Сатана по случаю.

      Преодолев все трудности на пути, Сиэль с Себастьяном находились уже в назначенном месте — в ателье Нины. Она не была оповещена об их приходе, и потому, как только они вошли в помещение, насквозь промокшие, её помощницы позвали Нину, прервав её дела. Несмотря на это, она не жаловалась, только, как обычно, выразила своё недовольство по поводу Себастьяна, который, после слов Нины о её планах на счёт костюма Сиэля к балу, выразил ненужное ей мнение.       Всё прошло быстрее, чем Сиэль предполагал. Или ему просто показалось, что пробыли они там короткое время.       Во время того, как Себастьян почтительно помогал ему с надеванием на себя плаща и подавал цилиндр, граф вспомнил о Салюфер. Так как она тоже пойдёт на намеченное мероприятие, ей было необходимо платье, о котором она, по мнению Фантомхайва, даже не позаботится. — Так же нужно платье для одной особы, — перед тем, как уйти, Сиэль сообщил об этом портнихе.       Услышав это, она ещё больше оживилась и заинтересовалась этим. По большей степени, кому граф хочет заказать наряд. — Никак иначе, как леди Милдфорд? — несмотря на это, первым, на кого она подумала, это Элизабет. Ведь та является ему невестой. — Тогда не стоило называть её «особой», да ещё и в таком тоне. Ведь у стен тоже есть уши, — она наклонилась к уху графа. — Она ваша будущая супруга, и если отношения между вами будут нарушены, то ни о каких счастливых годах совместной жизни и речи быть не может.       Услышав её слова, он фыркнул. — Это платье будет не для Элизабет. Поэтому я имею право называть вещи своими именами и в нужном тоне, — он уже собирался уйти, но Нина его остановила. — Тогда кому же? — она встала перед ними, загородив проход собой, и заинтригованно глядела на Сиэля. — Не уж то нашли новую невесту, и хотите этой леди подарок сделать? — Нина быстро подошла к Сиэлю за его спину и положила свои руки ему на плечи. — Уже в таком возрасте становиться таким…       Не дав договорить портнихе, Сиэль скинул её руки с себя, повернулся к ней лицом, на котором была изображена гримаса недовольства и посмотрел в её глаза, в которых, казалось, бегали чёртики. — Не неси чушь, — он поправил свой головной убор. — Она не смогла приехать со мной из-за самочувствия, поэтому я отправлю её к тебе позже для снятия мерок.       Не имея желания выслушивать ещё тысячу вопросов со стороны Нины, он повернулся к выходу, который уже никто не загораживал. И пока путь был свободен, он хотел поскорее выйти. Бросив на последок прощание, он вышел вместе с Себастьяном, который перед тем, как покинуть помещение, учтиво поклонился, и придерживал дверь, пока его господин выходил. — Господин, по поводу леди Тенебрис… — Себастьян раскрыл зонтик, который дала им Нина, увидев, насколько промокла их одежда, попав под дождь. — Что? — Сиэль посмотрел на него. — Вам не кажется, что всё это действительно может вызвать какие-либо подозрения? — он раскрыл зонт и поднял его над головой графа, защищая от холодных капель дождя. — О чём ты? — Фантомхайв пошёл вперёд, по улице. Дворецкий стал следовать за ним, так же держа зонт над ним. — О том, что сказала леди Нина. То, что вы теперь большую часть времени проводите время с леди Салюфер, может вызвать ненужный шум в обществе и подпортить вашу репутацию, вы так не считаете? Даже леди Элизабет уже что-то подозревала. А то, что вы появитесь на балу вместе с ней может ещё больше усугубить ситуацию, ведь не исключено, а точнее так и будет, что там будут присутствовать множество гостей, любящие распускать слухи, — Себастьян рассуждал и шёл, смотря на спину Сиэля.       Граф резко остановился, Себастьян тоже, сдержав ту дистанцию, которая присутствовала на всём пути. — У меня ничего нет и быть с ней не может! Но… — он сказал это громко, но потом сбавил тон. — Но ты прав. Тогда что мне делать? — Может, стоит позвать в качестве спутницы леди Элизабет? Я думаю, она будет не против этому. К тому же это сможет предотвратить любые слухи. Таким образом вы сможете наладить со своей невестой отношения, а также смыть с себя любые подозрения, — Себастьян говорил мудрые, по мнению Сиэля, советы. Но и согласиться на все сто процентов с ним не мог. — Это было бы верным решением. Но так я могу подвергнуть опасности её жизнь. Алоис сказал, что там будет присутствовать подозреваемый. А если учитывать необъяснимое убийство кучера сегодня, то всё это становится ещё опаснее. А ставить на кон её безопасность я не могу, даже подрывая репутацию, — Сиэль подумал пару секунд и продолжил. — А чтобы предотвратить лишний шум, достаточно сказать Салюфер не ходить за мной по пятам. И отправить её в поместье Транси вместе с её слугой в отдельной карете. Это не будет сложным, ведь у неё есть своё приглашение, и это будет легче сделать, чем позвать Лиззи и весь вечер пытаться не допустить её вмешиванию в дело. К тому же она это уже пыталась сделать, поэтому вариант с отдалением от меня Салюфер будет наилучшим решением это проблемы. — А если таким образом она сбежит и не приедет на бал? Зная её дворецкого, он наоборот будет поддерживать её в этом, — Себастьян слегка заметно усмехнулся. — Мне всё равно. Это Алоис пригласил её. А поговорить с Транси я могу и без неё. Так что если она не явится на бал, то это будет уже проблемой самого Алоиса, — позже Сиэль стал говорить себе под нос. — Хотя мне кажется, что больше проблемой будет, если она как раз таки явится…       Себастьян на это ничего не ответил и лишь молча согласился с Сиэлем. Но в голове он всё ещё не прекращал об этом думать. — Ах, да. Господин, вы уверены, что есть смысл звать врача для леди Салюфер? — Себастьян, заговорив о ней, вспомнил и этот факт. — Сам понятия не имею… — долгие разговоры о Салюфер утомили Сиэля. Он не желал более продолжать вести диалог. Поэтому дальше они шли в тишине, только слушая, как капли дождя барабанят по окнам домов, как отбивают свой ритм.

***

      Салюфер сидела в малой гостиной, на маленьком диванчике в углу, наблюдая, как за окном бушует стихия. Помещение, которое она заняла, было не освещено, и из-за того, что густые, тёмные тучи заволокли собой небо, не давая и шанса свету пробиться сквозь них, в комнате было достаточно темно.       Один раз одиночество Салюфер прервала Мэйлин, заходившая в гостиную ради того, чтобы прибраться, но заметив на диване Салюфер, она жутко разнервничалась, загремела принадлежностями для уборки, уронив их, а потом беспрестанно извинялась, пока судорожно собирала их с пола, а после убежала, напоследок споткнувшись об угол ковра и снова чуть не обронив все вещи.       Салюфер сидела, прижав к себе колени и обхватив их руками. В голове было пусто. В этой тишине, сквозь которую можно было услышать удары капель о стёкла окон и грома вдалеке, ей в голову не лезла ни одна лишняя мысль, поэтому она полностью погрузилась в эту обстановку.       Вскоре в комнату тихонько постучался Колюбер. Он не услышал разрешения войти, но всё же открыл дверь. Сквозь эту щель пробрался свет свечи. Змей держал в руке канделябр, на котором три свечи из трёх горели.       Завидев в этой полутьме свою госпожу, он сделал пару шагов в её сторону. Она даже не шевельнулась. Не услышав с её стороны каких-либо возражений, он сел рядом, поставив подсвечник на стол, а свои ладони положив на колени. Он стал смотреть в ту же сторону, что и она, чтобы понять, что такого интересного она там нашла. Не увидев ничего интригующего, он посмотрел на свои руки. — Госпожа, я вам докучаю? — Колюбер неожиданно заговорил. — С чего ты взял, — не отрывая своего взгляда с пейзажа за окном, она ответила ему тихим голосом. — Ваше выражение лица, оно сбивает меня с толку. — змей сжал кулаки. Но через долю секунды разжал их. — А какое значение оно имеет? Я не хочу изображать эмоции, если я ничего не испытываю. Это будет слишком притворно выглядеть со стороны… И как оно вообще сбивает с толку? — она отвела взгляд чуть в сторону. — Оно выражает… — Колюбер начал свой ответ, но, не дав ему договорить, Тенебрис быстро его перебила. — Что оно может выражать? Что? Какие эмоции можно видеть на лице человека, у которого на уме и на сердце нет ничего? — Салюфер резко повернулась к нему лицом, спустив ноги на холодный пол. — Оно выражает безразличие. А это тоже можно назвать эмоциями, чувствами, отношением… Безразличие порой ранит сильнее, чем ненависть или злость, — Колюбер грустно улыбнулся.       Салюфер опустила голову вниз. Змей встал и пошёл к двери. — Мне жаль, что вы узнали об этом только сейчас. Но я рад, что вы не ненавидите меня, — Колюбер посмотрел на неё, слегка улыбнулся. А она смотрела на это сквозь свои волосы, упавшие на глаза.       Змей ушёл, оставив Салюфер вновь наедине с собой. Он оставил ей канделябр с горящими свечами. Она снова забралась с ногами на диван и пыталась вернуться к тому состоянию, когда в голове было пусто, и ничто не мешало. Но теперь в голове крутились слова Колюбера, как заевшая пластинка. Салюфер подошла к столу, на котором стоял подсвечник, взяла его в руки и одним дуновением задула пламя свечей.       Наконец открылись парадные двери. Приехали Сиэль, Себастьян и…