Глава 39
2 мая 2018 г., 03:41
Женщина, тяжело выдохнув, перевела встревоженный взгляд с Сарбонны на пергамент, исписанный торопливым почерком. Лечение обещало быть долгим. Когда спустя полчаса Молли вновь вернулась в комнату, Сарбонна по-прежнему лежала на кровати, погрузившись в глубокий сон. Женщина опустила на тумбочку бумажный сверток с необходимыми снадобьями, которые ей удалось разыскать в Косом переулке. Она вновь пробегала глазами по пергаменту, когда внизу в гостиной послышался топот нескольких пар ног, а родной голос с тревогой позвал:
— Молли! Молли, дорогая!
— Я наверху, — быстро отозвалась хозяйка Норы.
Шум резко переместился на лестницу и первой в комнату вбежала запыхавшаяся Тонкс. За ней буквально ворвался побледневший Артур. На пороге появились Кингсли, Грюм, Сириус и Римус. Лица и одежды последних еще хранили на себе следы недавнего боя.
— Мерлиновы, кальсоны! — возмутилась миссис Уизли, — я уж никак не ожидала…
— Сарбонна. Сарбонна, — Тонкс, перебивая Молли, бросилась к кровати, опустилась на край и судорожно сжала руку подруги. Из остекленевших от ужаса глаз брызнули слезы.
— Тише. Тише, — Молли коснулась плеча Доры, — она жива. Она поправится. Я знаю, что нужно делать.
— Молли, объясни, что произошло? — выпалил растрепанный Артур.
— Как она оказалась здесь? — нетерпеливо спросил Кингсли, вытирая пот со лба.
— Почему одна? Где Лорен? — недоумевал Сириус.
— Она хоть что-нибудь рассказала? — опираясь на костыль, хмуро спросил Грюм.
— Я должна срочно оказать ей помощь, поэтому на вопросы отвечу позже, — строго ответила Молли Уизли, — прошу, подождите внизу, — женщина взглядом указала в сторону лестницы.
— Я останусь. Я помогу, — решительно сказала Тонкс, поднимаясь, освобождаясь от мантии и подтягивая вверх рукава свитера. Молли одобрительно кивнула. А мужчины послушно покинули комнату.
Женщины появились внизу спустя продолжительное время. Тонкс, медленно ступая по ступенькам, бережно поглаживала округлившийся живот. Ее глаза были наполнены странной грустью, и Римус поспешил помочь ей присесть за стол.
— Бонна пришла в себя? — поспешил спросить он. Но Дора лишь отрицательно помотала головой.
— Не так скоро. Она слишком измучена и совсем слаба, — ответила Молли.
— Она что-нибудь успела рассказать тебе? — спросил Кингсли.
— Ничего, — произнесла женщина, внимательно вглядываясь в лица волшебников, — она уже была без сознания, когда попала сюда.
— Но как? — изумился Сириус, — ей стало плохо от трансгрессии или после перемещения по каминной сети?
— Нет, — напряженно ответила миссис Уизли, — ее принесли сюда.
— Кто? — удивленно спросил Артур, понимая, что Молли что-то замалчивает.
— Снейп, — спокойно произнесла она, наблюдая, как изменились выражения лиц членов Ордена. — Он принес ее сюда и оставил, конечно же, ничего не объясняя. И это все, что я знаю.
— Он был здесь? И ты дала ему уйти? Вот так вот просто развернуться и уйти? — неожиданно вскипел Сириус.
— Естественно, — решительно вставил Артур, быстрее, чем Молли успела открыть рот. — Или надо было встать на пути у Пожирателя Смерти, убийцы Дамблдора и преградить ему путь ценой собственной жизни? - Всегда доброжелательный Артур Уизли смотрел на Сириуса с вызовом и плохо скрываемым негодованием.
— Молли, ты правильно поступила, — уверенно вмешался Грюм, — слишком много смертей в последнее время, — он плотно сжал губы и недовольно посмотрел на Сириуса, который впился в него разгневанным взглядом.
— Сарбонна без сознания и мы до сих пор не знаем, что случилось с Лорен, — задумчиво произнес Кингсли.
— Я не верю, что Бонна могла оставить ее в беде, — Дора решительно вскинула голову.
— Согласен, — поддержал Грюм, — нам остается только ждать пока она придет в себя.
— Значит, будем ждать, — сказал Римус, не взирая на недовольство друга.
— Что ж, — заключил Кингсли, отклонившись на спинку стула и постукивая пальцами по поверхности стола, — мы потерпели поражение в этой схватке. Возможно, даже есть жертвы, да и Сарбонна каким-то чудом осталась жива. Поэтому с этого дня мы приостанавливаем активную деятельность. Вам я говорю об это сейчас, а остальным объявлю на собрании. Я не распускаю Орден, но больше никаких операций, никакого риска. Нам нужно сберечь оставшиеся силы и жизни. Но я продолжаю верить, что наше время еще придет.
Он замолчал, потому что каждое слово давалось ему с трудом после всего того, что он увидел за последнее несколько месяцев. Аластор согласно закивал в ответ. Римус и Сириус обменялись взглядами. Артур посмотрел на жену.
— Молли, — обратилась Тонкс, — я хотела бы остаться и помогать тебе всем, чем только смогу помочь.
— Я буду благодарна, — Молли ласково улыбнулась. — Бонна обязательно поправится, — добавила она, понимая ее тревогу.
— Нам пора, — сухо произнес Сириус, отметив, как надолго задумался Кингсли и замолчал Грюм.
— Да, пожалуй, пора, — встрепенувшись, согласился Бруствер. — Артур, Молли, если в чем-то возникнет необходимость — сразу обращайтесь, — быстро добавил он.
— Мы скоро заглянем снова, — произнес Аластор, тяжело поднимаясь.
— Будьте вдвойне осторожны, — предостерегла Молли. Римус обнял Дору.
Когда члены Ордена покинули Нору, Тонкс осталась стоять у окна, грустно глядя им вслед. Они, озираясь, спешили покинуть территорию, чтобы где-то укрыться на неопределенное время. И каждый в эту минуту винил себя в проваленной операции, которая снова унесла чью-то жизнь и не смогла переломить ситуацию. Волшебный мир продолжал пребывать во тьме. И даже самые отчаянные смельчаки были вынуждены прекратить свое сопротивление. Тонкс горестно размышляла об этом, в тоже время не представляя, что когда-нибудь они могут окончательно сдаться.
***
Начало декабря выдалось ветреным и снежным. Мокрый снег налипал на окна и постепенно таял. Дора старалась почти все время находиться рядом с Бонной. Читала вслух статьи из Магического еженедельника, рассказывала о своей беременности и советах Марлин, а когда она могла удостовериться, что Молли не слышит ее — говорила о Северусе. Много говорила. В надежде на то, что подруга наконец-то услышит ее и очнется. И даже, когда от безысходности наворачивались слезы, Дора продолжала верить и засиживалась допоздна. Грюм наведывался в Нору чаще остальных. Подробно расспрашивая Тонкс о состоянии Бонны, он скрипел протезом и, прихрамывая, мерил гостиную долгими шагами. Маркус ревностно следил за тем, чтобы никто не входил в комнату кроме Тонкс и Молли, а сам лишь изредка покидал свой пост. Мона и вовсе не слезала с постели хозяйки. Она заметно исхудала, но продолжала согревать Бонну своим теплом и умиротворяющей кошачьей песней, оказываясь то на ее груди, то на голове, то в ногах. Будто делясь невидимой энергией, известной только ей одной. Так проходили дни. Зимнее утро неожиданно обрадовало кратковременным появлением солнца. Осторожные лучи коснулись бледных скул и заиграли на ресницах спящей девушки. Дыхание оставалось ровным, но глазные яблоки беспокойно задвигались под прикрытыми веками. Сарбонна сделала глубокий вдох и приоткрыла глаза. Она с трудом различала предметы, не понимая, где находится. Белые одеяния напоминали ей больничную одежду, но комната была не похожа на палату больницы Святого Мунго. Мягкая ткань приятно прилегала к телу. Ладони коснулось что-то шелковистое и теплое. Бонна с трудом повернула голову, заметив рядом Мону. Неожиданно над одеялом появилась косматая голова Маркуса, который, поднявшись на задние лапы, смотрел на хозяйку. Сарбонна слабо улыбнулась. Она услышала, как откуда-то снизу доносится негромкий разговор, но не могла узнать голоса. Бонна силилась оторвать голову от подушки, но не могла. Виски болезненно сдавило, а во рту чувствовалась сухость. Сарбонна хотела вновь закрыть глаза, но на лестнице послышались шаги. Не в состоянии гадать, кто может появиться в комнате мгновение спустя, она неотрывно смотрела на дверь. В проеме показалась Тонкс с книгой в руках. Она замерла, когда увидела, что Бонна смотрит на нее, будто сразу не смогла поверить в это. А потом широко улыбнулась и бросилась к ее кровати. — Бонна. Милая моя, Бонна, — восклицала она, сжимая ее руки, — ты пришла в себя. Наконец-то. Мы все так этого ждали, — ее глаза блестели от слез. — Где мы? — тихо спросила Бонна и закашлялась. — В Норе. Гостим у Артура и Молли. — Тонкс волшебством наполнила водой стакан. Сарбонна попыталась приподняться на локтях, но руки предательски дрожали. — Не спеши, давай я помогу, — Дора осторожно подхватила Бонну под руки и усадила в постели, облокачивая на подушку. Сарбонна приняла стакан и сделала несколько глотков, после обессилено опуская его и прикрывая глаза. Бледный лоб покрылся испариной. — Ты еще не совсем здорова, — Дора забирая стакан, ласково коснулась руки подруги, — но ничего. Сейчас, когда ты пришла в себя лечение пойдет быстрее. К вечеру обещал заглянуть Кингсли и принести некоторые снадобья для Живительного настоя. «Дора, — мысленно произнесла Бонна, глядя на подругу с благодарностью. — Артур, Молли, Кингсли, Грюм, Венс, — сознание против воли продолжило логическую цепочку, — Лорен…» Неожиданно в памяти Сарбонны все прояснилось с поразительной четкостью. Министерство. Аврорат. Амбридж и Яксли. Ее нелепая ошибка, промедление и гибель: коллеги, напарницы и просто молодой, веселой девушки, которая в тот решающий момент доверилась ей, полагаясь на ее опыт, магические навыки и умение принимать правильные решения. Но вместо этого она получила лишь смерть. Бонна учащенно задышала и неловко отвернулась, прикрывая лицо рукой. Ее тело содрогнулось и, Тонкс увидела, как по щекам потекли слезы. — Бонна, что? Что произошло? — взволновано заговорила Тонкс, болезненно хмурясь. — Ты что-то вспомнила? — Но подруга старательно отворачивалась. — Бонна, не надо. Не сейчас, — она протянула платок, и Сарбонна осторожно потянулась за ним. Невольно повернувшись она встретилась взглядом с Дорой. Слезы продолжали катиться по осунувшемуся лицу, а Тонкс смотрела так, словно обо всем давно догадалась. — Операция по захвату провалилась, и Министерство по-прежнему во власти Пожирателей, — медленно начала она, пристально глядя на Бонну. — Кингсли и остальным чудом удалось спастись в самый последний момент, но вас с Лорен они так не дождались. А вскоре пришло сообщение от Молли о том, что Северус принес тебя в Нору и ты находишься без сознания. Он наскоро оставил рекомендации и, следуя им, мы лечим тебя уже две недели. И как видишь успешно, — Тонкс ласково провела рукой по светлым волосам, но Бонна неотрывно смотрела на платок и нервно перебирала его пальцами. — Я не спасла ее, Дора, — обреченно проговорила Бонна, поднимая на подругу покрасневшие глаза и сглатывая вновь подступившие слезы. Ее мутноватый, усталый взгляд наполнился тяжелой решимостью рассказать правду, а короткие фразы чередовались с вынужденными передышками. Она так остро ощущала боль от случившегося, будто это произошло только вчера и отчаянно винила себя в гибели девушки. До конца выслушав Сарбонну, Тонкс старалась всячески смягчить ее горечь, заверяя, что в такой неоднозначной ситуации каждый даже из опытнейших Авроров поступил бы именно так, как поступила Бонна. Особенно, если дело касалось такого непредсказуемого врага, как Яксли. — Это слабое утешение, я понимаю, — негромко продолжила Тонкс, — но только представь, сколько унижения и боли выпало на ее долю, если бы она оказалась с тобой в Мэноре. Я часто думаю о том, какая именно участь уготована нам. И признаться, я предпочла бы зеленую вспышку и луч, мгновенно останавливающий мое сердце, смерти под бесконечными пытками. Сарбонна, не отрываясь, смотрела на Дору. Русые волосы едва касались плеч. Серые глаза, наполненные теплотой, затуманились грустью. Лицо с чуть заостренным подбородком немного округлилось, и нежные ямочки появлялись на щеках, когда губы изгибались в улыбке. Домашняя одежда, свободная и чуть простоватая, как никогда располагала к уюту, вдали от заданий, дознаний и сражений. Весь нынешний вид подруги, ожидающей появления малыша, никак не сочетался с только что произнесенными словами. Словами Аврора, лишенными страха, которые было дико услышать из уст будущей матери, собирающейся подарить жизнь. Сарбонна опустила глаза, твердо обещая себе, больше не возвращаться к подобным темам, а лишь стараться наполнять их с Дорой будни светом и надеждой независимо от того, что им еще предстоит пережить. На лестнице послышались шаги, и Бонна торопливо вытерла остатки слез. — Сарбонна, — улыбчиво проговорила Молли Уизли, войдя в комнату и сжимая в руках высокую бутыль, из горлышка которой струился легких зеленоватый дымок, — я очень рада твоему пробуждению. Мы все переживали за тебя. — Спасибо, — благодарно отозвалась Бонна, — без вашей заботы у меня не было бы ни единого шанса, — и она крепко сжала руку, сидевший на постели Доры. Но, не смотря на длительное лечение, Сарбонна восстанавливалась медленно. Силы возвращались постепенно, головные боли преследовали с каждым незначительным изменением погоды и, от слабости клонило в сон. На улицу она смогла выйти только спустя еще неделю, когда окрестности уже основательно замело. В теплой мантии и в сопровождении Маркуса и Тонкс, Сарбонна попыталась создать Патронуса, но из палочки вырвалась лишь неяркая вспышка, которая тут же испарилась. Она поняла, что плен в Малфой-Мэноре подорвал не только ее физические, но и магические силы. В пятницу с утра Тонкс отправилась в гости к матери, соблюдая все меры предосторожности. А Сарбонна осталась в Норе, так как растрачивать столь малые силы на перемещение было пока неразумно. Вместе с Молли они сидели внизу в столовой, и пили чай с вкусной домашней выпечкой. На вечер было запланировано собрание Ордена, а также в гости обещали заглянуть близнецы, поэтому все на кухне находилось в непрерывном движении. Мона грелась на каминной полке, а Маркуса пришлось выпроводить на прогулку, после того, как он стянул со сковороды куриный окорочок. — Бонна, — обратилась Молли непривычно серьезно, — я многое взяла на себя перед членами Ордена, когда позволила Северусу беспрепятственно покинуть мой дом. Пойми, он Пожиратель Смерти и чуть не убил моего сына и мне требуются некие объяснения о том, что же тогда произошло. Я откладывала этот разговор, как могла, но сегодня собрание и мне… — женщина неопределенно замялась. — Я понимаю, — поспешила ответить Бонна, — я все объясню, и ты перестанешь чувствовать себя виноватой перед ними. Но, Молли, ты должна пообещать, что о нашем разговоре никто не узнает. — Хорошо, я обещаю, — без промедления согласилась Молли, вновь наполняя чашки горячим чаем. И Сарбонна доверилась ей, рассказав об отношениях с Северусом, о спланированной смерти Дамблдора, о его тонкой игре в рядах Пожирателей, незыблемой преданности общему делу и покровительству над Гарри. С каждым новым услышанным фактом, сомнения хозяйки Норы рассеивались. — Молли, — помолчав, обратилась Бонна, — скажи, каким он был, когда принес меня сюда? — Северус, — женщина, коснувшись рукой подбородка, на мгновение задумалась, — он ничего не боялся. Ничего. Казалось, что даже если бы здесь его встретил Орден в полном составе, то это бы никак не повлияло на его решимость, хотя, возможно, стоило жизни. Сарбонна, молча, закивала и отвела взгляд. Его образ вновь предстал перед глазами так явно, словно она видела его в Малфой-Мэноре только вчера. Видела отчаянную решимость на его лице. Он был готов сорваться, но благоразумно этого не сделал. Лишь его незаметный «Империус» и путь для нее стал свободен. В тот день он спас ее дважды. Первое, что попросила она, когда ощутила себя лучше — это номера «Ежедневного пророка». Бонна судорожно искала хоть какое-то подтверждение тому, что Северус остался жив и, как и прежде, находится в Хогвартсе. И наконец, обнаружив коротенькую заметку о нововведениях директора школы, она почувствовала невероятное облегчение. Лишь одно обстоятельство огорчало ее — она потеряла монету в саду Малфоев, которая служила для связи с Северусом. И теперь долгими часами раздумывала о том, как условиться о встрече. Вечером перед собранием Ордена, Сарбонна заметно нервничала. Волшебникам потребуются ответы на многие скользкие вопросы, а она, еще не до конца окрепнув, чувствовала себя уязвимой. Но Тонкс подбадривала ее, убеждая, что большинству членов Ордена известно о ее состоянии, поэтому вряд ли они решаться превратить собрание в допрос. Но встречая в гостиной каждого вновь прибывшего волшебника, Сарбонна сразу отметила общий настрой Ордена. Лишь немногие пожелали осведомиться о ее самочувствии. Остальные же после сдержанного приветствия занимали свои места за столом. И если в самом начале рассказ Бонны о происшествии в Министерстве единомышленники восприняли с пониманием и сочувствием, то освобождение из Малфой-Мэнора наполнило и без того напряженную атмосферу неприкрытым недоверием. Бонна ощущала себя словно на дознании, но ни в привычной роли дознавателя, а в качестве подсудимого, в сторону которого то и дело летели реплики, источающие откровенное возмущение. — Не знал, что ты анимаг, — недовольно вставил Венс, как только Бонна замолчала, — не понимаю, к чему было скрывать это от нас? — Я не скрывала, — ответила она, переводя на него спокойный взгляд. — Но ведь никто не знал об этом до сегодняшнего дня, — не сдавался он. — Не правда. Я знала, — вмешалась Тонкс, — и Аластор с Кингсли тоже, — Бруствер кивнул. — Винджел знал, — коротко заметил Грюм, сделав глоток и закручивая крышку старой фляги, — он и сам был анимагом. — Теперь понятно, почему вы так часто принимали участие в делах отдела Слежения, — сухо заключил Итон, наполняя чашку чаем. Раздался бой часов и Сарбонна нервно вздрогнула. Она подняла глаза и медленно переводила взгляд с одного волшебника на другого. На плите закипел котел с водой, и Молли поднялась из-за стола. Кайл выглядел на редкость отстраненным и после рассказа о смерти Лорен заметно сник. Казалось, что все происходящее уже не волнует его. Флер презрительно кривила губы, а Билл, сложив руки на груди, смотрел перед собой. Гестия склонила голову в сторону Твилы и что-то тихо сказала ей. Близнецы переговаривались с отцом. Римус, встретившись взглядом с Сарбонной, открыто посмотрел на нее и чуть улыбнулся. Бонна невольно отвела глаза и увидела, как Кингсли, глубоко задумавшись, смотрел в окно. А Венс, сидевший с противоположной стороны, устремил на него вопрошающий взгляд, словно желая получить его оценку происходящему. — Так почему же он спас тебя? — прервал короткое молчание Сириус. И Сарбонна перевела взгляд на него. В серых глазах плескался гнев. — Я не знаю, — ответила она, выдерживая его взгляд. Но Сириус явно недовольный таким ответом презрительно усмехнулся и откинулся на спинку стула, продолжая сверлить Бонну взглядом. — А что же Беллатриса? — иронично спросила Гестия Джонс, — ходили слухи, что она одна из первых жаждет твоей крови. — Крови было предостаточно, когда Бонну принесли сюда, — незамедлительно вступилась Тонкс. — Я уже говорила, что она была там, но с появлением Вол… — Бонна вовремя осеклась, — Того-Кого-Нельзя-Называть они отступили. — И он пытал тебя? — снова вклинился в разговор Венс. Грюм неодобрительно посмотрел в его сторону. — Да, он применил Ментальную магию, — ответила Бонна, почувствовав, как виски сдавило от боли при одном воспоминании. — Но ты смогла оказать сопротивление и не выдать нас? — Итон многозначительно вскинул брови. — Надеюсь, что так, — произнесла Бонна. — Признаться, он был настолько близок, что я боялась потерять сознание. Возможно, на какое-то мгновение реальность могла ускользнуть, но большего ему не удалось. — И не достигнув своей цели, он вот так вот просто позволил тебе сбежать? — вновь с иронией продолжила Гестия. — Все это произошло за какие-то мгновения и … — Я не верю, — перебивая Сарбонну, вмешалась Твила, — слишком много совпадений: открытое окно, превращение, десяток Пожирателей и все их заклятия пролетели мимо. — Еще никто не смог противостоять ему и остаться в живых, — запальчиво продолжил Венс, — ну, за исключением Гарри, конечно, — он сделал короткий кивок в сторону Сириуса, — но Гарри — избранный. — У меня нет оснований не доверять своему Аврору, — вступился Грюм. — Да, неужели! А вам не кажется подозрительным тот факт, что тот, кто предал нас, теперь решил вдруг оказать помощь одному из нас. Помнится, мы ему тоже когда-то доверяли, — взвился Сириус и теперь уже с ненавистью смотрел и на Грюма. — В чем вы хотите обвинить меня? — Сарбонна резко поднялась на ноги. Кровь прилила к лицу. Щеки горели, а тело пробирала дрожь. — Я рассказала вам все, что произошло. А то, что Северус принес меня сюда, я сама узнала спустя недели от Тонкс и Молли. — То, что Сарбонна осталась жива, еще не делает ее предателем, — вспыхнула Тонкс, поднимаясь следом. — Раз так, значит, тебе нечего скрывать от нас, — воскликнул Сириус и перевел выжидательный взгляд на сидящего рядом Венса. — Согласен, — поддержал тот, выуживая из кармана мантии миниатюрный омут памяти и опуская его на стол. Сарбонна и Сириус намертво сцепились взглядами, пока остальные хранили молчание. — Ты настаиваешь? — с неприязнью проговорила Бонна. — Подтверди свои слова, — злобно процедил Сириус, кивнув на омут памяти. — Сириус Блэк, я не потерплю подобных выходок в своем доме. Сарбонна все еще нездорова, — Молли поспешно вернулась с кухни, держа в руках наполненный зельем стакан, и поставила его на стол перед Бонной. Она всем видом выражала неудовольствие требованию мужчины. — Это возмутительно! Своими действиями вы унижаете члена Ордена, — в спор неожиданно вмешался Кайл. — Я не поверю ни единому слову, пока не увижу доказательства, — хищно прорычал Сириус, вскакивая на ноги и угрожающе опираясь руками о поверхность стола. Римус, заметив крайне враждебный настрой друга, схватил его за руку, но Сириус недовольно отмахнулся. — Прекратите! — поднимаясь, грозно прогремел Кингсли, — здесь не судебное заседание Визенгамота, а собрание Ордена Феникса. Мы встретились, чтобы узнать причину провала нашей операции и правду о гибели коллеги, а не устраивать Сарбонне непристойное дознание. И тот факт, что к ее спасению причастен Снейп, лично я считаю не существенным, — его возвышающаяся фигура выглядела как никогда внушительно, — садитесь, и если все успокоились, то продолжим. Бонна обессилено опустилась на стул и сделала несколько глотков зелья. Сердце учащенно билось от пережитого напряжения, а руки еле заметно дрожали. — Но мы не может исключать сговор или «Империус», — осторожно вставила Гестия. — Сговор? — нахмурившись, прокряхтел Грюм, — тех, кто верно служит темным силам не пытают до смерти. А на счет «Империуса» — Сарбонна не из тех, чьим сознанием можно завладеть. Я ручаюсь. — С нами бы уже давно расправились, попади хоть часть информации не в те руки, — резонно заметил Билл. Но всем своим видом Сириус, Гестия, Твила и Венс показывали, что не разделяют позитивного настроя своих коллег. — Мне удалось сохранить то, зачем мы приходили в Аврорат, — Сарбонна вновь поднялась и прошла вдоль стола, останавливаясь рядом с Кингсли, — но здесь лишь половина. — Она, замолчав, торопливо сглотнула, и продолжила, — я преобразовала для удобства, — на стол перед Аврорами опустилась тяжелая стопка карточек с картинками из детских волшебных сказок. — Спасибо, Сарбонна, — мягко произнес Кингсли, — мы услышали все, что требовалось и если тебе необходим отдых, то ты можешь подняться к себе. Бонна благодарно кивнула, забрала со стола стакан с зельем и, попрощавшись со всеми, прошла в сторону лестницы. Волшебники проводили ее взглядами. — Знаешь, друг, иногда твоя ненависть к Снейпу переходит все разумные границы, — тихо заметил Римус сурово глядя на Сириуса, но тот не обратил внимания на его слова, продолжая непримиримо смотреть вслед Сарбонне.***
Зимние дни тянулись медленно. Темнело рано, и Сарбонна большую часть времени проводила около камина в компании Доры, которую Молли пыталась научить вязать на магических спицах. Но Тонкс это давалось с трудом. Ряды петель получались то слишком натянутыми, то наоборот слабыми и изделие буквально разъезжалось в руках. Дора смеялась, ласково поглаживая живот и рассуждая о том, что своего сына она сможет научить лишь игре в квиддич, а остальное ляжет на плечи папы и бабушки с дедушкой. Сарбонна, подняв глаза от книги, улыбнулась. Ей вспомнилось, как однажды она заговорила о детях с Северусом и то, как он поначалу был удивлен ее желанию. Сарбонне вдруг отчетливо представилось, как их сын будет с удовольствием играть с сыном Доры во дворе дома Тонксов. Ее воображение рисовало яркую, солнечную картину. Зеленую лужайку и веселый, детский смех. Она видела своих друзей, себя и Северуса счастливыми. В мире, где Волдеморт побежден, где можно не боясь за близких, с улыбкой встречать каждый новый день. Сарбонна повернула голову и посмотрела в окно, подумав о том, как всего этого сейчас не хватает ей. В мире, который накрывает беспросветная тьма, а надежда на избавление становится все более призрачной, но все равно остается. Благодаря таким как Северус — бесстрашным и знающим свое дело. Таким, как Гарри, который где-то далеко прокладывает свой путь в поисках крестражей, еще не до конца зная о своем истинном предназначении. Таким, как Кингсли и Грюм — уверенным, что победа будет на их стороне. И таким, как Тонкс, которая, без всяких сомнений, решительно выйдет вперед и разделит с ней любой самый ожесточенный бой. Бонна с теплотой посмотрела на подругу, которая отчаянными взмахами волшебной палочки старалась в очередной раз одержать верх над непослушными спицами. К Рождеству Сарбонна чувствовала себя полностью здоровой. Вместе с Тонкс они несколько раз навещали Андромеду, которая тяготилась одиночеством и не получая вестей от мужа тревожилась за него все больше. Она также выражала обеспокоенность состоянием Доры, которая по ее мнению относилась к беременности несколько легкомысленно. Но на увещевания матери Тонкс лишь искренне улыбалась, продолжая часто отлучаться из дома. Праздник встретили в Норе, где Молли накрыла изумительный стол, за которым вновь встретились многие волшебники. Но само празднование оказалось непривычно тихим. Члены Ордена периодически совершали обход территории, опасаясь нападения, а за столом все больше беседовали на серьезные темы. За несколько дней до наступления нового года Сарбонна, попрощавшись с Молли и в который раз поблагодарив ее за заботу, вернулась на Лиственничную аллею. Большой дом пустовал, а из комнат веяло непривычным холодом, будто он был заброшен долгое время. Желая согреться как можно быстрее, Сарбонна прошла в гостиную, чтобы растопить камин. Мона побежала за волшебницей, а Маркус остался стоять посреди прихожей. Кот поворачивал голову из стороны в сторону и настороженно принюхивался. Неожиданно он замер и тихо рыкнул, устремляя взгляд вперед и продолжая собирать носом запахи. Сарбонна выглянула из гостиной и посмотрела на обеспокоенное животное. — Маркус, здесь никого нет, — ласково проговорила девушка. Но кот, будто не слыша ее, медленно ступая, пошел в направлении столовой. Он обошел стол вокруг и бесшумно запрыгнул на него, осматривая поверхность. Прошло более минуты, когда Бонна услышала протяжное мяуканье, которым Маркус звал ее. Она вышла в коридор и увидела, как он величественно сидит на столе, требуя внимания. Когда Сарбонна приблизилась, то заметила, что между мохнатых лап кота лежит маленькая монета, та самая, которую как ей казалось, она выронила в саду Малфой-Мэнора. Лицо девушки радостно просияло. Она схватила ее и сжала в ладони, поднеся руку к губам. Маркус, наблюдая за хозяйкой, умиротворенно сощурился. Но написать Сарбонна решилась лишь ближе к вечеру. Душу терзало чувство вины за лживое обещание, за ту опасность, которой она подвергла его и ту боль, которую он испытал, когда узнал ее в поместье Малфоев. И теперь оставалось лишь ждать. Сарбонне казалось, что каждая минута этого ожидания тянется долго. Кингсли настоятельно просил ее не покидать дом, хотя бы первое время, поэтому в распоряжении девушки остались только книги, чай и созерцание медленно тлеющих углей в камине. Зимний день выдался пасмурным, а город накрыл настоящий снегопад. Сарбонна прильнула к окну в столовой и наблюдала, как улицы стремительно заметает снегом, а крыши соседних домов скрываются под белым покрывалом, словно вересковые поля Хогвартса. Чашка горячего чая медленно остывала на столе, когда она услышала, как открывается входная дверь и обернулась. Северус захлопнул дверь и поднял на нее глаза. Сарбонна улыбнулась, но замерла около окна в странной нерешительности, словно не зная чего ожидать. Но мужчина быстро преодолел коридор и, не произнося ни слова, остановился напротив нее. Какие-то доли секунды он всматривался в лицо, и Бонна не могла разобрать его эмоций. Он обнял ее легко, почти невесомо и, что-то додумывать было уже не нужно. Его руки с излишней осторожностью сминали ее одежду. Он не видел ее долгое время и не знал, в каком состоянии она находится. Сарбонна обхватила его плечи. Ей хотелось плакать от внезапно нахлынувших чувств. Хотелось объясниться, но в горле стоял ком, и подобрать нужные слова никак не получалось. Вместо этого она потянулась к его губам. И целовала. Сбивчиво, страстно, ощущая его близость и буквально растворяясь в объятиях, словно находясь вне времени. Одежда небрежно оседала на пол, а столовая наполнялась шумным дыханием и обрывками неразборчивых слов. Их тела слились воедино, кожа лихорадочно горела от прикосновений, а движения становились более резкими, нетерпеливыми. Волны наслаждения накатывали все сильнее, унося в бездну ощущение реальности. Движение. Вздох. Стон. Движение. И новый стон. Удар. Удар… Удар… И вот уже сердце срывается в бешеном ритме, а перед глазами рассыпаются тысячи радужных лучей. Северус замирает, теряя контроль и стискивая до боли ее ребра, а она ощутимо прикусывает кожу на его плече. С его губ срывается тихий стон, и он открывает глаза. За ее спиной пасмурный Лондон, но снегопад уже закончился. Там промозгло и ветрено, а здесь она тепло прижимается к нему, все еще сидя на подоконнике и обвивая ногами его бедра. Северус почувствовал на своей шее влажные, мажущие прикосновения ее губ и осторожно отстранился, желая посмотреть в глаза, но Сарбонна, неловко смущаясь, уткнулась лицом в его плечо. Северус тонко улыбнулся. В библиотеке на Лиственничной аллее уютно потрескивал камин, и ароматно пахло свежим чаем. Сарбонна, устроившись на разобранном диване, подобрала под себя ноги и закуталась в легкий плед. Она сидела напротив Северуса, опустив подбородок на его колено. Он ласково перебирал пряди светлых волос. Вот уже несколько часов как они, перебравшись из столовой, делились последними новостями. Бонна рассказала о провалившемся плане по захвату власти в Министерстве Магии, неоднократно сожалея о том, что скрыла от него этот факт. И расспрашивала Северуса о возвращении в Мэнор в день ее бегства, о Хогвартсе и о Гарри. — Я видел их. Почти сразу после того, как им удалось ускользнуть из Годриковой впадины, и передал меч, — произнес Северус, сделав последний глоток и передавая Бонне чашку. Он был серьезен, не смотря на внешнюю расслабленность, — остается только надеяться, что они догадаются, как именно нужно им воспользоваться. — Я несколько раз пыталась связаться с Гарри, но ни разу не получила ответа. Возможно, он просто потерял монету, пока странствовал, — Бонна, обхватив колено мужчины, склонила голову на бок. — Это и к лучшему. Иначе бы ты бросилась к ним на помощь, — снисходительно заметил Северус, прищуриваясь. Сарбонна виновато улыбнулась. — Ты имеешь полное право сердиться, — негромко проговорила Бонна, протягивая к нему руку и касаясь пальцами горячей ладони. — Разве, похоже, что я сержусь? — спросил он, потянув ее за руку и заставляя оказаться ближе. Она прильнула к нему, опуская голову на жилистое плечо. — Это же бесполезно. Абсолютно, — он нежно коснулся губами теплого лба и прикрыл глаза. Ему пришлось уйти с рассветом, неохотно оставляя ее одну в доме, безопасность которого он считал недостаточно надежной, но ничего другого не оставалось. Сарбонна провожала его любящим взглядом, надеясь, что ее чувства поддержат его, невзирая на расстояние и грядущую неизвестность.
