Other Me.

– Гермиона!!! – на встречу к ней по лесной опушке с радостными криками мчались двое парней. Еще до того, как девушка успела осмыслить ситуацию и как-то отреагировать на этот окрик, она оказалась в крепких объятиях зеленоглазого брюнета, который словно пушинку оторвал ее от земли и закружил. – Гарри! – вымолвила шатенка. Получилось больше испуганно, чем радостно. Она звонко рассмеялась, чтобы скрыть подобное недоразумение, но смех вышел натянутым, неестественным. И все же парень несколько умерил свой пыл и поставил ее на землю, но по-прежнему крепко обнимал свою подругу. Эти теплые дружеские объятия заставляли волшебницу чувствовать себя очень неловко. Девушка подумала, что выглядят они сейчас двусмысленно. Словно молодые люди были не друзьями детства, которые прошли вместе огонь и воду, а возлюбленными, которые встретились после долгой разлуки. Сразу вспомнился четвертый курс, когда Гермиона, поддавшись эмоциям, обняла друга и попала на первые полосы газет. В лесной глуши вездесущих репортеров, конечно же, не было. Их никто не увидит и не поймёт превратно, но чем дольше Гарри обнимал ее, тем сильнее становилось смущение, тем большее волнение охватывало молодую ведьму. Свою неловкость шатенка тщательно скрывала за лучезарной улыбкой, которая, как ни старалась девушка, так и не затронула карих глаз. Сам же «надежда всего магического мира», казалось, не замечал ни ее смущения и неловкости, ни странного поведения школьной подруги. Парень слишком был рад видеть Гермиону, чтобы отбросить прочь свои эмоции и рационально смотреть на вещи. – Эй! – раздался вдруг недовольный голос другого парня, о присутствии которого девушка уже успела позабыть, – я вам не мешаю? – похоже, ни одна она истолковала эту немую сцену превратно. Волшебники слишком резко отпрянули друг от друга, усилив тем самым неловкость ситуации. Теперь смущение настигло и Поттера, не зная, куда пристроить свои руки, брюнет спрятал их за спину. Ведьма рефлекторно принялась поправлять волосы, с опозданием отметив, что прическа больше напоминает воронье гнездо перетянутое резинкой, и сейчас ее простое действие выглядит крайне нелепо. Повисшее в воздухе напряжение сложно было игнорировать. А выглядело все так, будто ревнивый муж застал своего друга и неверную жену на месте преступления. Рыжеволосый парень своей непосредственностью невольно делал ситуацию еще более комичной. Девушка не смогла сдержать улыбку, осознав всю нелепость происходящего сейчас на лесной опушке. Вдруг, словно из густого тумана, в памяти возникли, украденные у сестры-близнеца, воспоминания: – Ах, да, это же вроде как мой парень, – тут же вся веселость вмиг улетучилась, и Марианна с трудом сдержала горестный стон, уже готовый сорваться с ее губ. Ведьма снова взглянула на приятеля Поттера. Словно невзначай окинула высокую фигуру парня мимолётным, но цепким взглядом, уже по-новому оценивая. Для чистокровной волшебницы, которая выросла среди высшей магической знати, волшебники вроде семейства Уизли были пустым местом. Неудивительно, что о Роне она впервые услышала, когда вместе с отцом тщательно продумывала свою предстоящую миссию. Из воспоминаний Гермионы ведьма знала, что лучший друг Гарри Поттера рыжеволосый парень, не блещущий умом и привлекательной внешностью. «Нищеброд и беспросветный тупица, который якшается с грязнокровками и прочим магическим сбродом», как охарактеризовал гриффиндорца ее зять. Однако личная встреча превзошла все ее ожидания. Возлюбленный Гермионы был высоким, тощим, нескладным, выглядел ужасно неряшливо и неприятно. Первым, за что цеплялся взгляд, были рыжие взлохмаченные волосы, затем она отметила дешевую изрядно поношенную одежду, особенно молодой аристократке не пришелся по вкусу старый сильно растянутый свитер. Про себя мисс Леруа надменно заметила, что, очевидно, отсутствие денег виртуозно дополняло полное отсутствие вкуса. Конечно, лесная чаща не званый ужин, но ничто не могло оправдать отвратительный внешний вид этого волшебника. Ведь сама девушка трижды перебрала магловский гардероб своей сестрицы, прежде чем нашла достойный ее наряд, да и знаменитый брюнет, стоящий в нескольких шагах от нее, смотрелся на фоне своего друга весьма привлекательно в обычных магловских джинсах и толстовке. Стоило признать, что отсутствие чувства стиля для молодой ведьмы было одним из смертных грехов. Ко всему прочему, Марианна, почитавшая классические каноны красоты, сочла Уизли некрасивым. Россыпь веснушек на бледном лице и длинный нос казались юной аристократке жутким уродством. – Если он на самом деле тебе нравится, какой же отвратительный у тебя вкус, – с чувством глубокого омерзения подумала ведьма. Шатенка внутренне содрогнулась лишь от одной мысли, что ей нужно будет изображать сильную привязанность к этому недоумку, смотреть на него влюблённым взглядом, прикасаться к нему, обнимать, возможно, даже придется целоваться с ним. Ее замутило: – Конечно же, придется, ведь грязнокровки безмерно распущены и не сдержаны. Хорошо, что хоть в постель к нему запрыгнуть не успела. Будь ты проклята, никчёмная копия идеальной меня! – в эту самую секунду она люто ненавидела свою нежданно обретённую сестру. Тем временем пауза становилась непозволительно долгой там, где ее вообще не должно было быть. Грязнокровка, не колебаясь бы ни секунды, с радостными воплями бросилась на шею этого рыжего недоразумения, своего кавалера. Марианна же, не смотря на свое двуличие и врожденный талант носить маски чужого обличия как свое собственное лицо, не могла себя превозмочь. Она понимала, что чем дольше будет медлить, тем больше вероятность, что гриффиндорцы заподозрят неладное. Этого нельзя было допустить. Непревзойденная мисс Леруа не могла так бездарно провалить свой блестящий план. Ради Темного Лорда. Да, именно, не стоит забывать, что стоит на кону – ради благосклонности и внимания этого мужчины, она и водяного чёрта поцелует, если потребуется. С этой мысль лже-Гермиона решительно шагнула вперед. И тут высшие силы сжалились над ней, девушка нашла вожделенную лазейку для отступления. Лицо рыжеволосого побагровело от злости, он сжал руки в кулаки. Марианна сыграет на эмоциональности и недалёкости Рона прекрасную партию. – Рональд Уизли! – грозно выкрикнула ведьма, направляясь к парню. – Немедленно прекрати вести себя как последний кретин! – ее карие глаза метали молнии. Злилась волшебница, конечно же, не на него, но Рону об этом знать было ни к чему. Она остановилась в нескольких шагах от якобы своего парня и подбоченилась. – Я с ума сходила от беспокойства! После нападения Пожирателей вы двое просто пропали. Мало того, что бросили меня одну, так еще не удосужились сообщить мне лично о своих планах или извиниться. Мы не виделись несколько месяцев, один Мерлин знает, каких усилий стоило организовать эту встречу, не подвергая всех нас смертельной опасности. А ты вместо того, чтобы порадоваться, закатываешь сцены ревности!!! Уизли после ее гневной тирады сразу сник, виновато опустил голову, не решаясь взглянуть на шатенку. Он лишь пробурчал какие-то невнятные извинения. У Марианны от сердца отлегло. Хвала Великой Моргане, похоже, что страстная сцена встречи двух любящих сердец откладывается. А после она обязательно что-нибудь придумает. – Прости нас, Гермиона, – ведьма перевела свой гневный взгляд на Гарри, который примирительно улыбнулся и также виновато потупил взгляд. – Ты вправе злиться на нас, но мы в первую очередь думали о тебе, о твоей безопасности. Поиск крестражей слишком опасное занятие. Мы не хотели рисковать твоей жизнью. – Что т...? – за секунду до катастрофы девушка успела прикусить язык. – Что ты несёшь, Гарри? Кто дал вам право решать за меня?! Какая глупость! Вместо того чтобы объединить все наши силы и умения, увеличивая шансы на победу, ты решил, что будет лучше разделиться. Поттер посмотрел прямо ей в глаза. Лже-Гермиона смело встретила его взгляд и виртуозно продолжила играть свою роль, заговорив с прежней горячностью: – Сейчас для гр… маглорожденных волшебников нет безопасных мест, – шатенка улыбнулась, стараясь вложить в улыбку всю печаль, на которую только была способна, что было трудной задачей, ведь в душе чистокровная ведьма была рада такому положению вещей. – Смертельная опасность подстерегает меня за каждым углом. Не думаешь ли ты, что погибнуть, сражаясь, будет намного для меня предпочтительней, чем умереть ни за что, трусливо прячась от врагов? Ее монолог вышел более чем убедительным. Брюнет, казалось, почувствовал себя виноватым перед подругой и отвел взгляд в сторону: – Прости, я, действительно, не подумал. Затем парни дружно извинились за свое нехорошее поведение, признали свою недальновидность, в очередной раз воспели интеллектуальные способности своей верной подруги. Затем все трое примирительно обнялись, от души рассмеялись и принялись разбивать лагерь для ночлега. Стоило им закончить все приготовления и устроиться у небольшого костра, на ведьму обрушился шквал всевозможных вопросов, которые приходилось отбивать также как и летящие во время дуэли заклинания, пропустишь хотя бы одно незначительное и проиграешь. Марианна от гриффиндорцев не отставала, засыпая друзей сестрицы не меньшим количеством вопросов. Из всей той чепухи, что ей довелось услышать, особенно ценной оказалась информация о медальоне Салазара Слизерина, который является тем самым крестражем Темного Лорда, на поиски которых отправились школьники, рискуя своими жизнями. Ведьма внимала каждому слову. Если это касалось Темного Лорда, значит было очень важным. Мисс Леруа слушала, затаив дыхание, боялась что-то упустить из вида и подвести ЕГО. В конце этого эпического повествования, изрядно сдобренного бахвальством, рыжий оборванец с величайшей гордостью сообщил ей: – И теперь медальон у нас, – наверное, пытался впечатлить свою подружку. – Вау, ребята вы такие молодцы, – с, успевшей набить оскомину за долгий вечер, улыбкой похвалила их подмена. Шатенка с восхищением посмотрела на Рона, ведь игра должна быть достоверной. – И что же мы будем делать дальше? – Нужно его уничтожить, – пожал плечами мальчик-который-выжил. – Это я поняла, – с раздражением посмотрела на него волшебница. – Но как? – Пока не знаем, – со вздохом сожаления ответил Гарри. – Ты же у нас умнейшая ведьма столетия, для тебя придумать, будет проще домашнего задания по зельям, – отозвался Уизли. Он ей льстил или искренне верил в то, что говорил? Марианна не горела желанием разбираться в намереньях этого болвана. Она бросит его от имени ненаглядной сестрёнки, напоследок хорошенько унизив. Одним ударом убьет двух зайцев: избавиться от неугодного поклонника и Гермионе напакостит. Ведьма счастливо улыбнулась своей подлой придумке. Сестру она не любила, и вряд ли полюбила бы даже в том случае, если бы Гермиона никуда не пропадала, и девушки росли вместе. Во всем магическом мире не было ведьмы более эгоцентричной, тщеславной и самовлюбленной чем Марианна Леруа. Привыкшая с малых лет купаться в лучах всеобщего внимания и обожания чистокровная аристократка была совсем не рада внезапному появлению своей точной копии, которая в некоторых аспектах без особого труда превосходила ее. Марианна привыкла, что с нее сдували пылинки, преподносили все, чего бы она ни пожелала, на блюдечке с золотой каемочкой только потому, что она была. С появлением ее копии девушка перестала быть самой-самой. Теперь ей приходилось делить все то, что она считала всецело и по праву своей личной собственностью в лучшем случае напополам. Но случалось и так, что Гермиона, сама того не желая, отодвигала принцессу Марианну на вторые роли. Истинную мисс Леруа приводило в бешенство, что та выглядит полной дурой на фоне самозванки; вызывало негодование, что все царственное внимание любимого папочки теперь достается той другой, недостойной. Ведьма белела от злости и плевалась желчью всякий раз, когда платье на сестре смотрелось лучше, макияж и прическа были элегантней, изгибы фигуры были куда более плавными и привлекательными для мужских глаз. Всякий раз она негодовала, она злилась, она ревновала. В ее душе зарождались ранее неведомые принцессе чувства зависти, неуверенности в себе и страха. Волшебница не просто не хотела быть второй, она испытывала чувство настоящего ужаса от одной лишь мысли, что кто-то может сбросить ее со столь вожделенного пьедестала. Мириться с подобным безобразием она, конечно же, не собиралась. При каждом удобном случае завистливая девчонка из мести устраивала Мионе неприятности разного калибра. – Да, наверное, – произнесла лже-Гермиона, при этом задумчиво глядя в темноту леса, – но давайте вернёмся к этой теме завтра. Я очень устала и хочу спать, – она зевнула для пущей убедительности. Устраиваясь на ночь в палатке, Марианне предстояло столкнуться с еще одной щекотливой ситуацией. Возможно, для какой-нибудь грязнокровки подобное поведение было обычным делом, но для чистокровной ведьмы, получившей консервативное воспитание, делить комнату с двумя парнями, пусть даже куда более приятными ей, чем эти двое, было вопиющим бесстыдством. Из всех возможных вариантов ведьма выбрала максимально отдалённое спальное место. Конечно же, она соврала, спать ей совершенно не хотелось. Поэтому девушка лишь прикрыла глаза, чтобы избежать ненужных вопросов. Время от времени коварная обманщица бросала любопытные взгляды из-под опущенных ресниц на парней, которые еще какое-то время о чём-то шептались при слабом свете двух свечей, боясь потревожить сон своей подруги. Эти двое говорили слишком тихо, чтобы Марианна могла их расслышать. Девушке оставалось лишь рассматривать лучших друзей своей нерадивой сестры. Раз за разом бросая взгляды на рыжеволосого, ведьма никак не могла придумать оправдание для столь странной симпатии. Безусловно, о вкусах не спорят, но в случае оборванца Уизли был явный перебор. Невозможно было отрицать, что у безродной грязнокровки в магическом мире выбор был небольшой. Украденные воспоминания давали неплохое представление, как к всезнайке Грейнджер относились достойные волшебники. Ее будущий муж особенно старался указать грязнокровке на ее место. И все же и она могла выбирать. Почему же во имя Мерлина, Гермиона не выбрала Виктора Крама или Гарри Поттера? Первый пусть и не относился к рядам высшей магической знати, не имел своего замка и огромного состояния, но все же был чистокровным и имел хоть какой-то вес в их мире. Именитый спортсмен мог составить отличную партию для грязнокровки. Что касается мальчика-который-выжил, тут слова были излишними. Имя Гарри Поттера в магическом мире слышала даже каждая мантикора, что уж говорить о волшебниках. Многие придерживались мнения, что мальчишка слыл знаменитостью незаслуженно, и Марианна была в их числе, но факт оставался фактом. К тому же… волшебница посмотрела на него, словно еще раз хотела убедиться в своих умозаключениях. Он был симпатичным, а на фоне своего дружка и вовсе смотрелся красавчиком. Если его облачить во что-то достойнее магловского тряпья, ему не стыдно было подарить несколько танцев на балу, а быть может иметь его своим поклонником. Так какого же дракла эта ненормальная была не с легендой магического мира, а с его жалким прихвостнем? На короткий миг девушка даже ощутила легкое сочувствие к своей близняшке. Она всерьёз усомнилась в блистательных умственных способностях Гермионы. Ведь если выбор жениха был осознанным, то гриффиндорка беспросветная дура, либо же она обладала наивностью пятилетнего ребенка, который не имеет ни малейшего представления о том, как устроен взрослый мир. Марианна мысленно улыбнулась своим умозаключениям, но вот следующая мысль, заглянувшая в голову шатенки, заставила нахмуриться. А что если ее копия пыталась заполучить кого получше и попросту не смогла? Неужели Поттер отверг ее сестрицу? От этой догадки в груди молодой аристократки кольнуло очень неприятное ощущение, чем-то похожее на досаду. Пусть она и не испытывала теплых чувств к своей сестре и разбитое сердце Гермионы несомненно порадовало бы ее, но та была ее точной копией. У блистательной Марианны Леруа не могло быть непривлекательного отражения. Поэтому если избранный счел, что его гриффиндорская подружка недостаточно хороша для него, это было для мисс Леруа сродни личному оскорблению. Темноволосая ведьма усмирила внезапно обрушившуюся на нее лавину эмоций за секунду до того, как вскочить со своего походного ложа и разъярённой фурией накинуться на мальчика-который-мог-вскоре-умереть. Собственная реакция на, казалось бы, глупое умозаключение по-настоящему испугала волшебницу. Какое ей было дело, что там думает этот никчемный полукровка? Разве нуждалась она, наследница рода Леруа, самая завидная невеста магической Англии и всего континента, в одобрении со стороны этого темноволосого мальчишки? Как будто это она была в него влюблена, а он разбил ей сердце, предпочёл другую. – Вот еще, – фыркнула про себя Марианна. – В мире есть лишь один мужчина достойный моего внимания и любовных переживаний, и это уж точно не Гарри Поттер. От греха подальше шатенка отвернулась к стене. Прикрыв глаза, молодая ведьма устремилась своими мыслями в недалёкое прошлое. Туда где ее ждал ОН, великий и непревзойденный Темный Лорд… Мисс Леруа пребыла в Малфой-мэнор, когда начало смеркаться. В последних лучах заходящего солнца девушка быстрым шагом преодолевала тисовую аллею поместья. Она спешила, возможно, ее уже ждали. Полы ее черного плаща-накидки развевались от быстрой ходьбы. Вечер был тёплым и безветренным, но молодая ведьма плотно завернулась в плащ, широкий капюшон почти полностью скрывал ее лицо. Никто не должен был увидеть ее здесь, этим августовским вечером в доме своих будущих родственников Марианна была инкогнито. Собрание могло уже закончиться, поэтому девушка все время озиралась по сторонам. Ее отец сегодня был здесь. Маркус Леруа убил бы дочь на месте, узнав, о ее намереньях встретиться с Волан-де-Мортом наедине. Маг был излишне консервативен в вопросах воспитания и считал такое поведение для молодой незамужней девушки позором. У парадного входа ее ждал домовик, который тайно провёл прибывшую гостью на второй этаж. Девушка вышла на балкон, где ее провожатый оставил ведьмочку одну. Шатенка сняла свой плащ, позволив себе перевести дух. Прийти сюда было лишь малой частью сегодняшней авантюры. Марианна подошла к краю балкона и положила ладони на перила. Перед взором молодой ведьмы предстал немного мрачный парк. В ее голове роился миллион разных мыслей, сердце учащенно билось, а пальцы подрагивали от волнения. Очень скоро она увидит ЕГО. Марианна одинаково сильно желала этой встречи и боялась. Девушка, пытаясь побороть излишнюю нервозность, поправила прическу. Волшебница тщательно готовилась к этой волнительной встрече. Марианна выбрала довольно простое тёмно-серое платье с рукавом в 3/4. Она предпочла обойтись минимумом украшений: лишь миниатюрные серьги капельки и медальоном с фамильным гербом. Девичью талию обтягивал чёрный корсет, превращая фигуру в идеальные песочные часы. Каштановые волосы, которые пришлось слегка укоротить, чтобы больше походить на гриффиндорку Грейнджер, были собраны в замысловатый небрежный пучок. Она вздрогнула, когда дверь с тихим скрипом отворилась. Ведьма обернулась, ОН был здесь. Марианна всегда представляла его красивым темноволосым парнем, каким видела на колдографиях. После своего возрождения Темный Лорд выглядел иначе, пугающе иначе: бледная как мел кожа, ноздри как у змеи, глаза с красными всполохами. Однако в юной ведьме этот волшебник по-прежнему вызывал восхищение и благоговейный трепет. Она словно не замечала этих жутких перемен во внешности Тома Реддла. Многие бы сравнили странную влюбленность мисс Леруа с фанатичной любовь Беллатрисы. Те, кто лучше знал Марианну, нашли бы в увлечении молодой аристократки куда больше наивности, той юношеской влюблённости, что склонна идеализировать, не замечая недостатков, а еще собственного тщеславия, и немного холодной расчетливости. – Прекрасная Марианна, – в голосе мага слышались шипящие нотки. Он окинул ее беглым оценивающим взглядом с ног до головы. – Мой Лорд, – застигнутая врасплох его появлением, девушка вышла из оцепенения и присела в реверансе, устремив свой взор в пол. – Признаюсь, вам удалось заинтриговать меня своей просьбой о личной встрече, прелестная леди, – Волан-де-Морт незаметно пересек разделявшее их расстояние, ведьма вдруг осознала, что видит его ботинки. – Почему же вы не смотрите на меня, мисс Леруа? – с каким-то притворным сожалением осведомился он. – Я не смею смотреть на вас, мой Лорд, – сбивчиво прошептала ведьма. Маг хохотнул, явно польщенный ее раболепием: – Вам хватило смелости написать мне письмо, но вы боитесь посмотреть на меня? – маг взял девушку за подбородок, заставив посмотреть в свои красные глаза. – Ну же, прекрасная Марианна, о чем вы хотели попросить? – раздался над ухом шипящий шёпот. Лицо ведьмы залила краска стыдливого румянца: – Я… – она облизала пересохшие губы, вдруг осознав, что говорит чистую правду, – я хотела подготовить подарок моей сестре Гермионе на свадьбу, но мне стыдно говорить об этом, мой Лорд. Я боюсь, что вы сочтёте меня распутной. Шатенка ощущала, что он читает ее, но закрывать свое сознание не стала – так было проще. Сегодня Волан-де-Морт решил проявить галантность, увидев лишь сущую безделицу, о которой пришла просить девушка. Змееподобное лицо темного мага расплылось в широкой улыбке: – Ну, что вы, как я могу осуждать ваше невинное желание угодить подарком своей дорогой сестре? По чистой случайности у меня есть то, что придется по вкусу всем нам. Не могу отказать, когда просите вы, прелестная Марианна. Но что я получу взамен? – его неестественно длинные пальцы скользнули по ее подбородку и погладили нижнюю губу, словно намекая на награду. – Мою благодарность, – с полувопросительной интонацией произнесла смущенная Марианна. – Надеюсь, что так, – прошипел Темный Лорд, наклоняясь к ее лицу. В следующее мгновение он коснулся ее губ своими. Выныривая из таких прекрасных воспоминаний, ведьма заметила, что в палатке царит тишина. Значит, эти двое закончили обсуждения и улеглись спать. Да и сама она уже находилась в полудрёме. Прежде, чем Марианна провалилась в сон, на задворках сознания мелькнула мысль: – Что такое крестраж? – но с этим она разберется завтра. От автора: Хочу извиниться за долгое ожидание главы. Остановилась на развилке сюжета и не могла сдвинуться с мертвой точки:) Вот решила написать что-нибудь о Марианне. Пока фантазия не завела меня в дебри повествования, хотелось бы услышать мнение читателей. Стоит ли развивать параллельно сюжетную линию с сестрой Гермионы и ее взаимоотношениями с Гарри и Темным Лордом? Или же сосредоточиться на Гермионе и ее месте в новом мире?