице написано. Тебе нельзя туда.       -Почему это? Думаешь, мне станет плохо? Да ничуть…       -Ты палочку держать не можешь!       -Могу!       -Хорошо,- процедил он.- Даже если можешь. У тебя температура. Хэмптон тебя в таком состоянии сразу уложит. Ты что, не понимаешь, что она этого и хочет?       -Почему это она должна меня сразу уложить?- фыркнула я.- Три дня назад ты был другого мнения о моих способностях.       -Причем тут твои способности?! Я не хочу, чтобы ты пострадала еще больше.       -А может, ты хочешь убрать лишнюю конкурентку для своего факультета?- с львиной долей иронии спросила я.       -Не мели чушь.       -Ты тоже.       -Ника…       -Келвин, не разводи эти сантименты! Если я тебе нравлюсь, это не шантаж, не перебивай! Если ты хоть что-то ко мне чувствуешь, чего ты, кстати, еще ни разу не говорил!- укоризненно напомнила я.- То дай мне поступать так, как я хочу. Хочу я загреметь в Больничное Крыло- дай мне спокойно это сделать! Может, это смысл моей жизни- откуда ты знаешь? Мне карьеру, может, с шиком надо закончить? Я тебе серьезно говорю, что притащусь туда, даже если у двери МакГонагал стоять будет! И не пытайся меня отговорить,- закончила я строго. Пришлось опустить все благородные порывы, вроде, «на меня надеятся» (потому что уже не надеятся), «это честь факультета», потому что звучало как-то слишком пафосно. Но, думаю, он меня понял.       С тяжелым вздохом он убрал руки. Повисло ощутимое напряжение. Келвин похрустел пальцами и устало потер переносицу.       -Ты не поможешь факультету, если упадешь в обморок.       -Это было похоже на оскорбление. Дешевую драму я разыгрывать не собираюсь, если ты об этом. Думаешь, я бы так рвалась туда, не будь уверена в собственных силах?       На самом деле, до конца уверенной я не была. Но это нормально, уже привычно, так что, волноваться не о чем.       Прозвенел звонок. Келвин в досаде провел рукой по волосам. Я ожидала, что он уйдет сразу, обидится, но он взял мою ладонь и легонько сжал ее.       -Только не наделай глупостей,- попросил он.       -Спасибо,- кивнула я.       -Сарказм?       -От чистого сердца. За то, что, наконец, понял.       Уже у самой двери я его окликнула:       -Келвин!       Он вопросительно оглянулся.       -Не говори никому. Пусть это будет сюрприз.       Он кивнул на автопилоте и поспешил на урок. До финала оставалось семь часов.       За пятнадцать минут до начала соревнований мадам Помфи покинула Больничное Крыло, наказав непременно поспать эти пару часов. В угоду ей я улеглась на кровать и зарылась в одеяло.       Спустя пять минут я уже заправила постель и выдвинулась в свое авантюрное путешествие.       Обидно даже, что авантюра оказалась легкой. Никто меня не останавливал, даже внимания не обращал. Как-то досадно даже. Уже значительно усомнившись в своей значимости, я вошла в Большой Зал и чудом не столкнулась с белым чепчиком медсестры.       -Би-иться сердце перестало,- выдохнула я, нырнув в гущу гриффиндорцев. Уши запылали. Я обеспокоенно притушила их пальцами. Как бы не температура. И так ударную дозу лекарства выпила…       -О, ты все-таки пришла,- почти простонал рядом знакомый голос.       -Я думала, ты будешь рад меня видеть,- невинно захлопала я глазами. Келвин взъерошил и без того лохматые волосы и протиснулся ко мне через толпу.       -Как ты себя чувствуешь?       -Отлично! И перестань смотреть так, словно я в обморок сейчас шлепнусь!       -Ладно, хорошо. Как рука? Работает?       -Как часики,- подтвердила я и продемонстрировала забинтованную ладонь.- Старенькие, отечественного производства часики.       Он хотел еще что-то сказать, но вдруг нахмурился, наклонился и шепнул:       -Обернись.       Сзади, по другую сторону помоста стояли две слизеринки. Одной из них была Хэмптон. Взгляд их надо было видеть. Я не удержалась и с усмешкой помахала им рукой. Не ждали?       -Ты погляди, как лица-то вытянулись…- довольно прокомментировала я.- Только ради этого стоило прийти.       В это время состав профессоров решил, что пора начинать. На застеленный пурпурным ковром лихо влетел Диккенс и обвел галдящих студентов блестящими глазами. Девушка впереди нас толкнула подругу:       -Посмотри, какая у него улыбка!       -С такой же улыбкой он нечисть потрошит,- прокомментировала я тихо.       Профессор выпустил пору искр из палочки, привлекая всеобщее внимание. После воцарения относительной тишины, он жестом церемониймейстера развел руки:       -Дамы и господа, леди и джентльмены, студенты и студентки! Добро пожаловать на финальные соревнования по магическим дуэлям! Сегодня сильнейшие дуэлянты школы сразятся за звания чемпионов этого года! – тут он несколько понизил голос и привычно одернул манжеты.- Дальше текст я не помню, поэтому без церемоний, начинаем!       Под гром аплодисментов профессор выудил из воздуха свиток пергамента и пробежал его глазами.       -Итак, прошу участников соревнований подняться ко мне! Средняя возрастная категория: Гриффиндор представляет мисс Сэкроут, Слизерин- мистер Роун и Рейвенкло –мистер Крафт и мисс Рей! Простите, что без курсов, устанете слушать.       Студенты поднялись на помост. За судейским столом сидела профессор МакГонагал и пустовало место Диккенса, который, как известно, мог такие дела схватывать на лету и считать баллы в уме. Диккенс взмахнул палочкой и перед участниками появились одинаковые фиолетовые карточки.       Пока я озабоченно разминала негнущиеся пальцы и накручивала себя, студенты уже разобрали номера и разобрались с порядком выступления.       -Келвин,- дернула я его за рукав. Он промычал, что слушает.- Келвин, успокой меня.       Он посмотрел на меня так, словно впервые увидел, но все равно притянул к себе, обнял и положил свою голову мне на плечо.       -Не волнуйся. Я тоже волнуюсь. Хватит меня одного.       Среди этого всеобщего оживления и волнения, в море мантий и голов, мне с дурной температурой хотелось забиться в уголок и просидеть там до конца соревнований. Дыхание Келвина под ухом и его руки создавали хоть какую-то защиту.       Я подняла глаза на помост. Пока участники сходили вниз, Диккенс кого-то высматривал в толпе. Чуйка подсказала, что меня неотразимую. Я невысоко подняла руку. Этого оказалось достаточно, чтобы профессор тут же меня заметил в объятиях гриффиндорца, усмехнулся и кивнул.       -Старшая возрастная категория: от Гриффиндора участие принимают мисс Флеминг и мистер Бёрк!       -Топай,- шепнула я. Он улыбнулся и побежал через толпу. Студенты Гриффиндора взорвались аплодисментами.       -За Слизерин выступают мистер Гоннер и мисс Хэмптон!       Хэмптон поднялась убийственно спокойная, но, как я успела заметить, с нервно подергивающимися пальцами. Несколько секунд мне казалось, что Диккенс не назовет меня. Какой волной страха меня окатило- не передать. Но он заговорил, и пришлось на негнущихся ногах бежать наверх.       -И участница с Хаффлпаффа- мисс Донская!       Я обернулась на изумленный вопль. Габриэль стоял почти у стены и с неописуемым удивлением и восторгом смотрел на меня. Рядом с ним застыл Браун и еще пара ребят с седьмого курса. Но среагировали они быстро, и совсем малочисленной группой смогли переорать всех       -НИКОЛЬ! НИКОЛЬ! НИКОЛЬ!       Лучше б «Ника» орали. Не люблю свое полное имя. Как квас, честное слово.       По результатам жеребьевки первый бой вели Флеминг и Хэмптон, потом Флеминг и я, я и Хэмптон, а там… а там по обстоятельствам, потому я не запомнила. Спускаясь вниз, я успела заметить краем глаза, как один из наших желтых галстуков исчез за дверьми Большого Зала. Чутье подсказало, что скоро здесь станет тесно.       А пока соревнования открывала средняя возрастная группа, можно было потрепать себе нервы на скамеечке перед помостом. Нисколько не стесняясь толпящихся поодаль Гриффиндорцев, я приземлилась рядом с Келвином. Он накрыл мою ладонь своей.       -Постарайся не думать,- посоветовал он.       -Будь девушкой и сделай все наоборот,- вздохнула я, честно стараясь сосредоточиться на происходящем на помосте.