Последний день заклятия

Ночь после дня заклятия. Без какой-либо видимой причины Мелани было очень сложно дышать. Вообще-то, обычно она хорошо ориентировалась в постоянно меняющейся ситуации. Быстро подмечала детали, легко выстраивала в голове общую картину происходящего. Можно ли положиться на это в данный момент? Конечно, причин для уверенности не было. Во-первых, приходилось работать с материями, в которых Эйрон легко мог дать ей фору. Во-вторых, ей все еще не хватало информации. Вся ее теория — лишь пара несостыковок и догадок. И чувства. Но все-таки Мелани знала, что она права. И что она не успела сделать и трех шагов прочь от его дома, и что он сейчас ее услышит. — Я знаю, чего ты добиваешься, — сказала она, обернувшись. Он смотрел на нее из глубины комнаты, и дверь снова была открыта, как будто она только что не закрывала ее своими руками. Миг — и в глазах Эйрона заплясал огонь. Он подошел к ней. Теперь они оба стояли под черным ночным небом. — Давай посмотрим, как прошел этот длинный день. Я начну с самого важного. Из нас двоих ты, без сомнения, всегда находился в выигрышной позиции. Ты знал, что происходит. Ты отлично знал меня, в том числе, представлял себе мои магические способности. Кроме того, ты сильнее физически, обладаешь доступом к командованию боевыми отрядами Дома и, конечно же, очень большой магической силой. Также ты был в безопасности: в любой момент ты мог перенестись к колонне и снять заклятие. В общем, все преимущества были на твоей стороне, и из этого я могу сделать вывод, что с самого начала и вплоть до этого момента ситуацию контролируешь именно ты. Эйрон молча ждал, и она продолжила свою речь. Очень непривычно было так долго говорить. — Теперь попробуем понять твои мотивы. По твоим словам — знаешь, именно их мне не хватало до полного понимания — вчера все было хорошо. Но ведь после вчерашнего дня, который, не сомневаюсь, доставил тебе массу наслаждений, ты мог просто выйти из игры, снять заклятие. Однако ты этого не сделал. Почему? Эйрон усмехнулся. — Видимо, хотел провести еще один день рядом с тобой, Мел. — Но как ты провел его? Как я уже сказала, ситуация была полностью под твоим контролем. И что же ты сделал? Ты начал день с признаний: в том, что ты скоро умрешь и в том, что любишь меня. После этого ты дал мне понять, что знаешь о моей причастности. Ты указал мне на опасность совершенно явно, это не было следствием твоей ошибки. Итак, ты вынудил меня спасаться. Конечно же, ты мне понравился, нет смысла отрицать. Но между твоей жизнью и своей я выбрала свою. Тогда ты заставил меня пережить довольно тяжелые минуты, наполненные размышлениями о том, что ты мог сказать мне правду. И о том, что, даже если ты соврал, я все-таки отправила тебя на смерть. Но в последний момент ты остановился, дав мне понять, что знаешь, что заклятие наложила я. Это вписывалось в мой план, конечно, но что при этом я должна была чувствовать? Ты сказал мне, что любишь меня и что не собираешься убивать. Я считала, что ты, как будто бы зная мое истинное имя, все-таки готов умереть. Конечно, и здесь все еще оставалась вероятность, что ты притворяешься. Что этот день для тебя вовсе не последний, и ты таким изощренным образом проверяешь, могу ли я отменить свое заклятие. А значит, ты снова поставил меня перед выбором. Ловушка с именем не срабатывала, потому что ты не хотел лишать меня жизни. Ты обнимал меня, и я слушала, как ты рассказываешь о наших встречах. Это почти что не могло быть неправдой. Но все это не отменяло того, что один из нас должен умереть и ты, возможно, это знаешь. Я попыталась отменить проклятие. И поняла, что у меня не получится это сделать. Пришлось бы подбирать все эти… ключики, но даже с магией колонны у меня не хватало сил. И тогда я снова сделала выбор в пользу своей жизни, снова убивая тебя. Конечно, я могла себя оправдать и старалась сделать это: если ты говоришь мне правду, и при этом я не могу отменить заклятие, то ты все равно умер бы в то же самое время. Но если ты лгал мне, пытаясь заставить добровольно помочь, моя страховка не даст тебе напасть на меня в следующий раз. Ты показал мне, что готов умереть ради меня. Ты рассказал мне о том, какими мы были вне всего этого кошмара. Я поцеловала тебя, но ты даже не шевельнулся, хотя сейчас я уверена, что ты знал, что было бы, если бы ты ответил мне. Потом я покинула тебя и ждала твоей смерти. Мелани перевела дух. — А потом ты возвращаешься, ты жив, ты оказываешься магом, выясняется, что ты действительно любил меня, а не использовал в своих целях, ты рассказываешь, как все могло бы случиться, как все было в прошлый раз. И при этом не касаешься меня. И в самом конце беседы ты ясно даешь мне понять, что я потеряла тебя и все то, что могло между нами быть, потому, что была слишком жестока. Но ведь весь этот день, все это сделал ты. Фактически, ты сознательно прогонял меня через мясорубку эмоций и чувств, ты заставлял меня ощущать вину, благодарность, страх, симпатию, желание и восхищение. Ты тащил меня по пути, где на каждом шагу я должна была выбирать между безопасностью и тобой, а после в полной мере давал прочувствовать, какой я сделала выбор. Ты ни разу не предоставил мне возможности открыться тебе без страха смерти. А ведь ты мог делать все, что хотел. Мог повторить предыдущий день, мог просто все мне рассказать, мог избавиться от заклятия и встретить меня уже в обычном времени. Но ты сознательно манипулировал мной, устроив целое представление. И я уверена, что это случилось не впервые. Ты рассказывал, что в прошлый день ты решил сделать вид, что уже конец, потому что начал подозревать, что я тебя узнаю. Но неужели это случилось именно в самую последнюю неделю? Для меня все эти дни были одним-единственным днем. Если однажды я в чем-то ошиблась, это могло произойти когда угодно. Я не знаю, хватает ли на самом деле твоих сил, чтобы распознать во мне ведьму, но либо ты знал это с самого начала, либо узнал впервые, когда решил разыграть финал нашей истории. Еще я обратила внимание на то, как красиво и естественно была выстроена твоя композиция сегодняшнего дня. Я далеко не самая послушная кукла, но ты вел меня легко и свободно. Все это позволило мне предположить, что ты разыграл вовсе не два финала. Вероятно, ты пробовал разные стратегии, возможно, не каждый раз говорил мне о том, что тебя ожидает смерть. И еще одна твоя ошибка натолкнула меня на это предположение. Если ты любишь меня и знаешь так хорошо, как рассказываешь, тебя вообще не должно удивлять мое поведение сегодня. Если ты полюбил меня, то в том числе и такой. И значит, мы опять приходим к тому, что ты сознательно манипулировал мною. Но что же, все-таки, тебе было так нужно? Если отбросить идею о том, что это просто обычный садизм так причудливо сочетается в тебе с моральным, то логично предположить, что у тебя существует конечная цель.