Любовное письмо

На следующий день в школе Бэкхён ожидал, что Чанёль по своему обычаю подбежит к шкафчикам, чтобы «задушить» его в объятиях. Это вошло в привычку, и младший крайне удивился, что этого не произошло. Чанёль просто подошёл, даже как-то незаметно, и, не успел Бэк даже поприветствовать его, Пак сунул плюшевого медведя, открытку и коробку конфет в руки мальчишке. Бэкхён несколько секунд ошарашено смотрел на эти предметы, прежде чем снова поднять лицо на своего парня, который стоял хмурый, без привычной улыбки в «тридцать два». — Счастливого прошедшего дня рождения, — сказал старший, намеренно подчёркивая слова. Бэкхён поднял бровь. — Хм… спасибо. Откуда ты знаешь?.. — Кай. Когда он и Крис были на вечеринке в честь Юны, — жёстко ответил Чан. — Поскольку вчера был твой день рождения, я могу предположить, что вечеринка, на которую ты пригласил меня, была в честь этого? Бэк медленно кивнул. — Да. Чанёль продолжил смотреть на мальчишку. — Это просто охрененно… Бэкхён удивился ещё больше. Настал ещё один молчаливый промежуток времени. Парни смотрели друг на друга. Чанёль подбирал слова, а Бэкхён странно себя чувствовал после такого поздравления. — Если бы я знал, что это был твой день рождения, я бы ушёл с вечеринки. Бэк пожал плечами. — Всё нормально. Чанёль нахмурился, поджал губы. — Нормально? Ты продолжаешь твердить, что всё нормально, Бэк? — рыкнул Чан. — ты говоришь что всё нормально, но это не так! Это не нормально, что ты не сказал мне про твой праздник. Это ненормально, что ты сохранил в тайне какого рода это была вечеринка. ЭТО НЕ НОРМАЛЬНО! ЭТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ТАК, БЭКХЁН! Мальчишка нахмурился. — Ты так говоришь, будто я намеренно скрывал от тебя всё. Чанёль, когда на самом деле, ты просто не дал мне шанса сказать тебе… — …А вот это вещь! — злился старший. — У тебя была вся неделя для того, чтобы сказать мне. Вся чёртова неделя! Бэк стиснул челюсть. — Что? Я должен был настоять на том, чтобы ты бросил свою семью и был со мной в этот день? — ДА! Мать твою, да! — Чанёль! Если Крис и Кай должны были быть там, чтобы соблюсти правила приличия, Сехун не в счёт, он вообще странный очень. То я понимаю, что ты-то тем более должен был быть там, где твоя семья. Я не мог поступить так эгоистично с тобой и твоей семьёй и настаивать, чтобы ты не шёл туда. Пак собирался возразить, но знал, что Бэкхён прав. Он должен был быть там. Его семья возглавила это торжество, они были хозяевами. Все важные и близкие друзья родителей были на вечеринке. Чан даже получил нагоняй, когда вернулся домой за то, что ушёл с вечеринки без разрешения. Но кто бы ему разрешил? Прежде чем Пак успел ответить, Бэк просто покачал головой и с силой вложил в руки Чанёля всё, что тот ему подарил несколькими минутами раньше. Пак нахмурился:  — Какого чёрта ты делаешь? — Я не хочу этого! — Бэкхён захлопнул свой шкафчик. — Почему нет? — растерянно спросил старший. Бэкхён вздохнул, прежде чем мягко посмотреть на Пака. — Потому что ты злишься на меня сейчас, и я чувствую, что ты даришь мне всё это, чтобы досадить… — Бэк отвернулся, чтобы пойти в свой кабинет. — Надо идти, а то опоздаю…  — пробормотал мальчишка, оставляя Чана позади себя. Чанёль проклял себя всеми матерными словами, которые пришли к нему на ум в данный момент. Он ненавидел себя. Он потерял его. Чанёль думал, что сможет вести себя с утра так, будто ничего особенного не случилось. Как будто эта мысль, болезненная, неправильная, что он пропустил так по-дурацки день рождения Бэка, вовсе не терзала его до сих пор. Как будто такая же мысль по своим ощущениям, что Лэй поцеловал Бэкхёна, уже не мучила Пака. Всё было не так. Чанёль попробовал притвориться, что всё в порядке, но даже эти двадцать секунд с его истеричкой, и Пак уже взволнованный и раздражённый. Он ещё сильнее разозлился сам на себя, поняв, что со стороны всё так и выглядело, как сказал Бэк. Он вручил младшему все эти вещи, обвиняя того. Хотя ведь Бэкхён был прав изначально. Чанёль даже не дал ему шанса рассказать какая именно это вечеринка и что намечается. С точки зрения своих собственных приоритетов Чанёль знал, что должен был поставить своего парня выше собственных родителей и Юны. Чанёль не стал заморачиваться с этим глупым инцидентом с Лэем. Ведь Пак даже не был уверен в том, что видел. Глядя на предметы в руках, Чанёль чувствовал себя ужасно. Последнее, что он хотел — это думать, что он купил их для того, чтобы со злостью бросить их Бэку в лицо, что в конечном итоге и сделал Пак. Кряхтя, Чанёль повернулся к своему шкафчику и положил подарки внутрь. Он вручит их позже, потому что на данный момент он уже должен быть в классе. Когда прозвенел звонок на завтрак, до столовой Бэкхён решил прогуляться вместе с Сехуном. Но, как и ожидалось, Пак ждал мальчишку внизу лестничного пролета. Бэкхён всеми силами пытался не смотреть на своего парня, смотря себе под ноги. Но, проходя мимо, Чанёль схватил его за запястье. У Бэка действительно не было другого выбора, кроме как повернуться лицом к Чанёлю, что он и сделал. Он не сказал ни слова. Просто тихо смотрел на Пака. Какое-то время Чанёль так же смотрел на него, не произнося ни слова. Затем он вздохнул и отпустил запястье парня. Вытащив другую руку из-за спины, он преподнёс всё того же плюшевого медведя прямо к своему лицу и заговорил. — Пабо хочет сказать, что ему жаль, — Чанёль говорил, а перед лицом маячил всё тот же медведь. — Пабо не хотел злиться. Пабо был просто расстроен, что пропустил твой день рождения, и что даже не знал, когда у тебя он был. — Чанёль… — Пабо всё ещё любит Бён Бэкхёна, — Чан продолжал говорить, наклоняя медведя. — Пабо так же хочет, чтобы Бэк тоже любил его, — нагнувшись, Чанёль вытащил из-за пазухи коробку конфет. — Пабо говорит, что если Бэкхён возьмёт конфеты, то это будет хороший знак. Бэкхён посмотрел сначала на конфеты, потом снова на медведя. — Пабо — грёбанный идиот. Чанёль моргнул, а затем слегка улыбнулся. — Пабо знает. Это его имя. Бэкхён стоял, не двигаясь, не делая никаких попыток в течение нескольких томительных секунд. Но когда он протянул руку и взял конфеты из рук Чанёля, а потом и самого медведя, Пак почувствовал такое облегчение и радость, что это было написано у него на лице. — Я возьму это… — Так ты простишь меня? — спросил Чан. — Последний раз я поверил, — ответил Бэк, пытаясь сдержать ответную улыбку. — И вообще-то я разговаривал с Пабо. — Отлично, истеричка. Я и есть Пабо. — усмехнулся Пак и открыл объятия. Вместо того, чтобы принять эти объятия, Бэк пихнул Пака локтем в бок. — Пойдём, — сказал он, повернулся, направляясь в школьную столовую. Чанёль следовал позади, обнимая Бэка со спины. В течение следующих нескольких дней всё, казалось, приходило в норму. Чанёль откинул свои мысли неуверенности и сосредоточился на отношениях с Бэкхёном. Медведь Пабо занял своё место на комоде в комнате младшего, а конфеты медленно исчезали из коробки каждый вечер.

***

Это были предстоящие испытания на следующей неделе, Бэк и Чан занимались в библиотеке. Пак пытался помочь Бэкхёну подготовиться к предстоящим выпускным тестам, но в библиотеке встречалось слишком много знакомых Пака, и того всегда подмывало перекинуться с ними парой слов. Но, конечно, парой никогда не обходилось, на самом деле. В один из дней Бён всё же предложил:  — Мы должны найти другое место, чтобы учиться. Ты слишком отвлекаешься на многие посторонние вещи. Чанёль широко улыбнулся. — Тогда пойдём ко мне, — когда Пак увидел, как нерешителен его парень, он попытался того успокоить. — Мои родители не побеспокоят нас. Я позабочусь об этом. И я… удержусь. Обещаю. Бэкхён в конце концов уступил. — Ладно. Чанёль усмехнулся. — Отлично. Пошли к моей машине. Закатив глаза, Бэкхён сказал:  — Я знаю, где ты живешь и как туда попасть. — Я тоже знаю, что «ты знаешь». Но мы едем на моей машине, — парни направились к стоянке. Когда Бэк вышел из машины возле дома Пака, он чувствовал себя неоправданно нервным. Парень даже догадывался почему. В предыдущие разы Бэкхён и Чанёль всегда были наедине, не считая слуг. Теперь же там были родители Пака. Чанёль засунул руки в карманы и кивнул головой, чтобы Бэк следовал за ним. — Давай, БЭК. Никто тебя не укусит. По крайней мере не сейчас. Бэкхён искал утешение в его словах, он подошёл к Паку и почти вплотную прилип к нему. Он знал, что нервничает, но должен был держать лицо. Открыв дверь, Чанёль пропустил вперёд своего парня. Всё было тихо и спокойно. Они разулись, пошли к лестнице. Всё было хорошо, пока они не поднялись на второй этаж. Когда они добрались до этажа, столкнулись с Юной, которая расставляла цветы на столике возле стены. Чанёль заметил девушку первым, так как шёл впереди, и невольно затормозил. Бэк почти споткнулся о спину Пака, выглянул из-за своего парня, чтобы посмотреть, что остановило того. — Ты пришел, Чанёль! — мило сказала девушка. Потом её глаза переместились на парня, выглядывающего из-за спины Ёля. — О-о, друг Чанёля. Я знаю, мы уже встречались раньше, но я не знаю твоего имени. — Эм… — Бэкхён разволновался, когда понял, что обращаются именно к нему. Он хотел было двинуться вперёд, к девушке, чтобы пожать её руку, но Чанёль только сильнее сжал ладонь мальчишки в своей, не позволяя тому отойти от него. — Я Бэкхён, — сказал он. Девушка улыбнулась. — А меня зовут Юна. Ты помогаешь Чанёлю в подготовке? Бэк кивнул. — Да. — Ну, вот и хорошо, — ответила Юна. — Это хорошо, что у него есть такой друг, как ты, чтобы помочь, — своим пальчиком с идеальным маникюром она поправила выбившийся цветок из общей композиции. Слово «друг» эхом отдавало в голове Бэка, провоцировало мысль, что Юна не знала о его отношениях с Чанёлем. Бэк не знал, что чувствовал. Это нормально? Ему полегчало? Парень не знал. Останавливаясь на внутреннем слове «удовлетворён», Бэкхён относительно успокоился. Чанёль шагнул вперед, положил руку на плечо Бэка. — Иди в комнату. Я буду там через секунду. — Ладно, — сжимая лямки своего рюкзачка, Бэк завернул за угол. Изначально он собирался сделать, как попросил его Пак, но Юна даже не удосужилась подождать, когда Бэкхён будет вне досягаемости, прежде чем заговорить. В конце концов Бэк решил остановиться за углом. — Так значит, ты действительно встречаешься с парнем? — проговорила девушка. Чанёль пожал плечами. — Да. Его зовут Бэкхён. Он отличник. Он ненавидит, когда я трогаю его за шею. Ему нравится соглашаться со всем, что я говорю. Он спорит со мной, а ещё скрывает порой что-нибудь. Это неприятно, но это не меняет того факта, что он интересует меня. Юна молча продолжала расставлять цветы. — Говоришь так, будто тебе и впрямь с ним интересно. Видимо, вы весело проводите время. — Да. Никто не ожидал дальнейшего диалога, поэтому и Чанёль, и Бэкхён который стал почти невольно в это ситуации подслушивать, немного опешили от слов девушки. — Чанёль, это я сделала с тобой?! Чанёль нахмурился. — Что сделала? — То, что ты поменял ориентацию. Встал на неправильный путь. Услышав этот ответ, Бэк почувствовал что-то странное в груди. Как бы мягко ни говорила девушка, но она явно не одобряла такой поступок Пака, не одобряла его выбор, и слова звучали так холодно, будто она презирала все эти новые отношения. Чанёль же не стал как-то бурно реагировать. Он просто ответил:  — Нет. Это не ты. Юна сделала шаг ближе к Чанёлю. — Тогда я не понимаю… Чанёль вздохнул. — Я должен идти… Махнув рукой, Юна покачала головой. — Нет, послушай! Когда мы были вместе, ты говорил о женитьбе, помнишь? Ты обещал, что купишь нам дом с большим газоном и красивыми деревьями. Для нашей будущей семьи. Оживлённо кивая головой, Чанёль ответил:  — Верно, верно. — И знаешь, что ты ещё говорил? Может быть, ты не помнишь, но я помню. Ты говорил о детях, Чанёль. О своих собственных детях. Твоя плоть и кровь. Я знаю, что когда ты это говорил, был ещё совсем молод, но, думаю, вряд ли твои ценности в этом поменялись. Чанёль остро недоверчиво посмотрел на девушку. — Почему ты поднимаешь эту тему? — Потому что это будущее, которое ты хотел! Жену, дом и детей! — настойчиво ответила Юна. — Я знаю, что сейчас ты хочешь того же. Хотя вопрос всё равно остаётся. Что у тебя будет в будущем с ним? На самом деле этого было достаточно для ушей Бэка. Слишком много, чтобы начать нервничать, переживать, чувствовать себя ужасно, и размышлений на эту тему хватит ещё как минимум недели на две. Парень просто закрыл свои уши и торопливо направился в комнату Чанёля.