Дважды несправедлива

      — Бонна, смотри, — увлеченно произнесла Тонкс, запрокинув голову и указывая рукой на серое, пасмурное небо, — мне кажется, что она высматривает именно нас.       — Возможно, ты права, — присматриваясь, проговорила Сарбонна, — она действительно приближается.       Приглядевшись, можно было заметить высоко в небе сову, кружившую над гладью Черного озера. Казалось, что, сделав небольшой круг, она заметила прогуливающихся по берегу девушек и теперь стремительно спешила к ним. Дора вытянула вперед руку, и большая сипуха грузно опустилась, протягивая Бонне письмо.       — Интересно от кого оно? — спросила Дора, с улыбкой разглядывая птицу, пуховое оперение которой трепал теплый июньский ветерок.       — Сейчас узнаем, — весело отозвалась Бонна, разворачивая пергамент и быстро пробегая глазами по строчкам. — Как ни странно, но — это Дамблдор. И он просит меня зайти к нему.       — Неожиданно. Он не написал зачем? — удивленно спросила Тонкс.       — Нет, — Бонна протянула подруге письмо, — но скоро мы это выясним.       — Я буду ждать тебя в учительской, — сказала Дора. А Бонна, кивнув в ответ, быстрыми шагами направилась к замку. Она остановилась лишь перед статуей каменной горгульи и озадаченно посмотрела на нее.       «Мерлин! А пароль?! Какой пароль на этой неделе? И в письме об этом не было ни слова», — девушка продолжала бессмысленно смотреть на статую.       Она перебрала несколько возможных вариантов, но горгулья не сдвинулась с места. Когда, отчаявшись, Бонна уже собиралась направиться в учительскую за помощью профессоров, в проеме появилась Минерва МакГонагал.       — Бонна, добрый вечер. Так и не смогла вспомнить пароль? — буднично спросила Минерва.       — Стыдно признаться, но в который раз — нет, — шутливо отозвалась Бонна.       — На этой неделе — сливовый пудинг, — улыбнулась профессор МакГонагал.       Поблагодарив профессора, Сарбонна поспешно поднялась и осторожно открыла массивную дверь. Профессор Дамблдор сидел за столом и, сняв очки, устало потирал переносицу.       — Сарбонна, рад тебя видеть, входи-входи. Значит, ты получила мое письмо. Превосходно, — доброжелательно заговорил он, улыбаясь девушке, с легкостью отгоняя заметную усталость. — Не желаешь ли чашку чая?       — Нет, спасибо, профессор, — вежливо отказалась Бонна. Она чувствовала, что, возможно, отвлекает его от более значимых дел и не хотела задерживаться дольше необходимого. — Ваше письмо, — продолжила она неловко, — что-то случилось?       — Нет-нет. Ничего страшного не произошло, — поспешно заверил директор, продолжая смотреть на Бонну с теплотой. — Просто у меня к тебе будет небольшая просьба. Очередной учебный год подошел к концу и скоро все ученики разъедутся по домам. А это значит, что необходимо установить защиту в Норе и проверить близлежащую территорию. Так как Артур рассказал мне, что ночью слышал вокруг странные звуки и голоса, поэтому я прошу тебя сегодня отправиться туда, — договорил Дамблдор.       — Конечно, но сегодня у меня ночное дежурство. И если это возможно, то я бы могла отправиться туда завтра утром, — предложила Бонна.       — Не стоит волноваться на счет дежурства. Я уверен, что мистер Сэвидж или мистер Крэнстон не откажут мне в просьбе заменить тебя и составить компанию твоей подруге Тонкс. А отправиться все же желательно сегодня. Молли и Артур могут оказаться в опасности, — доброжелательно пояснил Дамблдор.       — Если так, то я оправлюсь незамедлительно, — согласилась Бонна.       — Да, я буду тебе очень признателен, — произнес он, мягко улыбнувшись, — а завтра утром, по возвращению, ты расскажешь мне, подтвердились ли подозрения Артура.       — Хорошо, — ответила Бонна, улыбнувшись в ответ, и направилась к выходу. Но, уже взявшись за ручку двери, она обернулась, — спокойной ночи, профессор, — добавила она, глядя в лучистые голубые глаза Дамблдора.       — Спокойной ночи, Сарбонна, — безмятежно отозвался он, провожая ее ласковым взглядом.       Бонна, спустившись вниз, направилась в учительскую и предупредила, находящуюся там Дору, о своем срочном отправлении в Нору. Тонкс заинтересованно выслушала ее и, посетовав на то, что не сможет составить ей компанию, с сожалением взглянула на часы, понимая, что время ее дежурства вот-вот начнется. Простившись с подругой, Сарбонна шла по опустевшему замку. Во внутреннем дворе она заметила худощавый силуэт Северуса. Мужчина стоял к ней спиной и смотрел на темное небо.       — Наслаждаешься вечерней тишиной? — тихо спросила она, убедившись, что они одни.       — Я думал ты на дежурстве, — отозвался он, оборачиваясь.       — Уже нет. Дамблдор попросил меня усилить защиту в Норе к приезду ребят, и я как раз туда направляюсь, — ответила Бонна.       — Странное он выбрал для этого время, — задумчиво произнес мужчина, но, словно очнувшись от размышлений, предложил. — Я провожу.       Бонна, улыбаясь, кивнула.       Они медленно шли по территории замка. Бонна негромко говорила о скором окончании учебного года и своем возвращении на постоянную работу в Министерство. Северус изредка отвечал девушке короткими репликами. Замолчав, Сарбонна посмотрела на него. В слабом свете от ее палочки, он показался ей несколько бледнее и напряженнее чем обычно. Оказавшись за воротами школы, они остановились на дороге, ведущей в Хогсмид. Было непривычно тихо, словно все вокруг погрузилось в тяжелый сон.       — Северус, что-то не так? Меня не оставляет чувство, что тебя что-то гложет, — осторожно спросила Бонна, заглядывая ему в глаза.       — Нет, тебе просто показалось, — спокойным тоном ответил он, слегка улыбнувшись.       Сарбонна почувствовала, как его раскрытая ладонь заскользила по ее спине, медленно притягивая к себе. Пальцы другой руки нежно коснулись волос и мягко, едва касаясь, очертили бровь, скулу и правильный контур ее губ. Его взгляд, не отрываясь, медленно блуждал по ее лицу, словно желая запечатлеть в памяти каждый нюанс ее облика. Она стояла, замерев, всматриваясь в его глаза и пытаясь понять, о чем он думает. Но его взгляд оставался непроницаем. Он приблизился и нежно поцеловал ее. Потом еще и еще, казалось, вкладывая нечто большее, чем обычно. Снова отстранившись, он посмотрел в глаза девушке.       — Северус… — непонимающе произнесла она в тишине.       — Бонна, — он не сводил с нее внимательного взгляда, — прошу, будь осторожна, — проговорил он почти шепотом, — я люблю тебя, — добавил он совсем тихо после недолгого молчания.       Сарбонна ощутила, как от переизбытка чувств к горлу неожиданно подступают слезы и, не в состоянии ответить, она опустила голову на грудь мужчины. Северус обнял ее, закрывая глаза и не желая думать о том, что ей следует поторопиться. Бонна прислушивалась к его ровному дыханию.       — Мне пора, — тихо сказала она, когда слезы отступили, и голос перестал дрожать, — я вернусь завтра утром, — ее глаза встретились с его спокойным, нежным взглядом. — И я тоже очень люблю тебя.       Северус сдержано улыбнулся, нехотя выпуская ее из объятий. Она сделала несколько шагов в сторону, не переставая смотреть на него. Счастливо улыбнулась в ответ и с хлопком исчезла. Северус продолжал стоять, не отрывая взгляда от того места, где еще секунду назад находилась девушка, но улыбка уже сползла с его лица, а глаза словно потухли и он, развернувшись, медленно пошел обратно в замок.

***

      Сарбонна очутилась возле Норы и, увидев, что в окне горит свет, поспешила к дому. Молли привычно суетилась на кухне. Девушка негромко постучала в дверь.       — Бонна, рада тебя видеть, — произнесла Молли, впуская позднюю гостью в дом.       — Добрый вечер, Молли, я тоже рада нашей встрече, — приветливо ответила Бонна, — Дамблдор рассказал, что у вас тут ночами неспокойно и просил меня все проверить.       — Да, так оно и есть, — Молли тревожно посмотрела в окно. — Артур несколько раз слышал, что кто-то бродил вокруг нашего сада поздним вечером. Странные люди, странные голоса.       — Надеюсь, что сегодня мы все выясним, — решительно сказала Бонна.       — И я на это очень надеюсь, — улыбнулась Молли, — но тебе придется дождаться Артура, чтобы узнать подробности. А приходит он в последнее время достаточно поздно.       — Я никуда не спешу, — ответила Сарбонна, присаживаясь за стол, — Дамблдор пожелал, чтобы я осталась у вас до утра.       — Замечательно, — одобрительно произнесла Молли, — значит, у меня есть возможность напоить тебя чаем.       Бонна весело закивала. Она с удовольствием приняла чашку, беседуя с Молли о последних происшествиях. Артур показался на пороге Норы только спустя два часа после прибытия Бонны. Он выглядел измотанным и уставшим. Покончив с поздним ужином, он поделился с девушкой своими наблюдениями.       — Это происходило уже три раза. Примерно в одно и то же время, — Артур, хмурясь, взглянул на часы, — уже совсем скоро. Похоже, что они совершают какой-то обход. Человека два, три. Я их не видел, но слышал голоса.       — В какой стороне сада ты их слышал? — спросила Бонна.       — Примерно в пятидесяти шагах от скамейки, если идти в сторону старых яблонь.       — Хорошо. Я поняла, — Сарбонна уверенно поднялась из-за стола.       — Я покажу, — Артур последовал ее примеру.       — Артур, извини, но я прошу тебя остаться. Будет лучше, если я пойду одна, — попросила Бонна.       — Но, Бонна… — недоуменно начал Артур Уизли.       — Бонна, это рискованно, — перебила мужа Молли. — А что если они нападут?       — Ничего не случится, — добродушно заверила Бонна. — Грюм всегда хвалил нас с Тонкс за маскировку, поэтому они не смогут меня заметить.       Молли и Артур по-прежнему сомневающиеся в разумности этого решения смотрели на девушку недоверчиво. А Сарбонна, не теряя времени, достала палочку и вышла из дома, направляясь в сторону сада.       — Артур, ты что-нибудь понимаешь? — прервала молчание Молли, когда Бонна исчезла из вида.       — Понимаю, — протянул Артур, — но лишь то, что и Дамблдор, и Грюм вряд ли бы сейчас одобрили ее решение.       Сарбонна вернулась обратно спустя час. Она вошла на кухню, отряхивая рукав от пыльцы цветущего в саду кустарника.       — Их действительно трое, — заговорила она, делая глоток горячего чая, — и я впервые их вижу. Судя по разговору, они недавно примкнули к Волдеморту и ищут в округе дома волшебников. Но я убедилась, что Нора прекрасно защищена и недоступна для них. Так, что беспокоиться не о чем. Из их беседы я узнала, что сегодня у них последний рейд в этом районе и никого найти им так и не удалось.       — Это успокаивает, — кивнула Молли. — Совсем скоро приедут Рон и Джинни. Потом Гермиона и Гарри. А они должны быть в полной безопасности.       — Пусть их имен я не узнала, но запомнила внешность. Завтра же переговорю об этом с Аластором. Будет не лишним поймать их, если они встретятся нам вновь, — сказала Бонна.       — Что ж раз все выяснилось и, опасности нет, то предлагаю лечь спать. Уже совсем поздно, — зевая, подытожил Артур.       Молли и Артур поднялись наверх, а Сарбонна устроилась на диване в гостиной. Она, укрывшись пестрым пледом, закрыла глаза и думала о Северусе, воспроизводя в памяти его лицо и тихий шепот трогательного признания. Признание, которое она так желала услышать. Признание, которое по ее мнению, было сказано не в минуту страсти, когда разум затуманен, и оно может оказаться всего лишь бесплотным наваждением. А осознанное, прочувствованное и осмысленное, сказанное мужчиной, словам и поступкам которого можно верить. Мужчиной, которого она знает, понимает и любит. Сладкий сон мягко окутывал сознание девушки, когда в комнату влетела яркая вспышка света, заставив Бонну открыть глаза. Огромный светящийся волк опустился на пол перед диваном и заговорил голосом Тонкс:

Бонна, Молли, Артур, немедленно отправляйтесь в Хогвартс

      Бонна, вскочив на ноги, бросилась вверх по лестнице в спальню Артура и Молли. На сборы не потребовалось много времени и вскоре уже все трое бежали сквозь ночную темноту по извилистой дороге к замку. Сарбонна подняла голову и увидела на небе над Астрономической башней медленно таящую Темную метку. Сердце девушки отчаянно сжалось и она, ускорившись, первой вбежала в двери школы. Оглядевшись, она увидела в коридоре последствия недавнего боя. Разоренный Большой зал с выбитыми витражными окнами и потухшими свечами, рассыпавшиеся камни факультетских часов. Следы крови на лестнице, разбитые статуи и частично разрушенную заклятиями каменную кладку стен. Молли в ужасе прикрыла рукой рот и посмотрела на Артура, который прислушивался, надеясь обнаружить хоть чье-то присутствие.       — Я думаю, что есть раненые. И нам следует направиться в Больничное крыло, — произнесла Бонна, стремительно сорвавшись с места и, бегом преодолевая по несколько ступеней сразу.       Двери лазарета были распахнуты и из помещения доносились голоса волшебников. Сарбонна вбежала в большую комнату, ярко освещенную свечами, и осмотрелась. На ближайшей кровати лежал окровавленный Билл Уизли. Флер заботливо склонилась над ним, осторожно вытирая кровь с его лица. Профессор Флитвик, сидевший на соседней кровати, озабоченно посмотрел в сторону вошедших. Неподалеку лежал Невилл. Мадам Помфри быстро перемещалась между пострадавшими, оказывая помощь и горестно шмыгая носом. Гермиона подняла на Бонну покрасневшие от слез глаза. Рядом с ней сидел Рон, угрюмо уставившись в пол. Гарри, отсутствующим взглядом смотрел перед собой, нервно перебирая дрожащими пальцами. В кресле спиной к Бонне сидела Минерва МакГонагал. Она то и дело подносила к лицу клетчатый платок. Около окна рассерженный и хмурый Сириус негромко разговаривал с Римусом и Аластором. Приблизившись, Сарбонна заметила Тонкс, которая, увидев подругу, отошла от кровати занятой раненным Венсом. Одновременно несколько пар глаз с горечью посмотрели на вошедших. Молли и Артур бросились к кровати Билла.       — Что произошло? Я видела над башней Темную метку, — задыхаясь, спросила Сарбонна.       — Пожиратели, — мрачно произнес Грюм, — им удалось проникнуть в школу этой ночью.       — Малфой. Это все он, — бесцветным тоном пробормотал Рон, и его лицо неприятно передернуло при упоминании о слизеринце.       — Но Метка. Кто погиб? Объясните мне, — Бонна непонимающе смотрела на лица своих коллег. А они, старательно отводя взгляды, в нерешительности переглядывались, сохраняя молчание. Бонна, не отрываясь, смотрела на мертвенно-бледную Тонкс.       — Сарбонна, — негромкий голос Гарри первым прервал тяжелое молчание, обращая на себя внимание девушки, — сегодня ночью. В Астрономической башне. Снейп убил Дамблдора. Я был там. Я видел как он… — Гарри запнулся, сдвинув брови, — применил убивающее заклятие.       Он замолчал, так и не подняв глаз на девушку. Бонна потрясенная услышанным пробегала по лицам присутствующих непонимающим взглядом, словно желая услышать опровержение словам Гарри.       — Перед вашим приходом мы как раз пытались восстановить полную картину событий и до конца понять, что же произошло, — осторожно произнес Римус, — присядь, пожалуйста, — предложил он вежливо, наколдовав стул. Но Бонна продолжала стоять, не в силах сделать ни единого движения, будто пораженная парализующим заклятием.       Тем временем, волшебники вернулись к прерванному разговору, озвучивая все новые факты о случившемся. Смысл слов Гарри постепенно проникал в мозг девушки. И она все больше осознавала, что не в состоянии поверить в произошедшее, которое казалось ей чем-то нереалистичным, невозможным, бессмысленным и безумным. Но слова и состояние коллег и друзей, находящихся вокруг не оставляли ей шанса усомниться в том, что все это действительно произошло сегодня ночью.       В какой-то момент Бонна почувствовала, что внутри нее все сжалось, наполняясь ощущением безысходности и отчаяния. Острая боль сдавила легкие, не позволяя сделать очередной вдох. Она больше не слышала ничьих слов, а перед глазами все поплыло, утопая в темноте.       Она, не произнося ни слова, бесшумно отступила к выходу, и, желая остаться незамеченной, выскользнула в коридор. Девушка слепо бежала по замку, не понимая, куда именно она так торопиться. Неожиданно она налетела на что-то огромное и подняла глаза. Перед ней стоял Хагрид, с большим носовым платком в руках, а по его бороде текли слезы.       — Хагрид, — тихо позвала Бонна, — Хагрид, где он? Где Дамблдор?       — Я перенес его. В Выручай комнату, — всхлипывая, проговорил лесничий.       Бонна не помнила, как очутилась перед дверью на восьмом этаже. Она толкнула ее и вошла. Привычный облик комнаты изменился до неузнаваемости. Стены небольшой залы были задрапированы темной тканью. Посреди комнаты стоял длинный стол, на котором в светлых одеждах лежал Альбус Дамблдор. Два больших подсвечника со свечами неярко освещали помещение. Сарбонна осторожно приближалась к покойному. С каждым новым шагом таяла ее призрачная надежда на то, что все услышанное в Больничном крыле окажется чудовищной ошибкой. Ведь он не мог умереть. Вот так просто взять и умереть. Умереть как любой другой. Как один из них. Бонна не раз представляла себе смерть близких ей людей, стараясь объяснить себе причину, по которой это могло произойти. Неравный бой, тактический просчет, неизбежный плен и смерть под пытками. Так мог умереть каждый, кто боролся со злом в это Темное время. Но не он. Только не он.       Могущественный. Мудрый. Непобедимый. Великий волшебник.       Она подошла совсем близко, глядя опустошенным взглядом в его спокойное, неподвижное лицо. В это мгновение последние сомнения исчезли. Вся полнота осознания произошедшего навалилась на ее плечи непосильным грузом. Ноги подкосились сами собой и, Бонна опустилась на колени. Больше не в силах противостоять нахлынувшему горю, она заплакала. Боль от невосполнимой потери охватила ее сознание, проникая в душу и разрывая ее изнутри.       Всего лишь несколько часов назад она говорила с ним, спеша исполнить его просьбу и отказываясь от чашки чая, лишь бы не тратить его драгоценное время. Как искренне он всегда в первую очередь думал о благополучии других, не подозревая, что сегодня смерть настигнет именно его.       И никогда ей больше не услышать его мягкого голоса, загадочного блеска голубых глаз, своевременного совета и слов поддержки, способных наполнить душу светом и новой надеждой. Когда-то именно он нашел ее в родительском доме. Осиротевшую, израненную, маленькую девочку. Именно он на протяжении семи лет обучения интересовался ее успехами, прощал шалости и участвовал в определении будущей профессии, продолжая и после окончания школы следить за ее судьбой. Как стремилась она все эти годы воздать ему должное благодарностью, теплотой и участием.       А сегодня, когда ему более чем когда-либо требовалась помощь и защита, ее не оказалось с ним. Не оказалось рядом с ним. В самый нужный, в самый решающий момент его жизни. Но ее боль усиливалась в десятки раз, когда она мысленно возвращалась к словам Гарри: «Снейп убил Дамблдора. Снейп убил Дамблдора.»       Северус…       Он предал... Предал его… Предал их всех.       Это казалось невероятным, невозможным, невыносимым. Сознание, утопая в горести, было неспособно искать ответы. Бонна отчетливо понимала лишь то, что сегодня она потеряла двух очень близких ей людей, потому что один из них убил другого.       Неизвестно сколько прошло времени, когда она сквозь слезы услышала голос Тонкс, робко просивший ее покинуть комнату и вернуться к остальным. Сарбонна обернулась, вглядываясь в усталое лицо подруги. Они вместе покинули комнату и безмолвно шли по коридору, кажущимся Бонне бесконечным. Она не осознавала, куда именно они идут. Им навстречу несколько раз попадались волшебники. Тонкс коротко переговаривалась с ними, после чего они продолжали путь. Сарбонна, не различая ни слов, ни лиц, не чувствовала ничего кроме внутреннего опустошения и гнетущей усталости.       Дора, обеспокоенная состоянием подруги, вновь привела ее в больничное крыло, не встретив никаких протестов. Мадам Помфри заботливо проводила девушку до свободной кровати. Сарбонна, отстраненно глядя вокруг, опустилась на край.       — Бонна, выпей это и ложись. Оно немного неприятное, но подействует почти сразу, — мягко проговорила Поппи Помфри, вкладывая в ее руку бокал.       Сарбонна покорно выпила содержимое, даже не поморщившись и, легла на кровать. Она лежала на боку с открытыми глазами и смотрела перед собой пустым, невидящим взглядом. Слезы бесшумно катились по ее лицу на подушку.       — Это сильнодействующее успокоительное средство, — пояснила медсестра. — Оно поможет тебе уснуть, дорогая, и не видеть никаких снов, — добавила она, ласково поглаживая девушку по волосам.       — Лучшим лекарством было бы забвение, чтобы я ничего не смогла вспомнить. Ничего, — негромко ответила Бонна, продолжая, не моргая смотреть в одну точку.       Мадам Помфри сочувственно поджала губы и, покачав головой, посмотрела на Тонкс.

***

      За много миль от Хогвартса в большой гостиной Малфой-Мэнора рядом с Волдемортом в числе других Пожирателей стоял Северус Снейп. Напротив него хозяйка поместья Нарцисса Малфой сдержанно поглаживала по плечу своего сына Драко, который затравленно озирался по сторонам. Ее сестра Беллатриса разгуливала по комнате в компании Алекто Кэрроу, смакуя подробности нападения на школу и неумелые действия ее защитников. Яксли высмеивал старческое брюзжание Дамблдора и его предсмертную мольбу о помиловании. Сивый поддакивал ему отвратительно скалясь. Амикус самодовольно разглагольствовал о наивности директора, подчеркивая, что они не оставили этому маразматику ни единого шанса.       — Ну что ж, друзья, — Волдеморт взял слово, и все прочие голоса мгновенно стихли, — сегодня замечательный день. День, когда мы покончили с Альбусом Дамблдором. С этим наивным глупцом, веровавшим в силу добра и любви, которые, в конце концов, и привели его к гибели. Что только еще раз подтверждает, что ни того, ни другого не существует. Это одна из наших великих побед. И не последняя. Я уверен, что вскоре нас ждут и другие, когда к нам присоединяться и остальные наши соратники. А сегодня у нас есть достойный повод отпраздновать наш триумф.       По комнате прокатились возгласы одобрения. Хвост подобострастно смотрел на хозяина. Постепенно длинный стол гостиной наполнялся разнообразными яствами и большим количеством алкоголя. После нескольких официальных тостов, произнесенных Волдемортом, обстановка приняла более непринужденный характер.       — Эх, жаль мы не прихватили сюда из Хогвартса нескольких старшекурсниц из тех, что пытались оказать нам сопротивление, возомнив себя защитницами замка. Некоторые из них были даже очень ничего, — усмехнулся Селвин, залпом осушив очередной стакан.       — Да когда это поиск податливой плоти был для нас проблемой, — похотливо улыбаясь, отозвался Яксли.       — Хоть сейчас можно поохотиться на грязнокровок или маглов и позабавиться вволю, — предложил Трэверс.       Яксли согласно кивнул и, небрежным жестом подозвав молодого новоиспеченного Пожирателя, направился вслед за Селвином и Трэверсом.       Северус неторопливо отошел к камину. Его взгляд остановился на пылающих дровах. Холодный, суровый взгляд, выражающий лишь безразличие к происходящему вокруг и желание остаться одному. К нему бесшумно подошла Нарцисса и молча протянула наполненный бокал. Он принял его, не глядя на нее, покрутил в руках и залпом выпил. Женщина, так и не вымолвив ни слова, только внимательно посмотрела на зельевара и вернулась к гостям.       Вскоре в комнату ввалились вернувшиеся с увеселительной прогулки Пожиратели, втащив за собой несколько совсем молоденьких девушек, которые испуганно визжали, пытаясь вырваться. Северус резко повернул голову на крики. Он окинул пришедших коротким взглядом и увидел не закрытую дверь, ведущую к выходу. Мужчина поставил бокал на каминную полку и, стараясь не привлекать к себе внимания, незаметно направился к двери. Но когда до нее оставалось сделать всего лишь несколько шагов, он услышал за спиной пронизывающий низкий голос и остановился.       — Северус, — позвал Волдеморт и Снейп немедленно повернулся, — зачем же теперь спешить? Дамблдор мертв, ты не забыл? Ведь это ты убил его, Северус, — Темный Лорд приблизился, впиваясь в лицо зельевара змеиным взглядом. — Нет больше нужды возвращаться и изображать услужливость перед этим выжившим из ума глупцом. Теперь, когда он мертв, ты должен занять свое место здесь, среди моих приближенных и праздновать победу.       — Да, мой Лорд, — твердо ответил Северус, глядя в глаза Волдеморту.       Он остался. Под неотрывными взглядами окружающих он медленно прошел к камину и сел в кресло. Спокойным, непроницаемым взглядом Северус обвел гостиную. Сивый, бесстыдно распластав на краю стола одну из девушек, уже с силой вколачивался в нее. Его утробное рычание смешивалось с ее криками. Трэверс хлестко ударил ее по лицу, заставляя заткнуться. Селвин, насмехаясь, наблюдал за тем, как одна из пленниц попыталась ускользнуть из комнаты, но была жестоко остановлена Амикусом, при помощи «Круциатуса». Она, оказавшись на полу, билась, истошно крича от нестерпимой боли. Оценив успешный прием Амикуса, несколько молодых Пожирателей одобрительно рассмеялись, распивая очередную бутылку огневиски.       Северус перевел взгляд на Драко. Паренек, казалось, был бледен сильнее обычного, будто его слегка подташнивало. Он прислонился к стене и неподвижным взглядом взирал на происходящее. На другом конце гостиной Волдеморт спокойно беседовал с Нарциссой. До Северуса не долетали слова их разговора, но он заметил, что женщина не уступала в бледности своему сыну.       — Снейп, — раздался резкий голос Яксли, — тебе как всегда, что почище и помоложе. Эта подойдет? — Северус оценивающе приподнял бровь, а Пожиратель грубо схватил за длинные волосы совсем молоденькую голубоглазую девушку. — Не раздумывай долго, а то мы всех оприходуем. А ты, как известно, из всех нас самый брезгливый. Не любишь, когда они не первой свежести, — проговорил Яксли, сделав внушительный глоток из бутылки.       Черные глаза моментально сузились, а на лице появилась привычная ехидная ухмылка. Северус коротко кивнул Яксли, а тот с силой толкнул девушку в его сторону. Она, вскрикнув, пролетела несколько ярдов и упала к ногам Северуса, больно ударившись о гладкий пол. Он, не глядя на нее, призвал бокал и бутылку огневиски. Девушка смотрела на него с мольбой, но мужчина не замечал этого. Он налил бокал и залпом выпил. Крепкий алкоголь, обжигая горло, медленно растекался по телу. Снова налил и снова выпил. Девушка заерзала на холодном полу, пытаясь отодвинуться, но сильная мужская рука грубо стиснула ее запястье. Широко распахнутые голубые глаза встретились с холодными черными. Почувствовав безысходность своей участи, испуганная жертва тихо заскулила, заливаясь слезами.       Северус вновь наполнил бокал.       Его душа глубоко внутри робко и горестно сжалась.