Кроссоверы по Overwatch

      Кабинет Доктора Фокса. Доктор смотрит на свой планшет с бланками. Хандзо спокойно и, казалось бы, безразлично смотрит на психиатра, но в его взгляде, однако читается нетерпение и раздраженность, сдерживаемая из последних сил.       Доктор Фокс (подняв проницательный взгляд, пару секунд изучающе смотрит на Хандзо): Давайте поговорим немного о вашем детстве. Я хочу, чтобы вы были со мной настолько честны, насколько это возможно. Это важно, если мы хотим добраться до сути вашей проблемы. Досчитайте до десяти и скажите, когда будете готовы, Хандзо.       Хандзо (с недоверием несколько секунд смотрит на Доктора Фокса, но, смирившись, начинает): Ладно, начнём...       Доктор Фокс (успокаивающе): Мне не важно, "псих" вы или нет... как я и сказал. Мне важно понять, что заставило вас прийти к такому состоянию и найти наилучшее решение. Чтобы это сделать, я должен узнать вас лучше. Можем сначала поговорить о вашем детстве? Ваши родители... Когда ты ребенок, твоя жизнь вращается вокруг них. Каким был ваш отец? У вас с ним были хорошие отношения?       Хандзо (задумывается на пару секунд, вспоминая своего отца; с ухмылкой): У меня был хороший отец. Довольно строгий, но сдержанный... Без причины он никогда не повышал на меня голос. Он был очень спокойный, но, несмотря на это, он умел развлечь... Он многое мне передал из своего жизненного опыта. Подарил мне много мудрости... Мой отец никогда не ссорился с моей матерью, или же я просто не заставал их ссор... Что бы не заставило меня... попытаться убить себя, это не имеет к нему никого отношения.       Доктор Фокс: Где он сейчас?       Хандзо: Он умер десять лет назад. Рак.       Задумчивая пауза.       Доктор Фокс (деликатным тоном): Скучаете по нему?       Хандзо (сухо и строго, отведя взгляд в сторону): Да.       Неловкое молчание.       Доктор Фокс (всё тем же деликатным тоном): Извините, Хандзо, это моя работа - задавать такие вопросы.       Хандзо (слегка раздражённо): Давайте побыстрее покончим с этим.       Доктор Фокс (проницательно смотрит на Шимаду): Конечно... Давайте поговорим о вашей матери. Какой она была? Хотите рассказать мне о ней?       Хандзо: Моя мама... была хорошей... Настоящей матерью... Знаете... Она бы умерла за нас, за своих детей... за меня... Большую часть времени в детстве я проводил с ней. Потом я пошёл в школу. Отец потихоньку начал учить меня, как... как жить во взрослой жизни... Но когда мне было плохо, в первую очередь я приходил к своей матери... Она умерла одиннадцать лет назад. Когда у отца впервые диагностировали рак... это было слишком для неё. Он продолжал притворяться, что он в порядке, но она не могла этого пережить... Её сердце сдалось. Она умерла быстро. Мой отец продолжал сражаться. Однако, следующие восемь месяцев болезни и химии окончательно добили его. Он думал, что он непобедим, но это было не так.       Доктор Фокс (протяжно): Окей. У меня уже сложилась более ясная картинка. Пока достаточно о родителях. Давайте отдохнём пару минут и поговорим о чём-нибудь другом...

***

Днём ранее. Палата Хандзо.

      Хандзо подходит к окну, смотрит вниз на выход из госпиталя. Взгляд переходит на парковку и на машины, пока что покоящиеся на ней. Дверцы передней кабины кареты "скорой помощи" открыты настежь - водитель курит, не выходя из машины. Пасмурно, но сквозь тучи вдали редко пробивается солнце. Хандзо что-то обдумывает. Он отходит от окна и садится на койку.       Хандзо (думая вслух, смотря на злосчастную лампу над постелью): Мне нужно выбраться отсюда... Я терпеть не могу больницы... Кроме того, я действительно хочу пойти домой и забыть обо всём этом.       Хандзо встаёт с койки и подходит к часам, чтобы узнать время, но, к несчастью, обнаруживает, что стрелки остановились на отметке 10:08. Затем, Шимада подходит к полке с латексными перчатками и, воровато посмотрев на дверь, берёт много перчаток, и кладёт их к себе в карман.       Хандзо выходит в коридор, осматривается: никого нет - можно было бы подумать, что все вымерли, если бы не шум из вестибюля. Шимада подходит к чарту о наркотиках слева от двери в свою палату. Внимательно читает и размышляет вслух.       Хандзо (задумчиво): ...Я сижу на большом количестве успокоительных, кажется... Вещество, которое они мне дают, может вырубить и лошадь... И обеспечить головной болью на целую неделю. Это также может вызвать галлюцинации и паранойю... (задумчиво нахмурившись) Как странно... Почему они хотят, чтобы я всё это принимал? Я не сумасшедший, я точно это знаю. Если кто-то здесь и сошёл с ума, так это человек, подсадивший меня на все эти препараты без какой-либо обоснованной медицинской причины.       Задумчивое молчание. Хандзо улавливает тонкий цветочный аромат: на тумбе в вазе стоит букет красивых хризантем. Хандзо раздраженно с прищуром смотрит на них и проходит мимо. Он останавливается около чарта о наркотиках палаты №1. Шимада внимательно читает список препаратов и дополнительные записи о пациенте.       Хандзо (снова размышляя вслух):... Согласно данной записи его имя Габриэль Рейес, 58 лет. Он принимает много успокоительных и имеет давнюю историю злоупотребления наркотиками. Похоже, что в довершении всего он принимает метадон для прекращения приёма героина... В нижней части страницы сделана запись о том, что он на самом деле частный пациент, который остаётся здесь по собственной воле. (грусно усмехается) Счастливый... Думаю, для меня будет нелегко покинуть отделение больницы... (смотрит на дверь в палату №1) Что ж, ещё один псих с суицидальными наклонностями?       Хандзо аккуратно открывает дверь и заглядывает внутрь. В палате никого нет. Постель смята, по ней словно ураган прошёлся. В комнате странно пахнет. Шимада смотрит на часы: они тоже застыли, только показывают 11:40. Хандзо хмурится, закрывает дверь и идёт в вестибюль.       Шимада осматривается. Туда-сюда лениво расхаживает медперсонал. Фельдшер - в безвкусных очках - сидит за стойкой регистратуры и вяло переворачивает страницы какого-то прошлогоднего косметического каталога. На её рабочем месте беспорядок: важные бумаги валяются как попало, вперемешку с какими-то другими журналами, мусорное ведро давно стоит забитым скомканной бумагой, обёртками от шоколадок и другой вредной пищи, одноразовыми стаканчиками, салфетками и другими пакостями, стол обклеен множеством стикеров, рядом с компьютером разбросано невероятное количество ручек и карандашей... Рядом с окном стоят носилки и коляски. Также недалеко от окна стоит ободранная столетняя банкетка, перед ней кофейный столик, на нём также безмерное количество журналов.       Наконец, Хандзо подходит к регистратуре, смотрит на фельдшера, которая делает вид, что не замечает его, и перелистывает каталог, затем на её странные очки. В презрении у Хандзо слегка дрогнули ноздри.       Хандзо: Кхе-кхе... (Фельдшер деловито опускает очки на нос, нехотя откладывает каталог на стол, выпрямляется, поворачивается лицом к монитору, поднимает взгляд, полный пассивной агрессии, на Шимаду) Я могу позвонить?       Фельдшер (скучающе): О, да, конечно... но телефон занят сейчас. Можете подойти через пять минут? (тот пассивно-агрессивный взгляд; не дождавшись ответа) Спасибо. (усердно изображает, что работает)       Хандзо (не сдвинувшись с места, вперив раздражённый взгляд в уродливые очки): Я бы хотел пойти домой сейчас.       Фельдшер: Ну, я тоже! Но здесь действуют жесткие правила. Я не могу просто так позволить вам уйти!       Хандзо (возмущённо): Чего?!!       Фельдшер (скучающе): Слушайте, я очень занята. Я займусь вами через минуту, идёт?       Фельдшер слегка щурится на Шимаду и утыкается в монитор, нервно щёлкая мышкой. Хандзо тоже щурится на неё, хмурится и раздраженно сжимает руки в кулаки. Затем тихо выдыхает через нос, собираясь выйти в следующий коридор, предположительно ведущий к выходу. Взгляд Шимады задерживается на каком-то документе, лежащем поверх неаккуратной стопки бумаг и журналов. Это выписной лист для Габриэля Рейеса из палаты №1. Хандзо берёт лист в руки, расправляя загнувшийся уголок. Фельдшер, заметив действия Шимады, резко разворачивается к нему на стуле.       Фельдшер (раздраженно и устало): Пожалуйста, не трогайте это. Это всё секретные документы.       Хандзо (совсем закипая): Да? Ну, может быть, в таком случае вам не следует оставлять их на столе для всеобщего обозрения.       Фельдшер: Если вы хотите что-нибудь почитать, у нас здесь есть несколько журналов для пациентов.       Хандзо (презрительно осклабившись): спасибо, но я, пожалуй, воздержусь. (про себя) Ага, знаем мы эти ваши журналы... прошлогодние.       Тем не менее, Шимада задерживает своё внимание на стопке документов вперемешку с журналами. Хандзо пересчитывает папки пациентов, сваленные на столе, снова взяв их в руки, затем стучит ими по столешнице, предавая стопке аккуратный вид. И это тоже не остаётся без внимания фельдшера.       Фельдшер (ещё больше раздражаясь): Пожалуйста, не трогайте. Я же говорила, что это всё секретные...       Хандзо (испепеляя взглядом): Я только собирался прибраться...       Фельдшер (непонимающе): Извините, вы один из уборщиков? Почему вы одеты как пациент?       Хандзо: Я просто терпеть не могу беспорядок, вот и всё. И нет никакой необходимости язвить.       Фельдшер: Кто язвит?       Шимада снова хмурится и сжимает кулаки, выдыхает через нос и наконец выходит в коридор. Дойдя до конца, его ожидает неприятный сюрприз: у выхода стоят двое охранников. Хандзо медленно, но уверенно подходит к ним.       Хандзо: Простите, где здесь выход?       Охранник (приветливо): Прямо по коридору, сэр.       Хандзо: Спасибо. Я пошёл тогда.       Охранник (учтиво): Могу я сначала увидеть письмо о выписке?       Хандзо (слегка насупившись): Письмо о выписке?.. Зачем это?       Охранник (всё также учтиво): Некоторые наши пациенты находятся под надзором, и им не разрешено покидать палаты. Это для их безопасности, разумеется.       Хандзо: Звучит так, словно мы тут заключённые...       Охранник: Это всё ради безопасности наших пациентов, мадам. Доктора вас не выписали, боюсь, я не могу позволить вам пройти. Могу я узнать ваше имя?       Хандзо (подозрительно щурится): Меня зовут... Марти Смит. Дайте мне пройти, пожалуйста.       Охранник: Боюсь, я ничего не могу сделать для вас, сэр. Сначала вы должны поговорить с врачом, потом вернуться ко мне с письмом и каким-нибудь документом, подтверждающим вашу личность. (Хандзо сверлит охранника взглядом, резко разворачивается и идёт обратно в вестибюль; охранник виновато начинает) Простите...       Хандзо (про себя): Ладно... Кажется, выписка - это единственный билет отсюда.       Шимада быстрым шагом проходит вестибюль, он уже на пути к своей палате. В конце коридора скрипит дверь в туалет. Из неё медленно выходит пожилой, но довольно крепкий мужчина, покачиваясь из стороны в сторону и иногда цепляясь за стенку. Он останавливается посреди помещения, словно заблудившийся. Хандзо медленно, с опаской подходит к нему. Шимаду терзает странное чувство дежавю.       Хандзо (обеспокоенно): Привет. Ты... в порядке? Можем поговорить минуту?       Пациент (вяло отмахиваясь от Хандзо рукой): Я не могу. Пожалуйста, оставь меня в покое...       Хандзо: О... Я не хотел... Я заперт тут, как и ты...       Пациент (непонимающе): Заперт? Не знаю... Так тяжело думать... без этого... (мужчина теряет равновесие и начинает падать, Хандзо подхватывает его и аккуратно усаживает на банкетку под информационным щитом напротив своей палаты) Ух... Да... Но... Но ты чужой... (тыкает пальцем в плечо Шимады) И ты также не один из этих милых медбратьев и медсестёр. (ухмыляется) Они хорошо обо мне заботятся... Я доверяю им, как доверял моему... другу...       Хандзо (аккуратно перебивая): Я просто хочу поговорить. Мне нужна твоя помощь.       Мужчина серьёзно смотрит на Хандзо некоторое время.       Пациент (несколько игриво): А тебя не мой друг послал? Он? Пжалста, скажи мне, что это был он...       Хандзо: Эм... ага, конечно. Я его хороший знакомый.       Пациент (уставившись в пол): Я так по нему скучаю... (поднимает взгляд на Шимаду) Я не помню ТЕБЯ... Но ты должен знать... Мхм... Если ты знакомый, то скажи имя моего друга... Имя, которое меня преследует... Прекрасное имя...       Хандзо (дружелюбно и более слащаво): Ага, конечно, я знаю. Позволь мне попросить тебя...       Пациент (нервно перебивает, зловеще смотря на Хандзо): ИМЯ?       Хандзо (замявшись): Ох... ну...       Пациент: Как его звали?       Хандзо: Эммм... Габриэль Рейес.       Пациент (начиная нервически хихикать): Хех... Нет... Это моё имя. Ты не знаешь моего друга, маленький врунишка... (улыбается; грустно) Оставь меня одного... Пожалуйста, просто оставь меня одного...       Габриэль прячет лицо в ладонях, он продолжает сидеть на банкетке, покачиваясь взад-вперёд. Хандзо обеспокоенно смотрит на него, затем на пол; встаёт и идёт в туалет. Мысли и противоречивые чувства переполняют голову Шимады. Он подходит к раковине с зеркалом - хочет умыться. Включает горячую воду. Некоторое время Хандзо смотрит на своё отражение в зеркале: волосы распущены и растрёпаны, бледная кожа, синяки под глазами, красные белки. Хандзо устало вздыхает. Вдруг он замечает, что на запотевшем зеркале появляется надпись большими буквами: "ДЖЕК". Шимада сложил два и два. Он быстро выходит из уборной. Габриэль всё ещё сидит на месте, схватившись за голову и покачиваясь в разные стороны, кажется, он плачет. Хандзо быстро подходит к нему.       Пациент (тихо всхлипывая):... Я так по тебе скучаю... Где ты?.. Где... ты?..       Хандзо (присаживаясь напротив Габриэля на корточки; утешающие): Эй, Габриэль... Тише, это я...       Пациент: Ты?.. Ты врунишка... Ты его не знаешь... Ты...       Хандзо (торопливо и всё также успокаивающе): Нет-нет-нет. Я его отлично знаю. Я знаю Джека, поверь...       Пациент (перебивая): Ты... Ты знаешь Джека?.. Ты знаешь его?       Хандзо: Конечно. Конечно, я его знаю...       Пациент (радостно; схватившись за плечи Хандзо): Боже, тебя действительно прислал мой друг!!! Прости, что не поверил тебе, но... у меня с головой проблемы.       Хандзо (успокаивающе гладя Габриэля по плечу, присаживается на банкетку рядом): Ну, давай немного поговорим, дружочек. (оглядываясь по сторонам) Что-то не так с этим местом...       Пациент (открыто и всё также радостно (?)): Я думаю, здесь очень здорово! Мы должны оставаться тут... Делать то, что они говорят, принимать таблетки, которые они нам дают... Иногда, когда я веду себя хорошо, они мне дают красную штуку... (блаженно откинувшись на спинку банкетки) Я жду её... Мне хорошо...       Хандзо (нахмурившись в раздумьях): Что это... за красная штука?       Пациент: Лекарство. Моё любимое... Красная штука убирает боль! Я должен остаться здесь... Хорошо, что медсёстры так добры. Они всегда помнят... Они знают, что я страдаю... (хмурится) Но это не то... Не то лекарство, которое я вижу во снах. Там, на другой стороне зеркала, есть паучье сердце полное лекарств... Я просто не могу найти его.       Хандзо (хмурится): Понимаю... (доброжелательно) Как насчёт того, чтобы поменяться бирками?       Пациент: Ох... Да, я не против. Но это будет что-то вроде одолжения, так?       Хандзо: Ну... Технически, ты не потеряешь НИЧЕГО, потому что я дам тебе СВОЮ бирку взамен... Улавливаешь суть?       Пациент: Ага, конечно. Я хочу нечто более ценное взамен. Я не НАСТОЛЬКО глуп. Я знаю, что ты используешь её, чтобы свалить отсюда...       Хандзо (слегка растерянно): Ох... Я никогда не говорил, что ты глуп. Я... Я просто очень хочу домой. Пожалуйста, пойми!       Пациент (неловко отмахнувшись рукой): Ладно, я не против. Я дам тебе её, если ты мне принесёшь красную штуку. Что скажешь?       Хандзо (слегка нахмурившись): Я думал, что медсёстры тебе её отдают и так.       Пациент (слегка растягивая слова): Нет, не её. Я имею ввиду РЕАЛЬНУЮ штуковину. Такую, которую можно достать только в мире снов... Вот это уже действительно ЧТО-ТО!       Хандзо (недоверчиво): Это... безопасно?       Пациент (невозмутимо): Абсолютно!       Хандзо: Эммм... Окей. Посмотрим, что я смогу сделать. (слегка нахмурившись) О каком именно "лечении" ты говорил?       Пациент (блаженно радостно): Это красная слеза чистого счастья. Они приносят. Я пью... И моя боль уходит... Без него... Я чувствую себя таким злым... (возбуждённо) Это словно я схожу с ума! (смеётся) Ха-ха-ха... Забавно, но... ИНОГДА Я, БЛЯТЬ, ЗЛЮСЬ! Думаю, я умираю. Я слышал, что мы все умираем... Он сказал, что я попаду в ад за это... Но я же ничего не сделал! Не знал... А он знает?       Хандзо: Кто?..       Пациент: ОН!!!       Хандзо: Ясно... Окей. Нет, наверное, нет...       Пациент (беспокойно): Мне нужно красное лекарство... Мне нужно он сейчас... Я должен быть хорошим мальчиком... Я должен быть милым мальчиком...       Хандзо (успокаивающе гладя по плечу): Ладно, ладно. Всё хорошо. Я достану тебе ту штуку. Ты знаешь, где они её хранят?       Пациент: О, они прячут её хорошо... Тебе туда не залезть... Или, может, ты и сможешь? Я вижу её во снах иногда... Там, где медсёстры... Но во сне медсестёр нет. Я вижу его... но не могу взять... Они так близко... и в то же время так далеко... Я до сих пор могу слышать биение сердца паука...       Молчание. Хандзо размышляет над всем сказанным, в то время как Габриэль, кажется, дремлет, всё также откинувшись на спинку банкетки.       Хандзо (собравшись с мыслями): Эй, Габриэль... Габриэль... (Пациент медленно открывает глаза) Поговорим позже, лады?       Пациент (заторможено): Да... Иди. Будь осторожней... Они следят за нами. (совсем проснувшись, медленно, пошатываясь, поднимается с банкетки) Помни... Мы должны вести себя хорошо, чтобы заслужить красную штуку. Всегда вести себя хорошо...       Габриэль идёт в сторону своей палаты, открывает дверь, смотрит на Хандзо, машет ему рукой как бы на прощание. Шимада машет в ответ. Пациент скрывается за дверью. Хандзо ещё некоторое время смотрит на палату №1.       Хандзо (слегка печально): Бедный мужик...       Шимада снова идёт в туалет. Осматривается. Снова смотрит на себя в зеркало.       Хандзо (размышляя вслух): Как попасть в "мир снов"? Что он имел ввиду? (смотрит на себя с прищуром) Может... он был под кайфом? Ну, разумеется... Хммм... Безумная, конечно, идея. И где гарантия того, что я увижу тоже самое?..       Шимада смотрит на раковину, потом снова на себя.       Хандзо: Ладно. Мне всё равно терять нечего...       Шимада смотрит на мусорное ведро в углу уборной. Вокруг валяются салфетки и прочий мусор: ведро давно не опорожняли. Хандзо подходит ближе и обыскивает ведро, находит так и непригодившуюся баночку для анализов. Карманы на больничной пижаме забиты перчатками, поэтому он кладёт ёмкость в раковину. Он обращает внимание, что угол зеркала разбит. Один из осколков валяется на полу. Хандзо кладёт его также в раковину. Справа от раковины кнопка для вызова медперсонала. Шимада нажимает на неё. Подходит к двери, приоткрывает небольшую щелку, чтобы посмотреть, не идёт ли кто. В коридор заходит ненавистная фельдшер. Хандзо быстро отпрыгивает от двери, прижимается к стенке, словно ему плохо.       Входит фельдшер.       Фельдшер (обеспокоенно): Вы звонили? (фельдшер узнаёт Хандзо и слегка хмурится) Что-то случилось?       Хандзо (приложив ладонь ко лбу): У меня немного голова кружится...       Фельдшер (с недоверием): Действительно? Выглядишь нормально.       Хандзо: Нет, я действительно не очень хорошо себя чувствую...       Фельдшер (тяжело вздохнув): Ладно, я вызову доктора для тебя. Но я не смогу помочь, если он занят и не сможет подойти прямо сейчас. (пристально смотрит; хитро усмехнувшись) Кстати, я знаю, как помочь тебе. (достаёт небольшой пакетик с разномастными таблетками) Думаю, пора дать вам лекарств. Можете сказать мне ваше имя и дату рождения?       Хандзо с недоверием смотрит на фельдшера.       Хандзо (скованно): Хандзо Шимада, 24 мая, 1980.       Фельдшер (делает шаг навстречу Хандзо): Я только проверю вашу бирку для подтверждения... (надевает свои очки и наклоняется чуть вперёд, чтобы рассмотреть бирку) Нормально. (протягивает пакетик с лекарствами Хандзо) Выпейте это, пожалуйста. Это поможет вам расслабиться. (Хандзо берёт таблетки) Отлично! Теперь пейте. Будете чувствовать себя намного лучше.       Запрокинув голову, Шимада забрасывает таблетки себе в рот и проглатывает. Фельдшер улыбается ему и уходит из уборной. Комната вокруг Хандзо начинает медленно тускнеть. Голова теперь действительно начинает кружиться. Хандзо опирается рукой о стенку; прислоняется спиной, сползая по ней. Через несколько секунд он уже сидит на полу, наблюдая за тем, как плитка на стенах трескается, будто по ней бьют изнутри. Небольшой кусок стены уже остался чистым. Сквозь него видны чьи-то ладони. Они словно пытаются порвать преграду, будто стена сделана из резины или кожи. Таким образом, всю плитку разрывает сила тысячи рук. Хандзо укрывается от осколков и теряет сознание.       Когда он просыпается, руки просто водят изнутри стены ладонями. Шимада поднимается на ноги. Его качает из стороны в сторону. Он осматривается: там, где раньше была мойка, весят три запотевших зеркала. Хандзо подходит к самому левому, у которого очнулся, пытается стереть пар, но ничего не получается, словно само стекло и есть туман. Хандзо подходит ко второму зеркалу, под которым раньше была раковина. Шимада дотрагивается до стекла, пытаясь стереть пар. На этот раз успешно, но Хандзо не видит своего отражения: взгляду представляется "нормальная" уборная - стена напротив зеркала, унитаз, видно кромку раковины. Шимада снова прикладывает ладонь к стеклу, немного надавливает. Немного усилий, и рука Хандзо проскальзывает сквозь зерколо, оказываясь в "нормальном" мире. Шимада опускает руки чуть ниже, шаря в раковине. Находит заранее заготовленные баночку и осколок, затаскивает их в "сон". Взяв всё нужное, Хандзо выходит из уборной в надежде, что жуткая обстановка комнаты больше нигде не встретится. Но в коридоре всё ещё хуже: стены повсюду в чёрных дырах, из который вытекает тёмное нечто, везде стоит странное заржавевшее оборудование, двери в палаты сорваны с петель.       Хандзо штормит во все стороны, он старается обходить смоляные сгустки, неся перед собой баночку и осколок. От стен отскакивает непонятный звук. "Тук... тук... тук..." Словно удары сердца. Стук исходит из вестибюля. Путь от туалета до него весьма долог и опасен, учитывая сложившуюся обстановку, но Шимада преодолевает это препятствие.       В просторном помещении его ожидает жуткий сюрприз: на потолке колотится огромное сердце, которое качает "кровь" из стен здания с помощью металлических похожих на лапы паука вен и артерий. На некоторое время орган замирает. Хандзо медленно подходит к нему, замахивается... но тут сердце снова делает оглушительный стук, из-за которого Шимада вздрагивает. Через несколько секунд он снова набирается храбрости, делает замах осколком и дырявит сердце. Из мышцы начинает неестественно фонтаном литься "кровь". В здании поднимается нечеловеческий крик. Хандзо быстро становится под струю наркотика, подставив баночку. Она быстро наполняется, так что Шимада уже убегает от шума и "крови" в свою палату, которая представляет собой койку, постельное бельё которой всё в непонятного происхождения грязи, заместо медицинского оборудования странная ржавая машина, а на месте окон кирпичная стена, дырявая в некоторых местах.       Хандзо, сердце которого бешенно стучит, скорее ложится на кровать, аккуратно ставя склянку с "красной штукой" на пол, чтобы не разлить. Перед глазами снова темнеет, крики, вопли и биение паучьего сердца затихают. Шимада засыпает.       Проснувшись, Хандзо ещё некоторое время лежит в кровати, ибо голова ещё маленько кружится. Он смотрит по сторонам: к счастью, галлюцинаций больше нет, однако на смену головокружению приходит боль. Мозг словно вот-вот взорвётся. Хандзо садится на койку.       Хандзо (несколько возмущённо): Мои подозрения подтвердились! Вот о чём говорила Энджи! "Аккуратнее с медсёстрами..." И с фельдшерами тоже, судя по всему! Ладно, действие лекарств сошло на нет. (смотрит на пол, рядом с кроватью стоит баночка с красной жидкостью - выглядит она не так кроваво, как во "сне"; берёт баночку в руки, несколько удивлённо осматривая её) Это, конечно, стоило того, но... Но я не могу допустить, чтобы они снова сделали это со мной! Нужно выбираться отсюда...       Хандзо поднимается с кровати, неся в руках баночку с лекарством. Смотрит на часы - время так и стоит на месте, остаётся только догадываться, сколько он спал. Выглядывает в коридор. Никого нет. Шимада быстро к палате №1. Стучится.       Пациент (слабо; приглушённо из-за двери): Войдите. (Хандзо входит) А, это ты. (Шимада, слегка улыбнувшись, показывает лекарство) Ты принёс мне красную штуку!       Хандзо (быстро подходя к кровати, присаживается на край): Чшшш. Не так громко! (отдаёт лекарство) Вот. (слегка с сомнением) Ты ТОЧНО уверен, что это тебе не навредит?       Пациент (отмахиваясь всё также вяло): Не глупи! Конечно, нет!       Хандзо: Ладно. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Можешь мне дать свою бирку, пожалуйста?       Пациент (снимая манжетку с больничной рубашки): Да. Плевать, что они скажут, я ДЕРЖУ свои обещания.       Хандзо (слегка замедляется, что снимает свою бирку; обеспокоенно): Что они... (продолжив избавляться от больничной бирку) Знаешь, забудь. (Хандзо обменивается с Габриэлем манжетками) Спасибо за помощь.       Габриэль кивает, перекатывая в руках баночку с красной штуковиной. Хандзо выходит из палаты в коридор. Смотрит по сторонам - никого нет. Шимада снова спешит в туалет, на ходу нацепляя бирку Рейеса. Заходит в уборную, предварительно удостоверившись, что за ним никто не идет. Подходит к унитазу. На самом деле, Хандзо уже изрядно приспичило. Справив малую нужду, он смывает и поправляет пижаму. Шимада обращает внимание на объявление, весящее над унитазом.

Пожалуйста, прекратите смывать различный мусор в унитаз. В то время, как мы сейчас испытываем трудности, поддерживая высокий уровень чистоты, в связи с внезапным отсутствием нашего персонала, отвечающего за уборку, мы просим всех пациентов быть внимательными и помогать нам держать отделение в чистоте.

      У Хандзо идея. Он берёт ёршик и с помощью него запихивает латексные перчатки, вытащенные из карманов, вглубь унитаза. Закончив с этим, нажимает на смыв. Вода льётся через край. Шимада с помощью кнопки справа от раковины вызывает фельдшера.       Через некоторое время она приходит. В своих очках. Фельдшер складывает руки на груди и подозрительно смотрит на Хандзо.       Фельдшер (подняв бровь): Что-то случилось?       Хандзо (слегка возмущённо): Туалет засорён!!!       Фельдшер (скорчив одновременно гримасу отвращения и удивления): Что? О... (уже более спокойно) Ну, я не думаю, что эту ситуацию можно назвать чрезвычайно!       Хандзо (возмущённо выпучив глаза): Можно, когда есть необходимость воспользоваться туалетом, как у меня сейчас!       Фельдшер (замолчав на некоторое время и прищурившись): Я вижу... Хорошо. Я разберусь. Дайте мне минутку... О, это перчатки... СНОВА! (достаёт из шкафчика под раковиной вантуз, раздражённо бубня себе что-то под нос)       Фельдшер начинает прочищать туалет. В это время Хандзо как можно тише выходит из туалета и направляется в вестибюль. Там он подходит к стойке администрации и ищет нужный выписной лист. Найдя его, Шимада отправляется к выходу из больницы. На пути ему также встречаются охранники.       Охранник (вежливо): Извините, сэр. Я не могу вас пропустить. Сначала нам необходимо увидеть выписку от ваше лечащего врача.       Хандзо (слегка недовольно; насупив брови, протягивает охраннику выписной лист): Вот. Теперь вы счастливы?       Охранник (внимательно прочитав выписной лист): Да. Всё в порядке. (отдаёт лист обратно, внимательно посмотрев на Шимаду) Могу ли я проверить вашу именную манжетку, чтобы удостовериться, что вы действительно Габриэль Рейес?       Хандзо: О, всё в порядке. Я не думал, что вы сможете это прочитать! (показывает бирку) Вот. Могу ли я теперь идти?       Охранник (доброжелательно улыбнувшись): Конечно. Спасибо, сэр. Мы скоро увидимся.       Хандзо (саркастично ухмыльнувшись): Не думаю. А теперь убирайся с дороги.       Охранник отходит в сторону, пропуская Шимаду. Пройдя дальше по коридору, Хандзо слегка осматривается по сторонам. Периодически на глаза попадаются информационные плакаты о правильном уходе за здоровьем, медицине и тому подобном. Также несколько чёрно-белых фотографий с городскими пейзажами. Светло-жёлтые стены обшарпаны, а лампочки часто мигают, что гнетуще действует на Хандзо. Поэтому он ускоряет шаг, когда слышит топот чьих-то ног за ним.       Вот. Шимада так близок к выходу из больницы.       Но вдали Хандзо замечает Доктора Фокса.       Хандзо замирает на месте. В него вселяется какой-то первобытный страх.       Доктор Фокс приближается. [Сзади слышатся шаги людей - охрана и медперсонал.]       Доктор Фокс (подойдя к Хандзо на расстояние вытянутой руки): А вы должно быть Хандзо Шимада!..       Хандзо (увиливая): Хм... Ну... Возможно, я.       Доктор Фокс (вкрадчиво; смотря прямо в глаза Шимады): Вы не возражаете, если я спрошу, куда вы направляетесь?       Хандзо: Я просто хотел немного прогуляться... Размять ноги, подышать свежим воздухом...       Сзади подходят охранник и фельдшер. Хандзо поворачивается к ним.       Хандзо (внушительно спокойно): Успокойтесь. Я никуда не иду...       Доктор Фокс (успокаивающе): Мистер Шимада, пожалуйста, расслабтесь. Здесь, должно быть, какая-то ошибка... Вам прописали не то лекарство. (Хандзо медленно поворачивается к Доктору) Искренне прошу прощения от лица всей моей команды и больницы... Но, к счастью, нам удалось заметить это вовремя!       Хандзо (возмущённо): Вовремя!! Вы не представляете, через что мне пришлось пройти!       Доктор Фокс (подняв перед собой руки в примирительном жесте): Я ещё раз искренне сожалею. Я обещаю, чо больше вам не будут давать наркотики. (подходит ближе к Хандзо , положив тому на плечо руку; смотрит прямо в глаза) Я лично гарантирую, что вы будете хорошо сегодня спать, и вас могут выписать уже утром.       Хандзо (дёргает плечом, чтобы скинуть с него руку): Почему я не могу уйти сегодня вечером? Я хочу уйти сейчас!       Доктор Фокс (опускает взгляд внизу, потом снова поднимает на Хандзо, потступив от того на шаг): Мне очень жаль, но у нас нет легальных оснований, чтобы выписывать... (потерев рукой подбородок) суицидальных пациентов... без полного психиатрического обследования. Сейчас слишком поздно... Но я обещаю, что с утра мы первым делом побеседуем с Вами в моем кабинете, хорошо? И тогда в ы сможете пойти домой... Хорошо?       Хандзо (пассивно-агрессивно; обернувшись к ошеломлённому охраннику и ухмыляющейся фельдшеру): Ведь у меня не так много вариантов, не так ли?       Шимада идёт мимо фельдшера и охранника в сторону своей палаты.

***

      Кабинет Доктора Фокса...       Мягкий тёплый свет лампы падает на лицо врача, который внимательно смотрит на задумчивое лицо Хандзо.       Доктор Фокс (наклоняется чуть ближе к Шимаде через стол): Теперь, я бы хотел задать пару вопросов о вашей жизни, Хандзо. Вы можете счесть ими слишком личными, но это важно, чтобы вы были как можно честнее.       Хандзо (отрывает взгляд от картины над столом): Ладно. Давайте с этим заканчивать, окей? Я уже хочу наконец пойти домой.       Доктор Фокс (приятно улыбнувшись): Конечно. Я понимаю. (пробегается взглядом по своим записям в блокноте) Что ж, Хандзо... Начнем... (поднимает взгляд на Хандзо) Живёте один в данный момент?       Хандзо: Я снимаю квартиру. Как правило, там довольно одиноко... Мне нравилось чувствовать себя одной... но не уверен, что и сейчас нравится. Слишком много времени наедине с моими мыслями... и не с кем поговорить. Может, попугая завести? и мы могли бы болтать каждый раз, когда бы я бы чувствовал себя в настроении?       Доктор Фокс: Или, возможно, вы могли бы поискать друзей среди нашего надзора по самоубийствам? Они очень хорошие. Помогли многим.       Хандзо: Ла-а-адно... Может и поищу.       Доктор Фокс (мельком глянув в блокнот): Кем работаете?       Хандзо: Я в поисках работы на данный момент... Скоро найду себе что-нибудь, но... это нелегко. Не знаю, что это. Я чувствую себя... слабым... бессильным и... усталым, большую часть времени. Чувствую себя ужасно усталым.       Доктор Фокс (сделав в воздухе непонятный жест рукой): Типичные синдромы депрессии. Мы можем дать вам кое-что от этого. Будете чувствовать себя сильнее и целеустремлённее.       Хандзо: Я восхищаюсь вашей верой в современные лекарства, доктор. Надеюсь, вы правы.       Доктор Фокс: Опишите мне своё утро. С чего вы начинаете день?       Хандзо: Я пью чай и читаю газету.       Доктор Фокс: Возможно,если сначала позавтракать, то это улучшит ваше самочувствие на весь день? (пожав плечами) Просто повод для размышлений.       Хандзо (слабо покачав головой): Можно. Могу попробовать.       Доктор Фокс снова улыбается и мельком смотрит в свой блокнот.       Доктор Фокс: Можете сказать, что чувствуйте себя безопасней дома, чем на улице?       Хандзо (слегка задумавшись): Я... Да, наверное. (слегка пожимая плечами) Это не только безопасность... Я просто грустил очень долго. Очень грустил, понимаете? (смотрит Доктору прямо в глаза, слегка ёрзая в кресле) Когда я выхожу и вижу всех этих счастливых и успешных людей, я падаю ещё глубже. Ещё сильнее чувствую себя неудачником. Если я всего этого не вижу, то это не так сильно расстраивает.       Доктор Фокс: Как думаете, чего вам не хватает в вашей жизни? Или даже: как думаете, что могло бы сделать вашу жизнь лучше?       Хандзо (опустив взгляд на руки Доктора): Что-то, за что можно было бы сражаться... причина двигаться дальше...       Доктор Фокс (вальяжно жестикулируя): Всегда есть причина жить. Иногда её просто тяжело увидеть.       Хандзо (откинувшись на спинку кресла, слегка ухмыльнувшись): Ну, доктор, должно быть, я совсем ослеп, потому что я не вижу ни одной.       Доктор Фокс: Вы когда-нибудь посещали группу по терапии от депрессии или консультации?       Хандзо (посмотрев на свои сцепленные в замок руки): Да. Это не особо помогло, как видите.       Доктор Фокс (снова улыбнувшись): Просто повод для размышлений. Я вижу, что вы очень хотите открыться и поговорить о своих проблемах. Это хороший знак.       Хандзо (задумчиво): Я... я очень давно не говорил о своих чувствах.       Доктор Фокс (всё также улыбаясь): Что ж, пока увас очень хорошо получается.       Небольшая тишина. Доктор Фокс внимательно смотрит на Шимаду.       Доктор Фокс: Проблемы со сном есть?       Хандзо (стеснённо): Каждую ночь... принимаю таблетки. Но ни одной уже не осталось...       Доктор Фокс (с более серьёзным лицом): В свете последних событий, я думаю, вам стоит воздержаться от этих таблеток какое-то время. Я думаю, вам стоит пить немного тёплого молока перед сном.       Небольшая тишина. Доктор Фокс внимательно смотрит на Шимаду. Снова.       Доктор Фокс: Как бы вы описали свои ощущения на данный момент?       Хандзо (слегка пожав плечами): Нормально. Чувствую... Что я хочу сделать мою жизнь лучше. Не знаю, как, но очень хочу попробовать.       Доктор Фокс: Тяжело сконцентрироваться?       Хандзо (слегка нахмурившись): Да. Иногда...       Доктор Фокс: Вы пьёте алкоголь, Хандзо?       Хандзо: Нет.       Доктор Фокс: Хорошо. Алкоголь - это сильный депрессант.       Хандзо: Я никогда не любил выпивать.       Доктор Фокс: Замечательно... Иногда, когда много проблем, а люди расстраиваются, они начинают думать о самоубийстве. Часто думаете о самоубийстве?       Хандзо (покрутив головой в знак отрицания): Нет, конечно же нет. Не знаю, что на меня тогда нашло... Тяжело объяснить, почему я это сделал... Должно быть, я думал, что это был единственный выход. Но я никогда не думал об этом и не планировал. Это просто... случилось, как только я внезапно потерял контроль над собой. Я знал, что-то, что я делал, было неправильным, но я не смог остановиться. Странно, не так ли?       Доктор Фокс (внимательно смотрит на Хандзо): Пожалуйста, своими словами постарайтесь объяснить мне: почему вы пытались покончить с собой, Хандзо?       Хандзо: Это был просто порыв... Теперь мне стыдно за него. Знаете, у меня был действительно убогий день. Я словно задыхалась в стенах моей спальни... Становилось всё хуже и хуже... К полудню я осознал, что прорыдал последние три часа. Я... Я даже не знал, что я рыдал, пока не зашёл в ванную и не увидел свое лицо в зеркале. Я походил на приведение. Выглядел так, будто я уже мёртв, понимаете... А потом я увидел снотворное. Подумал: " Почему бы и нет?" И я сделал это.       Доктор Фокс: Чувствовали себя так, словно вы обуза? Или что жизнь не стоит того, чтобы жить?       Хандзо: Хватит. Странно... Но я чувствую себя легче. Сильнее. Кроме того, я живу один. Кому бы я мог быть обузой?       Доктор Фокс: Что вас делает счастливее?       Хандзо: Музыка. Я играю на пианино, когда чувствую себя погано. Это также сигнал местным кошкам, что еда на месте, ждет их. Тогда они и приходят... Когда слышат пианино.       Доктор Фокс: А что вас огорчает?       Хандзо: Одиночество... Хотел бы я иметь того, с кем можно иногда поговорить.       Доктор Фокс: И всё же, вы явно стремитесь избегать людей?       Хандзо: Потому что они... думают только о себе!       Доктор Фокс: Уж точно не все! Я начинаю думать, что, на самом деле, вы боитесь найти друга, потому что он бы заставил вас покинуть свою раковину.       Хандзо (снова посмотрев на картину): Называйте это, как хотите. Я точно буду рад, когда однажды найду правильного человека.       [...]       Доктор Фокс: Вы представляли свои похороны и реакцию людей на вашу смерть?       Хандзо (попустив взгляд, вздыхает): Наверное, никто бы так и не пришёл... Можете себе это представить? Вот эта грустная картина... Никем не любимый... Скучают только некоторые... кошки. Ни слезинки, ни цветов на моей могиле... но это нормально. Я никогда не любила цветы. Это меня не расстроит.       [...]       Доктор Фокс: Ну и наконец, я бы хотел, чтобы вы рассказали мне о Гендзи.       Хандзо (удивлённо посмотрев на Доктора): Гендзи?..       Доктор Фокс: Да. Ваш брат. Я считаю, что это может быть важно. Что вы можете рассказать о ваших отношениях? Что между вами произошло?       [...]       Хандзо (опустив взгляд): Уже поздно... Можем мы об этом поговорить в другой раз?       Доктор Фокс: Хм... Ладно. Думаю, вы и так были достаточно открыты для одного дня. Окей... Ещё один вопрос. Просто формальность, но я должен спросить. Собираетесь ли вы повторить это снова?       Хандзо: Сложно сказать... Не знаю... Но... да, я понял! Ответ такой: "Нет, не собираюсь, спасибо большое."       Доктор Фокс: Отлично! Мы почти закончили. Последний момент, который я должен выяснить. Что именно произошло прошлой ночью?       Продолжение следует (2)...