Сатана по случаю.

      Стуча пальцами по подоконнику в такт тиканию часов, Салюфер смотрела в окно. Казалось бы, что можно увидеть в ночной темноте? С другой стороны, если бы она ничего не видела, то не смотрела бы в окно. Чем она руководствовалась в этот момент, было понятно лишь ей самой.       Колюбер, который ушёл несколькими минутами ранее, не спешил возвращаться. Хотя, этому Салюфер вовсе и не уделила особого внимания, ведь ничего не предвещало беды. В ожидании появления Мэйлин Тенебрис думала о том, что ей предстоит в ближайшем будущем: от очередных диалогов с Сиэлем, в которых он единственный что-то говорит до потугов Фантомхайва продвинуться в этом расследовании, благодаря которому она обрела угол. В один момент она думала над тем, что бы было, если бы не то стечение обстоятельств, из-за которого ей пришлось встретиться с графом, несмотря на то, что она редко когда-либо думала о подобном.       Её размышления прервал робкий стук в дверь. По характеру стука Салюфер поняла, что это была Мэйлин, к тому же она её и ждала.       Получив разрешение, горничная зашла в комнату. Она встала у двери в ожидании указаний.       Спустя небольшое количество времени Мэйлин помогла Салюфер освободиться от тугого корсета и сменить бальное платье на уже привычные ей рубашку и штаны. В обычной ситуации она бы сама справилась и не согласилась бы на чью-либо помощь. Но на данный момент, по факту, лишённая рук, даже расстегнуть самостоятельно пуговицы даётся с трудом и некоторой болью.       Салюфер отпустила Мэйлин, после чего продолжила наслаждаться тишиной. Снова устремив свой взгляд на вид из окна, она продолжила созерцать этот едва различимый среди тьмы пейзаж.

***

      В саду, казалось, была готова начаться бойня между демоном, жнецами и змеем. — Давненько не виделись, — Рональд, не сумевший ранить Колюбера, поправил очки. — Если это часть вашего приветствия, то знайте — она не обязательна, — Колюбер, скептически оглядев напавших на них жнецов, явно был не в настроении мило беседовать. — Что заставило вас вновь прийти сюда? — на этот раз выразился Себастьян, который смог удачно отвести от своего лица лезвие бензопилы и отойти в сторону. — Разве может быть причины более уважительной, чем чувства, преградой которой долгое время является расстояние? — Грелль, снова начиная свои поэтические речи, начинал раздражать Себастьяна, который уже потерял надежду на адекватность со стороны красноволосого. — Ага, а ещё сверхурочная работа и перебирание нескончаемых стопок бумаг… — с нотками печали и усталости сказал Нокс, после этого сделав короткий выдох отчаяния.       Колюберу не нравилась эта затянувшаяся пустая беседа. После бала он явно был не в себе. Ни на драку, ни на подобные разговоры, лишённые смысла, он не был готов тратить своё время. — Он имеет в виду свалившуюся на нас работу, которая появилась, очевидно, из-за этих двоих… — снова сказал Грелль, указав на одного из «тех двоих» — Колюбера. — А главное, что эти сверхурочные отбирают у нас и так малые крупицы свободного времени!!! — Рональд, пребывая в кажется, окончательной печали от такого груза работы и отсутствия времени на свидания, хотел завыть. — Почему во всём всегда виноваты мы?! — Колюбер не выдержал. — Мне порядком надоели ваши жалобы на то, как вы устали, и что в этом виноваты мы! Вы жнецы, а работа, так или иначе связанная с такими как вы, естественно не обойдёт вас стороной! Мы не обязаны содействовать вам в чём-либо, и уж тем более отчитываться перед такими как вы!!!       Змей едва держал себя в руках. Ему хотелось начать драку ради скорейшего завершения этого «собрания». — Вы несомненно правы, — откуда-то сверху, а именно с крыши поместья, донёсся чей-то голос.       Человеком, а если быть точнее, жнецом, который был его обладателем, был Уильям. Спустившись, он оказался между двух своих подчинённых. — Что значит «правы»?! — на этот раз настала очередь Грелля возмущаться. — Он прав: никто никогда не отменял ваши обязанности как жнецов. И то, что вы без конца жалуетесь на что-то, показывает вас как полных безответственных бездарей.       На такое реакция Рональда и Грелля появилась незамедлительно в виде протяжных вскриков недоумения. — Но вы ошиблись с высказыванием, что не обязаны содействовать и отчитываться «таким как мы», — открыв небольшую записную книжку, Уильям, обратив на неё свой взгляд, продолжил, — Если не будет оказано требуемое содействие, а действия выйдут за все рамки дозволенного, вы в курсе, что за этим будут последствия, и они будут намного страшнее нашего надзора. — Мне плевать на последствия… — Колюбер сказал неожиданную для всех присутствующих вещь. — Если того будут требовать обстоятельства, а главное — госпожа, я избавлюсь от тех самых «рамок». — Ваша смелость и бесстрашие, конечно, впечатляют. Но разве вы готовы жертвовать безопасностью хозяйки? К тому же… — сдержав мимолётную интригу, Уильям стал говорить дальше, — Готовы ли вы столкнуться с прошлым и его последствиями вновь?..       Колюбер на секунду задумался. После небольшой паузы он, будучи полностью серьёзным, продолжил. — Я смогу уберечь её от опасности, чего бы мне это не стоило… Раз придётся рушить рамки дозволенного, значит это и есть условие, при котором моя госпожа будет в безопасности. А прошлое… — он нахмурился, а тон голоса немного изменился на угрожающий, — Оно не касается вас, и никак не должно беспокоить.       Наступила неловкая пауза, во время которой лишь Сатклифф и Нокс не могли сдержать своё удивление. Себастьян же лишь на мгновение показал свои эмоции от сказанного Колюбером. Т.Спирс сохранил невозмутимое лицо. — Что ж… Приму к сведению, — жнец с секатором захлопнул блокнот в своей руке и продолжил говорить, убирая его во внутренний карман пиджака. — Но помните: все слова имеют свои последствия…       Уже собираясь покинуть это место, жестом дав указание и двум другим жнецам, Уильям резко остановился. — Ах, да… Ещё кое-что. Не думаете, что и позже вам удастся избежать беседы на счёт случившегося в поместье Транси.       После этих слов жнецы ушли, как будто их и не было, оставив и демона и змея в некотором удивлении и замешательстве.       «Они… Были там?..» — подумал про себя Колюбер.

***

      После того, как Салюфер, немедля, убежала, прошло не так много времени. Но, несмотря на этот короткий срок, Колюбер успел раскрыть затею Клода Алоису, а также повредить Дьявольский меч, который, расколовшись, разлетелся на мелкие осколки. После удара катаной по мечу появились искры, от которых комнату начало охватывать пламя.       В глазах всех присутствующих появился немой вопрос, на который Колюбер ответил усмешкой. — Вы думали, что эта вещь поможет вам стать неуязвимыми? — у змея загорелись глаза. — Этот меч ничто иное, как обычная игрушка… — пройдясь по осколкам, которые когда-то были Дьявольским мечом, он подошёл к Клоду, — Как думаешь, — он нагнулся так, чтобы демон видел его лицо, — что я с тобой сделаю?       Ханна в это время продолжала закрывать собой Алоиса, который, как казалось, был в полном замешательстве. В это время три демона, лишённые рук, стали двигаться и предприняли попытку подняться. — Я не разрешал вам вставать, ничтожества, — взмахом руки, в которой он держал катану, Колюбер снова ранил Тимбера, Томпсона и Кантербери, на этот раз вспоров животы, и они снова свалились на пол. — Бесполезные твари…       Когда змей отвлёкся на тех троих, Клод решил действовать. Одним резким движением ноги он ударил ею Колюберу по голове, в область виска. Не успев увернуться или что-либо предпринять, он принял этот удар, и, чуть не выпустил своё оружие из рук, опешив, отошёл на пару шагов в сторону, держась за голову. По его лбу и из носа текла кровь.       Клод отступил назад, ближе к окну, желая выбраться наружу, дабы было больше пространства для боя. Но во время этого он не заметил наблюдающего за этим Себастьяна, который успел забраться через окно в комнату.       В это время пламя стремительно охватывало помещение. Ханна, целью которой оставалось защищать Алоиса ценой своей жизни, не позволяла Транси, который уже предпринимал пару попыток встать на ноги, подниматься. Она не позволяла это делать ради того, чтобы он ещё больше не надышался дымом, постепенно заполняющим комнату. — Куда-то собрался? — надменно улыбнувшись, Себастьян остановил Клода, желавшего сбежать через окно, которое он преградил собой. — Ха… — Колюбер, стоящий в стороне, опустил голову. Он посмотрел на свою ладонь, которая уже была в его крови. — Ха… Ха-ха-ха-ха!!! — его смех становился всё громче и громче. — Думаешь, это что-то изменит?! Ну что ж… Ты добился своего и ты это получишь!!!

***

      Колюбер, вернув над собой контроль, встал у полуразрушенной части поместья — той, в которой находилась та самая комната. Рядом с ним оказался Себастьян. Он также как и змей молча оглядел последствия случившегося.       Сделав небольшой вдох, Колюбер посмотрел на Себастьяна, который, в отличие от него, не участвовал в битве, а лишь наблюдал, и не выглядел так, словно распотрошил чью-то тушу…

***

      Колюбер с тревогой вспомнил, что он сделал в поместье. Тот факт, что об этом стало известно жнецам, ничуть не радовал его.       Себастьян, проводив взглядом отдаляющихся от места их встречи жнецов, вытащил карманные часы. Открыв их и взглянув на стрелки часов, он понял, что пора бы вновь приниматься за дела. Михаэлис посмотрел на Колюбера, уже успевшего отвернуться от него, и, ничего не сказав, ушел обратно в поместье.

***

      Почувствовав, наконец, усталость, Тенебрис, пару секунд назад увлечённая книгой, посмотрела на часы. Увидев, сколько времени прошло, она захлопнула книгу и, поднявшись с кресла, пошла к полке, с которой она взяла её.       Сейчас она снова находилась в библиотеке из-за избытка свободного времени. Когда она отпустила Мэйлин, то она просто стояла и смотрела в окно, и после того, как наблюдения за практически несменяющимся пейзажем надоели, ничего не оставалось, кроме как занять себя книгой.       С тяжелеющей от усталости головой она, вернув книгу на законное место, направилась к себе в комнату, дабы свалиться на кровать и заснуть.       «В последнее время я слишком быстро устаю. Раньше было не так…»       Потягиваясь, она вышла из библиотеки. Завернув за угол, она, прикрыв глаза, неожиданно для себя встретилась с Сиэлем. Если бы не невыносимое желание спать, она бы заметила звук его шагов, и их встреча не была бы для неё неожиданностью.       «Идёт из своего кабинета?..» — Твои руки… — граф, увидев Салюфер, первым делом обратил внимание на бинты. — Ах, это… Всё не так плохо, — она посмотрела на свои руки. Рукава рубашки были задраны до локтей, из-за этого её предплечья были открыты почти впервые за всё время.       Сиэль недоверчиво нахмурил брови.       «Судя по количеству бинтов и их расположению… Нет, осколки не могли оказаться так высоко — в запястьях… Так у неё и до этого были раны?.. На шее тоже бинты.       Выдержав небольшую паузу, граф, переведя взгляд снова на глаза Салюфер, как обычно ничего нового в её лице не увидел. — Ясно… — снова с долей некого подозрения оглядев Тенебрис с ног до головы, Сиэль собрался идти дальше. — Спокойной ночи, — напоследок произнёс Фантомхайв, прежде чем пойти дальше. — Спокойной ночи, — уже к уходящему вслед Сиэлю сказала Салюфер и продолжила идти своей дорогой.

***

      Уже наступила глубокая ночь. Даже слуги закончили свои дела и легли спать. Но граф, который лёг в постель намного раньше слуг, проснулся посреди ночи и уже на протяжении получаса не мог заснуть. В голову лезли мысли, не позволяющие ему уснуть просто так. Одной из них был вопрос о том, какое происхождение имеют раны, которые скрывали бинты на запястьях. В процессе рассуждений для себя он выделил пару причин: первая — следы от порезов, которые она, возможно, когда-то сама себе нанесла, и вторая — постарался Алоис. Первая догадка была для него сомнительной. Он помнил, как Салюфер быстро оправилась от смертельного для обычного человека ранения в тех катакомбах, и из этого вытекала мысль, что такого незначительного характера порезы могли зажить за доли секунд. Но были и другие противоречившие этим мыслям факты: порезы от стекла в поместье Алоиса ведь не зажили за то время, пока они ждали своих слуг, а значит, что регенерация бы скрыла эти порезы. К тому же для таких утверждений нужно точно быть уверенным, что Салюфер способна на такую глупость, как самоистязание. Конечно она была странной, но по виду она больше была похожа на презирающего всё своё окружение человека, чем на того, кто ненавидит в первую очередь себя.       В мыслях по поводу регенерации Сиэль и вовсе запутался. Раз то ранение, о происхождении которого, он, кстати, тоже практически ничего не знает, так быстро пропало, то почему порезы от обычных осколков не затянулись. По логике они могли затянуться на его глазах, когда он помогал ей вытаскивать самые большие куски стекла. Но они не зажили, и более того, руки Салюфер пришлось обрабатывать. Всё это натолкнуло его на новые догадки. Появились мысли, что, возможно, Тенебрис способна контролировать регенерацию и сейчас лишь для вида носит эти бинты. Также он вспомнил, что никогда до этого не видел руки Салюфер без перчаток, они всегда были скрыты, а значит, что-то, что всё до этого время скрывали перчатки, могли быть не просто шрамы или раны.       В конец запутавшись, он взял подушку и накрыл ею свою голову.       «Да когда же я наконец смогу уснуть?!»       Плотно зажмурив глаза, он постарался выбросить все мысли из головы и наконец-то уснуть. Внезапно его попытки избавиться от бессонницы прервал шорох за окном. Он был отчётлив и явно выражался на фоне шелеста листвы под дуновениями ветра.       Высунувшись из-под подушки, он прислушался к звукам. Просидев около минуты в позе навострившего свои ушки зверька, Сиэль ничего подозрительного так и не услышал. Он снова положил свою голову на подушку. Теперь его напрягали не мысли о таинственности Салюфер, а подозрения, что кто-то посторонний может находиться где-то рядом. Пытаясь успокоить себя, он подумал о том, что Себастьян точно не пропустит мимо себя кого-либо. Несмотря на то, что рисков было мало, он, закрыв глаза, на всякий случай нащупал рукой револьвер. В таком положении он, наконец-то, смог уснуть.

***

      Утро для Салюфер было не очень добрым. Её сон прервал грохот, по её предположению, донёсшийся из кухни, как это бывало уже несколько раз до этого. Как только она открыла глаза, ей казалось, что веки стали в сотни раз тяжелее. Усталость даже после сна не исчезла. Не желая подниматься с постели, она посмотрела на часы. Оставалось совсем немного до завтрака. Нехотя, она поднялась с постели. С тяжёлой головой она сразу же направилась в ванную комнату.       «Почему нельзя было дать мне комнату, которая была бы ближе к ванной?..»       Потягиваясь, она неспеша шла к назначенному себе месту. По пути её встретил Колюбер, чего Салюфер и ожидала. — Доброе утро, госпожа, — он, как обычно, улыбнулся. Присмотревшись к Тенебрис, он продолжил, — Вижу, вам плохо спалось? — Спалось хорошо. Но вот ощущения противоречивые…

***

      Сиэль, сидя за столом, посмотрел на пустующее место, где обычно всегда, когда посещает столовую, сидит Салюфер. Понимая, что она уже явно опаздывает, Себастьян подал завтрак своему господину, следуя расписанию.       Поедая свою порцию, Сиэль вспомнил о своих ночных размышлениях. Для себя он принял решение, что, как только выдастся свободное время, стоит расспросить Салюфер как минимум на счёт произошедшего с ней на балу, так как она — единственная, кто контактировала с Алоисом больше всех, к тому же, по его предположению, знала, что привело к тем землетрясениям и пожару в поместье.       Покончив с едой, он вышел из-за стола и направился в свой кабинет.       Внезапно он столкнулся по дороге с Салюфер. При чём в прямом смысле столкнулся. Она, находясь в полусонном состоянии, практически не видела дороги перед собой и доверилась инстинктам, продолжая идти вперёд, по памяти. Все неподвижные предметы в коридоре она проходила, ничуть не задевая их, так как шла ровно посередине коридора. Но когда перед ней возник живой объект в лице Сиэля, его она не заметила. Она даже не слышала его шагов. Всего лишь закрыв глаза на десять секунд, она внезапно почувствовала, как что-то тёплое ударилось об неё. Её тело, совершенно потеряв равновесие, поддалось законам физики и начало падать на то, а точнее на того, с кем столкнулась. Салюфер покосило в бок, из-за этого она, вовремя почувствовав, что падает, выставила руку вперёд. Таким образом Сиэль оказался прижат к стене.       Другой рукой проведя по своему лицу в попытке очухаться, Салюфер наконец-то удосужилась открыть глаза.       Первым, что она увидела, было багровеющее с каждой секундой лицо Сиэля. Вжавшись в стену, он пытался увеличить расстояние между его и её лицом, которого было катастрофически мало.       Наконец, сообразив, Тенебрис отошла от испуганного графа. Простояв пять секунд, смотря на Сиэля, который за это время не сдвинулся ни на миллиметр, Салюфер спокойно, как ни в чём не бывало, пошла дальше, куда изначально направлялась.       Взглядом Сиэль проводил Тенерис. Как только он потерял её из виду, он глубоко вдохнул грудью воздух и, оперевшись о колено, положил руку на тарабанящее в грудной клетке сердце. Сглотнув, он выпрямился, и, пошатываясь, всё-таки вспомнив, куда шёл, направился в ту сторону.

***

— Г-г-госпожа… Вы точно хорошо спали?..       Дрожащим голосом Колюбер, придерживая Салюфер за плечи, спасая от падения с лестницы, просил практически спящую на ходу госпожу. — Точно, — отвечая на автомате, Тенебрис положила руку на лоб.       «Но ощущения, будто я не спала целую вечность…» — Я в этом сомневаюсь… Может, вам стоит отдохнуть?.. — Если я высплюсь сейчас, то ночью точно не смогу уснуть… — Зато можете уснуть прямо сейчас, стоя на ногах! — Хорошо. Я посижу в одной из гостиных. Тогда на ходу не усну точно…       Она пошла туда, где находится гостиная, и снова с полузакрытыми глазами. — Почему нельзя просто пойти в свою комнату?! — До неё дольше идти. — Ах… Да.       Выдохнув, Колюбер стал сопровождать свою госпожу на её пути, чтобы та без его надзора не упала по дороге и не заснула прямо на полу.       Как только Салюфер оказалась у дивана, она тут же плюхнулась на него. Змей, взглянув на засыпающую госпожу, тихонько вышел из гостиной, чтобы не потревожить её. Он бы мог отнести её в её комнату, но он не хотел идти наперекор её планам, потому оставил в этой комнате. Это было лучше, чем если бы она, в попытках не уснуть, блуждала по поместью, где она могла бы врезаться в мебель, упасть на пол, врезаться в стену или вообще скатиться кувырком с лестницы, что могло произойти, если бы не Колюбер, вовремя возникший за её спиной.       На самом деле Салюфер спала не так хорошо, как говорила. Почти всю ночь она не могла сомкнуть глаз и смотрела в потолок, на стены или в окно. Напавшая на неё бессонница не пропадала до рассвета. Когда первые лучи солнца стали пробиваться сквозь полуоткрытые шторы, которые сама Салюфер и приоткрыла от скуки, только тогда она смогла погрузиться в царство Морфея.

***

      Когда Сиэль на ватных ногах дошёл до кабинета, рухнув в своё кресло, он, чтобы отвлечь себя, принялся разбирать документы. На удивление, за этим занятием он смог забыть про то, что произошло недавно. А когда он покончил с этим делом, то, взглянув на часы, понял, что выполнил этот пункт раньше, чем положено в расписании. Он вспомнил про свои планы на тот случай, если выдастся свободное время. Он встал из-за стола и пошёл к двери. Но тут в его памяти всплыл недавний инцидент. Сиэль так и не понял, что случилось тогда, но его смутил и выбил из колеи тот эксцесс.       Но, несмотря на всё это, собравшись с мыслями, Сиэль решился пойти искать Салюфер, чтобы обсудить с ней вопросы на счёт событий на балу.       Долго блуждать ему не пришлось. Когда он проходил по коридору, он заметил впереди себя Колюбера, выходящего из гостиной. Это бы не привлекло внимание Фантомхайва, если бы не то, как осторожно змей вышел из этой комнаты, предварительно заглянув в неё ещё раз напоследок.       Предварительно проследив за тем, чтобы Колюбер уж точно ушёл подальше, Сиэль прошёл к двери, из которой он вышел. Граф осторожно, хотя и не задумывал делать всё тихо, приоткрыл дверь. Заглянув в гостиную, он увидел Салюфер, которая уже дремала, сидя на диване, положив голову на тыльную сторону своей руки.       «Ну и что теперь делать?..»       Фантомхайв мог бы разбудить Салюфер, но не хотел. Его взгляд снова привлекли её руки, а точнее, на данный момент рука, которая небрежно расположилась на её животе.       «Может быть… Это мой шанс?»       В его голове промелькнула мысль, что это, возможно, тот момент, когда он сможет открыть завесу тайны и узнать, что скрывает Салюфер за этими бинтами.       Почти на цыпочках, стараясь издавать как можно меньше шума, Сиэль прошёл ближе к спящей Салюфер. Подобравшись к ней почти вплотную, он потянулся к её руке. Но внезапно, подняв свои глаза на её лицо, он увидел, что она проснулась и сейчас смотрела на него.       От неожиданности Сиэля словно окатили сначала горячей, а потом холодной водой, по спине пробежал табун мурашек. Он отошёл на пару шагов назад. — А?.. — уставшим взглядом она уставилась на нервничающего Сиэля, не совсем до конца понимая, что происходит. Она стала оглядываться по сторонам, прежде чем снова обратиться к графу…