Дважды несправедлива

      Легкие неприятно сдавило, но вскоре Сарбонна снова почувствовала возможность дышать и открыла глаза. Яксли, выбравшись первым, нетерпеливо дернул ее за руку и шипы наручника глубже вошли в окровавленную плоть. Оказавшись посреди огромной залы, Сарбонна огляделась. Она без труда узнала помещение, которое не так давно видела в воспоминаниях Северуса. Изысканно убранная гостиная Малфой-Мэнора, где тогда проходило собрание Пожирателей. Она и сейчас сохранила прежний вид: обитые темным деревом стены с семейными портретами в дорогих рамах, тяжелая старинная мебель и внушительных размеров люстра. Отсутствовал лишь длинный стол, вдоль которого в воспоминаниях прохаживался Волдеморт. Сарбонна никогда ранее не была в этом поместье и совершенно не представляла, как можно отсюда сбежать.       Поначалу ей показалось, что дом пуст, но вскоре она услышала звук шагов и по мере их приближения поняла, что вероятно к ним спешат не только хозяева. Высокие двери распахнулись, и первым показался Люциус, а вслед за ним вошли Нарцисса и Драко. В двух других Бонна узнала Мальсибера и Долохова. Они пришли в компании неизвестных ей мужчин и женщины.       — Что здесь за шум? — лениво произнес надменный женский голос, и Бонна увидела, как на пороге показалась Беллатриса Лестрейндж вместе с Рабастаном. Она твердым шагом, несколько опережая деверя, подошла к остальным Пожирателям, окружившим Яксли и Бонну.       — Вот, — небрежно произнес Яксли, взмахом палочки освобождая себя от наручника и выталкивая Сарбонну в центр, — данная особа была сегодня поймана в стенах Министерства, после того, как позволила себе весьма невразумительно изображать Долорес Амбридж. Ее напарницу я прикончил на месте, но саму решил препроводить сюда, зная, какое удовольствие это доставит тебе, Беллатриса, — он сделал короткий поклон в сторону темноволосой женщины.       — Дрянная мерзавка Эйвери вновь возомнила, что ей все дозволено, — с ненавистью процедила Беллатриса, впиваясь в девушку хищным взглядом.       — Авроры напали на Министерство? — усмехнувшись, спросил Долохов.       — Да, попытались, — ехидно ответил Яксли, — но им не удастся противостоять Селвину и его натасканным псам, поэтому я уверен, что именно сегодня с этими отбросами будет покончено. Хотя возможно кого-то мы еще увидим и здесь. Увидим, как они сходят с ума от боли и, заламывая руки, молят о пощаде.       Яксли, произнося каждое слово, вновь приближался к Сарбонне. Глядя ей в глаза волчьим взглядом и договорив до конца, он вытянул руку и угрожающе сдавил ее горло, словно желая почувствовать страх. Но Бонна ощущала лишь злость и, внезапно впившись ногтями в его кисть, она с силой оттолкнула Пожирателя от себя.       — Даже не мечтай об этом, лживая мразь. В свое время каждый из вас ответит за совершенные злодеяния, — угрожающе проговорила она.       Яксли отшатнулся, потирая покрасневшую руку. Волшебная палочка, ранее отобранная у Бонны, выскользнула из-под пиджака и покатилась по полу. Стоявший в некотором отдалении Малфой-старший, используя манящие чары, призвал ее. Разъяренный Яксли кинулся на девушку и, размахнувшись, ударил ее. Сарбонна, отлетев на пол, упала на спину и почувствовала, как из носа потекла кровь. Она вновь оказалась в центре замкнутого круга из Пожирателей.       — Круцио! — выхватив свою палочку, свирепо произнес Яксли.       Нестерпимая боль, словно сильнейший разряд, пронзила все тело, но Сарбонна, подавляя крики, старалась противиться ее распространению. Она отчаянно зажмурилась, пытаясь отключить свое подсознание и перестать воспринимать реальность. Но как только прекратилось действие заклятия Яксли, Бонна услышала, как следом хрипло произнес Долохов:       — Круцио!       Не оставив ей возможности передохнуть, боль возвращалась снова и снова, сводя с ума и заставляя неистово биться в конвульсиях. Сарбонна чувствовала, что ее голова готова взорваться и только отдаленно слышала, как чей-то новый голос вновь безжалостно произносил «Круцио».       Внезапно боль прекратилась, а Бонна, все еще содрогаясь, продолжала лежать на полу, касаясь щекой вязкой темной крови, которая сочилась из носа. Чья-то сильная рука подняла ее за шиворот и, протащив несколько футов, поставила на колени. Сарбонна увидела перед собой брезгливое выражение на лице Мальсибера. Он принял из рук Люциуса стакан воды и плеснул Бонне в лицо. Девушка, часто дыша, неловко вытерла рукавом остатки воды, смешавшиеся с кровью, и подняла глаза на присутствующих. Она заметила, как Беллатриса, покручивая в руках волшебную палочку, скучающе смотрит в окно, словно выражая разочарование неудавшейся пыткой. Рабастан что-то тихо сказал Долохову и тот, скривившись, рассмеялся. Драко стоял в отдалении вместе с матерью и смотрел на происходящее скорее с неприятием, нежели с одобрением. Яксли, обернувшись, бросил короткий взгляд на камин, в котором что-то загудело, но тут же стихло.       — Я, кажется, припоминаю, что Милорда не так давно интересовало местонахождение Гарри Поттера, — произнесла неизвестная Бонне женщина с рябым лицом и белесыми бровями. — А кому, как ни Аврору и члену Ордена знать это, — добавила она ехидно.       — Нам стоит спросить об этом, — высокий мужчина выжидающе посмотрел на Беллатрису.       — Непременно, — вновь заинтересованно отозвалась Лестрейндж, словно предвкушая новую порцию издевательств, — а также хотелось бы узнать, где скрывается моя «драгоценная» племянница — осквернительница крови и жена оборотня, — неприязненно выплевывая каждое слово, закончила она.       — Отвечай! — рявкнул Яксли.       Но Сарбонна, сохраняя мужественное молчание, продолжала смотреть в лица Пожирателей.       — Так мы ничего не добьемся, — покачав головой, произнес Рабастан.       — Согласна, — усмехнулась Беллатриса и подняла волшебную палочку. — Инкарцеро, — полушутливым тоном сказала она. Появившиеся веревки попытались связать руки за спиной девушки, но Бонна, уворачиваясь, старалась отмахнуться от них.       — Что, никак не уймешься? — прорычал Долохов, — Инкарцеро, — выкрикнул он. И плотная веревка оплела шею Бонны подобно дьявольским силкам, в то время как другие туго стиснули за спиной ее запястья. Сарбонна попыталась подняться на ноги, но после быстрой подсечки, сделанной Мальсибером, вновь упала на колени.       — Вот твое истинное место, ничтожная дрянь, — зло процедил Яксли, — и даже не пытайся, — пригрозил он, увидев, как Бонна вновь решается подняться. — А теперь отвечай. Где Гарри Поттер? Где он? — нетерпеливо добавил мужчина.       Сарбонна, связанная и окруженная Пожирателями, несмотря на испытанное на себе заклятие боли, ясно понимала свое безвыходное положение, но сдаваться не собиралась. Она была готова принять любые самые изощренные мучения и даже смерть, но при этом, не вымолвив ни слова о миссии Гарри или убежище Тонкс. Раньше размышляя о возможном плене, она всегда страшилась его унизительных последствий и боялась, что не сможет противостоять врагу не столько физически, сколько морально. Тревожилась, что страх сломает ее, заставит повести себя недостойно. Но сейчас, уже пережив стольких своих коллег и увидев их смерть, Сарбонна неожиданно поняла, что уничтожить ее можно лишь физически. Она не чувствовала страха, даже будучи обреченной. И ненависть к врагу, которую она сейчас испытывала, подпитывала ее силы в желании сохранить преданность дорогим ей людям в неприкосновенности.       Бонна подняла глаза и встретилась взглядом с Яксли. Она почувствовала, как в нем все сильнее закипает гнев оттого, что он видит ее перед собой все еще несломленной и понимает, что ответа не последует, даже если этот вопрос прозвучит в сотый раз.       — Аврорские выродки, — брызжа слюной, рассвирепел он. — Все выдрессированы как по шаблону, предпочитая упрямо сдохнуть.       — Не просто сдохнуть, — сохраняя игривое настроение, подхватила Беллатриса, — а сдохнуть в жутких муках. Ну, что ж, мы одобряем твой выбор, самонадеянная и бесстрашная выскочка, — она лукаво улыбнулась, но глаза зловеще блеснули и голос внезапно изменился, срываясь на крик. — Где Поттер? Где Тонкс?       Не услышав ответа, Беллатриса многократными взмахами палочки рассекла воздух. Невидимый хлыст ударил Бонну по лицу и шее, оставляя после себя болезненные сечки, которые наполнились кровью. Рабастан заклятием заставил веревку еще сильнее затянуться на шее Сарбонны, практически лишив ее возможности дышать. В тот же момент новые заклятие боли полетели в ее сторону и Бонна, не в силах больше сдерживаться хрипло завыла. Ее голова моталась в разные стороны, связанные руки беспомощно трепыхались, ноги неистово ударяли об пол, а сама она, извиваясь, билась в страшных судорогах. Пытка прекращалась и Сарбонна снова слышала один и тот же вопрос, но после того, как Пожиратели получали в ответ молчание, они, стервенея, продолжали забрасывать ее заклятиями.       Когда после очередной порции Круциатусов, Сарбонна лежала на полу, то кто-то из присутствующих попытался подчинить себе ее волю, наложив заклятие Империус. Ее снова подняли на колени и, грубо схватив за волосы, запрокинули голову назад. Она уже почти не видела, кто именно навис над ней. На лице запеклась кровь, а места сечек опухли. Губы потрескались, а в уголках рта скопилась и засохла белой пеной слюна. Ресницы правого глаза слиплись от крови, стекающей из глубокого рассечения над бровью. После бессчетных ударов об пол кисть согнулась в неестественной позе, вылетев из сустава, а несколько пальцев были сломаны. Не в состоянии стоять даже на коленях, Бонна заваливалась на бок, ощущая тошноту и головокружение.       — Империо! — снова произнес женский голос.       — Ну что ты делаешь, Риввер, — раздраженно сказал Рабастан, — она не в состоянии вымолвить ни слова и твое заклятие способно лишь помочь ей выброситься из окна.       Женщина недовольно хмыкнула.       — Люциус, воды! — приказала Беллатриса.       Сарбонна почувствовала, как лицо обдало живительным холодом, и задышала легче. В голове шумело, а, сглотнув, она почувствовала, как раздирает горло. Попытавшись издать хоть какой-то звук, она поняла, что голос сорван от криков, которые совсем недавно буквально оглушали ее. Глаза защипало от соленых слез, смешавшихся с кровью. Долохов резко схватил ее за волосы и заставил подняться.       — А что на ней надето? — неожиданно спросил он, усмехаясь и обращаясь к стоявшему рядом Яксли.       — Уже и не понять, рвань какая-то, — брезгливо скривился волшебник, — а ты это к чему?       — Да, даже когда она в этих лохмотьях есть на что посмотреть, — плотоядно глядя на Бонну, ответил Антонин Долохов. — Всегда представлял, как бы я отодрал ее.       — Если привести ее в порядок, то она сучка что надо, — присоединился к разговору Мальсибер.       — А по мне так просто костлявая горгулья, — поморщился Яксли, — что-то сродни инферналу. Но если вам по душе, развлекайтесь, — одобрительно кивнул он.       Яксли с презрением скривил рот, глядя на Бонну, и взмахнул волшебной палочкой. Грязные лохмотья, которые некогда представляли собой буклированное платье Амбридж, превратились в откровенно вызывающий наряд. Сарбонна сидела на полу в коротком полупрозрачном платье с глубоким декольте и расшитым множеством безвкусно переливающихся пайеток. Руки были по-прежнему связаны за спиной, а ноги обтянули чулки в мелкую сеточку. Со следами пыток на теле, она выглядела как дешевая потасканная девка из магловского притона Лондона.       — Оууу, — восторженно произнес Долохов, — я вижу, что наш любезный Корбан не брезгует посещать сомнительные заведения в магловских подворотнях.       — Как раз то, что нужно, — Мальсибер приблизился к Сарбонне и повелительно дернул за веревку, которая была затянута у нее на шее.       Присутствующие в гостиной Пожиратели мужского пола заинтересованно подошли к девушке, не скрывая своих истинных намерений. В стороне остались лишь Люциус, Драко и Яксли, который подошел к Беллатрисе.       — Ну, что, кто первый? Или кинем жребий? — азартно спросил Мальсибер.       Сарбонна отпрянула назад, но веревка резко натянулась, не давая ей возможности отстраниться. Пожиратели разыгрывали ее словно товар, договорившись тянуть жребий. Но Бонна с безразличием относилась к этой лотерее. В конце концов, совсем неважно, кто станет первым, а кто вторым. Она знала одно — подобное всегда заканчивается смертью. Именно так погибли ее мама и сестры, тем же это закончится и для нее. Сарбонна осторожно присела на пол, потупив взгляд, когда услышала, как низкий шипящий голос от двери обратился к волшебникам:       — Я смотрю, вы чем-то заняты.       Обернувшись на голос, Пожиратели замолчали все разом и, отступив от Бонны, выстроились, чуть ли ни одну линию. Сарбонна медленно оторвала безжизненный взгляд от пола и заморгала, стараясь увидеть четче. От двери медленно приближался Волдеморт. Его одеяния бесшумно скользили по гладкому полу. Он остановился в нескольких шагах от нее, и только сейчас Бонна заметила, что вместе с ним в залу прошел кто-то еще. Кто-то, чьи черные туфли были начищены до блеска, а низ удлиненных брюк украшали обтянутые темной тканью пуговицы. Ощутив сковавший ее внутренности ужас, Сарбонна подняла на мужчину испуганные глаза. Он смотрел на нее бесстрастно, лишь слегка нахмурив брови. Но даже сквозь некоторую размытость, она увидела, как мужчина крепко сжал руку в кулак, прихватив край мантии. Опустив голову, Сарбонна тяжело прикрыла глаза. Она мысленно молилась только об одном, чтобы Северус не сорвался от того, что сейчас видит, чтобы не потерял самообладание и не решился вступиться за нее. Иначе это обернется концом его тонкой игры, которую он вел на протяжении стольких лет и полным крахом плана Дамблдора.       Северусу показалось, что он смотрел на девушку целую вечность, не в силах отвести взгляда и чувствовал, как непроизвольно замер, словно оглушенный заклятием, когда узнал в замученной и изуродованной жертве Сарбонну. Казалось, что от душевного смятения его сердце перестало биться. Но через секунду оно с такой силой рванулось и бешено заколотилось о ребра, что захотелось схватиться за грудь. Но он сдержался, выравнивая дыхания. И продолжал смотреть, будто до конца не веря, что перед ним она. Бонна. Его Бонна, которая сейчас прячет глаза, лишь бы не выдать ему своего полуобморочного состояния и всего того, что здесь происходило. Но он знал. Ее спутанные волосы, перепачканные кровью, прилипли к лицу. Тонкую шею натерла грубая веревка, оставляя багровый след. Она сидела, поджав под себя ноги, прикасаясь к полу разбитыми коленями.       — Мой Лорд, — учтиво обратился Яксли, — Авроры безуспешно пытались атаковать Министерство Магии. А это лишь трофей. — Пожиратель сделал в сторону Бонны пренебрежительный жест.       Волдеморт, лениво повернул голову и с неприязнью смотрел в сторону Аврора.       — Милорд, — почти ласково произнесла Беллатриса, — помня о вашем желании знать, где именно скрывается Гарри Поттер, мы прилагаем все усилия…       — Но пока безуспешно, как я вижу, — отрывисто прервал женщину Волдеморт, а она в свою очередь досадливо закусила губу и опустила глаза, — Легилименс! — угрожающе прошипел он и, стремительно выхватив волшебную палочку, развернулся к Сарбонне.       Заклятие, словно раскаленная сталь клинка вонзилось в голову, проникая в сознание и причиняя невыносимую боль. Мозг готов был расплавиться внутри черепной коробки. Но девушка вместо того, чтобы повалится на пол и, надрываясь, безудержно кричать, напряженно сжалась и безумными глазами смотрела в лицо своему мучителю. Ее зрачки сузились до еле различимых черных точек, а тело безостановочно дрожало, как в преддверии сильнейшего приступа.       Северус, отступил в толпу Пожирателей и исподлобья смотрел на происходящее. Его ледяной взгляд тщательно скрывал мятущийся внутри поток ненависти и захлестнувшего его гнева. Бледные скулы свело от напряжения, и каждый вдох давался с трудом. Он незаметно вытащил из рукава сюртука волшебную палочку, почувствовав, что готов нанести внезапный удар, сокрушая Пожирателей, не смотря на то, что силы не равны и скорое поражение более чем очевидно. Но смотреть и дальше на то, как медленно уничтожают ту, которая стала ему дороже собственной жизни, становилось невыносимо.       Сквозь пелену ярости Северус увидел, как Волдеморт резко опустил палочку, а Сарбонна запрокинула голову назад. Из ушей, медленно перетекая по шее, сочилась кровь. Девушка тяжело заморгала и, опуская голову, захрипела, после чего ее вывернуло на окровавленный пол. Долохов что-то шепнул на ухо Яксли.       Воздух в зале наполнился тошнотворным смрадом. Сарбонна тихо всхлипнула и, коротко взглянув в сторону волшебников, заметила, как волшебная палочка в руке Северуса слабо дрогнула. Стоявшая чуть впереди остальных волшебница с рябым лицом подняла свою палочку и легким взмахом открыла окно, ведущее в сад. Холодный ветер ворвался в залу.       — Сыворотку правды, — требовательно процедил Волдеморт, — мне нужна Сыворотка правды, — он обернулся, обращаясь к Северусу.       — Прошу прощения, мой Лорд, но мои запасы остались в школе, — мужчине с трудом удалось изобразить извиняющийся тон и выдержать уничтожающий взгляд своего хозяина.       — Тогда она стала бесполезной, — Волдеморт заклятием отбросил Сарбонну к стене, — осталось лишь, — он сделал устрашающую паузу, потирая волшебную палочку бледными пальцами.       — Простите, Милорд, — внезапно вмешался Рабастан Лестрейндж, — если вы позволите, то мы хотели, чтобы ее смерть была куда более мучительной…       Но, встретив на себе пронизывающий взгляд хозяина, мужчина осекся и замолчал. Северус крепче стиснул в руке волшебную палочку. Но Волдеморт не удостоил своего приспешника ответом. Он только бросил на жертву безразличный взгляд и сделал несколько шагов в сторону от нее.       — Смотрите, смотрите, — внезапно воскликнула Нарцисса, указывая на распахнутое окно.       Сарбонна превратилась в маленькую птичку, которая, освободившись от веревок и судорожно взмахивая крыльями, взмыла вверх. Будто из последних сил, она по неровной траектории устремилась на свободу. В нее полетели заклятия, рассекая зелеными вспышками спускающуюся на сад темноту. Но силуэт птички уже исчез из поля зрения волшебников.       — Взять ее! — взбешенным голосом приказал Волдеморт.       Стараясь избежать нарастающего гнева своего хозяина, Пожиратели бросились к выходу из комнаты. Спускаясь бегом по лестнице, Северус поравнялся с Мальсибером, который раздраженно грозился изловить эту мерзавку лично и обещал оттрахать до смерти. Долохов, вооружившись волшебной палочкой, согласно кивнул.       Над огромным садом Малфой-Мэнора нависли серые тучи. Северус, не помня себя, бросился в сторону. Его сердце бешено колотилось, а в голове металась лишь одна мысль: «Только бы найти ее первым. Только бы найти». Отбежав на некоторое расстояние, мужчина остановился и, решив, что нужно в первую очередь действовать логически обернулся и посмотрел на окно замка, из которого вылетела Бонна. Он понимал, что Сарбонна обессилена и улететь далеко ей вряд ли удастся. Но кого именно искать: птицу или сумевшую обратиться девушку? А успеть обследовать каждый уголок сада раньше других вряд ли получится.       Неожиданно Северус почувствовал, как ладонь обжигает монета, которую он достал, как только оказался в саду. На конце волшебной палочки мгновенно появился слабый свет, позволяющий разглядеть сообщение. Но в этот же момент кто-то грубо схватил его за рукав. Северус тот час отдернул руку и сжал монету, а волшебную палочку направил на противника. Люциус Малфой раздраженно оттолкнул руку Северуса и кивком указал на сжатый кулак друга. Но зельевар, а ныне директор Хогвартса, смотрел на хозяина Мэнора со злобным недоумением, продолжая угрожать волшебной палочкой.       — Идиот, — бесшумно произнес Люциус, — ты не найдешь ее без моей помощи.       Северус, прочитавший по губам его слова, смотрел недоверчиво-непонимающим взглядом. Люциус раздраженно закатил глаза и более не церемонясь, схватил мужчину за руку, требуя, что бы тот разжал ладонь. Северус нехотя подчинился. Монета по-прежнему горела, сообщая мужчинам всего лишь одно слово:

Фонтан

      Убирая монету в карман сюртука, Северус увидел, что Люциус уже выбежал на мощеную дорожку и жестом подзывает его, указывая направление. Северус быстро приблизился и, нахмурившись, смотрел на Малфоя-старшего. Но тот, не обращая внимания на эмоции друга, вытащил из пиджака волшебную палочку Сарбонны и протянул Северусу. Зельевар выглядел изумленным, а Люциус лишь с силой толкнул его в плечо, направляя вперед. Северус, оставив сомнения, взял палочку и бросился бежать в указанную сторону. Он изредка видел, как снуют по саду озадаченные поисками Пожиратели. А сам торопливо пробирался сквозь зеленые изгороди и в почти заброшенной части сада увидел старый полуразрушенный фонтан. Северус обошел его несколько раз, сосредоточенно присматриваясь, но никого не обнаружил. Предположив, что Бонна, скорее всего, спряталась, он обследовал растущие поблизости заросли кустарника.       И вскоре нашел ее, укрытую тяжелыми ниспадающими до земли ветвями старой спиреи. Обратившись в человека, девушка потеряла оставшиеся силы и уже находилась без сознания. Северус схватил ее на руки, касаясь губами холодного виска. Дыхание казалось поверхностным, еле слышным. Пульс прощупывался слабо. Голова безжизненно отклонилась в сторону. Северус прижал ее крепче и поднялся на ноги. Он увидел, что высокая ограда совсем близко и поспешил к ней. Нося на левом предплечье Темную метку, он без труда прошел сквозь ограждение, оказавшись за пределами Мэнора. Взглянув на Сарбонну, он задумался лишь на миг и трансгрессировал.

***

      Мужчина оказался на дороге, раскисшей после сильного ливня, и пошел вперед, направляясь к причудливому многоэтажному дому. Он почти не ощущал веса Бонны, лишь изредка глядя на ее бледное, изувеченное лицо. Ему отчаянно хотелось забрать ее на Лиственничную аллею и обо всем позаботиться самому, но ситуация никак не позволяла сделать это, поэтому он решился принести ее в Нору. Холодный ноябрьский ветер трепал его волосы, а черная мантия от сильных порывов развивалась за спиной. Но он не чувствовал холода, а лишь спешил поскорее доставить ее туда, где будет оказана помощь. Приблизившись к дому, Северус увидел в окне кухни Молли, которая привычно хлопотала у плиты, и остановился. Женщина увлеченно помешивала ложкой содержимое кастрюли и, снимая пробу, подняла глаза. Ложка выпала из ее рук, а взгляд застыл на незваном госте.       Входная дверь распахнулась и на пороге показалась Молли Уизли, вооруженная волшебной палочкой. Грозная фигура Северуса внушала ей серьезные опасения, и она смотрела на него враждебно, даже заметив, что он не вооружен. Мужчина тяжело молчал, держа на руках Сарбонну, и еле сдерживался от желания сделать шаг вперед и войти в дом, не смотря на решительно настроенную хозяйку. Женщина не сразу поняла, кого именно принес в ее дом Пожиратель Смерти, убийца Альбуса Дамблдора и безжалостный ублюдок, изуродовавший ее сына. Ее взгляд встревожено пробегал по бездыханному телу и тонул в черных глазах Снейпа. Но стоило ей узнать в девушке Сарбонну, как она охнула и прикрыла рукой рот, а на лице застыл немой ужас. Северус стоял неподвижно, наблюдая за ее реакцией и дальнейшими действиями.       — Она еще жива, — глухо произнес он, помогая Молли принять решение.       Женщина поджала губы, явно испытывая неприязнь к мужчине. Она неотрывно смотрела ему в глаза еще несколько мгновений, а потом опустила палочку и отступила в сторону, разрешая пройти в дом. Он стремительно вошел в гостиную, и дальше, следуя за хозяйкой, поднялся по лестнице и зашел в небольшую комнату. Осторожно опустив Бонну на кровать, Северус бережно убрал волосы с ее лица, невесомо проводя тыльной стороной ладони по щеке. Молли стояла рядом, с содроганием глядя на девушку. Северус увидел на прикроватном столике обрывок пергамента и перо. Склонившись, он наскоро написал список рекомендаций и протянул его Молли вместе с волшебной палочкой Сарбонны. Женщина подняла на него изумленные глаза, но Северус проигнорировал ее немой вопрос. Он продолжал неотрывно смотреть на Сарбонну, будто считая каждое мгновение, словно они находились здесь одни. А после он сдержанно отвел взгляд и молча покинул комнату. Молли лишь слышала, как его шаги постепенно стихли на лестнице.